Опасен

ЛУН ФЭЙЕ

Следующие несколько дней прошли без особой активности, хотя Фэйе каждое утро тренировался с Сюй Цзинем. Это было то, на что они нечасто находили время, чтобы заниматься вместе, но когда они это делали, Фэйе находил это времяпрепровождение очень приятным. Хотя его запястья все еще были забинтованы и он не мог правильно держать меч, он все еще считал полезной тренировку работы ног, и Сюй Цзинь был очень нежен и предупредителен с ним. — Всегда приятно иметь возможность тренироваться против кого-то столь опытного, как ты, Сюй Цзинь, — сказал Фэйе, когда они вместе возвращались в свои комнаты, оба без рубашек, в накинутых на плечи халатах, их обнаженная кожа блестела от пота. — Аналогично, — сказал Сюй Цзинь, улыбаясь ему, нежность в его взгляде заставила сердце Фэйе биться немного быстрее. Они вместе пошли купаться, и, как только Фэйе вышел из бассейна, чтобы вытереться, он почувствовал, как руки Сюй Цзиня обвились вокруг его талии, а грудь прижалась к спине. — Твои мышцы, должно быть, болят после сегодняшней упорной тренировки, Фэй-гэ, — сказал Сюй Цзинь, его губы коснулись плеча Фэйе. — Почему бы мне не помочь тебе расслабиться? Фэйе вряд ли нужно было уговаривать. Он лег на теплые камни и позволил Сюй Цзиню помассировать ему шею, плечи и спину, прежде чем его руки медленно спустились ниже, коснувшись поясницы, бедер и задницы. — Это помогает? — Что случилось? — спросил Сюй Цзинь низким шепотом, когда его руки начали поглаживать бедра Фэйе, мягко побуждая их раздвинуться. Фэйе тихонько хмыкнул в ответ. Сюй Цзинь заполз на него сверху, скользя своим членом между его смазанными маслом бедрами и вздохнув с глубоким удовлетворением, толкаясь вперед. Сюй Цзинь уперся руками в пол по обе стороны от плеч Фэйе и заскользил туда-сюда между бедрами Фэйе, его дыхание стало шумным и горячим, когда он тяжело дышал в затылок Фэйе. — Фэй-гэ, — тяжело дыша, произнес Сюй Цзинь, покачивая бедрами. Он издал низкий стон и прижался к Фэйе еще крепче. — Фэй-гэ, так приятно, — простонал Сюй Цзинь, прижимаясь к нему. — Так хорошо. Фэйе почувствовал, как тело Сюй Цзиня дернулось несколько раз, прежде чем теплая липкая сперма растеклась между его ног, и Сюй Цзинь неподвижно улёгся на него сверху. Сюй Цзинь продолжал тяжело дышать ему в шею примерно в течение следующей минуты, затем оторвался от Фэйе и скользнул обратно в теплую воду. Фэйе повернулся на бок, подперев голову рукой, наблюдая, как Сюй Цзинь снова моется, берет кусок ткани и протирает, очищая ею свое тело. — Вообще-то это я — тот, кого ты испачкал, — сказал Фэйе, поддразнивая его. — Ты должен меня вымыть. Сюй Цзинь поднял взгляд и улыбнулся Фэйе, пробираясь к нему и выходя из воды. Он прошел по теплым камням и положил руку на бедро Фэйе, нежно сжимая его, прежде чем устроиться позади него. Сюй Цзинь приподнял ногу Фэйе и, взяв тряпку, медленно провел ею между ног, позволяя теплой воде стекать по его коже. — Ты такой красивый, — сказал Сюй Цзинь, наклоняясь и запечатлевая поцелуй на талии Фэйе, позволяя своим губам задержаться на его коже. — Я люблю тебя. Фэйе улыбнулся и перевернулся на спину, пристально глядя на Сюй Цзиня, чувствуя, как его сердце трепещет в груди. — Я тоже тебя люблю. Сюй Цзинь снова взобрался на него и уткнулся лицом в шею Фэйе. — Я действительно люблю тебя, так сильно, — сказал Сюй Цзинь, целуя Фэйе в шею и подбородок, поднимаясь к его губам, где он поцеловал его сильнее, а пальцы крепко сжали его талию. Фэйе тихо застонал и поцеловал Сюй Цзиня в ответ. Сюй Цзинь осторожно перевернул их так, чтобы Фэйе оказался на спине. Рот Сюй Цзиня был теплым, а губы мягкими, и Фэйе почувствовал, как тает в его объятиях, как его успокаивающий вес прижимает его к теплым камням. Сюй Цзинь просунул руку между ними и взялся за член Фэйе, который стал наполовину твердым с тех пор, как Сюй Цзинь впервые забрался на него сверху. Он прикасался к Фэйе медленными, неторопливыми движениями, от которых у него кружилась голова от желания. — Сюй Цзинь, — выдохнул Фэйе, толкаясь в его руку. — Не дразни меня. Сюй Цзинь улыбнулся одними губами. Он увеличил скорость своих толчков и поцеловал его сильнее, удовольствие разлилось по телу Фэйе. Сюй Цзинь поцеловал его, когда в глазах у Фэйе побелело и он со стоном вонзился в кулак Сюй Цзиня. Фэйе откинулся на каменный пол и уставился на Сюй Цзиня над ним, его сердце громко билось в груди, и забилось быстрее, когда Сюй Цзинь улыбнулся ему. Сюй Цзинь наклонился и поцеловал его грудь, его язык нежно дразнил соски, прежде чем он вернулся к челюсти Фэйе, а затем к его губам. Фэйе потерял счет тому, сколько времени они провели, целуясь и прикасаясь друг к другу, но через некоторое время они сильно проголодались, поэтому вышли из ванной и пошли вместе обедать. — Я хочу отправиться на Тайбае покататься по лесу, — сказал Сюй Цзинь, как только они закончили есть. — Хочешь присоединиться ко мне? — Мои руки все еще немного побаливают после нашей тренировки, — сказал Фэйе, взглянув на свои забинтованные запястья. — Мне придется сегодня пропустить верховую езду. — Я всегда мог бы держать бразды правления для тебя, — сказал Сюй Цзинь с усмешкой. — Мы могли бы скакать на одной лошади. — Мм, звучит заманчиво, — сказал Фэйе, улыбаясь ему в ответ. — Но нет, я устал, продолжай без меня. Сюй Цзинь наклонился и поцеловал его в губы. — Отлично, — сказал он, — тогда увидимся позже. Фэйе кивнул и посмотрел, как Сюй Цзинь выходит из комнаты. Затем он подошел к креслам у окна и откинулся на подушки, закрыв глаза и наслаждаясь ощущением солнечных лучей на своем лице. Он почувствовал, что начинает задремывать, медленно погружаясь в сон. — О! Императрица —… У двери послышался шум, и Фэйе вздохнул, неохотно открыв глаза, чтобы увидеть Цзи Фа, стоящего в дверном проеме, выглядящего немного взволнованным. — Я ожидал найти здесь Пэй-гэгэ, но —… — Я думаю, что он снова работает в алхимических лабораториях, — сказал Фэйе, выпрямляясь, обнаружив, что не может сдержать слегка жесткий тон, который он всегда принимал, когда разговаривал с Цзи Фа. — Я хотел спросить, не хочет ли он пойти со мной на рынок сегодня днем, но… Я полагаю, он занят. — Возможно, — сказал Фэйе. — Если только… — Цзи Фа слегка прикусил губу. — Не хотели бы вы присоединиться ко мне? Фэйе замер, не ожидая приглашения, а также не в состоянии придумать причину, по которой он сможет отказать. — Я… полагаю, что смогу, — сказал он. — Есть ли что-то конкретное, чего ты хочешь? Слуги, скорее всего, смогут достать это для тебя —… — Нет, — сказал Цзи Фа, улыбаясь и подходя, чтобы сесть на стул напротив него. — Просто приятно свободно гулять по городу, ты так не думаешь? Или, возможно, это только мне кажется — если ты думаешь, что это глупо, тебе не нужно присоединяться ко мне. — Я присоединюсь к тебе, — сказал Фэйе. — Я уверен, что это будет… весело. Цзи Фа вежливо улыбнулся ему в ответ, и Фэйе стало интересно, звучал ли он так же неубедительно, как чувствовал, произнося эти слова вслух. Несмотря на то, что Хань Е предоставил ему свободу самостоятельно посещать город несколько лет назад, Фэйе до сих пор посещал его всего несколько раз. Ему не особенно нравились оживленные улицы, и, как он сказал Цзи Фа, если им что-то было нужно, слуга мог просто принести это для них. Фэйе гораздо больше нравилось проводить свободное время за тренировками или чтением. Цзи Фа, с другой стороны, казался взволнованным пребыванием в городе, и он продолжал указывать Фэйе на разные вещи, как будто это был его первый визит сюда. — Да, я знаю, они всегда продавали это здесь, — ответил Фэйе после того, как Цзи Фа взволнованно показал ему киоск, где продавались маленькие деревянные фигурки Хань Е и его жен. (о, а вот и фанклуб пожаловал, с фансервисом и шипперами. ЛОЛ! — прим.