Прости мне этот каприз

Лекса подъехала раньше 9, но Кларк была готова с раннего утра. Она часто выглядывала в окно, беспокойно ходила по комнате, садилась на кровать и снова вставала. Предстоящая поездка напрочь лишила её спокойствия. И не только поездка. Кларк отказалась завтракать, наспех выпив несколько глотков кофе. Она собрала рюкзак и положила самое необходимое. Хотя кое-что прихватила из излишеств. Кто знает, как закончится это путешествие. Час икс настал. Синий внедорожник Лексы подъехал к воротам. Финн уже ждал соседку, чтобы загрузить последнюю партию рыбы. Кларк моментально спустилась вниз. — Ну что, принцесса, готова покинуть меня? — улыбнулся Финн и распахнул объятия. Кларк с нежностью в них утонула. — Более чем! — сияла она. — Довольная, как кот мартовским утром! — Я очень хотела поехать. — Это-то меня и беспокоит, — обернулся Финн на Лексу, — твоё яростное желание настораживает. Кларк ничего не ответила, встретившись с Лексой взглядом. — Лекса, надеюсь, мне не нужно говорить, как я переживаю? Присматривай за моей малышкой. — Раз отпустил её со мной, будь добр, доверяй! — с претензией ответила она и пошла в машину. Кларк последовала за ней. И путешествие началось. Первые часы они ехали молча. Лекса была не расположена к разговору, который изредка заводила Кларк, но всё равно в животе Гриффин бурлили фонтаны радости. Ей достаточно быть рядом. За окном показался придорожный мотель. Лекса заехала на заправку и зашла в магазин, не спросив Кларк, нужно ли ей что-то. Она быстро вернулась и положила купленную газировку в бардачок, задев оголенную коленку Гриффин. А потом протянула ей шоколад. Кларк неуверенно приняла сладость. — Спасибо, — протянула она еле слышно. Фонтаны радости в животе затихли. Появилось другое чувство, которое возникает тогда, когда Лекса неожиданно проявляет внимание. Вудс молча повернула ключи, но услышала вдогонку еще фразу. — Мне приятна твоя забота. И тело русоволосой заметно напряглось. Она не повернулась, но на мгновение прекратила движение. А Кларк не спешила завершать монолог, стараясь всеми силами превратить его в беседу. — Где мы будем жить? — В отеле. Я всегда останавливаюсь в нём. Но тебе нужно кое-что уяснить, — Лекса отвлеклась от дороги и посмотрела на Кларк, — я не буду твоим поводырем. Я еду работать. А ты можешь своё свободное время провести по интересу, можешь гулять, отдыхать, посетить выставку. В городе есть много интересных мест. — Ты всегда будешь занята? — Нет. — Тогда может… — Кларк не смогла договорить, воздух в машине накалялся. — Нет, Кларк, не может. Нам не нужно проводить время вместе, — старясь не превысить тон, перебила Вудс. — Чего ты боишься, Лекса? — в горле явно ощущалась горечь. Но Лекса не ответила. Она прибавила музыку, и всю оставшуюся дорогу они молчали. Кларк смотрела за окно, но мысли были далеки от разглядывания пейзажа. Ею овладело смятение. Лекса то чутка и внимательна, то холодна и закрыта. То подпускает, то отталкивает. Кларк мучил её характер и безвозвратно увлекал в свои ледяные объятия. Она бы бросила эту неразрешимую головоломку, но уже не могла. Был лишь один путь: добиться желаемого, иначе это была бы не Кларк. Иначе зачем в её жизни был тот чувственный, полный взаимности поцелуй? В руке она сжимала подаренный шоколад. К полудню они приехали в город. К отелю «Роял». Лекса вышла из машины и проверила багажник: весь ли товар на месте. Кларк покорно её ждала. После они направились внутрь. — Два номера, пожалуйста, — обратилась Вудс к стройной девушке за стойкой. — Зачем два? Мы можем жить в одном, — отреагировала Гриффин и встретилась с недоуменным взглядом зеленоглазой. И поспешила закончить, — так выйдет дешевле, один номер с двумя кроватями, — её голос стал тоньше и тише под напором глаз, в которых