Oh, who is she?

1:24. Царившая темнота не разрешала увидеть что-то этой ночью, кроме себя. Ждать приглашения к Морфею всегда было долгим и тягостным процессом. Стрессы и переживания не давали спокойно насладиться домом и уютом, что затягивало в еще больший стресс. Где то вечное желание поспать еще «пять минут», поглощающее Её каждое утро? Может, старость? Улыбка от абсурда ситуации украсила Её лицо сама по себе, но темнота, даже если бы кто-то желал бы, не позволила показать эту улыбку миру. Выпив вторую таблетку снотворного, мало-помалу, Бог сна всё же окутал разум женщины, позволяя телу полностью расслабиться, а мозгу избавиться от лишнего. Мозг запоминает все сразу. Однако мозг и память — давние друзья, иногда нарушающие коннект. Иногда утром невозможно вспомнить то, что надо было непременно запомнить. А другой раз вспоминается старая песня, никак не выходящая из головы. 2:49. Алкоголь, поступивший в организм, уже давно растворился в миллионе клеток, составлявших ткани и органы молодого человека. Недлинные ногти быстро нажимали на клавиши клавиатуры, складывая отдельные буквы в слова. В расширенных зрачках читателя зеркально отражались тексты интернет-сайтов, а яркая реклама, мигающая по углам веб-страницы, раздражающе привлекала внимание. Четко выраженные губы, на которых отсутствовали укусы и шелушения, еле слышно шептали текст. «Газла́йтинг — форма психологического насилия и социального паразитизма, главная задача которого — заставить человека мучиться и сомневаться в адекватности своего восприятия окружающей действительности через постоянные обесценивающие шутки, обвинения и запугивания.» «В чем проявляется газлайтинг?» «Чего боятся Газлайтеры?» «Как отвечать на газлайтинг?» «Что такое газлайтинг примеры?» — Ерунда. она выключила компьютер, с тяжестью опираясь на спинку деревянного стула, морщась от боли в спине. Хруст пальцев, последовавший после хруста спины, моментально вызвал расслабление в руках. Уставшие глаза осмотрели комнату, слабо освещаемую маленькой настольной лампой и луной за окном — белый небольшой стол, на котором в хаотичном порядке располагались бесконечные учебные бумаги, ручки и тетради; кровать, постельное белье которой стоило бы заменить, но каждое утро не было времени; схемы и таблицы на стене выше спального места, так привыкшие к глазу, что смысла, кроме эстетического, они не несли; белый шкаф с черными ручками и черный ковер на полу — купить его было плохой идеей, потому что рыжая шерсть рыжего старого вредного кота, казалось, липла к нему с особой силой. Животное, не обладающее разумом, однако наверняка обладающее характером и любившее только старшую хозяйку квартиры и этот черный ковер, глубоко спало на нем на спине, открыв живот, на котором природой были нарисованы бело-рыжие полосы. Сложив все книги в черный рюкзак, она встала со стула и легла в постель, обещая себе заснуть сразу же, как закроет глаза. 30 марта. 7:26. Яркое солнце, еще не прогретые кожаные сидения машины черного цвета, запах бензина и ароматизатора сильно впивались в обонятельные рецепторы носа. Звук мотора, поток машин, мелодии утреннего радио — залог успешного дня. Сегодняшний гороскоп в исполнении бодрого мужского голоса пророчил: «Водолеи — проявите инициативу, но не спешите с выводами — сегодня вы можете совершить поступок, о котором пожалеете. Остерегайтесь конфликтов и не ввязывайтесь в споры — в этот день могут напомнить о себе те, кого вы не хотели бы видеть. Уделите достаточно внимания работе и не пропустите новости — они могут оказаться важными.» — Что бы оно не значило, глупо верить в это, — сказала Она сама себе — но работать действительно придется. Работа в школе — одна из самых благородных работ в мире. По крайней мере так говорили в университете и мама. Я пришла в эту школу сразу после получения диплома магистра. Тогда, казалось, и небо было чище и трава зеленее. Хотелось отдать все