Полимер, в котором я живу

Заседание совета руководителей Предприятия 3826, посвященное проблемам доведения робототехнической продукции до конечного потребителя, продолжалось уже четвертый час. Харитон откровенно скучал. Он успел мысленно дойти до тысячного знака после запятой в числе “Пи”, подсчитать количество редеющих волос на темечке у Вавилова, и написать на попавшемся под руку листке черновую схему синтеза полимера, потенциально способного заменить мозговой ликвор у высших приматов. Бесконечные нудные обсуждения вокруг, впрочем, и не думали заканчиваться. Главным источником скуки ожидаемо являлись аппаратные деятели. Эти люди в вельветовых костюмах, с явными следами неумеренной жизни на челе, совершенно не понимали и половины обсуждаемых тезисов, зато с завидной регулярностью встревали в дискуссию к месту и не к месту, требуя экономических обоснований для каждой выдвигаемой идеи. Сидящий во главе длинного овального стола Сеченов уже ощутимо выдохся под их натиском – в голосе главы Предприятия все сильнее прорезывались до боли знакомые раздражительные нотки. – И все же, товарищ Сеченов, – встал с места председатель делегации из Минфина, на взгляд Харитона невероятно похожий на матерого борова, на которого зачем-то напялили пиджачную пару, – Какой финальной цели должна служить ваша выставка? Чем она будет хороша с экономической точки зрения? Я надеюсь, вы понимаете, что бюджеты, вкладываемые в Предприятие, должны расходоваться исключительно на повышение ежегодных целевых показателей по заданным метрикам. Выставочный комплекс, на мой взгляд, эти метрики сейчас никак не улучшит. Харитон подавил острое желание зевнуть во весь рот. Похоже, все обещало начаться по второму кругу… хотя, судя по гневному сверканию глаз Димы, второй круг мог начаться с метания начальственных громов и молний. Сначала в делегацию Минфина, потом в собственных специалистов, которые не смогли подготовить демонстрационные материалы достаточно доходчиво. Ситуацию надо было как-то спасать, потому что за еще два часа разговоров ни о чем и выяснения отношений он точно сойдет с ума от бесконечной скуки. – Владлен Митрофанович, позвольте, я отвечу на ваш вопрос вместо академика Сеченова, как автор и, так сказать, идейный вдохновитель сегодняшнего обсуждения, – Харитон отодвинул стул и встал. Оппонент почмокал толстыми губами, будто что-то подсчитывая, после чего вопросительно развел руками. – Ну, если Дмитрий Сергеевич не возражает… – Не возражаю, – даже чересчур торопливо, но со слышимым облегчением отозвался Сеченов. – Харитон Радеонович, излагайте. – Я думаю, текущее обсуждение утратило свой первоначальный смысл, – ядовито начал Харитон, скрестив руки на груди. – Кажется, изначально мы собирались на этом, ммм… мероприятии не для того, чтобы выяснить, сколько рублей казне принесет выставочный комплекс Предприятия, а для того, чтобы выяснить, как нам донести гражданам идею того, что продукция Предприятия это шаг в будущее. Улавливаете мысль? – Не совсем, – настороженно отозвался председатель. – Тогда выражусь еще более ясно. Изначально в выставку закладывалась идея – как сделать так, чтобы люди не боялись роботов. Так понятнее? – можно было даже не скрывать сарказм. Все настолько устали, что он уже воспринимался как должное. – Понятнее. – Тогда следите за мыслью. Если мы организуем комплекс в представленном двумя часами ранее виде, мы сможем не просто показать людям всю нашу продукцию в безопасной обстановке, но и оценить их реакцию на роботов. Понять, какие варианты внешнего вида и функций хороши, а какие плохи. И таким образом, сделать роботов еще лучше, что без сомнения хорошо скажется на целевых показателях. “А также позволит оценить уровень интеллекта и поведенческие паттерны любого, кто войдет на выставку”, – чуть было не ляпнул он в завершение речи, но вовремя прикусил язык. Эта идея была его гордостью – под видом выставки создать целый комплекс, оценивающий поведение любого вошедшего и подсовывающий наиболее выгодные варианты экскурсии в зависимости от результатов оценки. Антропологических и социологических данных – море… а также весьма деликатная и личная информация о некоторых особенных гостях. Например, о высокопоставленных лицах и их реакции на стресс или положительные стимулы. Правда, эту информацию совершенно не обязательно было знать чинушам из Минфина. Тот недовольно повел плечами и хмуро уставился на Харитона. – Мы это уже проходили. А какой прогноз в процентах? – Зависит от того, какой поток посетителей пройдет через выставку. И, кстати, здесь даже дополнительный бюджет осваивать не придется. Здание вполне может быть возведено силами “Коллектива”, от вашего ведомства требуется только дать соответствующую резолюцию для начала постройки. Думал Владлен Митрофанович недолго. – Так бы сразу и сказали. Сроки согласуем дополнительно, процедуру одобрения начнем с завтрашнего дня. Давайте подведем итоги, товарищи… Из-за спины чиновника, начавшего произносить завершающую порцию бубнежа, выглянул Сеченов, и, встретившись с другом глазами, едва заметно произнес одними губами “Спасибо”. Харитон кивнул и опустился обратно на свое место. Оставшегося времени как раз должно было хватить, чтобы обдумать примерный сценарий расположения экспонатов. И систему следящих за поведением датчиков, разумеется.