переводчика) — У них уже есть один экземпляр меня! — Воскликнул Цзи Фа, подходя к киоску и беря миниатюрную деревянную модель самого себя, очевидно, не обращая внимания на отсутствие интереса со стороны Фэйе. — Твой единственный выглядит точно так же, как ты! — Сказал Цзи Фа, поднимая еще одну маленькую деревянную куклу с вырезанным на ней хмурым выражением. — Так ли это? — Фэйе ответил, нахмурившись. — Ха-ха! Да! Вот так просто один-в-один! — сказал Цзи Фа, лучезарно глядя на него. — Я должен купить это, я думаю, что его высочеству они понравятся. — Если бы они были нужны Его Высочеству, он бы уже купил их, — ответил Фэйе, скрестив руки. — Ну. Улыбка Цзи Фа слегка померкла, заставив Фэйе внезапно почувствовать себя раздражающе виноватым. — Возможно, он просто не рассмотрел их должным образом. Я думаю, они ему понравятся. Если я ошибаюсь, я уверен, что он скажет мне. Фэйе пожал плечами. — Делай, что хочешь. После того, как Цзи Фа купил один набор деревянных фигурок плюс две дополнительные, на одной из которых он сам и Пэй Юньтянь, они продолжили путь по площади. Владелец магазина очень громко благодарил Цзи Фа за его заказ, и Фэйе заметил небольшую толпу, собравшуюся у прилавка после того, как они там остановились. — Покупали ли вы Его Высочеству какие-либо подарки в городе в прошлом? — спросил Цзи Фа, вежливо улыбаясь Фэйе. — Нет, — ответил Фэйе, — я прихожу сюда не очень часто. — О, — сказал Цзи Фа, выглядя слегка обеспокоенным, как будто он боялся, что мог случайно сказать что-то грубое. — Возможно, вы хотели бы найти для него что-нибудь сегодня… — У его высочества уже есть все, что ему может понадобиться, — ответил Фэйе. — Я не вижу необходимости дарить ему бессмысленные безделушки. — О… — сказал Цзи Фа, его щеки порозовели, а лицо вытянулось. — Мои извинения, императрица, я трачу ваше время и испытываю ваше терпение, приведя вас сюда. Фэйе вздохнул. Если Пэй Юньтянь был похож на маленького хитрого котенка, то Цзи Фа был похож на щенка, и прямо сейчас он вел себя так, словно его пнули. — Все в порядке, — сказал Фэйе, когда Цзи Фа посмотрел на него своими большими карими глазами. — Нам… полезно проводить время вместе. Глаза Цзи Фа загорелись, и он потянулся к руке Фэйе, нежно взяв ее и прижавшись к его плечу. — Я тоже люблю проводить время вместе, Ваше высочество. Я так рад, что ты чувствуешь то же самое! Это было не совсем то, что сказал Фэйе, но Цзи Фа был так необъяснимо счастлив, что у Фэйе не хватило духу поправить его и осадить, чтобы отстраниться. Он неловко погладил Цзи Фа по голове, когда тот стоял, обнимая его. — Ну, в любом случае, не пора ли нам возвращаться? — Спросил Фэйе, чувствуя, что они слишком долго неподвижно стояли посреди дороги. — О, — сказал Цзи Фа, улыбаясь ему. — Я хочу купить кое-что перекусить для Пэй-гэгэ, и я подумал, что мог бы купить что-нибудь и для его высочества, если смогу… Может быть, ты хотел бы сделать то же самое или купить что-нибудь для супруги Сюй? — Сюй Цзиню довольно сложно что-то подобрать, — сказал Фэйе, улыбаясь воспоминаниям о том, как он купил Сюй Цзиню засахаренные стебли имбиря на его день рождения пару лет назад. Сюй Цзинь горячо поблагодарил его, съев почти весь пакет, стоявший перед ним. Фэйе подарил ему то же самое на следующий год, и Сюй Цзинь, в очередной раз, съел почти весь пакет, стоявший перед ним. Только когда они вместе напились несколько недель спустя, Сюй Цзинь признался, что ненавидит сладкое и ненавидит имбирь. Когда Фэйе спросил его, почему он притворился, что ему так понравился подарок, Сюй Цзинь, с уже раскрасневшимися от алкоголя щеками, застенчиво признался, что это потому, что ему понравилось, как Фэйе улыбнулся ему, когда он вручал подарок. — Возможно, я могу помочь, Ваше высочество? — Сказал Цзи Фа. — Какие вещи нравятся супруге Сюй? — Ну, — сказал Фэйе, — я знаю, что он иногда ест семечки подсолнечника в качестве закуски, хотя любит ли он их на самом деле, я не знаю. Он действительно любит особый сорт чая — мэн дин, кажется, он называется. — Хорошо! — Сказал Цзи Фа, лучезарно улыбаясь Фэйе. — Тогда мы будем искать семена подсолнечника и чай мэн дин! — Но он же может получить обе эти вещи во дворце, — ответил Фэйе, — если бы я купил их для него, это было бы пустой тратой денег. Цзи Фа покачал головой и, взяв Фэйе за руку, потащил его дальше по улице. — Это неправда, — сказал он. — Если ты купишь их ему в подарок, я уверен, он найдет, что они вкуснее. Фэйе вздохнул и позволил Цзи Фа вести себя по улицам, задаваясь вопросом, что именно было в этом глупом молодом человеке, что заставило Пэй Юньтяня и Хань Е так сильно полюбить его. — Смотрите, ваше высочество! — Сказал Цзи Фа, указывая на киоск на другой стороне улицы. — Семечки подсолнуха! Фэйе проследил, куда указывал Цзи Фа, и увидел, что там действительно была женщина средних лет, продававшая семечки подсолнуха. Цзи Фа подошел к прилавку и осмотрел маленькие пакетики с семенами. — Они выглядят мило, — сказал Цзи Фа, улыбаясь женщине. — Есть ли что-нибудь особенное в этих семечках подсолнечника? «Особенное»? Подумал Фэйе, внутренне вздыхая. Все семена подсолнечника были одинаковыми, как они могли быть особенными? — Это просто наши обычные семечки подсолнуха, — сказала женщина, улыбаясь в ответ Цзи Фа. — Но у меня здесь есть немного, — добавила она, доставая еще несколько пакетиков с семенами. — Эти соленые, но соль из особого места, которое, как говорят, приносит удачу парам, если они ее съедят. — О, вау! — Сказал Цзи Фа. — Вы слышали это, Ваше высочество? Звучит как нечто идеальное для подарка супруге Сюй! Фэйе подошел, скрестив руки на груди. — И как соль может принести кому-либо удачу? — Это из места, благословленного богами, — серьезно сказала женщина. — Эти подсолнухи также полезны для плодородия. Хороший подарок для вашей жены, если вы надеетесь иметь много детей. Цзи Фа хихикнул. — Они должны быть очень мощными подсолнухами, чтобы справиться с этим. — Действительно, — заметил Фэйе. — Мы возьмем пару пакетиков, пожалуйста, — сказал Цзи Фа, поворачиваясь к Фэйе. — Этого достаточно? — Да, двух будет достаточно, — сказал Фэйе, чувствуя, что два пакета, вероятно, будут в два раза больше, чем Сюй Цзинь сможет оценить. Цзи Фа просиял в ответ и заплатил женщине за два пакета семечек. — Теперь идем за чаем! — сказала Цзи Фа, взяв Фэйе за руку, когда они продолжили идти по улице. — Ты хочешь, чтобы я понес семена подсолнечника? — Фэйе спросил его. Цзи Фа покачал головой. — Все в порядке, — сказал он, не сводя глаз с забинтованных запястий Фэйе. — Я счастлив нести их для тебя. Они остановились у другого киоска, где Цзи Фа купил маленькую коробку сладких фруктов и немного арахиса в сахаре для Пэй Юньтяня. Когда они подошли к одному из киосков, торгующих чаем, Цзи Фа быстро нашел упаковку чая «мэн дин» и помахал Фэйе рукой. — Императрица, как ты думаешь, сколько хотел бы Сюй Цзинь? Фэйе пожал плечами. — Вероятно, одного кирпича достаточно. — Один кирпич, пожалуйста! — сказал Цзи Фа продавцу чая. Мужчина положил кирпич в сумку и передал ее Цзи Фа. — Ну, я думаю, это все, если только ты не придумал еще что-нибудь, что тебе понравилось бы? — Спросил Цзи Фа, улыбаясь Фэйе. — Нет, пойдем домой, — сказал Фэйе, протягивая руку, чтобы взять пакетик чая у Цзи Фа. Цзи Фа убрал руку, держа сумку