Чёрный Оникс

Девушка недавно проснулась. Рядом с кроватью находился букет роз, которые вчера подарил Феликс. Признаки простуды уже прошли, поэтому самое время сходить на прогулку или выпить горячий кофе, наблюдая за огненными нарядами деревьев. Патрицию тревожило какое-то предчувствие, но она старалась не обращать на это внимание. Девушка вышла из комнаты и направилась к Августе. Они очень подружились за последнее время: вместе гуляли, болтали и просто хорошо проводили досуг. Августа радовалась, что у неё появилась подруга, ведь до этого момента она не с кем особо не общалась: другие служанки были старше её, поэтому воспринимали девушку исключительно как дитя, а с мужчинами она жутко стеснялась говорить. Каждый раз Августа представляла, что проведёт время со самым главным объектом её симпатий и неловкости от нерв — с Альдо, который относился к ней только по-деловому, но этого так и не происходило. Он давал поручения и сразу преступал к другим обязанностям, поэтому не предоставлял девушке ни капли поводов для их романа в её голове. Ночами она прокручивала их историю любви, где, конечно, она в начале ему отказывала, а после они сходились. Там у них был даже поцелуй. Девушка долго лежала и представляла ситуации, где Альдо оказывался романтиком, а на утро видела опять суровое и неприступное лицо парня. Патриция зашла в комнату и увидела покрасневшую от слёз Августу. — Что случилось? — подлетела к ней Пат, — ну, что ты плачешь? — Неважно, ещё голову тебе забивать… — Не говори глупости и не раздражай. Ну? — Мне один человек нравится, а я ему нет. — Ты уверена в этом? — Да… — А кто это? — Патриция нахмурилась. Снова послышались всхлипы: служанка содрогалась от плача. Черноволосая закатила глаза. — Альдо… — выдавила влюблённая. У Патриции округлились глаза, но она взяла себя в руки. — Успокойся, мы что-нибудь придумаем. Давай ты сейчас умоешься, пока я схожу к Феликсу, а потом мы погуляем? — Хорошо… *** Наступил вечер. Феликса не было дома. Альдо сказал, что мистер Беллероуз уехал вчера вечером, ничего не говоря. Девушка осмотрела его комнату: записки не было. Обычно парень не уезжал так надолго и без записки уж точно. Нарастало волнение. Он ничего не говорил и о поездках. Только накануне вёл себя подозрительно: то резко отдалялся, то с чувственностью дарил подарки. Постоянно был задумчив. Альдо тоже ничего не знал. Патриция перерыла весь рабочий стол парня и ничего не нашла: писем, приглашений не было. Одежда висела на месте. Комната Феликса отличалась мрачностью: тёмная мебель, угольное расшитое постельное белье и многое другое, но самое странное — меч, висевший в шкафу с стеклянными дверцами. Рукоятка серебряная с объемными узорами и камнем изумрудного цвета. Лезвие прямое, отражающее всё. Бесспорно красивый меч, но зачем его хранить в спальне? Хотя Феликс в плане декора всегда был необычен. Девушка решила подождать до завтра — тогда она разошлёт письма всем знакомым. Вдруг он у кого-то в гостях? Патриция пыталась успокоится, но тревога поднималась. Он просто уехал в гости. Куда же ещё он мог деться? Нужно подождать. Патриция пошла на прогулку, где уже забыла о сердечных муках Августы, погруженная в собственные тревоги. Августа тоже не начинала разговор, видя настроение подруги. Они молча гуляли. *** На следующее утро девушка сразу побежала к Альдо, почти не спав всю ночь. — Феликс приезжал? — с надеждой спросила она. Руки похолодели и чуть тряслись от волнения. В лице Альдо появилось сожаление, которое Патриция проигнорировала. — Нет. Сердце рухнуло. Девушка поплелась к себе и села на кровать, глядя в пустоту. Волосы спадали на лицо, плечи опущены. Потекли дорожки слёз. Вдруг что-то случилось? Где он? Патриция запустила руки в волосы. Нужно собраться. Может он в гостях у кого-то или в пути. Девушка села за письменный стол и написала приличную стопу писем всем, с кем когда-либо встречался Феликс. Может у него появились неотложные дела по поводу торговли. *** Ответы на письма пришли. Феликса нигде нет. Пропал. Целых две недели и ни весточки. Альдо видя состояние девушки организовал поиски, но тоже ничего не было найдено в округе. Патриция почти не спала. Не то, чтобы она любила его. Она была влюблена. Появилось трепетание. Она привыкла к нему. Девушка похудела, щёки впали. Ещё через неделю — всякая надежда пропала. Скорее всего его убили. Черноволосая плакала ночами, иногда до пропажи слёз, а потом засыпала. Бывало она сидела заламывая руки и растирала грудную клетку ладонями. Августа видела состояние девушки. Забыв про свои проблемы, она утешала Патрицию, которой это особо не помогало, однако создавало чувство поддержки. Сегодня ночью Патриция направилась на третий этаж и медленно зашла в мастерскую Феликса. На мольберте находился холст с изображением Патриции. В полумраке, освещённая лунным светом, величалась девушка. Бледная кожа, оттенённая чёрными волосами; изящная рука прикрывала шею; пухлые губы; томный и загадочный взгляд — вот как видел её Феликс. Патриция провела рукой по шершавым, засохшим масляным краскам. Девушка села на пол, облокотившись на стену. По щеке одинокой росинкой стекла слеза. — Где ты, Феликс? Что с тобой? — прошептала она.