Большая маленькая правда

Все вокруг разваливалось, как карточный домик под порывом ветра. Теперь главные спутники Эндрю — тревога, недоумение и злость. Ну, по крайней мере, злость была привычна, чего не сказать о других чувствах. Нил не разговаривал с ним три дня, проигнорировав все сообщения Эндрю. Он не знал, причина в нем или у Нила случилось что-то настолько серьезное, что просто нет гребаной лишней секунды, чтобы ответить и дать знать о том, что происходит… Что Эндрю не сделал чего-то, что полностью разрушило их общение. В универе парень ходил, похожий на тень прежней версии самого себя: поникшим, с темными кругами под глазами и мертвым взглядом, от которого кожа покрывалась мурашками. Настолько плохо Нил не выглядел никогда, и что-то сильное разрывало Эндрю изнутри. Он чувствовал беспомощность всем своим существом, когда смотрел на Нила в столовой. Как Джостен едва притрагивается к еде, как Моро чуть ли не насильно впихивает в него фрукты, заставляя съесть хоть кусочек. Эндрю видел, как друзья-придурки наркомана тоже обеспокоены таким поведением Нила. Джостену, казалось, было на все плевать. Он словно застрял в своей голове, не обращая внимания на окружающий мир. Рене не помогала. Она пыталась выяснить, что с ним, но Нил только отмахнулся, пробормотав какую-то нелепую хрень об учебе. Джереми пытался выяснить через Жана, но Моро лишь поджал губы и не стал более что-то объяснять. Так что, да. Эндрю немного сходил с ума, придумывая тысячу и одну причину того, что могло произойти с глупым Джостеном, отчего тот решил закрыться ото всех. И, казалось, от Эндрю в особенности. Это уже сильно действовало на нервы, но в добавок ко всему его близнец, с какого-то хрена, стал шарахаться от него. Стоило Эндрю войти в комнату, Аарон находил самый дерьмовый повод сбежать. Будь то учеба, поход в магазин или внеплановое посещение чертового врача. Участь пассивного игнорирования постигла и Кевина, что немного утешило Эндрю, но вызывало еще больше вопросов. Он, конечно же, ничего не спрашивал, лишь молча раздражаясь. С его кузеном была другая история. Ники, когда заметил странное поведение Аарона рядом с Эндрю и Кевином, вдруг стал как-то пристальнее наблюдать за кузеном. Эндрю подозревал, что тот начинает кое-что понимать в природе истинных чувств Аарона к их нападающему. Однако выражение осознания, сопровождающееся наивным и чистым восторгом, быстро сменилось на хмурое выражение, а после и вовсе на что-то, смутно напоминающее вину. Это более чем удивительно, учитывая любовь Ники к слезливым историям любви. Эндрю не понимал, что происходит с его близнецом, с его кузеном, с идиотским Джостеном. Казалось, будто все сговорились взорвать его мозг, а после собрать ошметки и поместить обратно в черепную коробку, сверху присыпав галькой. Чтобы наверняка сделать его жизнь хуже, чем уже есть. Единственное, что из хорошего произошло на выходных, — Джереми, наконец, собрал всю свою мужественность и признался Моро в любви до гроба. Счастливая и влюбленная улыбка его друга в тот вечер, когда они втроем встретились обсудить прошедшее свидание, немного скрасила мрачное настроение Эндрю. В понедельник он снова захотел убивать. — О, Боже! — пораженно восклицает Джереми, внезапно останавливаясь и смотря на Эндрю широко открытыми глазами. — Я знаю, что случилось! В кои-то веки у всех троих выпала свободная пара. Излюбленный кабинет встретил их привычной тишиной и спертым воздухом. Мозговой штурм длился уже полчаса, пока каждый из них думал о том, что могло произойти у Джостена и, главное, как это исправить. Эндрю развалился на парте, не заботясь о том, что на его черной толстовке останутся следы от пыли. Рене сидела за учительским столом, положив голову на скрещенные руки. Джереми же нервно расхаживал по кабинету, крутя в руках телефон и иногда несильно постукивая им по подбородку. Возглас, прорезающий умиротворяющую тишину, был неожиданным. Эндрю устало открыл глаза и повернул голову в сторону нарушителя спокойствия. Краска с лица Джереми схлынула, и выглядел он так, словно был искренне шокирован своей догадкой. Эндрю мысленно вздохнул, совсем не надеясь, что в голову его друга пришло какое-то гениальное оправдание поведения Нила. Судя по терпеливому выражению лица Рене, думала она о том же. Но Джереми, не обращая внимания на скептические взгляды, прочистил горло и подошел ближе к Эндрю, протянув ему свой разблокированный телефон. — Вот, посмотри, — только и сказал он. Эндрю нехотя сел и, дождавшись Рене, вместе с ней уткнулся в телефон, пока Джереми стоял напротив, возбужденно подпрыгивая на пятках. Это была переписка с Моро, датированная вчерашним числом. Мой багет <3 [23:10] еще раз прости, что пришлось уйти Очень невпечатленный, Эндрю посмотрел на Джереми, краем глаза замечая нежную улыбку Рене. — Багет, — сухо сказал-спросил он. Джереми покраснел, нетерпеливо размахивая рукой. — Неважно, просто читай. Мой багет <3 [23:10] у Нила сейчас не лучшие времена, я бы не хотел, чтобы он оставался один Джереми [23:12] ничего, я понимаю Джереми [23:13] я бы сделал для Рене и Эндрю то же самое Джереми [23:13] ты хороший друг! Мой багет <3 [23:15] спасибо, Джереми :) Джереми [23:15] как Нил? с ним все в порядке? Мой багет <3 [23:18] он будет Мой багет <3 [23:18] рано или поздно разбитое сердце склеится Эндрю замер, перечитывая сообщение снова и снова. — Какого хуя? — задал он весьма справедливый вопрос. — Разбитое сердце? — растерянно переспросила Рене рядом с ним. Джереми закивал, вскидывая руки. — Я тоже сначала не понял! Но теперь это имеет смысл! — Нихрена подобного, Нокс, — огрызается Эндрю. — Это не имеет смысла! Рене успокаивающе сжимает его плечо. Это не помогает, учитывая, что девушка сама напряжена и очень озадачена. Эндрю думает, что если в ближайшее время не получит ответы на свои вопросы, вполне может кого-нибудь убить. Возможно, Джереми. Или Нила. Может быть, себя, потому что ему надоело кататься на эмоциональных горках. Он так чертовски устал от этого дерьма. — Нет, нет, послушай! — взволнованно начинает Джереми, заглядывая ему в глаза. — Помнишь, когда ты вправлял мне мозги в том коридоре? Я почти уверен, что со стороны это могло показаться не тем, что есть на самом деле. И смотрит на Эндрю выжидательно, словно тот должен сам догадаться, что он имеет в виду. К счастью, Эндрю не идиот. — Ты думаешь, — медленно говорит он, — Нил настолько тупой и решил, что между мной и тобой что-то есть? Это звучит глупо. Абсурдно. Дико. Нелепо. Это звучит вполне правдоподобно. — Блядь, — с чувством рычит он. — Ну, это действительно многое объясняет, — вставляет Рене. Ага. Объясняет, что этот придурок напридумывал не пойми что и три дня изводит уже и себя, и Эндрю. Восхитительно.