вне досягаемости Фэйе. — Я могу придержать это для вас, ваше высочество. Фэйе слабо улыбнулся ему в ответ. — Почему бы нам не отдать это стражникам, чтобы они отнесли это обратно во дворец? Цзи Фа покачал головой. — Мы должны нести это сами! Так более романтично. Фэйе нахмурился, глядя на него. — Романтично? Цзи Фа кивнул. — Вот почему мы покупаем им подарки! — Верно, — сказал Фэйе, снова чувствуя себя неловко. — Тогда давайте вернемся. Цзи Фа держал все подарки в одной руке, а другой взял Фэйе за руку. Фэйе шел обратно во дворец в тишине, с Цзи Фа, висящем на его руке, тихо напевавшем себе под нос. Они достигли вершины лестницы перед дворцом, и Цзи Фа остановился, очень нежно взяв Фэйе за руку своей. — Ваше высочество… — сказал Цзи Фа, и его щеки слегка порозовели. — Ты не хочешь… как только мы оставим наши подарки, ты не хочешь пойти со мной прогуляться по садам? Фэйе озадаченно взглянул на Цзи Фа. — Мы можем… — сказал он. — Но почему —… — Вы мне действительно нравитесь, ваше высочество, — сказал Цзи Фа, наклоняясь ближе к нему, его щеки и уши порозовели. Фэйе нахмурился, глядя на него. — Ты ничего не добьешься, флиртуя со мной, Цзи Фа. Глаза Цзи Фа расширились. — Нет! Я не был—… Он схватил Фэйе за руку. — Я просто хотел узнать тебя лучше, я не пытаюсь чего-то добиться… — Ты можешь узнать меня, не ведя себя подобным образом, — холодно сказал Фэйе, пытаясь стряхнуть Цзи Фа с его руки. (Эх, Фэйе-Фэйе… «я старый солдат и не знаю слов любви»… простите — прим.переводчика) — Извини, — сказал Цзи Фа, выглядя подавленным. — Пожалуйста, не думай, что я пытался… — Идем, — сказал Фэйе, — пора возвращаться. Цзи Фа кивнул, а Фэйе решил проигнорировать тот факт, что третий консорт внезапно заплакал. Они вернулись во дворец в полной тишине, и как только они вошли в свои комнаты, Цзи Фа тут же положил все подарки на полку в шкафу, в гостиной, убирая их с глаз долой. Фэйе стоял в стороне, наблюдая, как Цзи Фа убирает подарки, а затем садится, печально глядя на свои руки. — Ну что, мы идем в сады? — Спросил Фэйе. Цзи Фа снова посмотрел на него, широко раскрыв глаза от удивления. — Но я подумал — ты все еще хочешь —… — Ты идешь или как? — Ответил Фэйе, вставая и направляясь к дверям. Цзи Фа вскочил со своего места и последовал за Фэйе к двери и по дорожке к садам. Они шли молча, пока не достигли сада, после чего Цзи Фа нерешительно снова потянулся к его руке. Фэйе вздохнул и неловко предложил руку Цзи Фа, чтобы тот ее взял, что он и сделал, снова лучезарно улыбаясь Фэйе. — Я люблю здешние яблони, — сказал Цзи Фа, слегка покраснев. — это так мирно и… мило, тебе не кажется? — Мм, — сказал Фэйе, все еще чувствуя себя странно из-за того, что сказал Цзи Фа ранее. Чего он добивался? — Мне жаль, императрица, — сказал Цзи Фа, остановившись и с тревогой глядя на него. — Я поставил тебя в неловкое положение. Фэйе не был уверен, он не знал что сказать. — Все в порядке, — сказал он, — не беспокойся об этом. — Ты действительно красив, — сказал Цзи Фа, проводя языком по нижней губе. — Поэтому я немного нервничаю, когда говорю с тобой. — Почему это заставляет тебя нервничать? — Спросил Фэйе, чувствуя, что снова хмурится. — Потому что я хочу, чтобы я тебе нравился, — сказал Цзи Фа, придвигаясь немного ближе к нему. — Я хочу, чтобы ты позволил мне… эм, Пэй-гэгэ научил меня нескольким вещам, и если — если ты не возражаешь —… Цзи Фа неуклюже запинался на этих словах, пока Фэйе не понял, что он говорит. — Цзи Фа, — сказал Фэйе, кладя руку ему на плечо. — Только потому, что мы оба замужем за Хань Е, это не значит, что у нас тоже должны быть такие отношения. Румянец Цзи Фа усилился. — Я знаю, — сказал он. — Если это не то, чего вы хотите, я понимаю, но я… эм, как я уже говорил раньше, ваше высочество, вы мне действительно нравитесь. — Почему? — Спросил Фэйе. — Я не уверен, что понимаю —… Цзи Фа прижался к нему и поцеловал Фэйе в губы, всего на краткий миг, прежде чем он отстранился и немедленно начал извиняться. — Прости, ты просто — ты такой красивый, и я просто хочу проводить с тобой больше времени —… — Так это просто потому, что ты считаешь меня красивым? — Что случилось? — спросил Фэйе, игнорируя то, как затрепетали его живот и грудь, когда Цзи Фа поцеловал его. Цзи Фа снова покраснел и опустил взгляд. — Я тобой восхищаюсь. Ты такой умный, у тебя всегда есть хороший совет, и ты всегда такой уверенный, и — я хотел бы быть больше похожим на тебя. — Это же глупо, — сказал Фэйе, — я всегда хотел быть больше похожим на тебя. Голова Цзи Фа вскинулась, и он удивленно уставился на Фэйе. — Похожим на меня? Почему? Слова вырвались изо рта Фэйе прежде, чем он смог остановить себя, чтобы не произнести их. На самом деле он не признавал эту мысль вслух самому себе раньше, но это была правда. Цзи Фа был так влюблен в Хань Е, и это чувство не было запятнано прошлой жестокостью императора. Хань Е не убивал семью или жену Цзи Фа, он охотно, по собственному желанию, переспал с ним в первый раз, и Хань Е обращался с ним так нежно по сравнению с тем, как относился к Фэйе. Фэйе чувствовал горечь, когда смотрел на Цзи Фа. Несмотря на все, с чем он столкнулся, Хань Е был его хэппи эндом, и он жил во дворце с радостью в сердце, которую Фэйе не думал, что когда нибудь сможет достичь. — Ты… кажешься счастливым, — сказал Фэйе, внезапно больше не желая продолжать этот разговор. Цзи Фа улыбнулся ему. — Разве ты не счастлив? — он спросил. — Его Высочество любит вас больше всех, супруга Сюй и Пэй-гэгэ оба очень любят вас, вы императрица самой могущественной империи в мире, и если бы вы чего-то пожелали, я уверен, что Его Высочество не остановится ни перед чем, чтобы достать это для вас! Фэйе улыбнулся и опустил голову. — Мое счастье немного сложно, — сказал он, — но ты прав, у меня действительно есть много причин быть счастливым. И много причин быть несчастным, подумал Фэйе. — Я не дурачок, — сказал Цзи Фа, внимательно наблюдая за его лицом. — Пэй-гэгэ говорит мне, что Его Высочество относился ко мне лучше — что он относится ко мне лучше, чем ко всем вам. Он говорит, что мне повезло, что я не знаю, на что это может быть похоже. Именно поэтому ты хотел быть больше похожим на меня? Фэйе ответил на взгляд Цзи Фа и несколько мгновений обдумывал его вопрос. — Да, я полагаю, что так, — сказал он, — но это не твоя вина. — Я могу попросить Его Высочество быть с тобой повежливее, относиться к тебе так же, как он относится ко мне, — предложил Цзи Фа, снова подходя ближе к Фэйе. Фэйе слегка улыбнулся и покачал головой. — В этом мало смысла, — сказал он, — и это ничего не изменит. Хань Е… то, как он относится ко мне сейчас, намного лучше, чем было раньше. Я доволен тем, как обстоят дела сейчас между нами. Цзи Фа опустил голову. — Извините, — сказал он, — с моей стороны, конечно, было невежливо говорить это. Я знаю, что Его Высочество ценит вас больше, чем кого-либо другого в этом мире —… — Ты делаешь Юньтяня очень счастливым, — сказал Фэйе, решив попытаться сменить тему. — Я благодарен тебе за это. Я думаю, сейчас он менее зол, чем был раньше. — Я рад это знать. Нежная рука Цзи Фа снова схватила его за руку, когда он медленно подошел ближе к нему. — Пэй-гэгэ очень важен для меня, он заботился обо мне с тех пор, как я впервые попал сюда. Фэйе почувствовал беспокойство, что Цзи Фа снова попытается совершить какую-нибудь глупость, поэтому он взял его за руку и потащил дальше по тропинке через сады. — Пойдем, — сказал он, прежде чем Цзи Фа успел что-либо сказать. — Пойдем и посмотрим на цветущие лотосы над озером.