промелькнули молнии. — Два номера, — повторила Лекса, снова обратившись к регистратору. — Простите, остался только один номер, но он, действительно, рассчитан на двоих, там два спальных места, — стала оправдываться брюнетка за стойкой. — Вы издеваетесь? — Лекса снова посмотрела на Кларк, которая самодовольно улыбнулась. — Простите, мисс. — Это единственный приличный отель в Анкоридже, — убеждая себя, произнесла Лекса и на секунду прикрыла глаза. — Ладно, мы возьмем этот номер. В груди Кларк пронеслось торнадо. Дыхание стало глубоким. Девушки поднялись на нужный этаж, открыли дверь, и их взору предстала небольшая, но уютная комната с двумя кроватями, они стояли рядом. — Выбирай, — скомандовала Лекса. Кларк заняла ту, что ближе к двери, Вудс расположилась возле окна. «Кровати наверняка сдвигаются» — украдкой подумала Кларк и улыбнулась. — Твоя эмоциональность тебя погубит, — флегматично проговорила Лекса, заметив улыбку. Она раскладывала вещи. — Мне просто нравится это путешествие, — беспечно ответила девушка. Она, правда, пыталась скрыть своё настроение, но это не получалось. — Я сейчас в душ, а потом уеду по делам, — предупредила Лекса. — Хорошо, я пока здесь освоюсь. — На твоем месте я бы не стала терять время, его не так много. Можешь сходить в город. — У меня другие планы, — загадочно произнесла Гриффин, чем вызвала подозрительную искру в зеленых глазах. Лекса не стала уточнять. Она взяла полотенце и скрылась в ванной. Кларк села на кровать, слыша, как включилась за стеной вода. В голове появилась одна пикантная картина, от которой защемило в груди. Она качнула головой, чтобы прогнать наваждение. «Боже, Кларк, так нельзя!» Она стояла перед зеркалом, когда Лекса вышла после банных процедур. На ней был белый халат, тапочки, с волос стекали капли и катились по острым ключицам. Фруктовый аромат разошелся по комнате. Она прошла мимо и села на свою кровать. А Кларк не дышала. Она смотрела на неё в зеркало и не могла отвести глаз. Видеть Лексу такой домашней, ручной и близкой было волнительно и небезопасно. Хотелось просто её касаться, говорить с ней, смотреть без преград. Хотелось быть ближе и ближе. Но почему она так далеко? — Кларк, — позвала её Лекса, замечая, как девушка без стеснения на нее смотрит. Кларк опомнилась и отвела взгляд. Хотелось говорить, но слов после увиденного не находилось. Она принялась расчесывать волосы, но расческа выпала из рук в сторону Лексы. Руки отчего-то не слушались. Кларк повернулась и нагнулась за расчёской, но почувствовала на себе смелые искры зеленых глаз. Точнее в область декольте, потому что грудь виднелась из-под топа. Она поймала эти хищные стрелы и видела, как Лекса засуетилась и резко отвела глаза. Наконец-то она была уязвлена и поймана с поличным. Кларк была довольна этой неловкостью. Она улыбнулась и продолжила процедуру с волосами. А Вудс скрылась в ванной и через несколько минут вышла одетой, после чего ушла. «Она даже волосы не высушила» — подумала Кларк, усмехнувшись этой спешке. Кларк осталась одна, но скучать не собиралась. Она знала цену поездки и точно следовала тому, что собиралась в ней сделать. «Игра началась». Лекса вернулась поздно. За окном уже установился поздний вечер. Она скользнула по Кларк, которая полусидя расположилась на кровати и листала телефон. А потом скрылась в ванной. Кларк не чувствовала её безразличие, было ощущение, что она избегает контакта. — Ты никуда не ходила? — спросила Лекса, когда вышла. — Нет. Были дела. Лекса только сейчас заметила смену обстановки комнаты. В углу, возле софы, появился низкий столик, на тумбе стоял магнитофон. Шторы закрыты, горел тусклый, приглушенный свет. — Откуда это взялось? — Как твоё настроение, Лекса? — не ответила Гриффин. — Стабильное. Кларк набрала чей-то номер и