***

Поездка от стадиона до общежития сопровождалась неловкой тишиной. Чего и следовало ожидать, учитывая, что один из них никогда особо не говорит, другой только ворчит, а третий почему-то теперь игнорирует первого и второго. Раньше ситуацию спасал Ники, все время весело болтающий о всякой херне, но сейчас и он сидел, словно воды в рот набрал. Не то чтобы Эндрю вообще обращал внимание на гнетущую атмосферу. Весь день он ходил, погруженный в свои мысли о неком рыжеволосом парне, мечтая лишь о том, чтобы найти его и ударить со всей силы об стену за глупости, которые посещают тупую головушку. А затем зацеловать до потери сознания, разумеется. — Ладно, мы же семья, да? — спросил Ники с заднего сиденья и неловко поерзал. Ему никто не ответил. Секунды проходили в тишине, пока Эндрю нажимал на педаль газа и гнал по улицам Пальметто, желая скорее добраться до общежития и найти покой в своем месте на крыше. Кузена он не слушал, сосредоточившись лишь на дороге перед ним и бликах фонарей, отражающихся в лужах от недавно пролитого дождя. — Вы встречаетесь? — потеряв терпение, выпалил Ники, даже не пытаясь звучать небрежно. Кевин подавился своим зевком, некрасиво закашлявшись. Эндрю тихо вздохнул, совсем без настроения отвечать на глупые вопросы. Кевин, однако, другого мнения. Повернувшись на переднем сиденье, он посмотрел назад, хрипло и пораженно выдыхая: — Что?! Ники не обратил внимания на шокированный тон. Невинно похлопав ресницами, он уточнил: — Вы с Эндрю встречаетесь? С какого хрена он вообще так решил? Откуда этот вопрос? Кевин был так возмущен, казалось, даже от самой мысли об их гипотетических отношениях, что первую минуту мог только открывать и закрывать рот. Эндрю бы оскорбился, если бы ему было не все равно. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, он посмотрел на своего близнеца. Руки у того были сжаты на коленях, взгляд упрямо направлен в окно. Аарон выглядел напряженным и... Подождите секундочку. Этого, блядь, не может быть. Судя по тому, как Кевин посмотрел на Аарона, когда отвечал Ники, парень тоже смог соединить точки. Эндрю, конечно, знал, что все мозги достались ему, но это просто верх тупости — думать, что у Кевина с Эндрю что-то есть. Блядь, почему все вокруг делают необоснованные предположения, вместо того чтобы, знаете, просто подойти и спросить? Слова ведь для чего-то придумали! — Нет! — чуть ли не кричит Кевин. — Блядь, как тебе такое вообще в голову пришло?! — Ну, смотри, — начал Ники, готовый перечислять, но Эндрю не хотел слушать. — Вы думали, что я и Кевин, — медленно спрашивает он, с чувством презрения выплевывая: — трахаемся? Аарон вздрагивает и, наконец, отворачивается от окна, чтобы встретиться с ним взглядом. Эндрю апатично смотрит в ответ, по телепатической связи близнецов передавая все, что думает в данный момент об Аароне. Хоть телепатия и не работает у них, брат сглатывает и неловко отводит взгляд, видимо, все-таки поняв, что Эндрю хотел донести до него. Ники широко улыбается и, покосившись на Аарона рядом с собой, довольно переспрашивает: — Так значит, это не так? — Блядь, нет! — презрительно говорит Кевин, все еще пытаясь безуспешно поймать взгляд Аарона. — Конечно, нет! Ники мычит, удобнее устраиваясь на своем месте. Руки его, словно бабочки, взволнованно порхают по коленям, а на лице растекается облегченная улыбка. — Тебе не нравится Эндрю? — Нет, — ворчит Кевин, возвращаясь на свое сиденье. — Хорошо, красавчик, — воркует Ники, от счастья чуть ли не насвистывая. Как только они остановились у Лисьей Башни, Аарон выбежал из машины, хлопнув дверью — скрепя сердце, Эндрю простит его только в этот раз, потому что тупой близнец сейчас явно находится в подвешенном состоянии, размышляя о том, какой он идиот. Ну, Эндрю надеется, что Аарон так думает. В следующий раз, если эта машина почувствует еще одно такое пренебрежительное отношение к себе, его брат будет добираться до стадиона пешком. Ники хмыкает из-за громкого хлопка и сам более плавно выходит из машины, продолжая весело бормотать себе под нос. В машине их осталось двое, и Эндрю понятия не имеет, почему Кевин медлит. Становится понятно, когда, посмотрев на нападающего, он замечает поджатые губы и унылые глаза, смотрящие в никуда. — Не тот близнец, — вдогонку к предыдущему вопросу Ники тихо говорит Кевин, как королева драмы, которой он и является. Слышит его только Эндрю, но ничего на это не отвечает.

