Чёрный Оникс

Голова была забита мыслями. Что делать, когда так много врагов и так мало союзников? Константин не знал. Он уже год король, но не показывается на обществе — боится бунта или что-то вроде того. Сложно быть ребёнком от брака, против которого были почти все. Мертвому королю Марселю всё это простили, а его сыну — нет. Однако Константин не может запереться навсегда, что прекрасно понимал сам. Он лишь старался налаживать отношения с другими государствами, а потом хотел приняться за политику внутри страны. Кто-то его не уважал — слишком молод для правителя, так ещё и дурная кровь. Его отец — вот, кто уладил бы всё в миг. Великолепный правитель, чьё правление войдёт в историю, верный и любящий муж, заботливый отец — идеал во всём. Он решал любые вопросы. Где-то проявлял строгость, где-то доброту. Но Константин не такой и это тревожило его. Он мягкий по характеру, он не может быть где-то жестоким и строгим. Отец для него идеал, эталон, на которого каждый день пытается быть похожим Константин. Тяжело стать хотя-бы нормальным королём, когда твой предшественник такой, тем более, если твоя главная цель — мир. У парня есть стратегия и он придерживается её, поэтому сейчас общество не видит его, а будущая жена и королева знакома лишь мельком. *** Патриция заказала платья. Все тёмных оттенков, потому что девушка хотела создать неприступный образ жестокой хозяйки. Может цвета и не имеют особой роли в этом плане, но черноволосой было легче ощущать себя такой в подходящей одежде. Скоро свершится её месть, долго вынашиваемая в голове и мечтах. Пора собираться. Девушка села в карету, где уже ждали её телохранители. — Трогай! — Крикнул первый. Патриция крутила в руках письмо. Она отомстит и отпразднует это балом. Девушка чувствовала волнение и будоражащую радость. Главное, чтобы план не провалился. — Добрый день, мистер Девис! — Поприветствовала Патриция Копреса, находясь в его кабинете. — И вам. Так что вы хотели со мной обсудить? — Понимаете, сейчас я достаточно успокоилась в плане пропажи моего мужа, поэтому взяла на себя его дела. Мне до сих пор тяжело об этом говорить. Как я понимаю, у вас с ним был выгодный договор, действие которого уже прошло, но я очень хотела бы продолжить с вами сотрудничество, так как вы очень деловой и умный человек, а также на вас можно положиться. — Я вас внимательно слушаю, — улыбнувшись сказал мужчина. Лесть подействовала. — Насколько я поняла, из-за строительных действий, путь, по которому перевозят ткани перекрыт, поэтому мне нужно найти постоянный новый, а у вас, как раз, в том месте недавно купленная территория, где мог бы проходить мой путь. — Почему я должен согласиться? — Хитро улыбнулся Копрес. — Это предложение выгодно для вас: я буду выплачивать вам хороший деньги, и насколько я поняла, ваша территория ничем не занята, соответственно территория приносящая доход лучше, чем пустующая. — По состоянию я богаче вас и в деньгах не нуждаюсь. Что ещё вы можете мне предложить? — А что вы бы хотели получить? Так мы сократим время разговора, — ухмыльнулась девушка. — Было бы неплохо, если бы вы стали моей любовницей, — деловито проговорил Копрес, поджав губы. — А ваша жена? — Патриция подняла брови: ничего себе желание. — Мне тогда нужны были деньги, а она с приличным приданным, как раз попалась мне. Так ещё и её родители мне благодарны: спас девушку от безбрачной жизни. — Допустим, вы говорите правду, но себя я не предлагаю, мистер Девис. Моя свобода в приоритете. — Что ж, — его лицо снова стало серьёзным, — я вас понимаю. — Только я не могу вас понять. От чего же вы не разведетесь с женой? — Мне удобно. В обществе я примерный семьянин, а не холостяк, которого шепотом можно назвать «развратником». — То есть у Кавии хорошая репутация? — Достаточно. — Хорошо. У меня есть один нескромный вопрос: зависите ли вы от её родителей? Я слышала у них крупное дело, а у вас таких нет, однако же огромный капитал, — девушка сначала «скромно» опустила глаза, а потом подняла взгляд, — А положение при дворе? Это тоже благодаря им? Копрес побледнел. В точку. Она права, это видно по его лицу. — Нет, у меня большое наследство, — он пытался взять себя в руки. — Ваш отец отнюдь не был богатым. — Чего вы добиваетесь? — Понимаете, я нашла в столе у мужа замечательное письмецо. И не одно. Сейчас вам прочту. «Мой любимый Феликс, то что я вышла замуж не значит, что я охладела к тебе: брак этот был заключён против моей воли. Я люблю тебя одного. Мой муж редкостный баран, не то что ты. Я никогда не забуду наши ночи. Каждый раз их вспоминая, я краснею и втайне хочу повторить их. Каждое твоё действие доводило меня на вершину экстаза. Я знаю, что согрешила, но повторяла бы это из раза в раз. Жить с ним невыносимо. Он жуткая свинья и развратная тварь, которая толстыми руками трогает меня каждую ночь, так что меня тошнит.» — Мне продолжать? Там ещё много интересных моментов, — ядовито улыбнулась девушка. — Что вы хотите? — Его руки стали подрагивать, какой трус. — Хороший договор с минимальными расходами для меня. Сразу предупреждаю: за дверями два моих телохранителя — громилы, если я хоть пискну, они разнесут тут всё к чёртовой матери, поэтому не тянитесь за клинком. У вас же нет охраны. — Стерва! — Решено! Составляем договор. Судебный работник уже здесь. Заходите. *** Патриция сидела в гостиной с большим окном в роскошном бархатном бордовом платье, волосы завиты в локоны, на шеи блестит серебряное колье, а на большом пальце перстень Феликса. Для такого случая девушка даже накрасилась. Гостиную освещало множество свечей, а в огромном окне величалась чёрная ночь. Послышался грохот: дверь открылась, два телохранителя тащили за руку Кавию. Рядом с Патрицией её поставили на колени. — Ты? — Лишь произнесла блондинка с ужасом. — Допустим, что я. — Ухмыльнулась Патриция. — Что ты от меня хочешь? — Мести. Возмездия. — И как ты будешь мне мстить? — Снова в глазах лишь ужас. — Моли о прощении, — приказала Патриция и не узнала свой голос, он стал скрипящим и звучал словно лёд по горячему телу. — Я не буду этого делать! — Черноволосая кивнула одному телохранителю и он начал проводить глубокий порез по предплечью Кавии: послышался звонкий крик. — Хорошо! — Парень остановился, — Прости меня. — Громче. — Прости меня. — Ещё громче! — Прости меня! Патриция дала Кавии звонкую и сильную пощёчину. Голова блондинки моментально повернулась в бок, щека окрасилась в красный. — Закончите дело, — властно и громко приказала Патриция телохранителям и вышла из комнаты. Послышался жуткий крик. Патриция улыбнулась. Она не убьёт её. Пусть Кавия живёт в постоянном страхе за свою жалкую жизнь и вздрагивает каждый раз от имени черноволосой. Блондинка получит лишь длинный шрам от запястья до плеча, как напоминание о своей роковой ошибке.