ПЭЙ ЮНЬТЯНЬ

Пэй Юньтянь вошел через дверь в комнату Фэйе — нет, в их спальню, и вздохнул, когда обнаружил, что там никого нет, кроме Сюй Цзиня, который поднял глаза, услышав, что он вошел. — Я ищу Фэй-да-гэ, — сказал он, не уверенный, зачем он оправдывается. Теперь это была и его комната тоже. — Ну, его здесь нет, — ответил Сюй Цзинь. Пэй Юньтянь избегал Сюй Цзиня с тех пор, как они вернулись из Чжаогэ. По какой-то причине, с тех пор как Пэй Юньтянь раскрыл, что он стоял за убийством семьи Чжоу и всей знати, поддерживающей короля, Сюй Цзинь начал относиться к нему странно. Он не перестал называть его шлюхой, и он все еще все время хмурился на него, и все так же препирался с ним, но… все еще было что-то не совсем правильное. Всякий раз, когда их взгляды встречались, Пэй Юньтянь видел что-то очень смущающее в глазах Сюй Цзиня, в них появилась мягкость, которой раньше не было, и это его чрезвычайно тревожило и нервировало. Сюй Цзинь встал и подошел к нему, и Пэй Юньтянь в панике вынырнул из своих мыслей. — Ладно, тогда пока —… — Подожди, Тяньтянь, — сказал Сюй Цзинь, все еще демонстративно используя для него прозвище Хань Е. Он схватил его за руку и добавил: — Почему бы тебе не подождать здесь со мной, пока Фэй-ге не вернется? — Спасибо, я бы предпочел подождать в другом месте, — ответил Пэй Юньтянь, пытаясь вырвать свою руку. — Тяньтянь, я приказываю тебе подождать здесь со мной, — сказал Сюй Цзинь, еще крепче сжимая руку Пэй Юньтяня. — Или я скажу Хань Е, что ты был непослушен, пока его не было. — Фу, ты такая маленькая сучка, всегда угрожаешь рассказать Хань Е, когда не можешь добиться своего, — ворчливо заявил Пэй Юньтянь, но он уступил и позволил Сюй Цзиню оттащить его туда, где он сидел раньше. — Мне не нужно, чтобы Хань Е добивался своего, — сказал Сюй Цзинь, садясь и откидываясь на спинку кровати. — Но Фэй-гэ рассердился бы на меня, если я оставлю тебя покрытым слишком большим количеством синяков. Пэй Юньтянь усмехнулся, садясь напротив Сюй Цзиня и складывая руки на груди. — Ты должен быть теперь осторожен, если я смог отравить короля, то я определенно смогу добраться и до тебя. Сюй Цзинь наклонился вперед, положив руку на ногу Пэй Юньтяня. Пэй Юньтянь почувствовал, как искра возбуждения поднялась от руки Сюй Цзиня и пробежала по всему его телу. — У меня было много людей, пытавшихся убить меня, Тяньтянь, что заставляет тебя думать, что ты случайно не убьешь кого-нибудь другого? Пэй Юньтянь сглотнул, когда кончики пальцев Сюй Цзиня впились в мякоть его бедра. Он позволил своим ногам раздвинуться и наблюдал, как глаза Сюй Цзиня опустились между ними, прежде чем снова подняться, встретившись с ним взглядом. Выражение его глаз было не таким, какого ожидал Пэй Юньтянь, и он вздрогнул от нежного выражения на лице Сюй Цзиня. — Почему ты так смотришь на меня? — Пэй Юньтянь зарычал, сбивая руку Сюй Цзиня со своей ноги и отступая назад. — Например, как? — Спросил Сюй Цзинь, нахмурившись и ползком продвигаясь вперед. — Ты знаешь «как»! — Пэй Юньтянь огрызнулся. Сюй Цзинь закатил глаза, а затем бросился вперед, прижимая Пэй Юньтяня к спине запястьями за головой. — Шлюха Пэй, как я могу угадать, какие идиотские мысли бродят в твоем маленьком изворотливом мозгу? — Отвали от меня! — Пэй Юньтянь зашипел, сопротивляясь, когда Сюй Цзинь прижал его к полу. — Я отравлю тебя, чтобы ты сдох, захлебываясь собственной кровью, ублюдочный извращенец —… Сюй Цзинь поцеловал его, заглушив жалобы Пэй Юньтяня и заставив его вместо этого хныкать, когда Сюй Цзинь просунул руку под его одежду и начал трогать его. — Ах! Пошел ты—… Пэй Юньтянь ахнул, его желудок скрутило, когда Сюй Цзинь погладил его и пососал шею, возбуждение затопило его член. — Блять —… Сюй Цзинь ухмыльнулся, отпустив член Пэй Юньтяня, чтобы плюнуть себе на ладонь, прежде чем засунуть руку обратно под одежду, чтобы снова начать прикасаться и дрочить нему. — Ты можешь лгать себе сколько угодно, твое тело шлюхи все еще так легко реагирует на меня. Пэй Юньтянь пристально посмотрел на Сюй Цзиня, готовый выплюнуть в ответ слова возмездия, только чтобы увидеть, что взгляд Сюй Цзиня был мягким и нежным, как будто—… — Слезь с меня, ты —… Пэй Юньтянь сопротивлялся сильнее, пытаясь оттолкнуть Сюй Цзиня от себя, но Сюй Цзинь схватил его член и стал гладить и дрочить его так, что все его конечности ослабли. — Нет —… — Шлюха, — прошептал Сюй Цзинь, целуя его в шею, подбородок и губы, другая его рука скользнула под одежду Пэй Юньтяня и за его спину, чтобы нащупать его задницу. Пэй Юньтянь издал непроизвольный стон, обхватив руками шею Сюй Цзиня, когда его бедра дернулись вверх, толкаясь глубже в кулак Сюй Цзиня. Его желудок снова перевернулся, возбуждение быстро нарастало, и он понял, что был смущающе близок к оргазму. Рука Сюй Цзиня двигалась быстрее, а его поцелуи становились все более агрессивными, как раз так, как нравилось Пэй Юньтяню. Когда Сюй Цзинь начал бормотать ему на ухо обо всех грязных вещах, которых, как он знал, жаждал Тяньтянь, Пэй Юньтянь не смог удержаться от того, чтобы кончить прямо на его одежду и руку Сюй Цзиня. — О, — сказал Сюй Цзинь, убирая руку с члена Пэй Юньтяня и рассматривая, насколько он мокрый. — Это было так просто. — Пошел ты —… — начал Пэй Юньтянь, прежде чем Сюй Цзинь прижал руку ко рту. — Наведи порядок в том, что ты устроил, — сказал Сюй Цзинь, проводя пальцем по приоткрытым губам Пэй Юньтяня. Прежде чем он смог запротестовать и должным образом сказать Сюй Цзиню, чтобы тот шел нахуй, Сюй Цзинь сжал его задницу рукой, которая все еще была у него под одеждой, и прорычал: — Если ты этого не сделаешь, я действительно сделаю из тебя фарш. Пэй Юньтянь свирепо посмотрел на него, но высунул язык и медленно слизнул свою сперму с пальцев Сюй Цзиня. — Ты, вероятно, собирался сделать это в любом случае, не так ли? Пэй Юньтянь пробормотал, прежде чем взять один из пальцев Сюй Цзиня в рот и пососать его, его язык кружил вокруг пальца. Он поднял глаза и увидел, что Сюй Цзинь смотрит на него с вожделением в глазах, но смешанным с тем отвратительно мягким взглядом, который был у него ранее. Пэй Юньтянь оттолкнул руку Сюй Цзиня ото рта и попытался оттолкнуть Сюй Цзиня от себя. — Ну вот, теперь ты можешь оставить меня в покое? Сюй Цзинь проигнорировал нерешительные попытки Пэй Юньтяня оттолкнуть его, вместо этого потянувшись к завязкам на его одежде, и развязал их. — Как я могу оставить тебя сейчас одного? Ты был таким неуважительным, Тяньтянь, тебя определенно нужно научить некоторым манерам. Пэй Юньтянь почувствовал, как его снова охватила дрожь, и, несмотря на то, что кончил всего несколько минут назад, он почувствовал, как его член снова