***

Он не из тех, кто принимает поспешные решения, — тот момент, когда Эндрю отправил Нилу фотографию своего обнаженного пресса, не считается, — поэтому на обдумывание следующего шага ушла вся ночь. К утру он точно определился, а к обеду настроен был весьма решительно. Взяв поднос с едой, он добрался до их привычного столика, где его уже ждали Ники и Аарон. — Привет! — весело поздоровался Ники, словно они не делят общее пространство общежития и не видятся с утра, как только открывают глаза. Аарон ему кивнул, потому что драматичный ублюдок перестал от него бегать, как только узнал, что Эндрю и Кевина, кроме ночных тренировок, ничего не связывает. — Пойдем, — сказал он своим братьям, не садясь за стол. Аарон нахмурился, не донеся до рта бутылку с соком, а Ники выглядел сбитым с толку. — Куда? — растерянно спросил он. У Эндрю не было сил и терпения на это, но он выдавил сквозь зубы: — Приобщаться к команде. Ники и Аарон все еще находились в замешательстве, когда Эндрю сверкнул на них грозным взглядом. Они поспешно встали. Удовлетворенно кивнув, он зашагал в сторону старшеклассников, слыша позади себя, как братья забирают свои подносы с едой. — О, мой Бог! — шепчет Ники, звуча лишь слегка восторженно, следуя за Эндрю. — Мы действительно собираемся обедать с ними? Эндрю ничего не ответил, с раздражением чувствуя, как клубок нервов начинает скапливаться в желудке. Столик, за которым он наблюдал непозволительно часто последние полгода, но к которому не приближался никогда, с каждым шагом становится ближе. Рене замечает его первой, быстро маскируя удивление нейтральным лицом. Ее глаза спрашивают, что они делают. Также про себя Эндрю отвечает, что понятия не имеет, хоть и думал об этом всю ночь. За столом ведется оживленный разговор, и их приближения остальные еще не заметили. Эндрю остановился за спиной Джостена и Бойда, его семья — рядом с ним. Нетерпеливо он ткнул локтем в бок Ники, и тот, к счастью, намек понял. — Привет, привет! — радостным голосом сказал Ники, не скрывая своего волнения. — Мы присядем? Все тут же обернулись, выглядя более чем сбитыми с толку. Эндрю не упустил из виду момент, когда Нил замер. Парню потребовалось еще мгновение, чтобы обернуться так медленно, словно он готовился к самому худшему кошмару. Эндрю старался не принимать это на свой счет. Сердце соскочило с ритма, когда их взгляды встретились. Эндрю немного сгорал изнутри, бесстрастно, как он надеялся, смотря в голубизну широко раскрывшихся глаз напротив. Три дня молчания повлияли на него больше, чем хотелось бы. Он отказывался в этом признаваться, но увидев Нила вблизи, что-то в нем успокоилось, заурчало, пригрелось, словно кот на солнце. Эндрю должен был привыкнуть, но эти чувства все также вызывали страх. — Конечно, присаживайтесь, — вежливо говорит капитан, указывая на свободные стулья. Эндрю обошел стол и сел напротив Нила. Джостен весьма заметно сглотнул и отвернулся, осматривая остальных. Лицо Аарона все еще было кислым, когда он сел рядом, зато Ники излучал такую радость, что хотелось взять салатный соус и вылить его тому на голову, лишь бы он перестал портить мрачный имидж Миньярдов. — Так, эм, — неловко начинает Мэтт. — Какими судьбами? Эндрю с Аароном его проигнорировали, зато Ники с удовольствием поддержал беседу. Кузен всегда имел глупое желание стать ближе к команде, только близнецам было все равно. Теперь у мечты появился шанс осуществиться, вот только Ники никогда не узнает, что послужило для этого толчком. Элисон пристально смотрела, не скрывая своего скептицизма от их присутствия за столом. Дэн и Мэтт вели себя вежливо, стараясь сильно не показывать своего удивления. Жан и Нил были напряжены, что неудивительно, а Рене… ну, это же Рене — с искренней улыбкой и искорками в глазах, предназначенными только для Эндрю, девушка невзначай указала взглядом на Жана, поднимая брови. Он проследил траекторию этого взгляда и внутренне присвистнул. На шее у мрачного француза был засос. Такой, что Эндрю всерьез стал опасаться, как бы Джереми однажды не съел своего новоприобретенного парня. — Решили вливаться в коллектив, так сказать, — пожимает плечами Ники, отвечая на вопрос, а затем осматривает стол. Глаза его расширяются, а на губах расплывается улыбка, слишком уж похабная, когда он натыкается на Нила. — Вау, а ты у нас кто? Эндрю ощетинивается. Нил продолжает молчать, безучастно пялясь на Ники. Мэтт отвечает за него: — Это Нил, — а затем указывает на близнецов и Ники, представляя их Джостену. — Это Ники, Аарон и Эндрю. Нил кивает, не встречаясь ни с кем из них взглядом. Эндрю замечает, как его близнец разглядывает парня напротив, и у него появляется очень, очень нехорошее предчувствие. — Нил, — мурлычет Ники, наклоняясь вперед и упираясь животом в стол. Эндрю хочет всадить ему вилку в глаз за кокетливый тон. — Почему я тебя раньше не видел? В то же самое время Аарон спрашивает: — Что с твоим лицом? Эндрю подавляет желание растоптать своим тяжелым сапогом ногу Аарона. Нил напрягается, а остальные за столом возмущаются, неодобрительно и с нотками гнева смотря на его брата. Эндрю, честно говоря, их поддерживает в этом плане. Если бы не общая ДНК, он бы давно уже покалечил Аарона, но, к сожалению, он вроде как любит этого ублюдка. Правда, он забывает почему в такие моменты, как сейчас. — Что с твоим? — сухо интересуется Нил. Аарон на него скептически смотрит. — Эй, да ладно вам, — встревает Ники, переводя взгляд с одного на другого и на Эндрю. Рене напряженно смотрит на него, но Эндрю не отрывает взгляда от Нила, прослеживая выпуклые линии шрамов на лице. Они не портят парня. Они делают его интересным, опасным. Они завораживают, и будь у Эндрю возможность, он хотел бы изучить эти линии языком и губами. Но Нил, очевидно, не разделяет с ним нездорового интереса к своим шрамам. — А что с моим? — интересуется Аарон. — С моим как раз таки все нормально. Не я выгляжу так, словно по мне прошлась газонокосилка. Мэтт задыхается. Элисон хватает пластиковый нож. Эндрю сжимает челюсть и поднос, в который когда-то успел вцепиться. Он знает, что должен что-то сделать, — об этом красноречиво говорит взгляд Рене, — но не может даже вдохнуть, наблюдая за реакцией Нила. Тот расправляет плечи, и в его глазах зарождается чертов огонь, готовый вот-вот вырваться изо рта. Эндрю мысленно кричит, пытаясь напомнить себе, что сейчас не время возбуждаться. — Лучше выглядеть так, словно по мне прошлась газонокосилка, чем так, будто я какой-то неудачный эксперимент скрещивания личинки карлика и Сквидварда. На мгновение наступает тишина, а из Эндрю вырывается смешок. Аарон, до этого открывающий и закрывающий рот, как глупая рыба на суше, резко поворачивается к нему. — Что? — невозмутимо спрашивает Эндрю. — Он прав, ты урод. Это как-то разряжает атмосферу. Половина из них прыскает, понимая абсурдность высказывания, но Эндрю не интересует реакция старшекурсников. Все, на чем он может сосредоточиться, — это плечи Нила, напряженные, но поникшие. Руки, которые натягивают рукава толстовки до костяшек пальцев, в попытке скрыть шрамы. Опущенная голова и взгляд, впившийся в стол. Все веселье и чувство гордости за достойный ответ, за то, что смог поставить его близнеца на место, — испаряется. Теперь он это видит: Нил действительно переживает из-за своих шрамов. "Если бы ты знал, кто я, ты бы даже не посмотрел на меня". Черт возьми, Нил и правда думает, что он некрасив. Он и правда думает, что Эндрю не посмотрит на него, и это довольно глупо, ведь сейчас он не может оторвать от него взгляда — и не из-за шрамов, а потому что не может выдержать поникший вид Нила. Сердце Эндрю болит. Пальцы чешутся от желания немедленно встряхнуть близнеца и пару раз ударить в лицо, такое похожее на его собственное. Он что-нибудь сделает с этим гневом позже. Обязательно. — Поебать, — отмахивается Аарон спустя паузу, сосредотачиваясь на своем обеде. — В любом случае, — встревает Элисон, переводя взгляд на Жана, — у нас тут был серьезный разговор. — Ага, — подхватывает Мэтт, — ты должен нам сказать, с кем ты встречаешься. — Жан с кем-то встречается? — восторженно удивляется Ники, перестав удрученно смотреть на Аарона. — С кем? Дэн беззлобно закатывает глаза. — Это мы и пытаемся выяснить. Жан вздыхает, откидывая черные кудри со лба. — Ты не обязан отвечать, если не хочешь, — мягко говорит ему Рене. Что довольно лицемерно с ее стороны, ведь из всех присутствующих только трое знают, с кем встречается Жан, и Рене как раз из их числа. — Я знаю, — фыркает Жан, — но вы же не отстанете. — Совершенно верно, — кивает Элисон. — На кону еще пять баксов. — На что вы ставили? — интересуется Ники, разрезая свой сэндвич пополам, как полный псих. Эндрю вообще не притронулся к своему обеду, откинувшись на спинку стула. У него такое ощущение, что сейчас произойдет какая-то кульминация. Скрестив руки на груди, он стал ждать. — Мы с Мэттом за девушку, Рене и Элисон — за парня, — пожимая плечами, говорит Дэн. — Нил не участвовал. — Итак, — нетерпеливо говорит Мэтт, — если это девушка, ты должен сказать об этом прямо сейчас, чувак. — Да, а если парень, подождем второго пришествия, — саркастично фыркает Элисон. Жан смотрит по очереди на своих друзей нечитаемым взглядом. А затем закатывает глаза так сильно, что, возможно, смог почти увидеть свой мозг изнутри. Звучит довольно отвратительно. — Джереми. Стол взрывается криком, а Эндрю впивается взглядом в Нила, ожидая реакции. Он ее получает и не знает, что чувствует больше: облегчение от того, что их догадки подтвердились, или раздражение из-за того же. Эндрю переглядывается с Рене, в глазах которой отражается та же смесь эмоций. Пока остальные кричат, кто-то с восторгом, кто-то от уныния, что проиграл пари, Нил удивленно поднимает взгляд от стола, сразу натыкаясь на пустой взгляд Эндрю. И, не задерживаясь на нем, поворачивается к Жану, хрипло произнося: — Ты встречаешься с Джереми? Жан смотрит на него и сухо отвечает: — Да, но спасибо за недоверчивый тон. — Нет, — в ужасе качает головой Нил, — я просто… Ты просто что, Нил? Всего лишь подумал, что Эндрю встречается с Джереми? И последние три дня вел себя, как полное драматичное дерьмо, просто так? Что ты хочешь сказать в свое оправдание, наркоман? У Эндрю столько догадок, но что бы ни хотел сказать Нил, его перебивает Ники: — Ты же не гомофоб? — обеспокоенно спрашивает он. — Потому что было бы совсем неловко, понимаешь, да? — когда Нил продолжает смотреть на него, Ники вздыхает. — Здесь нет ни одного натурала; кстати, какая у тебя ориентация? — Я, вообще-то, натурал, — ворчит Аарон. Ники так громко смеется, что на их столик начинают оборачиваться и неодобрительно смотреть. Эндрю понимает причину веселья, он бы и сам обязательно посмеялся, если бы не был так взволнован. Ему не нравится, куда завел их разговор. Еще больше не нравится, что красоту Нила заметил не только он, но и его кузен. Это вызывает смутное беспокойство. — Я тебя умоляю, — отмахивается Ники. — Я прекрасно знаю, на кого ты засматриваешься в нашей раздевалке. — О, — вдруг кашляет Мэтт, пока Аарон стремительно краснеет, — так это что-то типа секрета? Я просто понимаю, о чем говорит Ники. "Что-то типа секрета, говорит он", — думает Эндрю, мысленно насмехаясь. Даже Мэтт заметил взгляд, которым Аарон пожирает Кевина в раздевалке. Серьезно, его близнецу стоит быть более аккуратным в своих разглядываниях. — А вот я нихрена не понимаю. О чем вы, блядь, говорите? — подозрительно спрашивает Элисон. Дэн наклоняется ближе к Элисон и шепчет — или пытается; ее все равно все слышат. — У Аарона влюбленность размером с планету в кого-то из команды. Аарон издает горловой звук и рычит. — Это не так. Ники, кажется, забыл о том, что задал Нилу вопрос. Хорошо; Эндрю не уверен, что смог бы сдержаться и не вытащить свои ножи, если бы еще раз увидел, как наркоман ежится от неудобных для него вопросов. Но вот незадача: Нил так же ерзает под его пристальным взглядом. Эндрю лишь может надеяться, что сейчас в голове Джостена приходит какое-то осознание той глупой ситуации, в которую он сам себя завел. Теперь Эндрю остается лишь ждать. Он дает Нилу время до вечера, и если парень ему не напишет, он завтра же подойдет к нему и хорошенько врежет в коридоре, чтобы выбить все дерьмо из головы. А затем, разумеется, расцелует до потери сознания. Звучит как план.

