Твой остывший чай

      — Мари, он пока ничего не знает. — Алья лежит у подруги на коленях и рассказывает о прошедшей встрече с Нино, — Но, черт, мне так стыдно находиться рядом с ним, чувствовать его теплоту и заботу…       — Прости меня, я совсем не знаю, что тебе сказать. Как подобрать правильные слова, вдруг я скажу что-то лишнее и сделаю только хуже? — Маринетт жмурится и громко выдыхает, поглаживая Алью по волосам.       — Я понимаю, правда. Спасибо за то, что ты рядом со мной в этой ситуации, это уже огромная поддержка. — Алья одаривает взволнованную подругу успокаивающей улыбкой, после чего снова погружается в размышления.       Девушки проводят время у Маринетт в квартире, пытаясь хоть как-то разобраться во всем происходящем. Слишком много моментов, которые вряд ли стоит обсуждать в компании родителей Альи. Но и здесь, в обычной квартире среднестатистического жителя города, было весьма и весьма уютно. Атмосфера больше не гнетет, а разговор протекает уже в более спокойных тонах. Было время поразмыслить, поэтому сейчас все ведется на трезвую голову.       — Что думаешь делать? — Вдруг нарушает минутное молчание Маринетт.       — Наверно, сначала поговорю с Феликсом. — Алья садится на кровати, наконец, освобождая колени подруги, — Вдруг у него совсем другая версия и в итоге все хорошо. — Пытается утешить саму себя.       — Кстати о нем… — Маринетт отводит взгляд в сторону, после чего отпивает из кружки уже остывший чай, — Он звонил мне вчера после того как ты ушла, хотел поговорить на счет тебя. — Она возвращает взор на удивленную подругу и опережает вопрос, — Ничего не спрашивай, я сама так ничего толком и не поняла.       — И как это понимать? — Алья хмурится, совсем не понимая происходящего, — Так, допустим… Ты же поговоришь с ним ради меня? — Понимая, что эта встреча малоприятна для Маринетт, девушка начинает беспокоиться.       — Да, конечно, я хочу тебе помочь. — Кивает она, поставив уже пустую кружку на пол возле кровати, — Хотя меня немного пугает, что поговорить он намерен именно со мной, а не с тобой.       Алья лишь утвердительно кивает головой, находясь в полном замешательстве. Мало того, что вся жизнь резко начинает рушиться, так еще и спокойную жизнь подруги собираются пошатнуть.       Обсуждения затягиваются до позднего вечера. Алья смотрит на часы и понимает, что ей уже давно пора бежать домой. Маринетт без лишних слов провожает подругу до двери и коротко прощается, обещая помочь ей всем, чем только сможет. Закрыв за ней, Маринетт не спешит сдвинуться с места. Резкая усталость охватывает ее, подавленное состояние дает о себе знать. Внутри что-то щемит, будто во всем, что сейчас происходит с Альей, виновата она. Это чувство не покидает Маринетт с самого начала. А если так оно и есть? Вдруг виновата в итоге окажется она? От этих мыслей голова начинает кружиться еще сильнее. Слишком долго Маринетт позволяет себе копаться в голове.       Стук со стороны входа возвращает девушку в реальность. Неожиданно.       — Кто? — За отсутствием дверного глазка приходится всегда спрашивать незваных гостей их имена. Выматывает.       — Нам ведь надо поговорить?.. — Этот голос заставляет сердце замереть. Маринетт, чуть помедлив, распахивает дверь и пропускает пришедшего внутрь.       — Мы разве договаривались встретиться здесь и сейчас? — Она пытается сохранять хладнокровие, проводит гостя на кухню и нажимает на кнопку электрического чайника, — Чай, кофе?       — Чай, конечно. — Феликс опускает на стул и зачем-то разглядывает пол под своими ногами. Эта, казалось бы, непринужденная беседа слишком странная и абсурдная для этих двоих.       Она выдыхает. Прохладно. Окно на кухне давно открыто, пуская внутрь холодный воздух и наполняя им комнаты. Поежившись, Маринетт оглядывает окрестности города, которые видны из окна восьмого этажа. Несколько секунд Маринетт так и стоит, устремив взгляд в одну точку и сжимая в ладонях еще пустую кружку. Вдруг она подрывается, закрывает окно и возвращается к собеседнику.       — Чего ты добиваешься? — Маринетт резко выдыхает и поворачивается к пришедшему, от чего тот поднимает на нее глаза.       — О чем ты?.. — Феликс будто не понимает вопроса и одновременно выглядит слишком потерянным, чтобы считать это враньем. Маринетт ежится и снова отворачивается к чашкам, насыпая в одну из них сахар.       — Что произошло между тобой и Альей в ту ночь? — Она размешивает чайной ложечкой сахар, стараясь отсрочить прямую встречу глазами.       — А, ты об этом… — Он снова принимает свой безмятежный вид, явно наслаждаясь выигрышной позицией в разговоре, — А что могло произойти между двумя взрослыми людьми в той обстановке? Подумай немного, ты меня разочаровываешь. — Феликс ухмыляется, не позволяя Маринетт расслабиться.       — Зачем ты это сделал? Она была пьяна, но ты-то знаешь, что у нее есть парень. — Маринетт ставит две кружки с горячим чаем на стол. Феликс пронзительно смотрит на нее, не скрывая нарастающее раздражение.       — Ну знаешь… — Он пожимает плечами и делает первый глоток, — Я хочу показать, как далеко я готов зайти, чтобы добраться до тебя. — Его глаза злобно блестят.       — Зачем впутывать в это Алью? — Тихо интересуется Маринетт, отставив от себя кружку и не отводя глаз от гостя, — Это только наше с тобой дело.       — Ты так думаешь? — Феликс снова не в силах удержать усмешку, — Больно можно сделать только через дорогих тебе людей, так что бой заранее проигран, если соблюдать правила.       Оба замолкают. Нелепо. Маринетт буквально обволакивает чувство безысходности: все-таки это ее вина. Из-за нее жизнь Альи бесповоротно идет под откос, а что-либо сделать с этим Маринетт не в силах. Глаза начинают поблескивать от подступающих слез, которые она изо всех сил старается остановить.       — Ну что ты, принцесса, не плачь… — Феликс наигранно успокаивает девушку, поднимаясь с места, — Ты заслуживаешь страдать как никто другой. — Его спокойная улыбка окончательно выбивает Маринетт из колеи.       Она заливает слезами, уже не пытаясь что-либо с этим сделать. Феликс, окинув взглядом кухню, допивает уже остывший чай и уверенно покидает помещение, оставляя несчастную наедине с отчаянием. Входная дверь громко захлопывается.       ***       Шум, доносящийся из аудиторий, наполняет коридор, отзываясь эхом в ушах. Многолюдно. До начала очередной пары остается каких-то жалких четыре минуты. Алья продолжает что-то говорить, почти не обращая внимание на безразличие со стороны подруги. Но в какой-то момент она натыкается на молчание в ответ на заданный вопрос.       — Маринетт! — Пытается достучаться Алья, — Ты где потерялась? — Она машет перед лицом подруги рукой, чтобы хоть как-то привлечь внимание.       — А? — Маринет поднимает растерянные глаза, — Извини, я немного задумалась… У нас же сейчас последняя пара? — Девушка потирает переносицу, пытаясь смахнуть ненужные мысли в сторону.       — Да, благодарю всех богов за это! — Выдыхает Алья, после сразу возвращаясь к прежнему повествованию, — Так вот… я поговорила с Феликсом.       Маринетт одаривает подругу многозначительным взглядом, ожидая ответы на все неозвученные вопросы. Коридоры начинают пустеть. Всего минута до начала пары. Алья немного мнется, не в силах понять, насколько эти новости хорошие.       — Он сказал мне, что и сам ничего не помнит о той ночи. Он считает, не следует об это шибко распространяться. — Алья пожимает плечами, удовлетворенная хотя бы таким результатом, — Теперь пора выкинуть из головы весь этот кошмар! — С каждым произнесенным словом возвращается прежняя она.       — Похоже, мне следует вас поздравить? — Маринетт выдавливает подобие улыбки, не в силах отрешиться от мыслей, что здесь что-то не так. Что-то не сходится.       Алья злобно смотрит, совсем не улавливая в словах подруги никакой искренности. Маринетт лишь виновато опускает глаза, сейчас она не готова проявлять никаких признаков дружбы. В голове мысли только о том, что не стоит спускать все на самотек, а необходимо заострить внимание на дальнейших действиях Феликса. Все слишком подозрительно. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.       — Я позже поговорю с тобой. — На выдохе произносит Маринетт, — Ты иди в кабинет, я догоню. — Ее слова подкрепляются пронзительным звоном, оповещающим о начале лекции.       