amber eyes

Зоро заперся в Вороньем гнезде, игнорируя всю команду на протяжении недели. Он нес вахту по ночам, через раз ел еду, которую ему боязливо приносил Усопп и остервенело тренировался. Они отплыли на следующее утро после того, как Зоро узнал о девке, которая будет теперь с ними плавать. О, он не хотел оспаривать решение капитана и устраивать какие-то сценки, он просто больше не хотел видеть кока. Кока, его отпрыска и его шлюховатую жену. Или шлюховатого кока, раз тот ему изменил. К нему не раз заглядывал Луффи, поднималась Нами, и еще его пытался растормошить Френки со своими изобретениями. Почему то вся команда единогласно встала на защиту поварешки, в одно мгновение приняв его новую семью и не сказав и слова против! И это те люди, которые прекрасно были осведомлены об их с Завитушкой отношениях до всего этого пиздеца! - Если ты не спустишься сию же минуту, твой долг увеличиться на миллион белли, и ты станешь моим должником пожизненно, - сделав страшное лицо, практически прошипела Нами. Ей изрядно надоело поведение Зоро и Санджи, которые не могли никак друг с другом нормально разобраться, а ведь именно ей приходилось дышать всеми ревностными и собственническими альфьими феромонами, долетающими аж с Вороньего гнезда! Девушка не знала, что произошло между этими двумя идиотами и произошло ли что-то вообще, но одно было явно точно. Зоро как обычно сделал какие-то недалекие выводы, не вникая в детали, и теперь злится и ревнует не пойми к кому, а у Санджи на животе шрам от операции при родах и зацикленность на своем ребенке, чтобы обращать внимание на повисшее между накама недопонимание. И это не говоря о каких-либо действиях. - Чего тебе, Ведьма? Когда мечник нехотя спустился на палубу, был уже вечер. Не смотря на прохладный ветер, Нами была одета в короткое платье, а ее волосы собраны в элегантную прическу. - Пока ты изображал из себя самопровозглашенного отшельника, мы причалили к острову. Отплываем завтра ближе к обеду, как раз к этому времени настроится Лог Пос, а пока я ухожу на фестиваль вместе с ребятами, которые, к слову, уже там. На корабле остается Санджи-кун и ты. - Почему я? - прошипел, метая молнии глазами. - Потому что здесь нет ни одного бара, который мог бы тебя, пропойцу, заинтересовать, а Санджи-кун присматривает за малышом и никуда не пойдет. И если что случится, ты будешь защищать корабль и его при необходимости. - С какого хуя я должен его защищать да еще и с его чокнутой семейкой?! - Зоро. - Агх, ладно! Я понял. Понял, вали уже, Ведьма, - рыкнул Зоро. Пнул ни в чем неповинный горшок с каким-то растением, разбивая его вдребезги. Какого хера он должен присматривать за коком и его женой?! Пусть сам за ней следит, а если не уследит, то всем будет лучше без нее. - И не забудь предупредить Санджи-куна! Внутренне взвыв, Зоро нарочито громко протопал в мужскую каюту, с хлопком отрывая дверь и осматривая беглым взглядом пустующие гамаки. Чертыхнувшись, ведь Санджи здесь больше не живет, а расположился со всеми удобствами в отдельной комнате со своей парой, парень еще сильнее хлопнул дверью, едва не срывая ее с петель. Одна мысль о том, что кок, не смотря на все чувства Зоро, притащил на корабль омегу, выбешивала и сводила с ума. Надежда и ожидание их долгожданного воссоединения после двух лет разлуки воскресило парня и собрало его сердце по кусочкам, а вот внезапно появившийся ребенок снова убил. А пребывание на их корабле постороннего, нет, посторонней, вообще ощущалось как будто на нем сплясали танго всей толпой и плюнули напоследок. Зоро чувствовал себя просто разбитым и растоптанным вдребезги, не зная, что ему делать и как себя вести. С Санджи больше не хотелось собачиться, его в принципе не хотелось видеть и трогать. Но чем больше мечник об этом думал, тем больше ему хотелось вгрызться