***

Нил [18:35] привет Привет, пишет он. Привет, словно последних трех дней и не было вовсе. Эндрю потирает переносицу и протяжно вздыхает, пользуясь тем, что на крыше его никто не видит. Его бесит, как что-то в нем окончательно успокаивается, а все напряжение последних дней улетучивается, оставляя после себя лишь намек на темные круги под глазами да разрушенные нервные клетки. Эндрю [19:20] он жив Нил [19:22] извини Это он благоразумно проигнорирует. Эндрю [19:23] где пропадал Нил [19:24] извини, что не отвечал тебе Ноздри Эндрю раздулись. Эндрю [19:25] перестань извиняться, это раздражает Нил [19:25] прости Эндрю [19:26] я тебя сейчас заблокирую Нил [19:26] … Эндрю [19:38] что произошло? Нил [19:44] это глупо Да, Джостен. Это глупо. Эндрю [19:45] мы уже выяснили, что ты глупый Эндрю [19:45] развесели меня Он затянулся сигаретой, вдыхая в легкие никотин. Нил [19:50] просто осознал, что на самом деле Нил [19:50] ты несбыточная мечта Его горло горело от того, что он не выдохнул дым обратно. Он закашлялся, когда стало нестерпимо жечь и першить. Этот ублюдок… Эндрю несбыточная мечта? Эндрю? Сердце в груди сжалось от только что пришедшего осознания. Нил считал его своей несбыточной мечтой. Он правда думал, что Эндрю никогда не станет его, совсем не понимая, что Эндрю уже… Уже впустил в сердце доверие и позволил себе утонуть в человеке по имени Нил Джостен. Весь его мир только что вдруг приобрел краски. Он и сам до недавнего времени считал, что ничего у них не получится. Он верил, знал, что Нил не может выбрать Эндрю из всех людей. Столько человек пытались и пытаются заполучить хоть каплю его внимания, а этот придурок просто взял и ткнул в Эндрю, сказав: "Хочу его!" Лицо его горит, когда он понимает, что они стали друг для друга чем-то особенным. Это не односторонне, они оба боятся. У Эндрю больше нет сил игнорировать чувства, которые вызывает в нем Нил Джостен. Это бессмысленно, неразумно и вообще без толку — каждая клеточка его тела хочет Нила. Каждый стук сердца звучит как имя этого парня. Каждая мысль лишь о нем, и Эндрю устал бороться. Он хочет Нила, а Нил хочет его в ответ. Несбыточные мечты друг для друга вдруг стали не мечтами, а будущим, которое они могут построить вместе. Нил [20:01] Эндрю? Эндрю. Эндрю, пишет он, словно не лишил его рассудка. Эндрю [20:05] ты идиот Пальцы его дрожат, и ему даже не стыдно. Эндрю [20:07] не пропадай больше Нил [20:08] хорошо Нил [20:08] кстати, мне понравилось то сообщение, в котором я весь день кручусь у тебя в голове :) Медленно Эндрю выдохнул, понимая — пора что-то предпринять. Он долго не выдержит находиться так близко и так далеко одновременно.

