В твоей голове 4

Глава 1.

Ты стоишь у окна в своем кабинете, и смотришь на город. Пару минут назад ты закончила с последним на сегодняшний день пациентом, и можно идти домой, но почему-то совсем не хочется. С того момента, как Александр тебя покинул, и ты узнала о том, что Келли и Девис обвели вас вокруг пальца, прошло уже около двух месяцев. Ни одна попытка связаться с Александром не увенчалась успехом – электронной почты, по которой вы вели переписку, больше не существует, а вокруг своего разума он возвел такую стену, что едва ли когда-то удастся через нее пробиться. На удивление, Девис и Келли тоже пропали с радаров. Ты надеешься, что больше о них ничего не услышишь, но в глубине души вы все понимаете, что это лишь затишье перед бурей, и нужно быть готовыми к тому, что они снова выкинут что-то не очень приятное. Вуд: – Дорогая, ты работаешь на износ, совсем себя не жалеешь, так нельзя. Ты доведешь себя до нервного срыва, и тебе самой понадобится психотерапевт. Ты оборачиваешься на голос своего лучшего друга. В последнее время он и сам разрывается между учебой, которую ты ему подарила, и работой. Тем не менее, он всё успевает, и сейчас заглянул в офис после очередных лекций. Элисон: – Кто бы говорил, мистер «Я никому не отдам свое рабочее место». Вуд: – Я это другое дело, а ты принимаешь по 8 клиентов в день. Не далек тот день, когда ты вообще перестанешь их различать, и не сможешь никому помочь. Тебе срочно нужен отдых, я настаиваю. В глубине души ты понимаешь, что Вуд прав, ты действительно занимаешь всё свое свободное время работой, лишь бы не думать обо всем, что пришлось пережить. Элисон: – Может быть ты и прав. Вуд: – Конечно прав, я всегда прав, если ты этого еще не поняла. Так, я приму удар на себя, и освобожу тебе пару дней, а ты хорошенько отдохни, договорились? Элисон: – Кажется, у меня нет выбора. Спасибо тебе, Вуд, ты лучший. Вуд: – Ах, дорогая, говори мне это чаще. Ты подходишь к Вуду, и крепко его обнимаешь. Элисон: – Вуд, ты всегда будешь главным мужчиной в моей жизни, пошли. Вы выходите из кабинета, и ты уже почти закрываешь дверь, как вдруг раздается протяжный и жалобный вой. Элисон: – О боже мой, я чуть не забыла про Флипа. Вуд: – Флипа? Ты что, берешь его теперь с собой на работу? Ты открываешь дверь на террасу, и оттуда выбегает Флип, явно недовольный тем, что его чуть не оставили одного. Элисон: – Прости меня, Флиппи, я так устала, что чуть не оставила тебя здесь. Флип сначала рычит, но потом понимающе виляет хвостом. Элисон: - А что мне оставалось делать? Ему было бы одиноко весь день сидеть дома одному, и он бы свёл с ума всех соседей своим воем. Вуд: – Давай-ка я заберу его у тебя на выходные. Надеюсь, аллергия не убьет меня за пару дней. Вуд берет Флипа на руки, и в тот же момент оказывается весь в слюнях. Вуд: – Да-да, мой дорогой, я тоже по тебе очень скучал. Элисон: – Вуд, я твой вечный должник, спасибо тебе еще раз. Вуд: – О, я обязательно найду чем забрать у тебя этот должок, главное пообещай мне, что хотя бы попытаешься отвлечься и хорошо провести время. Элисон: – Обещаю. Вуд: – Отлично, а теперь бегом домой отдыхать. Элисон: – Будет исполнено. Ты еще раз обнимаешь Вуда, и уходишь. Зайдя домой, ты включаешь свет, и по привычке осматриваешь гостиную. Странно, я всё еще надеюсь, что однажды приду домой, а на моем диване со всей своей вальяжностью меня ждет Александр. Ты вздыхаешь, плюхаешься на диван, и закрываешь глаза. Сколько уже можно страдать. Очевидно, что он не вернется. Видимо, не так уж я и дорога ему была, раз он вот так запросто от меня отгородился. Пора вылезать из этой депрессии и начинать жить. Ты открываешь ноутбук, и пишешь письмо маме. «Привет. Выдалась пара выходных, завтра приеду навестить вас с папой, очень соскучилась». Отправить. Проходит всего пара минут, и приходит ответ от мамы. «Какая прекрасная новость, очень тебя ждем». Ну что же, вот и мои планы на выходные. Ничего лучше я всё равно не придумаю, а с родителями правда давно не виделась. С этими мыслями ты закрываешь ноутбук и идешь спать. Наутро ты просыпаешься в приподнятом настроении, предвкушая поездку к родителям. Покидав в сумку необходимые вещи, ты быстро одеваешься, завтракаешь и выезжаешь. Дорога оказалась практически пустой, и у родителей ты оказываешься намного быстрее, чем ожидала. Мама: – Элисон! Как я рада, что ты приехала. Мы с папой так соскучились. Ты выходишь из машины, и крепко обнимаешь родителей. Элисон: – Мама, папа, я тоже очень рада, что выбралась к вам. Папа: – Проходи, дорогая, мама как раз испекла пирог к чаю. Папа забирает у тебя сумку с вещами, и вы проходите в дом. Ты поднимаешься в свою комнату, переодеваешься, и разбираешь вещи. Надо же, моя комната совсем не изменилась после того, как я уехала из этого дома. Ты осматриваешься, и чувство ностальгии окутывает тебя своим теплом. Почему-то вспомнилось то время, когда ты еще не открыла для себя то, что можешь читать мысли других людей, беззаботное детство… но потом всё изменилось. Дар хоть и развивался достаточно медленно, и не было такого, что ты сразу стала слышать мысли всех окружающих людей, всё равно осваивать его было довольно тяжело. Вдруг, одна мысль прямо врезается в голову, и не дает покоя. Как же так вышло, что я ничего не рассказала родителям? Они у меня замечательные, не верю, что не поддержали бы меня в этом. Раз уж я здесь, думаю, пришло время посвятить их в мою тайну. К тому же, в случае чего, будет уже меньше рычагов для того, чтобы меня шантажировать родителями. Надо им всё рассказать.