силы на воспитание юных историков. В моем сердце всегда пылало желание и страсть быть лучшим, лидером и максималисткой. Возможно, из меня бы вышел хороший бизнесмен или директор крупной фирмы. Но в то время не было стремления к деньгам, ведь деньги — не главное. Однако прошло 6 лет, и я стала заведующей учебной деятельностью, что обязывало меня выполнять много бумажной работы, помогая директору и всем остальным глупым кадрам, однако отказываться от должности было бы глупым решением, да и специалист из меня неплохой. Хочу быть первой! — говорила себе маленькая я, не вкладывая в эти слова большого смысла. А сейчас я просто хочу быть. Мне 35 лет. Что впереди? Мои действительные желания сейчас — хороший отпуск подальше от людей, бумаги и света мониторов. Ладно, подумаю об этом позже. Приехали. 19:19. Мысли об отдыхе не покидали ее весь день. Она долго думала о том, чтобы уехать, но сегодня это было не просто секундной авантюрой, а навязчивой идеей. Стук в дверь. — Можно? — Сегодня стучишься? А я уже думала импульсивные хлопки дверью войдет в норму. — Медленно повернувшись, ответила Она. — Можно. — Я учла Ваше замечание, прошу прощения. — Намеренно долго и тихо она закрывала дверь, разделяющую широкий коридор со светлыми стенами и уютный чистый кабинет, в котором чувствовался запах свежести из открытых нараспашку окон. Длинные оранжевые лучи солнца говорили о заходе солнца. — И простите за молчание. — Я не могу обижаться на человека, которого не знаю. — Слова, словно лезвия уже обыденно ранили. — Я шучу, я правда не обижаюсь, просто заработалась. Какие дела? — Последний день четверти навевает счастья. А Ваши? — Последняя неделя перед концом четверти навеяла груду работы, но держусь, спасибо. — Извините, — с улыбкой произнесла она, отодвигая стул — помочь? Недоверчивый взгляд исподлобья с усмешкой встретился с расширенными зрачками. — На, — Она резко кинула синюю толстую папку на стол ученицы — проверь всё. — А. — Шучу. Положи в шкаф. И эти тоже. она подошла к шкафу светло-бежевого цвета, открыв его и положив вещи на место. — Так какие планы на каникулы, говоришь? — Вы имеете ввиду, что я буду делать те 15 минут отдыха между математикой и физикой? Наверное поем, а потом возьмусь за. — Ты поедешь со мной? — вопрос из другого конца класса раздался как гром, о котором совсем не предвещали синоптики. — Что? — она стояла лицом к шкафу, будто забыв повернуться назад. — Ты поедешь со мной в Калининград? — не поднимая головы, также с аккуратностью повторила Она — Я там родилась. — Я не уверена, я… Меня с трудом отпустят. — наконец сдвинувшись с места проговорила она. — Понятно. Прорешай это. Она со слабо скрываемым недовольством бросила несколько тестовых листов формата А4 к ней. — Но я не… — хотела было возразить ученица, смотря на задания по правление Екатерины II, но не успела договорить, как грубый голос прервал ее. — Решай и уходи, если не хочешь работать и с обществознанием. Было ясно и понятно, что она не захочет никуда с Ней поехать, но Она явно не любила отказы. Было самым простым — дать ей задания и избавить себя от ненужного продолжения разговора. — Знаете, а я почитала про газлайтинг. Вы наверное хотели, чтобы я так узнала побольше про Вас? — Что прости? — Она усмехнулась, повернув голову в сторону говорящего. — Вы и есть газлайтер и абьюзер. Снова ухмылка. Она встала и подошла к тому же шкафу и, достав оттуда две кружки и бутылку, подошла к парте. — Ну, давай поговорим об этом. Она налила немного в одну кружку и намного больше себе. Усевшись за партой напротив, Она намеренно показала «равенство» между ними и заинтересованность. — Вы, в силу своего характера, не можете мириться с несоблюдением Ваших правил и с отказами. — А ты можешь? Мириться с отказами. — Я, по крайней мере, не обрываю разговор, чтобы избежать простого обсуждения. Вы прекрасный учитель, но ранимый человек, пытающийся скрыться от