***

Жизнь налаживалась. Эндрю не хотел драматизировать, но с ворчанием понимал — если бы он находился в мультфильме, сейчас вокруг все было бы в противном розовом цвете, а над головой летали бы птички, сердечки и купидончики, распевая свои милые песенки. Этот образ заставил его поморщиться, а маленького гота внутри и вовсе закипеть лютой ненавистью. Но как бы он не пытался, все равно не мог притвориться недовольным. Общение с Нилом казалось глотком кислорода, и Эндрю упивался этим. Все вернулось на круги своя, но кое-что изменилось. Теперь вместе с братьями он садился за столик к старшекурсникам, первое время все еще вызывая удивление у остальных. Нил поначалу, казалось, стеснялся, а после привык, даже порой одаривая Эндрю слабой улыбкой. Его это не трогало, решительно говорил он себе, тем не менее чувствуя, как уши краснеют. Динамика в команде медленно, но верно претерпевала изменения. Ники подозрительно легко влился в коллектив, поддерживая шутки Мэтта и делая ставки с Элисон. Аарон иногда вставлял сухие и острые на язык комментарии, но никто не воспринимал их на свой счет, принимая ворчливую натуру близнеца, как нечто обыденное. Эндрю никто не трогал, чаще всего просто игнорируя. Он не жаловался, молча обедая и порой, как сейчас, переписываясь с Нилом, который сидел по другую сторону стола. Нил [11:49] не помню название фильма, который смотрел вчера, но главный герой чем-то напомнил мне тебя Реакция Эндрю вызывала беспокойство, когда они общались в непосредственной близости друг от друга. Находясь так близко, он мог видеть слабый румянец, который красиво окрашивал щеки Нила; мог видеть искреннюю улыбку, быстро скрывающуюся от глаз посторонних; мог замечать счастливый блеск в глазах и не очень тонкие взгляды в свою сторону. И все существо Эндрю в ответ было взволновано. — В следующий раз обязательно приходите, — сказала Дэн, обращаясь к Ники и близнецам. Эндрю краем уха слушал разговор, мысленно думая: стоит хоть раз посетить вечер кино, устраиваемый старшекурсниками, если там будет Нил. Он немного презирал себя за то, что все постоянно сводилось к рыжеволосому парню. Презирал, но удивлен не был. — Ага, — поддакивает Мэтт, поливая соусом картошку фри. — Мне очень понравился вчерашний фильм. — О, что вы смотрели? — спрашивает Ники. — Гринча, — отвечает Элисон. Эндрю перечитывает сообщение Нила, сдерживая внезапный порыв засмеяться. Подняв голову, он встречает взгляд Джостена, который тут же отворачивается. У Эндрю внутри происходит короткое замыкание, вызванное гейской паникой, когда он замечает красный румянец и смущенное выражение на чужом лице. На очень красивом и милом лице. Вокруг ведется оживленный разговор, но теперь Эндрю полностью погрузился в свои мысли. Наблюдать за Нилом всегда приятно, но теперь, понимает он, этого недостаточно. Ему хочется прикоснуться — с позволения, конечно; хочется услышать голос и свое имя из чужих уст. Ему необходимо видеть пронзительные голубые глаза, смотрящие на него и не перестающие смотреть, когда их поймают за наблюдением. Нил Джостен до сих пор является для него загадкой, несмотря на те истины, которыми с ним поделились. Этого недостаточно, ведь вся история все еще остается неразгаданной. Медленно, но это сводит Эндрю с ума. Никогда в своей жизни он не хотел чего-то так сильно, как Нила Джостена. Ему надо с этим что-то сделать, ведь таймер уже отсчитывает обратный отсчет. Он не может позволить этому закончиться. Итак, он принимает решение. Эндрю ловит взгляд Рене, которая слегка обеспокоенно на него смотрит. Странно, но это придает ему уверенности. Возможно, сейчас он сделает что-то глупое, но тянуть дальше все равно нет смысла. Не обращая внимания на беззаботную атмосферу за столом, Эндрю, приказывая своему глупому сердцу и телу успокоиться, печатает лишь слегка вспотевшими пальцами: Эндрю [11:54] месяц подходит к концу Эндрю [11:54] я хочу встретиться с тобой Он видит, как Нил открывает мессенджер. Видит момент, когда парень полностью замирает, бледнеет и, кажется, вовсе перестает дышать. Сглотнув, Эндрю добавляет еще одно сообщение, ставя жирную точку в их анонимности. Пишет он куда хладнокровнее, чем себя чувствует. Эндрю [11:55] ты же не хочешь, чтобы Рейнольдс знала, что ты пиздабол? Пару секунд Нил не реагирует вовсе, пялясь на буквы в телефоне. А затем медленно поднимает растерянный и полный шока взгляд на Эндрю. Кажется, будто мир замирает. Лицо его остается пустым, пока пауза между ними затягивается. Эндрю не ожидал, что Нила так сильно потрясет его откровение и раскрытие правды. Он думал… он не знал, о чем думал или на что надеялся, но пока реакция Нила не внушает особого оптимизма. Джостен просто смотрит на него, выглядя таким потерянным и удивленным, что сердце Эндрю разбивается. Никто не обращает на них внимания, кроме внимательной Рене и обеспокоенного Моро, который заметив, как друг его замер, быстро понял причину, переводя теперь взгляд с одного на другого. Эндрю игнорирует все вокруг, кроме голубых глаз напротив. А Нил все также смотрит панически, заставляя Эндрю медленно закипать в своем беспокойстве. Безмолвно он поднимает бровь, чувствуя, как желудок сжимается от нервов. Ему просто надо, чтобы Нил дал знак, что Эндрю только что не разрушил все. Пусть скажет, напишет. Пусть сделает хоть что-нибудь. И Нил делает. Он хватает свою сумку, встает и убегает, не обращая внимания на недоуменные окрики друзей. Секунда, моргание — и его нет. Старшекурсники растерянно переглядываются, доставая свои телефоны, а Эндрю все еще смотрит на то место, где только что сидел Нил. Бешеный стук отдается в его висках, кадык дергается в попытках проглотить горечь от разочарования. — Эндрю, — тихо зовет Рене. Он переводит взгляд на нее, позволяя увидеть истинные чувства за маской апатии. Рене вздыхает и, с едва заметной нежной улыбкой, глазами указывает на выход из столовой. Намек Эндрю понял сразу, однако двигаться не спешил. Все его тело вдруг превратилось в твердое железо, не желая сдвинуться с места. Нужно ли ему? Нил вполне ясно дал понять, что не хочет, чтобы их с Эндрю что-то связывало. — Может с едой что-то не так? — делает предположение Мэтт, схватив с подноса Нила тарелку с фруктовым салатом. Придурки явно обеспокоены, одному Аарону глубоко плевать — он как ел свое пюре, параллельно читая учебник, так и продолжает есть, время от времени перелистывая страницы. Французский мудак, сидящий рядом с Рене, прочищает горло, не привлекая внимания других, но Эндрю это слышит и вяло смотрит на него. Моро хмурится и одними губами говорит: — Иди за ним! Эндрю не моргает в течение пяти секунд, а после срывается с места, слыша позади себя новый поток озадаченных окриков. Черт возьми, если он позволит Нилу сбежать. Этот глупый придурок опять, наверняка, что-то придумал в своей голове, не оставляя Эндрю и шанса. За оцепенением, в котором он находился последнюю минуту, приходит злость. О, он собирается вправить Джостену мозги и доказать, что тот ведет себя как полный идиот. Руки сжимаются в кулаки, пока он несется к выходу из здания. У него есть смутное представление о том, куда мог пойти его наркоман. И когда он спускается по ступеням из главного корпуса, видит Нила, несущегося в сторону переулка за университетом. Эндрю никогда в жизни не бегал по доброй воле, но сейчас, расталкивая локтями студентов, которые