Алья, без лишних церемоний, показушно закатывает глаза, после чего отворачивает от подруги и стремительно удаляется к аудитории. Она злится. Но Маринетт всячески игнорирует настроение подруги. Сейчас важны не ее чувства, а ее безопасность.       — Бедняжка Маринетт… — Над ухом раздается противный голос, который тут же выбивает девушку из раздумий. Перед глазами предстает Хлоя — та еще заноза.       — Чего тебе? — Резко бросает Маринетт, в ту же секунду собираясь нагнать ушедшую подругу. Общение с этой заносчивой совсем не кажется приятным даже в перспективе.       — Зачем же так грубо? — Хлоя наигранно оскорбляется, каждым движением раздражая Маринетт все больше.       Коридоры совсем опустели. Все добропорядочные ученики давно сидят на скучных лекциях и пытаются делать вид, что они достаточно ответственны, чтобы досидеть до конца. Маринетт порывается вернуться в их число, избежав столь неприятной беседы. Но Хлоя хватает ту за локоть, с силой заталкивая ее внутрь женского туалета. Являясь девушкой капитана баскетбольной команды, Хлоя совсем забывает про стыд и моральные нормы. Феликс все уладит.       — Какого черта ты творишь? — Вскрикивает Маринетт, уже не сдерживая нарастающую злость.       — Хватит притворяться невинной овечкой. — Буквально мурлычит Хлоя ей на ухо, не позволяя выбраться из крепкой хватки, — Ты та еще тварь, так что пора показать себя, ты так не думаешь? — Она расплывается в самой милой улыбке, на которую только способен человек.       — Ты не знаешь, о чем говоришь… — Сквозь зубы выплевывает Маринетт, изо всех сил пытаясь высвободиться. Получается не достаточно хорошо.       — Ох, дорогая, я знаю больше, чем ты думаешь. — Хлоя все еще мило улыбается, создавая диссонанс между словами и мимикой.       Маринетт сохраняет молчание, она не намеревается плясать под чужую дудку. Осознание, что Хлоя явно собирается что-то предпринять, обухом ударяет по голове. За что? Почему? Сейчас эти вопросы отлетают на задний план. Она понимает, что физически Хлоя сильнее. В глазах рябит: беги!       Маринетт, не дожидаясь дальнейших действий со стороны, резким движением выдергивает руку, освобождаясь от хватки. Она не медлит, бежит к двери, но чужие пальцы хватают за волосы и тянут назад. Пронзительная боль. Девушка, не сумев сохранить равновесия, с шумом падает на пол. Хлоя, не собираясь мириться с такими выходками, моментально одаривает ту крепкой пощечиной, что звоном отдается в ушах. Красное пятно от ладони разливается по всей щеке. Щиплет. Маринетт прислоняется лицом к холодной плитке пола, стараясь заставить себя не расплакаться.       — За что ты так?.. — Маринетт не успевает договорить. Хлоя громко цокает языком и устремляется к выходу из уборной.       — Так слаба, совсем не весело. — Напоследок кидает она, негромко захлопывая дверь.       Маринетт упирает руки в пол, поднимаясь. Щека нещадно горит, но слезы больше не собираются в уголках глаз. Боль постепенно становится тупой. Выровняв дыхание, девушка окончательно успокаивается, начиная перебирать в голове все причины произошедшего. Но все, что она может, — корить себя за бездействие. Она продолжает сидеть на полу, облокотившись спиной о холодный кафель стены. Кто-то заходит, Маринетт игнорирует всякий звук, полностью сосредоточившись на мыслях.       — Долго еще собираешься так сидеть? — Вошедший говорит спокойно и будто отрешенно. Он тоже облокачивается на стену, которая находится возле самой двери.       — Это женский туалет. — С уст срывается равнодушное замечание, сил разговаривать нет. Она медленно поднимается на ноги и подходит к надтреснутой раковине. Из крана размеренно капает вода.       — Почему ты не постояла за себя? — Феликс продолжает стоять на том месте, полностью игнорируя замечание о том, что ему не положено здесь находиться.       Маринетт наклоняется к крану, включая прохладную воду. Она старается набрать в сомкнутые ладони как можно больше, умывает лицо и чувствует легкое покалывание. Уже не больно. Но так можно сказать только о физическом состоянии.       — Не думала, что ты падешь настолько низко. — Маринетт не может удержать смешок, рассматривая покрасневшую щеку в зеркале. Она ловит в отражении вопросительный взгляд собеседника, но упрямо пренебрегает им.       — Ты думаешь, это я заставил ее так поступить? — Такое удивление в голосе сбивает с толку, но Феликс быстро возвращает себе былую уверенность.       — Она же твоя девушка. — Маринетт наконец оборачивается, теперь смотря прямо в глаза Феликсу.       Звонкая тишина. Минута, две, пять… Они стоят и смотрят друг на друга. Каждый ждет любого действия от другого, но оба не шевелятся. Прошлое градом сыпется на голову, безжалостно вырывая корень зарождающейся надежды на лучший исход. Нет, им никогда не стать даже друзьями.       Феликс подходит ближе и хватает девушку за плечи. Она вздрагивает от неприятных прикосновений, не решаясь посмотреть на него. Феликс сжимает сильнее и склоняется над ней, заставляя ту поднять глаза.       — Ты в курсе, что мне больно? — Выдавливает Маринетт, пытаясь отпрянуть как можно быстрее.       — Да. — Он разжимает руки, освобождая девушку от хватки, и покидает злополучную туалетную комнату. Внутри остается осадок непонятных чувств.       ***       — Больше не позволяй такому случится! — Алья прикладывает к щеке подруги очередной холодный компресс, в сущности, раздувая из мухи слона.       В комнате царствует покой, только тюль развевается от легкого ветерка и едва касается пола. Окно открыто, впуская внутрь пространства свежий весенний воздух. Лучи солнца бегают по полу, подогревая небольшие участки. Уютно. Маринетт поведала подруге обо всем случившемся, полностью игнорируя все негативные комментарии в сторону Хлои, иначе никогда бы не закончила рассказ. Сейчас Маринетт чувствует все негодование Альи, но ее злость уходит на второй план.       — Ты уже думала, почему она это сделала? — Вдруг меняется в лице девушка, откладывая уже потеплевший компресс в сторону.       — Размышляла, конечно… — Вздыхает Маринетт, на самом деле принявшись думать над этим прямо сейчас, — Да все же знают, что мы с Феликсом не очень ладим, может, дело в этом? Она же его новая девушка, все дела… — Пожимает плечами.       — Такое себе объяснение, но ладно, пока опустим этот момент. — Алья поднимается с дивана, заставляя тем самым подругу сесть, — Если в этом виноват Феликс, то у тебя начинается горькая жизнь.       Маринетт взглядом задает немой вопрос, ожидая хоть какое-то объяснение ее слов. Но Алья стоит лицом к распахнутому окну, греясь в редких лучах уходящего солнца. Уходить не хочется. Свежо.       — Он слишком резко вернулся в твою жизнь. Есть у меня ощущение, что он преследует определенные цели. — Наконец отзывается Алья, будто ощущая спиной прожигающий вопрос от подруги. — Если в моей ситуации все сложилось удачно, не факт, что он всегда будет доброжелателен. Он меня напрягает.       Алья отворачивается от окна, встречаясь с подругой глазами. Маринетт сидит молча, обрабатывая все сказанное. Сейчас понятно одно: не только она считает резкое появление Феликса подозрительным.       — Ладно, сейчас не имеет большого смысла мусолить эту тему, когда мы в неведении абсолютно всего. — Алья кажется до странного серьезной, но Маринетт полностью разделяет ее мысли по этому поводу. — Пора мне… — Вздыхает, направляясь в сторону выхода.       — Позвони мне, когда будешь дома, ладно? — Маринетт стоит у порога, ожидая, когда подруга обуется, — Меня завтра не будет на занятиях, поэтому будь на связи.       — А почему завтра-то ты не идешь? — Алья выпрямляется и не сводит с подруги взволнованный взгляд, но ее напряженное молчание моментально отзывается в мозгу удушающей мыслью. С губ срывается неосторожное, — Отец?       Непростые взаимоотношения с отцом не являются ни для кого секретом, поэтому Маринетт лишь молча кивает на обеспокоенный возглас. Она мрачнеет и опускает глаза в пол, не в силах совладать с нахлынувшими чувствами. Хотя она и привыкла к напряженным отношениям внутри семьи, каждый раз сердце неприятно щемит. Алья понимающе сохраняет молчание. Но, в конце концов, так сложилось, что жизнь за все эти годы отсутствия не показывала острой необходимости в отце.       Как только за Альей захлопывается входная дверь, Маринетт спешит на кухню. Она по привычке нажимает на кнопку электрического чайника, после чего возвращается в комнату, чтобы вдоволь насладиться свободными минутками. Щека уже давно не горит, мысли о произошедшем больше не преследуют. Но и это короткое спокойствие нарушается громким рингтоном телефона. Снова неизвестный номер.       — Слушаю. — Маринетт опускается на пол, облокачиваясь на стену.       — Благодаря тебе мы с Хлоей поругались, вот спасибо звоню сказать. — Злобный тон знакомого голоса говорит совсем не о благодарности.       — Меня решил во всем обвинить? — Даже на расстоянии чувствуется, что девушка усмехается, — У меня какое-то дежавю, не находишь? — Она порывается сбросить вызов, но оппонент опережает ее в этом намерении.       Маринетт бросает телефон куда-то в ноги, опуская голову на колени. Когда же все это прекратится? Голова немного кружится. С трудом заставив себя подняться, она направляется прямиком в ванную комнату, чтобы наконец смыть с себя всю грязь сегодняшнего дня.       ***       — Алья… — Девушка вздрагивает от неожиданности, оборачивается на услышанное и встречается лицом к лицу с Феликсом.       Она в смятении смотрит в экран телефона, потом отводит взгляд и снова возвращает внимание на подошедшего. Ей совсем не хочется разговаривать. Точно не с ним. Предательское чувство подставы закрадывается в сердце: он хочет снова поднять тему той ночи? Что ему нужно? Какие еще карты у него на руках?       — Да не переживай ты так. — Феликс улыбается ей, всем видом показывая совсем бескорыстные намерения, — Там преподаватель из сто седьмой просит Маринетт, передай ей. — Небрежно кидает он, уже собираясь удалиться.       — Ее сегодня нет на занятиях. — Алья пожимает плечами, снова утыкаясь в телефон, ищет контакты подруги. Она давно порывается ей позвонить и узнать, как у той обстоят дела.       — Почему? — Парень возвращается, накладывая экран своей ладонью, привлекая внимание, но находит необходимым объясниться, — Мне надо тогда сообщить…       — А вы что, снова вместе? — Совсем не слыша последнюю фразу, перебивает Алья. Ее интонация дает полностью понять скептический характер вопроса.       Лицо Феликса моментально меняется. Брови сводятся к переносице, а губы кривятся в неестественной улыбке. Фраза девушки задевает что-то глубоко внутри, но тут же гасится разумом.       Алья уже давно не обращает на парня никого внимания. Она прикладывает к уху телефон и несколько долгих секунд слушает протяжные гудки. С каждым следующим она чувствует нарастающее беспокойство.       — Ох, привет! — Вскрикивает Алья с облегчением, — Ну как? Что с отцом? Еще не приехал… — Дальше Феликс ничего не слышит, потому что девушка с каждым сказанным словом отдаляется в другом направлении.              Парень разворачивается и, совсем не собираясь ни на одну из оставшихся пар, спешит на крышу. Там он часто проводит время, чтобы привести себя в чувства. Сейчас он наедине с самим собой. Он облокачивается на стену прямо за дверью, опускается на пол, потупив взгляд. Феликс выуживает из кармана помятую пачку дешевых сигарет. Он закуривает и запрокидывает голову, рассматривая абсолютно чистое, непривычное для весны небо.       Дверь на крышу распахивается, перед глазами появляется Хлоя. Она шарит глазами по пространству вокруг в поисках чего-то. Наконец, их взгляды пересекаются. Девушка медленно подходит к Феликсу.       — Что? Все еще злишься? — Ее тон не выражает ни капли сожаления. Она садится рядом и отбирает сигарету, тоже затянувшись, но тут же закашливается, — Черт, что это за дрянь?       — Они просто дешевые… — Феликс забирает папиросу обратно, только после этого решая все-таки ответить на первоначальный вопрос, — Нет, не злюсь. Просто день плохой.       Наступает короткая тишина, пока Феликс докуривает сигарету. Хлоя опускает голову ему на плечо, вдыхая едкий дым. Она хмурится, но ничего не предпринимает, Феликс тушит сигарету о пол, там и оставляя окурок. Их взгляды снова встречаются. Недолго думая, он резко подается вперед, обдавая горячим дыханием ее губы. Руки блуждают по женскому стройному телу. Тяжелое дыхание. Еле ощутимые постанывания.       Феликс отстраняется.       — Что на тебя вдруг нашло? — Хлоя жадно глотает воздух, совсем не ожидая такого напора от парня.       Феликс молча поднимается и уходит, хлопая дверью прямо перед лицом ошарашенной девушки. Жестоко.