в нетронутую шею, оставляя свою метку. Переметить всего, трахать столько, чтобы весь запах этой сучки выветрился и никогда больше не появлялся. Чтобы Санджи был только его и ничей больше. Чем ближе подходил Зоро к комнате, где расположился кок, тем сильнее в нем бурлила кровь. Пока он тут страдает, Завитушка продолжает развлекаться со своей шлюхой. Остановившись перед самой дверью, Зоро глубоко вдохнул и выдохнул. От каюты не исходило никакого обозначающего территорию запаха, но слышалась возня и едва слышный, приглушенный голос. Значит, его жена внутри. Стоит ли ему заходить? Конечно, он выше этого. Надо показать завитушке, как ему глубоко насрать на него, его ребенка и жену. Что он больше его не любит и чужое счастье его вообще не долбит. Взявшись за ручку и решительно открыв дверь, Зоро сделал шаг вперед, прикрывая ту за собой и оказываясь в комнатке, в которой царил полумрак - на прикроватной тумбочке стоял небольшой ночник, который и служил единственным источником света. В комнате было тепло, даже немного душно. В нос сразу же ударил целый спектр разных запахов, которые, смешиваясь между собой, были приятными и не очень. Мечник почувствовал, как по виску стекает капля пота. Слабо пахло мандаринами, аромат которых, впрочем, всегда витал на корабле, благодаря Нами. Пахло какими-то специями и травами, названия которых мечник не знал, создавая ощущение, что он одновременно находится и на камбузе и в лазарете у Чоппера. Отдаленно пахло чем-то кислым, но больше всего пахло молоком. Сладковатый запах молока был буквально везде, вытесняя и перекрывая все остальные. В комнатке даже отдаленно не пахло излюбленными коковскими сигаретами или его одеколоном, которым обычно разило за версту, создавая ощущение, будто парень не знает меры и выливает на себя весь флакон сразу. Ну, чтоб наверняка. Когда глаза привыкли к темноте, Зоро бегло окинул взглядом помещение, встречаясь глазами с ужасно покрасневшим Санджи, который, не считая ребенка и самого мечника, находился в комнате один. Сидел в ворохе подушек, прислонившись к изголовью кровати и держа на руках мальчишку. Неизбежно опустив глаза чуть ниже, скользнув взглядом по призывно обнаженной шее, выступающим ключицам, а потом и груди, Зоро сглотнул. Ребенок, которого кок держал на руках и прижимал к своей груди, обхватил губами сосок и с жадностью пил молоко, находясь в полусонном состоянии, убаюканный пищей, теплом и легкими покачиваниями. - Кок. Негромкий голос мечника заставил парня покраснеть еще больше, судорожно сглатывая и не имея возможности накричать или хорошенько наподдать незваному гостю. Ники только начал засыпать и Санджи никак не хотел нарушать этот процесс, зная, как будет трудно потом его успокоить и уложить. Когда Зоро сделал шаг вперед, Санджи зажмурился. Уперся пятками в скомканное одеяло в попытке отсесть еще дальше и затеряться среди вороха подушек, а лучше вообще исчезнуть из этого мира. - Что это? - А на что это похоже, вшивый мечник? - Санджи ругался тише шепота, старательно отводя взгляд и чувствуя себя уязвленным. Он никому не позволял смотреть, как он кормит грудью. Это был слишком интимный процесс, чтобы посвящать в него кого-то еще. Ники был один год и восемь месяцев и, несмотря на то, что он потихоньку кушал взрослую пищу, засыпал исключительно с грудью или бутылочкой, что, собственно, не было проблемой. Парень даже ждал этого каждый вечер, чувствуя в такие моменты особое единение со своим сыном. До этого часа. - А... твоя... Кок, ты ебнулся? - так и остановившись посреди комнатки, наполненной тихими звуками причмокивания губ ребенка, прошептал мечник, рефлекторно понижая голос вслед за Санджи. Эта Завихрень окончательно сошла с ума. Или это был новый вид извращений, который этот извращенец проделывал с ребенком, то нужно срочно сообщить