решили встать у него на пути, он быстрым шагом направляется за своей несбыточной мечтой. Догоняет его, когда Нил уже заворачивает за угол в небольшой переулок. Об этом месте мало кто знает, приходя сюда лишь покурить, прячась от преподов — и это место сейчас идеально подходит им для необходимого уединения. У Эндрю случается чувство дежавю, когда он видит состояние Нила. На мгновение он переносится в момент на полгода назад, на веранду, где точно также незнакомый ему первокурсник прислонился к стене, пытаясь схватить ртом воздух, чтобы дышать. У Нила случилась паническая атака, только в этот раз причиной стал сам Эндрю. Он действует быстро, но осторожно, надеясь, что если в прошлом сработало, то и сейчас может помочь. Он останавливается напротив Нила, но тот крепко зажмурился, делая рваные вдохи и, кажется, не выдыхая обратно, что даже не заметил присутствия рядом с собой. — Нил, — настойчиво зовет Эндрю, не получая никакой реакции, кроме судорожного хрипа. Нил обнимает себя за живот; костяшки его пальцев побелели в том месте, где он сжал ткань толстовки. Эндрю поджимает губы и делает шаг ближе, обхватывая твердой ладонью чужую шею сзади. — Абрам, — громче повторяет он. — Дыши. Чужие глаза распахиваются, и Эндрю снова поражается голубизне, которая заполняет все его зрение. Только, помимо яркой лазури, он видит панику, боль, ужас и расширенные зрачки. Эндрю медленно делает вдох и выдох, следя за тем, чтобы Нил повторял за ним. Ни на секунду он не отводит своего взгляда от поразительных голубых глаз, которые внимательно наблюдают в ответ. Так близко они никогда не были, и момент кажется донельзя интимным, и все в Эндрю вибрирует, заставляя желудок сжиматься. Он не знает, сколько они так стоят: с рукой Эндрю на тонкой шее, большим пальцем поглаживающего позвонки у основания головы, ощущающего мурашки грубой подушечкой пальца. Спустя мгновение, час, вечность Нил моргает, и во взгляде его появляется осознанность. Мысленно Эндрю облегченно выдыхает, но тут же сдувается, когда Нил опускает голову, находя что-то интересное на грязном асфальте под ногами. Нервы как тучи сгущаются в животе, вызывая тошноту. — Ты идиот, — говорит Эндрю спустя бесконечность. Они все еще слишком близко друг к другу, и Эндрю все еще крепко обнимает ладонью чужую шею. Голова немного кружится, когда он ощущает долгий выдох Нила на своем лице. — Ты уже говорил, да, — хрипло отвечает Нил, не поднимая глаз и проваливаясь в попытке улыбнуться, отчего губы только кривятся и опускаются. Ладонь Эндрю сжимается, чувствуя тепло кожи под собой. Ему не нравится, что Нил сейчас выглядит так, словно ждет приговора. Словно уже готов идти по эшафоту, настраиваясь на приближающуюся казнь. Словно Эндрю — его судья и палач, готовый самолично исполнить приговор. Но вот забавное стечение обстоятельств: Нил и не подозревает, что является для Эндрю тем же самым. И, когда он задает свой следующий вопрос, его плечи напрягаются до боли. Глаза неотрывно ищут правду на измученном лице, и весь мир сужается лишь до них двоих, до этого момента. — То, что ты писал, правда? Большого труда стоило выдавить эти слова из себя, закончить, наконец, игру, которую они вели на протяжении последнего месяца. Игру, в которую они заигрались, где-то по пути потерявшись. Где правда, а где вымысел? Что для них является истиной, а что ложью? Это все еще может быть больное воображение Эндрю. Нил все еще может быть его галлюцинацией, а сообщения с признаниями и вовсе плодом его воображения и принятием фантазии за действительность. Но Нил так резко поднимает голову, удивленно глядя на него, что Эндрю понимает еще до того, как услышит тихое: — Правда. Дыхание сбивается, сердце учащенно бьется, а все тело охватывает приятная дрожь волнения. Нил Джостен выбрал его. Из всех людей Нил выбрал Эндрю. Весь этот месяц, который они переписывались, Нил также хотел, чтобы это стало большим, чем просто словами на экранах их телефонов. Он не сдерживает тихий вздох, придвигаясь чуть ближе. Вот он — Нил — так близко, на расстоянии всего нескольких дюймов. Удивленным взглядом смотрит на него, а Эндрю медленно изучает, потому что сейчас больше не страшно. Изучает брови, забавно нахмуренные глаза, блеклые шрамы на щеках и веснушки, которые словно умелым художником россыпью нанесены на кожу. Он опускает взгляд ниже, останавливаясь на манящих губах, пухлых и мягких. Желание овладевает им, но он вспоминает — никогда не забудет — спросить, прежде чем двинуться дальше. — Да или нет, Нил? — бормочет он, едва слыша себя сквозь бешеный стук сердца, отдающийся в собственных ушах. Ладонь следует выше, зарываясь в рыжие волосы так, как давно хотелось. Он подавляет дрожь, когда чувствует, как Нил млеет, расслабляясь под его прикосновениями. Но в следующую секунду все резко прекращается. Дымка желания отступает вместе с тем, как Нил резко дергается назад, ударяясь о кирпичную стену, к которой до этого привалился. Руку Эндрю сразу отдергивает и на всякий случай делает шаг назад, совершенно не понимая, что случилось. Его челюсть сжимается, — он отказывается признавать, что разочарован из-за возможности, что мог причинить Нилу дискомфорт. Закрывая все свои эмоции, Эндрю продолжает напряженно смотреть, как Нил облизывает губы, сглатывает, а затем жалобно выдыхает: — Ты не… Это не гребаная игра, Эндрю, — лицо его опускается, пока он путается в словах, пытаясь объяснить. — Это не просто связь для меня. Я не хочу… быть кем-то на одну ночь, это не… Я не могу… так. Ты для меня больше, чем… это. На мгновение в голове Эндрю наступает абсолютная тишина, а затем, против его воли, плечи опускаются от облегчения. Какой же. Он. Гребаный. Идиот. И Эндрю понятия не имеет, о ком он думает: о себе или о Ниле. Признание, произнесенное так искренне и обреченно, продолжает звучать в его голове, прекрасно напоминая, что сам он в ответ ничего не сказал, не дал Нилу понять о своих чувствах. Он всегда гордился тем, что никогда не лжет, говоря правду такой, какая она есть: грубую, порой обидную, имеющую вес и ценность. Сейчас на кону стоит нечто большее, чем просто истина, бережно хранимая и одна из самых важных. Эндрю понимает, что должен открыться так же, как это сделал Нил. Должен стереть это мрачное и покорное выражение на чужом лице. Он должен совершить прыжок, прекрасно зная, что Нил его поймает. Он знает, но это все равно страшно. — Я знал, что это ты, с самого начала. Нил моргает и сглатывает. — Это я уже понял, — издает он безрадостный смешок. Желваки на скулах Эндрю шевелятся, когда он вздыхает. Этот идиот совсем не помогает обличить мысли в слова. Впиваясь взглядом в голубые глаза, Эндрю сквозь стиснутые зубы выдавливает: — Рене рассказала мне о вашем ебаном, блядском пари в тот момент, когда вы его заключали, — он хмурится и поправляет себя: — Ну, не совсем. Но если бы не знал, все равно бы понял, что это ты мне пишешь, ведь у меня уже был твой номер телефона. Тишина длится секунду, а Нил замирает. — У тебя был мой… что? — Номер телефона, — терпеливо повторяет Эндрю. — Откуда? — и спустя паузу: — Почему? Эндрю чувствует раздражение, вызванное смущением. — Мы что, играем в тысячу вопросов? — ворчит он, но видя потерянный взгляд Нила, сжимает кулаки и поясняет, осознавая, что парень искренне ничего не понимает: — Рене дала его мне через несколько дней после той