дернулся от интереса. Боги, он ненавидел Сюй Цзиня. Самодовольный ублюдок. — Оставайся здесь, — приказал Сюй Цзинь, прежде чем подняться и пойти в спальню. Отказываясь быть послушным, Пэй Юньтянь сел и подвинулся на несколько футов, так что вместо этого он лежал на подушках Сюй Цзиня. Когда Сюй Цзинь вернулся в комнату, держа горшок с маслом, он увидел, что Пэй Юньтянь переполз, и громко вздохнул. — Ты просто выпрашиваешь, чтобы тебя наказали, не так ли? — сказал он, возвращаясь туда, где Пэй Юньтянь откинулся назад, опираясь на локти. — Я никогда не позволю тебе указывать мне, что делать, — ответил Пэй Юньтянь, чувствуя, как восхитительная волна возбуждения проходит через него, когда Сюй Цзинь положил руку ему на грудь и толкнул его вниз. — Посмотрим. Сюй Цзинь приподнял одежду Пэй Юньтяня, а затем расстегнул свою собственную, позволив своему полустоячему члену коснуться бедра Пэй Юньтяня, на котором остался небольшой след от предварительной спермы. — Я мог бы легко сломать тебя. Глаза Пэй Юньтяня метнулись к лицу Сюй Цзиня, и, что раздражало, его взгляд не соответствовал его словам. Вместо холодного взгляда, которым Сюй Цзинь обычно одаривал его, глаза Сюй Цзиня были теплыми, выражение его лица было мягким. Это выглядело… любовью. — Прекрати это! — Пэй Юньтянь прошипел, свирепо глядя на него. — Почему ты так на меня смотришь? Прежде чем Сюй Цзинь смог ответить, дверь открылась, и вошел Хань Е, все еще одетый в свою дорожную одежду. (Приплыли… - переводчик) — Где Фэйе? — Спросил Хань Е, хмуро глядя на них. — Он обещал, что будет здесь, чтобы поприветствовать меня. — Его здесь нет… — Сказал Сюй Цзинь, хотя Хань Е, казалось, на самом деле его не слушал. — Я убил так много людей за последние пару дней, — сказал Хань Е, шагая дальше в комнату. — Я чувствую себя таким живым! Я… — он посмотрел вниз на Пэй Юньтяня и Сюй Цзиня, обоих в состоянии обнажения, и его взгляд упал на член Сюй Цзиня и горшочек с маслом у подушек. — О, — сказал он, когда Сюй Цзинь поспешно завернулся в свою одежду обратно. — Не останавливайся из-за меня. Хань Е подошел к ним, отбрасывая свой плащ в сторону. — На самом деле, я приказываю тебе продолжать. Сюй Цзинь бросил на Хань Е трепетный взгляд, прежде чем полностью стянуть с Пэй Юньтяня одежду и взять горшок с маслом. — Вы рано вернулись, ваше высочество, — сказал Сюй Цзинь, окунув два пальца в масло, а затем прижал их к входу Пэй Юньтяня. — Да, ну, я ожидал некоторого пресмыкательства от принца, но вместо этого он был очень груб, вот тогда я принял решение сломать ему трахею и похоронить его в грязи с многоножками. Хань Е подошел, чтобы сесть рядом с ними. Пэй Юньтянь тихо застонал, когда Сюй Цзинь просунул пальцы внутрь него, медленно сгибая их и потирая о его внутренние стенки. — На самом деле, это было довольно приятно, — сказал Хань Е, притягивая Сюй Цзиня к себе и протягивая руку между его ног, чтобы погладить его член, пока Сюй Цзинь ласкал пальцами Пэй Юньтяня. — И эта королева Цю, что ж, я годами желал смерти этой женщине, и теперь это свершилось. Его голос был легким и спокойным, но Пэй Юньтянь не мог избавиться от ощущения, что за его словами скрывается что-то неправильное, невысказанное. Однако он не мог долго думать об этом, поскольку Сюй Цзинь снова отвлекающе дразнил его, медленно трахая пальцами. Дыхание Сюй Цзиня стало тяжелее, когда Хань Е прикоснулся к нему, и Пэй Юньтянь наблюдал, как он закрыл глаза и откинул голову назад, когда Хань Е целовал его плечи и шею. — Я рад, что ваше путешествие было успешным, — сказал Сюй Цзинь, слегка задыхаясь. Его пальцы выскользнули из Пэй Юньтяня, и обе его руки были слегка согнуты, сгибаясь каждый раз, когда рука Хань Е поглаживала его. — Сюй Цзинь. Рука Хань Е все еще оставалась на члене Сюй Цзиня, заставляя его тихо заскулить и открыть глаза. — Ты пренебрегаешь Тяньтянем. Сюй Цзинь с извиняющимся видом улыбнулся Хань Е и снова начал теребить и ласкать пальцами Пэй Юньтяня. — Извините, Ваше высочество, вы отвлекли меня —… — Оседлай его, — сказал Хань Е, целуя Сюй Цзиня в шею. — Я позволю тебе трахнуть его первым сегодня вечером. Пэй Юньтяню не понравилось, как Хань Е сформулировал свое пожелание. Он всегда был груб, когда возвращался из путешествий один, как будто чувствовал необходимость снова проявить свой контроль над ними. Пэй Юньтянь раздвинул ноги, когда Сюй Цзинь приподнял его бедра и прижал свой член между ног Пэй Юньтяня. — Давай, Сюй Цзинь, — сказал Хань Е, нетерпеливо шлепнув Сюй Цзиня по заднице, что заставило его дернуться вперед и внезапно войти в Пэй Юньтяня. Пэй Юньтянь подавил вскрик и попытался расслабиться, когда Сюй Цзинь вошел в него глубже. — Так-то лучше, — сказал Хань Е, нависая над ними. — Тебе не нужно быть с ним нежным, Тяньтянь любит грубость. Пэй Юньтянь почувствовал, как его губы скривились в усмешке, желая показать Хань Е значение слова «грубый», но еще хуже стало, когда он поймал взгляд Сюй Цзиня и увидел, что тот все еще наблюдает за ним своим тревожно мягким взглядом. Глаза Сюй Цзиня внезапно расширились, и Пэй Юньтянь увидел Хань Е в стороне, поглаживающего себя одной рукой. — Кажется, мне нужно взять здесь контроль в свои руки, — сказал Хань Е, и Пэй Юньтянь почувствовал, как Сюй Цзинь напрягся, его глаза закрылись, зубы впились в нижнюю губу. — Ах, черт возьми, Сюй Цзинь, ты всегда даёшь ощутить себя таким чертовски тугим, — простонал Хань Е, и Пэй Юньтянь почувствовал, как Сюй Цзинь глубже входит в него. Хань Е начал вонзаться в Сюй Цзиня, его движения вынудили Сюй Цзиня также вонзиться в Пэй Юньтяня. Лицо Сюй Цзиня исказилось, как будто он не получал удовольствия от происходящего, но Пэй Юньтянь понял, что он, вероятно, пытался не кончить вот прямо сейчас, насаженный на член Хань Е, с плотными стенками Пэй Юньтяня, сжимающими его собственный член; вероятно, это было все, что он мог сделать, лишь бы не кончить мгновенно. Толчки Хань Е становились быстрее и грубее, а выражение лица Сюй Цзиня становилось все более болезненным, пока он не издал низкий стон и не кончил внутрь Пэй Юньтяня с содроганием. — О, Сюй Цзинь, это было слишком быстро, — сказал Хань Е, все еще покачивая бедрами, чтобы Сюй Цзинь не трахнул Пэй Юньтяня до того момента, когда тот станет чересчур чувствительным. Затем он оттащил Сюй Цзиня от Пэй Юньтяня и заставил его встать на четвереньки на полу, чтобы трахнуть его сильнее. Пэй Юньтянь наблюдал за лицом Сюй Цзиня, исказившимся от дискомфорта, в то время как Хань Е продолжал раз за разом врезаться в него. И Пэй Юньтянь, и Сюй Цзинь знали, что для Сюй Цзиня было бы бессмысленно говорить Хань Е, что он причиняет ему боль, продолжая трахать его после того, как Сюй