сказала, чтоб заносили. Вудс внимательно за ней следила. — Тогда, надеюсь, ты не откажешь мне в совместном ужине? — Кларк… — но девушка не успела договорить, в дверь вошли два официанта и принялись расставлять блюда. Меню было французским. А потом юркие юноши удалились, оставляя наедине двух красивых особ. — Кларк? — выгнула бровь зеленоглазая. — Прошу, проходи, — Кларк указал ей на софу и следили за повиновением. Сама же села напротив. Неловкость Лексы была обворожительна. Кларк давно заметила, что колкость и цинизм девушки постепенно исчезали. Она стала мягче. Кларк ухаживала за ней: положила устрицы, налила вина, включила негромко музыку, зажгла свечи. А когда села рядом, то протянула бокал и легонько стукнула им о тот, что находился в руке Лексы. — За тебя! Она осушила его до дна и блестящими огоньками окатила фигуру следившей за ней девушки. И улыбнулась. — Почему ты не ешь? — Ты только это хочешь спросить? — Лекса поставила вино, не сделав глотка. Она была серьёзна и строга. — Нет, я хочу поговорить. — Приступай. Кларк сначала замешкалась от допроса, но потом поняла, что другого шанса может не быть. — Ты говорила, что не хочешь отношений, но почему? — Мне это не нужно. — Должна быть причина. — Её нет. Я не хочу ответственности, криков, ссор, разочарований, гораздо проще получить желаемое на одну ночь и расстаться с ним утром. — Но ты же не всегда была такой? — Конечно, у меня были мимолетные отношения, ни к чему хорошему это не привело. Все они исчезали. Потом появилась Луна со своей любовью, мне хватало её сполна. Кларк налила еще вина. И снова его полностью выпила. Разговор был горько-соленым, как и ощущения внутри. — Я не знаю, Лекса, как к тебе подступить, — признала Кларк и опустила взгляд. — Зачем тебе это, Кларк? Ты молода и красива. А связавшись со мной, будешь страдать. Зачем ты тратишь на меня своё время? — Ты правда хочешь знать? — длинные ресницы Гриффин хлопали учащенно. Лекса встала, обошла софу и села рядом с Кларк на узкий диван. Она приблизилась к ней вплотную, вжимая её тело в своё. Она провела по белоснежной коже ладонью, заглянула в мятежный океан глаз, очертила пальцем родинку и проговорила в самые губы: — Мы можем переспать, можем провести безумные часы вместе, но это сделает тебя несчастной. Я помню твои губы, их вкус, я бы хотела вновь сорвать твой поцелуй, но не смогу остановиться. — Лекса, — Кларк поддалась вперед, вдыхая каждый залп воздуха, исходивший из манящих губ, она положила руку на шею девушки. — Я не закончила, — чуть отстранилась Вудс и убрала локон за ухо Кларк. — Услышь меня наконец. Я не смогу дать тебе длительность нашей связи, поэтому лучше оставить всё как есть. Мне не хочется поступать с тобой, как с другими. Ты особенная, Кларк. И Лекса встала с дивана, проходя к своей кровати. Кларк не знала, как пережить этот разговор. Она понимала, что Лекса права, ей будет мало ночи, ей нужна вся жизнь этой девушки. И так больно получить в этом отказ. Она повернулась и смотрела, как Лекса снимает одежду, оголяя торс, накидывает ночную рубашку и скрывается под одеялом с головой. Ей тоже нелегко далось признание. «Ты мучаешь себя и меня, Лекса. Ты бежишь от эмоций, что же обращает тебя в бегство?» И вдруг в голове возникла одна мысль. Она настойчиво внедрялась в сознание. Лекса в раннем возрасте потеряла родителей. Она чтит их историю, она слышала, как была влюблена её мама, но она предпочла жизнь без них и отца. Она уехала и оставила их одних, занимаясь карьерой. Одиночество и тоска сопровождали Лексу в детстве и юности, теперь она боится их, как огня. Она боится, что кто-то её оставит. Кларк была той, кто точно её оставит. Уедет из диких мест в мегаполис, закрутит новый роман и забудет о дикой истории в силу возраста и нрава. Лекса не могла