вечеринки в сентябре. — Понятно, — кивает Нил, не звуча при этом убедительно. — Зачем? Эндрю тупо смотрит на него. Он напоминает себе, что и до этого знал, что Нил идиот, не понимающий взаимодействия людей, когда они хотят заняться чем-то сексуальным с другим человеком. Он напоминает себе, что это мило, хоть и вызывает желание побиться головой об стену. — Потому что я хотел тебе написать, очевидно, — медленно говорит он, поднимая свои светлые брови. Блядь, он очень надеется, что Нил начнет соображать, потому что не хочет объяснять все причины, из-за которых он действительно планировал написать Джостену шесть месяцев назад. Нил кивает, как болванчик, растерянно всматриваясь в его лицо. Эндрю понимает — у него нет шансов. — Зачем? Он отводит взгляд, смотря куда-то поверх плеча Нила на облупившийся кирпич. Щеки его нагреваются, что в данный момент злит еще больше. Почему Джостен такой тупой? — Нил, пораскинь мозгами, — цедит Эндрю. Но Нил только беспомощно качает головой, с каким-то нежным выражением в глазах смотря на покрасневшее лицо Эндрю. — Я не могу. Я не понимаю. На мгновение Эндрю закрывает глаза. Сделав глубокий вдох, он снова смотрит на Нила, теперь с решимостью, которую на самом деле не чувствует. Сделав маленький шаг, он мягко обхватывает ладонью неровную кожу щеки Нила, вызвав у последнего заикающийся вздох. — Я хотел тебе написать после той вечеринки. Хотел предложить отсосать, — наконец, признается Эндрю, убеждаясь, что Нил слушает. — Но я этого не сделал, потому что, понаблюдав за тобой, понял, что обычной, как ты сказал, связью на одну ночь ты не станешь, — он делает паузу и совершает тот нужный прыжок, ощутив, как в желудке все переворачивается: — я бы этого не хотел. А потом я узнал, что ты никем не интересуешься, и даже пытаться не стал, но… — кадык его дергается, — смотреть не переставал. Румянец на его лице усиливается, когда осознание мелькает в глазах Нила. — Я тебе нравлюсь, — раздается тихий шепот, едва слышимый сквозь гулкое биение сердца. Эндрю, предпочитая не отвечать, лишь смотрит исподлобья. — Я тебе нравлюсь, — благоговейно повторяет Нил, растягивая губы в улыбке. Эндрю так чертовски сильно его ненавидит, желая стереть эту улыбку с лица своими губами. — Рад, что мы, наконец, это выяснили, — сухо говорит он. — Теперь я могу тебя поцеловать? Нил начинает с восторгом кивать, но затем останавливается. — А как же… Он не договаривает, неопределенно указывая на свое лицо. Отлично, это, по-видимому, происходит прямо сейчас. Взгляд Эндрю темнеет, когда он понимает, о чем пытается сказать этот придурок. Палец, который до этого поглаживал все выпуклые края неровной кожи на щеке, мертвенно замер. — Что, — чуть ли не рычит он. Нил сглатывает и мнется, прерывая зрительный контакт, с интересом уставившись в противоположную кирпичную стену. — Мое лицо испорчено… — Кто вбил эту херню тебе в голову? — вот теперь он рычит, даже не скрывая злости от такой нелепой мысли. — Я… я не красавец… эти шрамы… — бормочет Нил растерянно, — люди шарахаются и пялятся… Ты не можешь… хотеть меня. И все эти переживания только из-за того, что подумает Эндрю? Святое дерьмо. — Нил, заткнись, — цедит он, бесцеремонно перебивая. Нил послушно замолкает. — Люди ебанные идиоты. Ты… Твои шрамы делают тебя тем, кто ты есть. Ты — Нил Джостен, самый интересный человек, которого я встречал в своей чертовой жизни. Ты привлек мое внимание являясь загадкой, которую хочется разгадать. Ты привлек мое внимание так, что я уже, блядь, несколько месяцев не могу выкинуть тебя из головы. Не смей, блядь, думать, что ты испорченный. Потому что тогда я тоже испорченный. Глаза Нила расширяются. Дико качая головой, он спешит заверить: — Нет, Эндрю, ты не… Эндрю никогда и никому, кроме Эбби — их командной медсестры, — не показывал свои шрамы. Он не хотел видеть ни жалости, ни делиться следами своего прошлого, ни открывать эту часть себя, которая показывает, как больно ему когда-то было. Но видя такую уязвимость, написанную на лице Нила и выраженную в нервно дергающихся пальцах, он захотел отдать что-то взамен. Эндрю старался не указывать, как охотно на самом деле он пошел на этот шаг. Медленно он отстранился от Нила, тщательно спрятав все свои эмоции за пустым лицом. Задрав рукава своей черной худи, он не останавливается и поднимает нарукавные повязки следом. — Я, по-твоему, испорчен? — спрашивает Эндрю. Сам он вниз не смотрит — чего он там не видел? — куда интереснее наблюдать за Нилом. Тот сначала удивился — может быть, от вида множественных шрамов, уже поблекших на нежной коже, или от того, что Эндрю вообще показал ему. Но затем взгляд его гребаной несбыточной мечты наполняется пониманием. Никакого осуждения, жалости или презрения. Он не подозревал, что его это беспокоит, но как только увидел, что шрамы не оттолкнули Нила, Эндрю выдохнул, в который раз задумываясь, существует ли Нил Джостен на самом деле. Все это кажется сном. — Нет, — мягко отвечает Нил, с благоговением смотря на него. Эндрю, ради собственного благоразумия, не зацикливается на этом взгляде. Кивнув, он снова хватает Нила за шею и тянет к себе. Джостен не возражает, с охотой подается навстречу. Их лбы соприкасаются, и следующие слова Эндрю выдыхает в чужие губы: — Перестань стесняться себя и своего прошлого, из которого ты вышел победителем и послал его нахуй. Мне… — он сглатывает и говорит напряженными губами: — нравятся твои шрамы, пусть они понравятся и тебе. Это будет небыстрый и нелегкий путь, Эндрю это понимает. Но если Нил позволит, он каждый день, каждый час будет доказывать ему, как он прекрасен. — Нил. Я уже два раза спрашивал, а я не люблю повторяться, — бормочет Эндрю, пьянея от их близости. — Да или нет? В этот раз ответ пришел моментально. — Бля, да, — на одном дыхании выпаливает Нил и первым подается вперед. Эндрю встречает его на полпути, сразу перехватывая руки Нила и направляя их к своим волосам. Из Нила вырывается стон, похожий на скулеж, когда их губы соприкасаются, и Эндрю внутренне вторит ему. Это безумие, взрыв, апокалипсис. Мозг отключается; он не может ни о чем связно мыслить, лишь о губах на его губах, о руках в его волосах, о своих пальцах на теплой коже чужой шеи и лица. Поцелуи Нила Джостена кажутся лучшим, что случалось в его жизни. Это не нежно — это страстно, грубо и отчаянно. Так, словно они оба этого ждали целую вечность. Скорее всего, так и есть. Нил в этом новичок, и это сразу заметно, но Эндрю это, черт возьми, нравится. Нравится, как Нил подхватывает все его движения, повторяя за ним, и как охотно уступает, передавая весь контроль Эндрю. Их языки сплетаются, и ему приходится схватить Нила за бедра, когда у того начинают дрожать коленки, а стоны вырываются чаще. Грудь горит от переизбытка чувств, эмоций и все еще шокирующего понимания, что он целует Нила Джостена. Того самого парня, который еще несколько месяцев назад завладел всем его вниманием, который забрался под кожу и который пробрался куда-то намного глубже. У Эндрю было много поцелуев в жизни, но именно этот ощущается самым правильным и желанным. Нил Джостен может погубить его, и Эндрю с удовольствием, без возражений, отдавая ключ от своего сердца, позволяет иметь над собой власть, потому что понимает: если один упадет, то потащит второго вместе с собой. И кто знает, может быть, вместе они смогут взлететь.