Цзинь кончил. Хань Е знал, что ему больно, что это неудобно, но ему, казалось, нравилась мысль о том, что Сюй Цзинь терпит дискомфорт ради того, чтобы Хань Е достиг своего оргазма. Хань Е прижимал Сюй Цзиня к земле, пока его тело содрогалось при каждом толчке, сдавленные, болезненные стоны срывались с его губ. Пэй Юньтянь не был уверен, намеренно ли Хань Е пытался продержаться так долго, но ему всегда, казалось, нравилось заставлять их всех терпеть долгие сеансы многократного секса с ним, полностью истощая их, а затем требуя большего. Пэй Юньтяню было трудно поверить, что Хань Е не делал этого намеренно, как проявление его желания доминировать над ними. — Тебе приятно это чувствовать, Сюй Цзинь? — Что случилось? — задыхаясь, спросил Хань Е, когда Сюй Цзинь вздрогнул и скривился под ним. — Приятно ли доставлять удовольствие своему императору? — Д-да, ваше высочество, — ответил Сюй Цзинь сквозь стиснутые зубы, его лицо болезненно исказилось. — Я не уверен, что верю тебе, — прорычал Хань Е. — Я думаю, тебе нужно умолять меня. Пэй Юньтянь наблюдал, как лицо Сюй Цзиня исказилось от дискомфорта, но после еще нескольких толчков Хань Е он дрожащим голосом начал умолять Хань Е о большем. Пэй Юньтянь почувствовал, как его губы скривились от отвращения, когда он наблюдал, как Сюй Цзинь унижает себя, умоляя Хань Е пытать его дальше. Когда Хань Е наконец кончил, Сюй Цзинь застонал от облегчения, его ноги дрожали, когда он лежал на полу, тяжело дыша и обливаясь потом, когда Хань Е неподвижно лежал на нем. Через несколько минут Хань Е оторвался от спины Сюй Цзиня и пополз туда, где все это время тихо лежал Пэй Юньтянь. — Теперь твоя очередь, Тяньтянь, — сказал Хань Е, — но тебе нужно снова возбудить меня. Пэй Юньтянь попытался контролировать свое лицо, чтобы не бросать откровенный хмурый взгляд на Хань Е, но, похоже, у него не очень хорошо получилось, так как Хань Е рассмеялся и положил руку ему на голову. — Не смотри на меня так, Тяньтянь, для тебя должно быть честью служить своему императору. Или вам нужно напомнить об этом факте? Пэй Юньтянь с тревогой посмотрел на Хань Е и покачал головой. — Нет, Ваше высочество —… Хань Е грубо толкнул его голову вниз, прижимая губы Пэй Юньтяня к своему члену. Хань Е был на вкус как смесь его собственной спермы и Сюй Цзиня, и Пэй Юньтянь старался не думать об этом слишком много, когда неохотно лизал и сосал его. Хань Е вздохнул и запустил обе руки в волосы Пэй Юньтяня, крепко удерживая его голову опущенной и нежно проникая в его рот по мере того, как он становился тверже. — Встань на четвереньки, — сказал Хань Е, когда у него полностью встал, ослабляя хватку на волосах Пэй Юньтяня и вытаскивая изо рта. Тонкая полоска слюны заблестела, свисая с губ Пэй Юньтяня, прежде чем он вытер рот тыльной стороной рукава и занял позицию, как было приказано. Пэй Юньтянь на мгновение почувствовал, как руки Хань Е раздвигают его ягодицы, прежде чем головка его члена вошла в него. Он все еще чувствовал легкую боль от того, как Сюй Цзинь трахался ранее, но это было ничто по сравнению с тем, как грубо Хань Е использовал его. Его пальцы впились в плоть бедер Пэй Юньтяня, крепко удерживая его, когда он врезался в него, громкий шлепающий звук его бедер, ударяющихся о задницу Пэй Юньтяня, эхом разнесся по комнате. Руки Пэй Юньтяня начали болеть от того, как он был вынужден напрягаться, чтобы оставаться в вертикальном положении против безжалостных толчков Хань Е. Каждый раз, когда член Хань Е входил в него, по его телу пробегала приятная волна и появлялась боль в яйцах, и Пэй Юньтянь злился на себя за это. Ему не нравилось, что эгоистичный способ Хань Е трахаться только для собственного удовольствия все еще казался таким приятным, и даже более того, он ненавидел то, что иногда это означало, что он кончал раньше Хань Е и был вынужден, как Сюй Цзинь, терпеть унизительный способ, которым Хань Е продолжал использовать его, пока он не удовлетворял себя полностью. Хань Е прижал его голову к полу, в то время как другая его рука оставалась на бедре, заставляя его выгнуть спину. Затем он толкнулся вперед, входя еще глубже в этой новой позе, и Пэй Юньтянь издал непроизвольный стон, когда член Хань Е потерся о его простату, посылая приятную дрожь по всему телу. — Тебе это нравится? — Спросил Хань Е, его самодовольный голос привел Пэй Юньтяня в ярость. Хань Е сильнее дернул бедрами, и Пэй Юньтянь почувствовал, как по нему пробежала еще одна дрожь удовольствия, не в силах сдержать стон, сорвавшийся с его губ. Хань Е рассмеялся и сделал это снова, а Пэй Юньтянь выругался, издав еще один жалобный звук. Он не мог сдержать звуков, которые Хань Е исторгал из него, заставляя его хныкать, просить и умолять о большем, его предательские губы двигались против его воли. — Черт возьми, мне нравится, когда ты умоляешь, — сказал Хань Е, крепко обнимая Пэй Юньтяня и прижимаясь к нему. — Я собираюсь кончить так глубоко в тебя —… Пэй Юньтянь беспомощно кончил, даже не будучи тронутым, крепко сжавшись вокруг Хань Е и хныча так, что ему стало стыдно. — Блять, — Хань Е сильно прижался бедрами к Пэй Юньтяню, толкаясь так глубоко, как только мог, прежде чем он тоже кончил, громко постанывая, когда заполнял его. Он рухнул на него сверху с довольным вздохом. После нескольких минут, пока Хань Е тяжело дышал в шею Пэй Юньтяня, он вышел из него и снова натянул одежды. — Где Фэйе и Цзи Фа? — раздраженно спросил он. — Почему они не здесь, чтобы поприветствовать меня? — Я не знаю, — сказал Сюй Цзинь, когда Пэй Юньтянь, нахмурившись, уставился в пол, не двигаясь. — Я не видел ни одного из них с сегодняшнего утра. Хань Е кивнул, прежде чем повернуться и поднять свой плащ с пола, накинув его на плечи, а затем вышел из комнаты, не сказав больше ни слова. Пэй Юньтянь все еще лежал на полу, и теперь, когда адреналин от его оргазма сошел, он чувствовал боль и дискомфорт. — Он такой грубый, — пробормотал Сюй Цзинь, подползая по полу к Пэй Юньтяню. — Не прикасайся ко мне, — прорычал Пэй Юньтянь, когда Сюй Цзинь приблизился. — Я же собирался передать тебе твою одежду, идиот, — сказал Сюй Цзинь, швыряя халаты в голову Пэй Юньтяня. Пэй Юньтянь поймал их до того, как они ударили его по лицу. — Я собираюсь пойти и приготовить какой-нибудь особенный чай — тот, который обезболивает, — если ты хочешь… — Перестань быть милым со мной! Это не сделает меня таким, как ты! — Пэй Юньтянь огрызнулся, свирепо глядя на него. — Ты действительно боишься, что я собираюсь тебя отравить? Так вот почему ты такой странный? Сюй Цзинь с гримасой поднялся на ноги, а затем бросил на Пэй Юньтяня странный взгляд. — Тяньтянь, мне все равно, нравлюсь я тебе или нет, но… Я