ребятам. Нужно будет позвать и все рассказать Чопперу, чтобы тот дал коку лекарства, но.. Но немного позже, потому что прямо сейчас он не мог заставить себя сдвинуться с места, глазами намертво прикованный к открывшемуся ему зрелищу. - Пошел вон отсюда, - устало прикрыв глаза, прошептал парень. Его уши и щеки горели от смущения, а сердце бешено билось внутри грудной клетки, норовя проломить пару костей, если он не успокоится. Старательно игнорируя незваного гостя, Санджи чуть наклонился вперед, заглядывая в лицо малыша и проверяя на сон. Покрасневший сосок легко выскальзывает из расслабленных губ, заставляя Санджи чуть улыбнуться, а Зоро сделать крохотный шаг назад. Он как завороженный наблюдает за выделяющейся на бусинке соска капельку молока, которую так и хотелось собрать языком. То, что здесь не было никого постороннего и то, что прямо сейчас из груди кока текло самое настоящее молоко, заставило шестеренки в голове мечника крутиться, складывая паззл в единую картинку. Если... Если кок и был омегой, что было просто смехотворно, но если все же он бы был, то... - Но... Когда ты... И с кем, если... - А с кем еще, если я постоянно был с тобой? - Санджи посылает Зоро убийственный взгляд, думая, что того уже и след простыл, но все же отвечает. Меньшее, чем ему бы хотелось сейчас заняться - так это с кем-то ругаться и спорить. - Но ты же бета! - шепотом восклицает Зоро, выглядя настолько потерянным, насколько это только возможно. Его взгляд мечется между лицом повара и его грудью, а нос не перестает втягивать сладковатый запах. - Я тебе наврал! - Это не смешно, кок, - Зоро серьезнеет лицом, выдыхая. Если кок хочет позабавиться, это не самая лучшая идея. - Разве? А я тут умираю со смеха. Вот уже два года не могу перестать смеяться, - если бы Санджи мог, он бы всплеснул руками. - Я... Я тебе не верю! - Просто... просто уйди, ладно? Проваливай! Зоро задерживается еще на минуту, продолжая сверлить его взглядом, но все же уходит, оставляя после себя свой запах. Санджи выдыхает, запрокидывая голову. Ужасно. Это просто ужасно. А может и хорошо. Так Зоро все понял наверняка, и теперь ему не придется с ним разговаривать.

***

- Чоппер. - Да, Зоро, у тебя что-то болит? Твой гон еще не скоро, но может из-за чрезмерного выброса феромонов и... Зоро прикрывает за собой дверь лазарета, пропуская беспокойную болтовню олененка мимо ушей. Здесь пахнет медикаментами, Чоппер как обычно суетится за своим столом, переливая цветные жидкости в колбах, и ему хочется поскорее отсюда уйти. - Нет, со мной все в порядке. Но я вчера заходил к коку и мне кажется, он... Ну, сошел с ума или чем-то болеет. Я имею в виду он и раньше был странным со своими эротическими замашками, но теперь он переходит границы. - Что?! Я же позавчера с ним общался и все было совершенно в порядке! Что с ним? У него жар? Кровотечение? Что-то с малышом? - Эээ, нет. Когда я зашел, у него из груди текла какая-то жидкость и вид у него был не здоровый. То бледный, то красный. Там темно было, не знаю, но он уверял меня в том, что он омега, а я же прекрасно знаю, что кок бе... - Но Санджи и есть омега. Зоро выходит из лазарета, чувствуя себя так, словно его ударили по голове чем-то невероятно тяжелым. Все новая информация звучала сюрреалистично и напоминала какую-то тупую несмешную шутку, о чем он и сообщил озадаченному Чопперу. - Он тебе ничего не сказал? Зоро глубоко вздохнул, нервно оглаживая большим пальцем ножны катан. Час от часу не легче. Если нет никакой жены, Санджи не бета, а омега, тогда от кого у него ребенок? Значит ли это, что он нашел себе кого-то за те два года? Даже если кок и сказал, что был только с ним, можно ли ему теперь верить? Получается, что это и его ребенок тоже? Но такого просто не могло случится, он не помнил, чтобы у Санджи была течка да и и