всего, утопая в работе, чтобы не решать свои собственные проблемы. — Мне кажется это не твоё дело, — сделав большой глоток, она едва поморщилась, чтобы взять время на раздумье — ты закончила? Уходи. — Вы же знаете, что я не уйду. Вы пытаетесь меня выгнать почти каждый раз, когда я прихожу. Но потом жалеете. — Хватит. Она резко встала, забрала бутылку и села за свой стол. — Мне прекратить говорить правду? — Прекрати обвинять человека старше по статусу. Ты никто, чтобы говорить мне такое. Хватит ходить сюда и сидеть со мной, мне это не нужно. Я не собираюсь тратить на тебя время. — Я прихожу сюда несколько месяцев. Я знаю про Вас все, что Вы не хотите говорить остальным. Почему я должна терпеть такие слова, если они меня ранят? Права. она права. она говорит правду. Надеюсь, ее упертости хватит, чтобы не уйти сейчас. Надеюсь. ее руки, согнутые в локте и пальцы, сплетенные в замок, подпирали подбородок. она смотрела в окно, на вечерний закат, кричащий о конце дня. ее серые глаза наполнились светом, а ее нахмуренные брови вот уже расслабились и губы приняли спокойную форму. она дышала, и ее грудная клетка нечасто поднималась и тут же опускалась. ее волосы, такие длинные и действительно красивые, лежали ровно на груди и спине. она не носила колец, но ей определенно бы пошло аккуратное кольцо с камнем на среднем пальце правой руки. Часы с круглым циферблатом и римскими цифрами еле слышно тикали каждую секунду, она часто проверяла время во время уроков, ожидая конца. у нее было не много привычек, но Она случайно замечала и запоминала все. Носила рюкзак на левом плече, писала одними и те же ручками, каждая эмоция на ее лице читалась так легко и понятно, что без слов действительно можно было вести с ней диалог. ее взгляд, такой прямой и спокойный, с редким морганием, говорил о грамотности и начитанности, трудолюбии и желании справедливости. Язык остр, но слова всегда проходили через мозг, поэтому с ней было так трудно спорить. Ответственность, пунктуальность, безупречность. Но она не была скучной. она была особенной. Что-то скрывающая душа будто требовала, чтобы ее открыли и забрали какой-то приз, разгадали загадку. её мысли, жесты, слова — все было открыто, но словно ребус требовало правильного порядка. Этим и манила. ее запах, такой же свежий, как и разум, но при этом такой же сложно устроенный: что это? Вроде бы цветы или пачули. Сейчас она выглядела расслаблено, как и всегда, но не сосредоточена. Любуясь закатом, она словно забыла о споре и думала о своем. — Сегодня мне стоило воздержаться от таких разговоров. — Наконец Она прервала молчание. — С чего бы это? — Гороскоп.... Искренний смех заполнил комнату — обстановка изменилась. 22:16. — Мне пора, — вставая со стула и направляясь к двери сказал она — до свидания. — Стой. Ее рука резко взяла чужую за запястье. Посмотрев две секунду на кисть, Она поднялась со стула. Из взгляды встретились, Она отпустила руку. — Я уеду. Меня не будет. — Решительно сказала Она. — Удачной поездки. — Казалось с издевательством, но на деле действительно искренне прозвучал ответ. Они смотрели друг на друга, будто желая найти еще какую-то тему для разговора, но она была не нужна. Руки женщины медленно поднялись по телу девушки, обвивая ее тело и прижимая к себе. Голова всей тяжестью легла на ее плечо. она почувствовала ее запах и обняла в ответ. Эти крепкие объятия говорили о доверии и необходимости, усталость чувствовалась всем телом, но тепло, находящееся между ними, росло. Вдыхая Ее запах, она чувствовала комфорт, как и Она, уткнувшись в шею, хотела бы остаться навсегда в этом моменте. Поездка — это очередная попытка сбежать от всего, но, казалось, путешествие поможет проветрить голову. Ей нужно было уехать. Простояв так несколько минут, девушка все же отпрянула от Нее и, посмотрев последний раз в глаза, вышла. — До свидания. — Ответила в пустоту женщина, опустившись обратно на стул.