думал, что умру в тот день, когда отправился в бой. Мы были в таком меньшинстве, даже с учетом тактики Фэйе, я не думаю, что выжил бы в той битве, если бы появилась вся армия короля. Но они этого не сделали из-за того, что ты сделал. Поэтому я не могу не чувствовать, что обязан тебе своей жизнью. Пэй Юньтянь уставился на Сюй Цзиня, испытывая странные эмоции и гнев одновременно. — Я сделал это не для тебя! — ответил он после долгой паузы. — Я только хотел обезопасить Цзи Фа —… — Я знаю, ты ненавидишь меня, тебе все равно, если я умру, — сказал Сюй Цзинь, его взгляд все еще был раздражающе мягким. — Но даже если ты не собирался помогать мне, я действительно чувствую себя в долгу перед тобой, Юньтянь. — Я не хочу, чтобы ты был мне чем-то обязан! — Пэй Юньтянь запротестовал, внезапно почувствовав сильное волнение. — Я не — мы не —… Сюй Цзинь вздохнул и направился к двери. — Я собираюсь приготовить чай, — сказал он. — Если захочешь немного, дай мне знать, в противном случае можешь просто оставаться здесь и дуться. — Я не дуюсь! — Пэй Юньтянь крикнул ему вслед, когда Сюй Цзинь исчез в другой комнате. — Ублюдок! Это твоя вина… Пэй Юньтянь, прихрамывая, вошел в комнату и осторожно сел за стол, где Сюй Цзинь заваривал обезболивающий чай. Сюй Цзинь, не говоря ни слова и вообще не обращая на него внимания, пододвинул к нему чашку. — Спасибо, — пробормотал Пэй Юньтянь. Сюй Цзинь продолжал игнорировать его. Пэй Юньтянь взболтал чай в своей чашке, прежде чем сделать несколько быстрых глотков. Он решил, что следующим, что он сделает в лабораториях, будет какое-нибудь более сильное обезболивающее. — Итак, — сказал Пэй Юньтянь, взглянув на Сюй Цзиня, который не поднял глаз, когда говорил. — Поскольку ты у меня в долгу, я хочу кое-что сказать, и я хочу, чтобы ты выслушал меня должным образом. Сюй Цзинь прищурился, но встретился взглядом с Пэй Юньтянем. — Это звучит зловеще, — сказал он. — В данный момент Хань Е занят уничтожением всех своих врагов, — сказал Пэй Юньтянь, — но некоторые из его врагов могут решить, что попытаются добраться до него первыми. — Ты думаешь, Хань Е в опасности? — Спросил Сюй Цзинь. — Он вполне мог бы быть в опасности, — сказал Пэй Юньтянь. — Если бы… мы захотели, чтобы он был в ней. Сюй Цзинь внимательно наблюдал за ним. — Что ты пытаешься сказать? — спросил он, делая глоток чая. Пэй Юньтянь наклонился вперед и понизил голос. — Я знаю, что до сих пор мы воздерживались от мести, потому что боялись, что это приведет только к нам. Но Хань Е выезжает за границу и убивает важных людей в других странах. Было бы не так странно, если бы один из них попытался отомстить. Мы могли бы подставить кого—нибудь — возможно, даже того генерала Вана, который оскорбил нас всех некоторое время назад. Мы могли бы представить все дело так, будто он убил Хань Е, а затем его казнили бы, и у нас всех все было бы в порядке. Сюй Цзинь колебался. — Мы действительно хотим его смерти? Он поерзал на своем стуле и поморщился. — Я знаю, что иногда он ужасен, но… Сюй Цзинь вздохнул. — Фэйе любит его. Он на это не согласится. — Ты сам сказал, что Фэйе говорил тебе, что он просто выжидает нужного времени. Он ждет подходящего момента, точно так же, как и мы. Сюй Цзинь нахмурился. — Я не знаю ничего об этом. Фэйе говорил это давным-давно, и я не знаю, действительно ли он тогда это имел в виду. — Ты просто собираешься позволить ему выйти сухим из воды со всем, что он натворил? — Спросил Пэй Юньтянь, его голос был похож на резкий шепот. — Это сложно! — Сюй Цзинь зашипел, отставляя свой чай в сторону. — Ты не понимаешь —… Пэй Юньтянь кивнул. — Нет, я понимаю, — сказал он, сардонически улыбаясь Сюй Цзиню. — Тебя больше не волнует, что он убил твою семью и жену. Тебя не волнует, что он все еще держит твою мать в тюрьме. Все это происходило в прошлом, верно? Зачем беспокоиться о мести, когда можно просто раздвинуть ноги и быть послушным супругом? Пэй Юньтянь наблюдал, как выражение лица Сюй Цзиня стало мрачным. — Прекрасно, — пробормотал Сюй Цзинь, глядя в свой чай. — Ты высказал свою точку зрения. — Так ты поможешь мне? — Спросил Пэй Юньтянь. Сюй Цзинь кивнул. — Нам все равно нужно будет убедить Фэйе, — сказал Пэй Юньтянь. — Но я думаю, что мы сможем. Сюй Цзинь нахмурился, глядя в свой чай, прежде чем поднять взгляд на Пэй Юньтяня. — А как насчет Цзи Фа? Сомневаюсь, что он согласился бы. — Может быть, ему не нужно знать, — сказал Пэй Юньтянь. — Я не думаю, что есть какая-либо необходимость вовлекать его в это. — Если бы мы действительно справились с этим, — медленно произнес Сюй Цзинь, — что случилось бы с империей? Конечно, это рухнуло бы в одночасье? — Фэйе мог бы легко захватить власть с нашей помощью, — сказал Пэй Юньтянь. — Все мы, включая Цзи Фа, достаточно компетентны, чтобы взять на себя любые роли, и Фэйе был бы лучшим императором, который когда-либо был у Да Цина. — А как насчет Вэнь Шо? — Спросил Сюй Цзинь. — Я не могу представить, чтобы он просто позволил Фэйе взять верх, он наследный принц. — Его можно убрать, если необходимо, — ответил Пэй Юньтянь. — Но, возможно, мы сможем убедить его тоже принять Фэйе. Если мы выдумаем какую-нибудь ложь о том, как Хань Е хотел бы этого. — Могут быть восстания, — сказал Сюй Цзинь, - генералы Хань Е этого не потерпят. — Они будут терпеть это или умрут, — сказал Пэй Юньтянь, увидев, как глаза Сюй Цзиня на мгновение сузились. — Я отравил целый двор, Сюй Цзинь, несколько генералов не доставят мне никаких хлопот. — Ты все это продумал, не так ли? — Сюй Цзинь пробормотал. — Давай! — Пэй Юньтянь убеждал его. — После всего, через что этот ублюдок заставил нас пройти — унизительных способов, которыми он продолжает обращаться с нами — и ты все еще сомневаешься? Если мы не сделаем это сейчас, когда у нас будет другой шанс? Сюй Цзинь вздохнул. — Давай сначала поговорим с Фэй-гэ. Посмотрим, что он скажет. Дверь в соседней комнате внезапно распахнулась, и оба, Сюй Цзинь и Пэй Юньтянь, подпрыгнули. — Сюй Цзинь! Тяньтянь! Пэй Юньтянь и Сюй Цзинь обменялись раздраженными взглядами, услышав, как голос Хань Е разносится по комнатам. Ни один из них не окликнул Хань Е, чтобы сообщить, где они находятся, но тяжелый топот его шагов стал громче, и несколько мгновений спустя он вошел в дверь. — Вот где вы оба, — сказал он. — Я не знаю, что это такое? Я нигде не могу найти Цзи Фа или Фэйе. — Они могли пойти в город сегодня, — сказал Сюй Цзинь. — Или, возможно, они в садах, я не знаю. Хань Е нахмурился и подошел, чтобы сесть между Пэй Юньтянем и Сюй Цзинем. — Они должны быть здесь, чтобы приветствовать меня по возвращении, — сказал он раздраженно. — Это неприемлемо, что их здесь нет! — Вы вернулись на день