поверить той, кто еще недавно плевался от пыльных дорог Аляски, а сегодня вдруг оказался в неё влюблен. Лекса крепко оберегает своё сердце от вмешательств и боится влюбиться, как любил отец её мать. Она сломлена, но прекрасна. Глаза Кларк покрылись влажной пеленой, она всё еще смотрела на Лексу, думая о том, как тиха и прочна её печаль. «Я не собираюсь оставлять тебя, Лекса Вудс. Я не уеду» — с этой мыслью она направилась в свою кровать. Но перед сном надела шелковый пеньюар, соблазнительно подчеркивающий формы. Теперь её намерения были прямы и понятны. Она не собиралась поворачивать назад. Утром Лекса встала раньше. Она могла бы пройти мимо Кларк, но остановилась. Одеяло спало, обнажая вид на почти голое тело. Белоснежные ноги растянулись по длине ложе, живот оголился, грудь выпала из декольте, открывая вид на молочные соски, руки вскинуты за голову. Дыхание Лексы участилось. Она старалась совладать с подступившим волнением, но не получалось. Кларк, будто чувствуя чей-то взгляд, приоткрыла глаза. И поняла, что происходит. Лекса тут же приняла безразличный вид, подняла одеяло и накрыла им Кларк, сама же скрылась в ванной. Гриффин улыбнулась. Такое начало дня вполне устроило. Когда же Лекса вернулась и села за туалетный столик, чтобы расчесать волосы и нанести тушь, Кларк не стала медлить. Она подошла сзади, взяла расческу и рукой провела по плечам зеленоглазой. А потом принялась расчесывать её волосы. Лекса замерла и не препятствовала, лишь слегка склонила голову назад. Красиво уложив шелковистые локоны, Кларк наклонилась к её уху и прошептала: — Хорошего дня, — и ушла в ванную. Но закрыв за собой дверь, она с усилием прижалась к этой двери, томно дыша. В животе пульсировало желание, страсть, волнение от близости Лексы. Тело накалено до предела. Хотелось скорейшей разрядки. Но как? Она быстро сняла одеяние и встала под тропический душ, пытаясь смыть вожделение. Тело обнимала вода, но не эти объятия оно требовало. Когда же душ был окончен, Кларк ступила на пол и поняла, что не взяла полотенце. Взгляд упал на дверь. «Я, наверное, дура и сама себя сожгу, но не могу больше держаться» — Лекса, ты не могла бы принести полотенце? — Кларк… — послышался протяжный, тихий голос из-за двери. — Я правда его забыла, — начала оправдываться Гриффин за стечение обстоятельств. На этот раз она была не при чем. И думала, что Лекса не посмеет зайти, не решится, просто передаст полотенце и уйдет. Точнее, боялась так думать. Но ошиблась. Зеленоглазая без церемоний открыла дверь, зашла в ванную, повесила полотно и остановилась. Никуда не уходя. Не собираясь этого делать. Даже не думая о побеге. Она просто окатила горячей ухмылкой Кларк и прошлась взглядом по её телу, замирая на мгновение на особенных частях. А потом она обреченно выдохнула воздух и спокойно посмотрела в блестящие от жажды голубые глаза. — Я предупреждала тебя о себе. Но ты не слушаешь. А я не железная, — с этими словами она шагнула навстречу Кларк и вжала её тело в холодную стену. Руку положила на грудь и с силой сдавила. Она расставила коленкой ноги Гриффин и проникла между них рукой, обводя пальцами пульсирующий бугорок. — Лекса, — сорвалось имя с губ. — Молчи, — приказала Вудс и вошла внутрь, сначала медленно, а потом рвано и быстро двигая рукой. Кларк сильнее поддалась вперёд, желая большего проникновения, и Лекса глубже направила руку, добавив к двум еще один палец. Стон тут же слетел с приоткрытых губ и был пойман губами напротив. Кларк не чувствовала своё тело, отдавая его во власть той, что не выпускала из объятий. Влажный язык поочередно касался набухших сосков, вырисовывая на них узоры и виражи. Кларк ловила экстаз от каждого нового прикосновения. Хотелось кричать, чтобы эхо разнеслось по вершинам гор. «Я никогда тебя не предам»