something

Идея, нагрянувшая в голову несколько спонтанно, теперь казалась не такой уж и привлекательной. Осознание этого сейчас бесполезно так же, как и охранник захудалого по сравнению с другими клуба, мимо которого во внутрь не зайдёт лишь ленивый. Весь танцующий на площадке сброд, а вместе с ним и музыка, не вызывали особого интереса от слова совсем, однако, было в этой атмосфере что-то отвлекающее, вводящее в некий транс от постоянных мыслей. Потягивая из высокого стакана уже не такое холодное как в начале, чуть тёплое пиво, Сынмин лениво обводил взглядом барную стойку, за которой расположился, бармена, танцующую толпу - и так по кругу. Конечно, он мог бы позвать сюда своих немногочисленных близких друзей, но опять же, подумал об этом слишком поздно. Уже здесь, а не тогда, когда неуклюже малевал дома лёгкий макияж и пытался натянуть обтягивающие всё что можно и нельзя чёрные джинсы, прыгая на одной ноге, словно обезьянка. Этот образ для Кима был не привычен. И теперь, сидя в душном помещении, ощущая себя не в своей тарелке, он убеждался в этом всё больше. Сделав очередной глоток, Сынмин поморщился, глядя на то, как на поверхности стакана остался розоватый след блеска для губ. Прежнего запала становилось всё меньше. Чего парень добивался, когда ехал сюда в полночь, практически через весь город, да еще и совсем один? Чего хотел, рисуя на своём лице "миленький" образ, если на самом деле не спец в подобного рода знакомствах, игривых взглядах и всём подобном. Возможно, затянувшееся одиночество после закончившихся на не очень хорошей ноте отношений, дало о себе знать, и теперь ненавязчиво подкидывает в голову не самые оптимальные варианты решения. Действительно "не самые". На этом моменте размышлений Сынмин кивнул сам себе, решительно отставляя полностью выпитый стакан в сторону. Сейчас он приедет обратно домой, смоет этот нелепый образ, влезет в пижаму с принтом щенков и свалится на кровать, утопая в куче подушек. Оставив деньги за выпитое на стойке, парень потянулся рукой к своим губам в желании стереть хотя бы липкий блеск, однако, этого сделать ему было не суждено. Чужое присутствие совсем рядом показалось сбивающей с ног волной, отдающей терпким, но приятным мужским парфюмом, и запахом дождя. Кажется, погода на улице немного испортилась. — Не делай, правда, тебе очень идёт. Эхо голоса незнакомого парня, облокотившегося спиной и локтями на барную стойку, казалось, перебило даже нелепость играющих на фоне треков. В голове Кима стало так тихо, словно он и человек напротив остались здесь только вдвоём. У подошедшего шальной взгляд и очень уж бросающиеся в глаза ямочки, когда тот растягивает пухлые губы в улыбке. А еще большие руки, вены на которых так красиво переплетаются друг с другом. Возможно, это импонировало парню больше, чем он думал. В изначальном плане "побега" из этого заведения что-то пошло не так. С непривычки смущаясь, но пытаясь скрывать это, Сынмин попробовал слезть с барного стула. Это было еще одной ошибкой, что повлекла за собой больший жар в теле, ибо расстояние между парнями сократилось, а Кимовы бёдра, расплывшиеся в сидячем положении, теперь упирались прямо в чужие длинные пальцы, кончики которых невольно могли ощущать ткань штанов. Секунда, и оба сталкиваются совсем близко, а затем, словно в замедленной съёмке, Ким прослеживает чужой взгляд, что остановился прямо на его обтянутых джинсой ногах. Возмутительно. Немаленький, но довольно слабый по сравнению с натренированным телом напротив кулак приземляется на широкую грудную клетку. Сынмин неуклюже соскачил с этого до ужаса неудобного, как оказалось, стула, отчего завалился на парня и тут же отошёл на шаг назад. — Прости, крошка, они сами на меня посмотрели, честное... Кажется, сегодняшняя ночь так и стремится пробить дно. Удрученно выдохнув, Сынмин поспешил к выходу, нарочно задевая острым плечом неудавшегося донжуана. К горлу подступала тошнота. Кажется, это духота в помещении так влияет, или же организм, не привыкший к спиртному. Или всё вместе. Разбираться в этом не было никакого желания, и вот, спустя уже несколько быстрых шагов Сынмин оказывается на улице, вдыхая свежий воздух. Чтобы прийти в себя, парень решает пройти пару остановок в сторону дома, а уже потом вызвать такси. Стоило догадаться — следовать намеченному плану сегодня задача не из лёгких. В самом