раньше, ваше высочество, — сказал Сюй Цзинь. — Мы не ожидали вас раньше завтрашнего полудня. — Хм, — сказал Хань Е, выглядя неубежденным оправданиями Сюй Цзиня. — Что ж, — добавил он, — поскольку их здесь нет, вам двоим придется удовлетворить меня снова. Желудок Пэй Юньтянь сжался. Обезболивающий чай мог сделать не так уж много, а Хань Е был таким грубым ранее, что он все еще чувствовал синяки внутри. По выражению лица Сюй Цзиня Пэй Юньтянь мог сказать, что он чувствовал то же самое. — Ваше высочество, мы уже порядком устали от того, что было ранее —… — начал Сюй Цзинь, но остановился, заметив острый взгляд Хань Е. — Устали? — Хань Е повторил, его голос приобрел опасный тон, от которого у Пэй Юньтяня мурашки побежали по коже. — Служить своему императору слишком утомительно? — Мы бы с удовольствием вам помогли, — сказал Пэй Юньтянь, стараясь, чтобы его голос звучал не так, как если бы он был саркастичным, — но вы были немного грубы с нами ранее, ваше высочество, мы оба чувствуем себя довольно болезненно —… — Как ты можешь быть болезненным? — Хань Е огрызнулся.— Я всего лишь трахнул каждого из вас. Если только вы не играли слишком грубо друг с другом, пока меня не было? Ты знаешь, я не возражаю, если вы составите друг другу компанию, но не в том случае, если это означает, что ты не способен выполнять свои обязанности по отношению ко мне! — Мы этого не делали, ваше высочество, — попытался заверить его Пэй Юньтянь. — Когда ты вошел раньше, это был первый раз — и мы не —… Хань Е покачал головой, выглядя тем сильнее раздраженным, чем больше говорил Пэй Юньтянь. — По общему признанию, в последнее время я был занят, поэтому не проводил со всеми вами столько времени, сколько хотелось бы, но даже в этом случае, когда вы говорите, что можете принимать меня только раз в день — это неприемлемо, — Хань Е снова покачал головой и, нахмурившись, перевел взгляд с Сюй Цзиня на Пэй Юньтяня. — Я тебе не верю. Я думаю, ты просто пытаешься избежать своих обязанностей по отношению ко мне. — Нет, ваше высочество, — сказал Сюй Цзинь, приближаясь к Хань Е и осторожно кладя руку ему на плечо. — Мы бы никогда —… — Я собираюсь принять ванну, — резко сказал Хань Е, вставая. — Когда я вернусь, я ожидаю, что вы оба будете в спальне, подготовленные для меня, никаких оправданий. Прежде чем Сюй Цзинь или Пэй Юньтянь смогли сказать что-нибудь еще, Хань Е вышел из комнаты, оставив их одних. — Ублюдок, — пробормотал Сюй Цзинь, — он не может прожить и нескольких часов без того, чтобы его драгоценный член не потёк —… — Все в порядке, — сказал Пэй Юньтянь с мрачным выражением лица. — Он все равно скоро умрет. Пэй Юньтянь проснулся на следующее утро с ощущением боли между ног. Рука Хань Е была перекинута через его талию, его нога и бедро плотно прижаты к заднице Пэй Юньтяня, и Пэй Юньтянь мог чувствовать его член, скользкий между своих бедер и наполовину твердый. Когда он моргнул, открыв глаза, он увидел спящего рядом с ним Цзи Фа, он почувствовал, как пальцы Цзи Фа переплелись с его собственными, так что они держались за руки. Лежа под Хань Е, Пэй Юньтянь не мог видеть, где кто-то еще был, но он не помнил, как вернулся Цзи Фа, так что, должно быть, он и это проспал. — Доброе утро, — пробормотал Хань Е, целуя его в лопатки, его рука напряглась вокруг его талии. — Как ты себя чувствуешь? Пэй Юньтянь увидел, как глаза Цзи Фа распахнулись. Когда Пэй Юньтянь попытался пошевелиться, он почувствовал резкую боль между ног. — Больно, — пробормотал он. Хань Е снова поцеловал его. — Не удивлен, — сказал он. — Ты был таким ненасытным прошлой ночью, даже Цзи Фа видел, как ты умолял о моем члене. — Вероятно, умолял это прекратить, — пробормотал Пэй Юньтянь в подушку, почти сразу пожалев о своих словах, когда хватка Хань Е на его талии усилилась еще сильнее. — Что это было, Тяньтянь? — Спросил Хань Е, и его голос заставил Пэй Юньтяня задрожать. — Ничего. Хань Е сильно шлепнул Пэй Юньтяня по заднице, шум эхом разнесся по комнате. Пэй Юньтянь вскрикнул, когда боль пронзила его нижнюю половину тела. Он попытался вырваться, но Хань Е держал его и не отпускал. — Говори правильно, Тяньтянь, — прорычал Хань Е. — Извините, ваше высочество, — ответил Пэй Юньтянь сквозь стиснутые зубы. Хань Е снова опустил руку на зад Пэй Юньтяня, но уже мягко. Он провел кончиками пальцев по красной плоти, почти дразняще мягко, и прищелкнул языком. — Я бы хотел, чтобы ты не был таким непослушным, — сказал он. — Мне неприятно наказывать тебя, но мне не пришлось бы этого делать, если бы ты вел себя должным образом. Пэй Юньтянь лежал неподвижно и молчал, надеясь, что Хань Е заскучает и позволит ему встать с кровати. Хань Е вздохнул и сел, затем взглянул на Цзи Фа. — Иди сюда, — сказал он, указывая на свои колени. — Тебя и Фэйе не было здесь, чтобы поприветствовать меня, когда я вчера вернулся. Цзи Фа быстро переполз через кровать, послушно уселся на колени Хань Е. — Мы не знали, что вы уже вернулись, ваше высочество, — сказал он. — Мы думали, что ты вернешься завтра или послезавтра. — Ты должен загладить свою вину передо мной, — сказал Хань Е, откидываясь на подушки и улыбаясь Цзи Фа. Цзи Фа несколько секунд непонимающе смотрел на него, прежде чем понял, о чем говорит Хань Е. Он быстро кивнул. — Да, конечно, Ваше высочество! Я просто— позволь мне пойти и найти немного масла —… — Разбуди Фэйе, пока будешь это делать, — сказал Хань Е, взглянув на другую сторону кровати, где Фэйе, казалось, спал, лежа рядом с Сюй Цзинем. — Я хочу вас обоих. Цзи Фа кивнул и поклонился, вставая с кровати и обходя ее с другой стороны, чтобы слегка подтолкнуть Фэйе локтем. Пэй Юньтянь все утро лежал там, слушая, как Цзи Фа и Фэйе задыхаются и стонут, когда Хань Е трахал их одного за другим, а затем снова и снова. Он ненавидел его, думал он. Он задавался вопросом, думал ли Сюй Цзинь о том же, когда лежал здесь же в постели, приходя в себя после вчерашнего. Он надеялся, что Хань Е скоро оставит их, пойдет на хуй и выполнит все свои императорские обязанности, на которые он всегда жаловался, и оставит их в покое. Войдя в Фэйе в последний раз, Хань Е опустился обратно на кровать с удовлетворенным вздохом. — Тяньтянь, — сказал он, отчего по венам Пэй Юньтяня пробежал лед. — Иди и ляг здесь со мной, я хочу еще немного тебя обнять. Пэй Юньтянь придвинулся ближе к Хань Е и позволил затащить себя под тело Хань Е, обратно в положение, в котором он проснулся, с бедром Хань Е, прижатым к его заднице, и его членом, лежащим между бедер Пэй Юньтяня. Хань Е снова вздохнул и уткнулся лицом в шею Пэй Юньтяня. — Я собираюсь трахнуть тебя снова, когда проснусь, — пробормотал Хань Е ему на ухо. — Я думаю, тебе это нужно.