***

Аарон [12:10] куда ты ушел? Аарон [12:10] и кто, по-твоему, будет убирать за тобой твой поднос с недоеденной едой?

______

Ники [12:10] что случилось??? Ники [12:10] зачем ты побежал за Нилом????

______

Ники [12:15] Эндрююю ответь мне!!!

______

Рене [12:15] Удачи :)

______

Жан [13:01] если ты сделаешь ему больно, я убью тебя

______

Ники [13:02] С Нилом все в порядке? Ники [13:04] он жив??? Ники [13:05] ты ему что-то сделал? Ники [13:06] не убивай его, он симпатичный :(

______

Джереми [13:15] почему Жан угрожает лишить тебя причиндалов? Джереми [13:15] Эндрю, что происходит…

______

Кевин [13:20] Я посмотрел наш последний матч и заметил, что на тринадцатой минуте ты отвлекся Кевин [13:20] Не забудь, что тренировка сегодня в шесть часов Кевин [13:21] Я покажу тебе некоторые приемы, которые мы…

***

Эндрю Миньярд не влюбляется, не заводит отношений, не встречается. Но ради Нила Джостена он сделает исключение. И, наблюдая за распухшими губами, растрепанными волосами и таким чертовски влюбленным взглядом, направленным на него, он знает, что ни капли не пожалеет об этом.