ближнем переулке, который в пару шагах от увеселительного гадюшника, явно происходило что-то такое, о чём бы на следующее утро вещали сводки криминальных новостей. Услышав, как женский голос испуганно лепечет, парень поспешил прямо в темноту, пытаясь разглядеть хоть что-то перед собой. Двое мужчин довольно грузного телосложения, обступившие девушку с двух сторон, недвусмысленно заставляли отходить ту ближе к стене, напирая. Оценивать ситуацию и свои шансы против таких громил парню не было смысла. Этих самых шансов просто не было. Однако, Сынмин понадеялся на то, что сумеет хоть как-то их отвлечь и дать фору испуганной девушке. Шагнув к троице ближе, он окликнул мужчин со спины, рефлекторно напрягаясь всем телом. — Эй, вы, отойдите от неё. На его голос обернулись, оглядели смельчака с ног до головы, а затем в переулке раздался хохот. Один из них медленно двинулся к Киму с улыбкой, больше напоминающей оскал. — Иди-ка ты своей дорогой. Не мешай общению старых знакомых. — Я не знаю их! Женский вскрик оборвался громким звуком пощёчины. Один из мужчин, что остался у стены, теперь выглядел совсем озлобленно. Девушка по настоящему звдрожала, прикладывая обе ладони к горящему словно в огне от боли лицу. Сынмин сразу же дернулся к ним, но был остановлен сильной хваткой, что удерживала оба его запястья за спиной. — Похер, заберём тебя тоже. Я не прочь поразвлечься и с твоей смазливой задницей. — Поразвлечься? Я тоже хочу. О боже. Кажется, этот голос теперь будет преследовать Сынмина в самых страшных снах. Со стороны улицы показался еще один силуэт, который шёл к ним расслабленно, даже вальяжно. Мужчины на некоторое время замолчали, не ожидая такой оживлённости вокруг себя. Тот самый парень, недавно кидающий Киму глупые подкаты в клубе, сейчас стоял здесь, оглядывая их. Ну как стоял, пытался это делать, время от времени переваливаясь из стороны в сторону. Очевидно, он был пьян. Если бы не был так напуган, Сынмин посмеялся бы над нелепостью ситуации. Кажется, последняя надежда на то, чтобы уехать домой в целости, уже махала ручкой на прощание. Амбал, до сих пор удерживающий Кима возле себя, больно дёрнул парня так, что тот почувствовал тихий хруст пальцев. — Присоединишься? Тут уже многовато для нас двоих. Если ты по парням, поделюсь с тобой этим. В ту же секунду Сынмин был практически брошен на грязный асфальт. Еле успев раскрыть перед падением ладони, он завалился лицом прямо в носки чужих ботинок, смахивающих на берцы. Охнув от неприятного ощущения содранной на руках кожи, Ким зажмурил глаза, а когда открыл, увидел перед собой лишь грязную лужу с собственным отражением. Блондин обошёл его так, что теперь закрывал своей долговязой фигурой. Качая головой, тот в очередной раз осмотрел поплывшим прищуром на потенциальных собратьев по драке так, словно те были меньше него в несколько раз. — Блять, какой же отстой, вы вообще в курсе, что такое веселье? Можете не отвечать, уже понял, что не в курсе. Считанные секунды, и полупьяный бред прерывается ругательствами мужчин, которые явно не ожидали столь сильного удара, прилетевшего одному из них точно в голову. Глухой звук вывел Сынмина из ступора. Поднявшись, он уже поспешил к девушке, хватая испуганную за руку. Под гул начавшейся драки парень успел вывести ту на людную улицу и убедиться в том, что она доберётся домой в безопасности. Собственные руки не хотели прекращать дрожать, однако, совесть не позволила бы так просто оставить человека, пришедшего на помощь. Шагнув в знакомую темноту переулка, Ким тут же испуганно дёрнулся от горячих рук, что заключили в объятия замёрзшие под тканью рубашки плечи. Это ощущалось не так отталкивающе, как минуты назад в грубой хватке. Скорее непривычно и ново, так, словно некто сзади не хотел причинять боль. На секунду потерявшись, Сынмин принялся разворачиваться к незнакомцу лицом, но встретил лишь не сильный толчок вперёд. — Нет-нет, отложим победные обнимашки на попозже. Будет херово, если та парочка решит прервать нас на горяченьком и очнётся. — "На горяченьком" ? Ну, это уже ни в какие ворота... Продолжая меж собой какой-то бессмысленный, но разбавляющий атмосферу диалог, парни поторопились скрыться подальше от этого места. Переходя на лёгкий бег, оба ловили ртом влажный прохладный воздух, и взгляды друг друга. С каждой минутой Сынмин чувствовал, как тошнота, преследующая