у него самого не было гона, чтобы он потерял всякий контроль и забылся. Окинув цепким изучающим взглядом мальчишку, который сидел на газоне в окружении немногочисленных игрушек, Зоро подошел ближе. Нет, это определенно был ребенок кока. Волосы, выглядывающие из под панамки были такого же блондинистого оттенка да и лицо похоже. Только глаза другого цвета. У кока они были небесно-голубыми, но такими разными. То такими глубокими, что в них можно было потеряться и утонуть, то сверкающими настолько, что можно было ослепнуть. Иногда взглядом его глаз можно было убивать, а иногда и выразить всю любовь. Зоро знал все оттенки глаз и взгляды парня, а вот у мальчишки глаза не голубые, а скорее какие-то желтые или коричневые, он не разбирался. Но совсем не такие красивые, как у Санджи. Да и бровь обычная - такая же, как и у каждого первого человека на всем Гранд Лайн. Прищурившись, Зоро тянет палец к ребенку, который теперь смотрит на него своим любопытным взглядом. Слабо тычет в розовую щеку. Она теплая и мягкая, а смех ребенка звонкий и самый искренний. Мечник одергивает руку, будто его застали с поличным за чем-то противозаконным, и поспешно встает с колен (когда только успел опуститься). Еще раз окидывает взглядом ребенка, на голове которого была панама, закрывающая большую часть лица, из-за которой мальчишка был похож на гриб. Кривится в слабой улыбке. - С ума сойти. В уже более приподнятом расположении духа, разбавляющим его замешательство, Зоро провел остаток дня. На камбуз он так и не заходил, не зная, как ему себя вести. Заявить права на кока, как на свою омегу? Спросить, его ли это ребенок? Вести себя как ни в чем не бывало или заново объявить о своих чувствах и прояснить все недопонимания? Он мог бы хорошенько проучить Завитушку, который обманывал его все это время, заставляя нервничать и ревновать. О, да, он бы переехал в ту комнатку-каюту, где расположился кок, и тогда бы им никто не мешал. Это было бы замечательно! Не пришлось бы больше прятаться по кладовкам и он смог бы, наконец, пометить Санджи, чтобы тот не ходил, будто бы ничейный. Чтобы все знали, что он ой какой чейный! Чтобы весь был в его запахе, а сам Зоро был в его запахе. Тогда ни у кого не будет возникать никаких вопросов и никакие там извращенцы не заглядывались на его пару. Сглотнув от мыслей, будоражащих его воображение и вызывающих неплохое возбуждение (после такого-то длительного воздержания), от которого становилось невыносимо жарко и поджимались яйца, Зоро уперся взглядом в знакомую дверь, держа подмышкой свою подушку и одеяло. Вся злость ушла в мгновение ока, оставив на своем месте лишь легкое ее послевкусие. Конечно, он видел в комнате кока много подушек да и одеяло там было, но эти то вещи будут с его запахом! И Завитушка будет им укрываться, пропитываясь запахом своего альфы. И с утра он будет такой горячий и мягкий после сна, пахнущим им, что будет просто невозможно удержаться и не... Нет, это потом. Потом он еще донесет побольше своих вещей, которые Санджи мог бы носить просто так или использовать для гнездования и создания уюта в их комнате. Облизнувшись и нетерпеливо перемявшись с ноги на ногу, мечник без стука вошел в помещение, все также наполненное разными запахами. Скоро здесь будет пахнуть только ими двумя и было бы глупостью стучаться, если это и его комната тоже. - Ты... Ты чего здесь забыл? Когда Санджи обернулся на шум, от удивления из его головы вылетели все ругательства, а из рук выпала детская пустышка. Этот неотесанный чурбан за каким-то хером снова притащился сюда, не прошло и суток. Стоял в дверном проеме с довольной мордой, по которой так и хотелось проехаться подошвой ботинка! Да еще и притащил с собой целых ворох каких-то вещей! Погодите-ка. Это что, подушка?! - У тебя ведь нет никакой жены, эро-кок, не так ли?