его последние часа два, постепенно отступает. Такого давно не было. Примерно, со времён первого курса университета. Сбегать откуда-то ночью с незнакомцем под удивлённые взгляды прохожих, топтать подошвой мокрый асфальт, смахивать спутанные ветром волосы и ощущать, как часто бьётся взволнованное сердце. Кажется, жизнь в такие моменты ощущается по другому. Оба парня заметили, что держатся за руки только под конец своей незапланированной пробежки. Они остановились на улице, что находилась уже в центре города. Отдышавшись, Сынмин вновь смотрел на блондина, который держался слишком хорошо для подвыпившего и практически уложившего двух громил за одну ночь. На чуть уставшем, вспотевшем лице всё также играла лёгкая улыбка, но теперь всё таки чуть болезненная. Около носа, ближе к верхней губе, виднелся ушиб и тонкая засохшая струйка крови. Мысль, кажущаяся в сложившейся ситуации нелепой — "красивый". — Красивый. Пытаясь игнорировать сказанное в свой адрес, Сынмин невольно обнял себя за плечи, судорожно выдумывая, как соскочить с начатой темы. Стоящий на своих двоих более менее ровно блондин видимо решил перестать так нагло смущать, и на какое-то время остановил нескончаемый поток подкатов. — Ты помог мне, и той девушке, а я даже имени твоего ещё не знаю. — Оу, не порядок, согласен. Имя твоего спасителя Хван Хëнджин. — Спасибо, Хëнджин, правда. Один я бы не справился. А что с этими двумя? — Без понятия. Надеюсь, хотя бы у одного из них окажется сотрясение. Может, мозги на место встанут. Похуй если честно. Оба тронулись с места, шагая туда, куда глаза глядят. Посмотрев время на чудом не выпавшем из кармана телефоне, Сынмин устало выдохнул. Два часа ночи. Обычно, в это время он спокойно досматривает десятый сон. Парень вновь посмотрел на Хвана, и тут же поймал его тёмные глаза, взгляд коих ощущался как гипноз. Хотелось ли от него скрыться, или же наоборот - чувствовать невидимые оковы? Прохладный ветер пробирался под рубашку, посылая по телу лёгкий озноб. Рядом послышался шорох, а затем, Сынмин почувствовал на плечах тёплую тяжесть, что даже бросала в жар. Теперь не Хëнджин, а он сам при хотьбе бренчал многочисленными заклепками и расстегнутым ремнём кожаной куртки. Вещь прикрывала его даже ниже бёдер, отчего Ким приятно удивился. Сам он был далеко не низкого роста и редко мог встретить кого-то, кто был выше на десятки сантиметров. Встретил, все-таки. Румянец нашёл щеки Сынмина. Вроде как, он не говорил о том, что замёрз. — Не читай мои мысли. — Мысли не умею, а вот язык тела... Хм, возможно, я хорош в этом. Провожу тебя до дома, если ты не против. — Только если ты не сильно устал. — Для тебя - не устал. Спустя пару кварталов парни уже приближались к жилому комплексу, в которм жил Сынмин. Простенький, но ухоженный и спокойный. Остановившись у подъезда, оба перевели дух, вглядываясь в пасмурное тёмное небо. Ким потоптался на месте, разминая уставшие ноги. Руки, словно по привычке, ухватились за края чужой куртки, стискивая в плечах. В ней было тепло, а ткань совсем ненавязчиво пахла незнакомым ему парфюмом. Приятно. Кажется, в сотый раз за вечер они пересекаются взглядами. Сейчас Сынмин будто бы привык к этому, и не так смущался тёмных, словно ночь глаз. А Хëнджин внимал. Как хотел бы запомнить каждую чёрточку, мягкий изгиб глаз, родинку на левой щеке, и губы, чей цвет напоминал мякоть персика. Этот парень, до последнего строивший из себя недотрогу, сейчас рядом с ним, в своих мыслях, и не может контролировать румянец на своём лице. Протянув ладонь, Хван невесомо коснулся укрытого своей же курткой плеча, и медленно поднимался выше, кончиками пальцев задевая заалевшую скулу. Сынмин легонько вздрогнул, но не отпрянул, затаив дыхание. Может быть, пустить всё на самотёк сейчас не так уж и страшно. Он не знал, встретятся ли они снова. И от этой мысли разгорался интерес. Прикосновение Хëнджина ощущалось правильно, словно так и должно быть. Блондин огладил кожу за ухом, и вновь опустился к шее, согревая. Кажется, расстаться с этим чудаком сегодня Сынмин хочет меньше всего. — У тебя царапина кровоточит, а у меня дома есть аптечка. Парень подошёл ещё ближе, кладя свою ладонь поверх той, что не спешила покидать нагретое место. Не сдерживая робкую улыбку, он смотрел на Хвана, и казалось, мог физически ощущать блеск в своих глазах. — Вот так совпадение.