Глава 2.

Спустившись вниз, ты застаешь родителей на кухне. Стол красиво сервирован, запах пирога чувствуется на весь дом. Ммм, мамины пироги всегда были чем-то особенным. Теперь я и правда рада тому, что Вуд заставил меня развеяться. Мама: – Садись скорее, пока не остыло. Элисон: – Мам, поверь, твою стряпню я и холодную с удовольствием съем. Папа: – Полностью с тобой согласен, ну да хватит болтать, давай уже попьем чай и проведем время вместе всей семьей. После семейного чаепития и рассказов папы о том, как тяжело дался ремонт, и маминых о ее новых растениях в саду, ты решаешься начать сложный рассказ о своем даре. Элисон: – Мам, пап, вообще-то я уже давно хочу вам кое-что рассказать о себе, но раньше как-то не решалась. А сейчас, думаю, это уже просто необходимо сделать. Мама: – У тебя все в порядке? Что-то со здоровьем? Элисон: – Ой, нет-нет, со здоровьем всё хорошо, не волнуйся, дело в другом. Ты какое-то время сидишь молча, думая как лучше преподнести всё родителям. Папа: – Дорогая, не томи, мы уже начинаем волноваться. Элисон: – Прости, пап. Просто это довольно сложно. В общем… я сама не знаю как так вышло, но очень давно, еще в детстве, я поняла, что могу слышать мысли других людей. Я телепат. Что-то вроде того. И, конечно, именно благодаря этому дару я достигла таких успехов в работе. Ты видишь, что родители немного растерялись, и не знают как на это реагировать. Ты решаешь им немного помочь. Элисон: – Я не слушаю мысли специально, стараюсь не вторгаться без особой необходимости в чужую голову. Первое время мне было довольно тяжело с этим справляться, я слышала буквально всех, но позже научилась закрываться от этого бесконечного потока. И пап, тогда давно, это было не специально, я даже не сразу поняла, что слушаю твои мысли, а не то, что ты что-то говоришь. Я не хотела, но узнала. Прости меня. Растерянность в глазах родителей постепенно сменяется чем-то другим. Потом мама молча встает, подходит к тебе, и обнимает. Слезы непроизвольно потекли из твоих глаз, и ты обнимаешь ее в ответ. Папа тоже подходит и обнимает вас. Мама: – Элисон, почему же ты держала это в себе столько лет? Я даже не могу представить как тебе было тяжело. Элисон: – Я не знаю. Мне казалось, что я поступаю правильно, что так будет лучше… и если совсем честно, я немного боялась. Я сама не понимала свой дар, и думала, что вы сочтете меня странной, может даже сумасшедшей. Папа: – Милая, что за глупости. Мы твои родители, мы тебя очень любим, и обязательно бы поддержали, помогли чем могли. Элисон: – Спасибо. Спасибо вам. Но вы еще должны знать, что я не одна такая, с таким даром. Мама, помнишь ты звонила мне и говорила, что у тебя ощущение, будто за тобой следят? Мама: – Да, конечно помню. Что... что это было? Элисон: – Один человек, с такими же способностями, как у меня, искал в твоих воспоминаниях рычаги давления на меня… он хотел принудить меня делать то, что ему нужно, шантажируя вами… Папа: – Господи, Элисон.. он не сделал тебе ничего плохого? Элисон: – Нет, пап, он оказался не таким плохим, как я изначально его представляла. К тому же, если совсем честно, он помог мне развить мой дар, и теперь я могу гораздо больше, чем просто слышать чужие мысли. Мама: – Ты говоришь о нем так, как будто вы… подружились? Элисон: – Что-то типа того. Не хочу сейчас о нем, мам. Он ушел, и я даже не знаю увижу ли его еще когда-то. Тебе не нужно читать мамины мысли, чтобы понять, что она без лишних объяснений поняла твои чувства к Александру. Элисон: – Есть еще кое-кто с таким же даром, и я пока не знаю на чьей она стороне. Именно поэтому я решила вам всё рассказать сейчас. Еще я хотела бы вас научить чувствовать, когда в ваших мыслях кто-то копается, и не давать это делать. Папа: – Если это необходимо для твоей безопасности, тогда, конечно, мы готовы. После нескольких часов разговоров с родителями, и объяснений того, как не позволить кому-то влезть в голову, ты чувствуешь себя значительно лучше. Мама пошла в сад срезать свежей мяты для чая, а ты с папой осталась на кухне. Элисон: – Пап, если честно, есть еще кое-что, о чем я хотела поговорить именно с тобой. Папа: – Кажется, я знаю о чем именно. Элисон: – Твои письма Мэг… Этими письмами мне угрожали, что их передадут маме, и это разрушит ваш с мамой брак окончательно. Я бы хотела, что-то ты как-то мягко сам рассказал маме об этом, чтобы этого секрета больше не было. Папа: – Я понимаю, дорогая. Я постараюсь, хоть это будет и очень тяжелый разговор. Элисон: – Спасибо. Это правда для меня очень важно. Я пойду к себе, спущусь позже. Ты обнимаешь папу, и уходишь в свою комнату. Чуть позже слышишь, что мама вернулась. Беспокоясь о том, как мама воспримет то, что собирается рассказать папа, ты решаешь подслушать их разговор, и в случае чего сгладить острые углы. Папа: – Элисон так долго жила с этой тайной, должно быть ей было очень тяжело. Мама: – Даже не представляю… бедная наша девочка. Но я очень рада, что она поделилась с нами. Папа: – Я тоже рад. И если честно, у меня тоже есть тайна, которую тяжело хранить, и я хочу ее открыть. Мама садится на диван, готовая слушать. Папа: – Дорогая моя. Первое, что хочу тебе сказать, я тебя очень люблю. Я знаю, что однажды я совершил ошибку, за которую мне до сих пор очень стыдно. Я бесконечно тебе благодарен за то, что ты смогла найти силы и простить меня, но тогда было еще кое-что… Папа тяжело вздыхает и продолжает. Папа: – Я не закончил отношения с ней тогда, когда сказал тебе, что всё кончено. Я не смог, мне было очень тяжело, и ее мне тоже было жаль. Еще несколько месяцев мы обменивались письмами, не более того, но со временем и они сошли на нет. Тем не менее, я обманул тебя тогда. И мне до сих пор от этого очень тяжело. Надеюсь, ты сможешь мне это простить. Всё это время мама не произносила ни слова. Дослушав это признание, она еще какое-то время обдумывала услышанное, а потом сказала. Мама: – Спасибо тебе за честность. Мне было важно это услышать. И если уж у нас день признаний, то и я должна кое-то тебе рассказать. Однажды я случайно нашла эти письма, и прочитала. Тогда я была очень расстроена, и не знала что делать. Я периодически залезала в твой тайник, проверяла о чем ваша переписка, и поняла, что отношения всё же закончатся. Я приняла это, и простила тебя еще тогда. Но мне, всё же, было больно от того, что это всё было за моей спиной. Папа встает, подходит к маме и крепко её обнимает. Папа: – Дорогая, я так тебя люблю. Я и представить не мог, что ты всё знала. Прости меня, это было ошибкой. Я никогда больше даже не смотрел в сторону других женщин, я осознал свою ошибку, и я бесконечно благодарен тебе за то, что ты дала мне шанс всё исправить. Дальше ты решила не подслушивать, это их личное, и ты безумно рада, что между ними больше нет секретов. Ты ложишься на кровать с чувством невероятного облегчения и светлой грусти. Вдруг, осознание врезается в твои мысли. Стоп. Если мама всё это время знала о письмах, неужели Александр не понял этого? Он знал. Конечно, он знал, что маме известно о письмах, и он не смог бы им этим навредить. Но об этом не знала я, и весь этот цирк с угрозами был исключительно для того, чтобы воздействовать на меня… Глава 3.

На следующий день рано утром ты собираешься уезжать. Глядя на родителей, прямо душа радуется, им обоим стало заметно легче от того, что между ними больше нет секретов. Да и самой тебе легче, потому что родители теперь знают о твоей большой тайне. Мама: – Приезжай чаще, Элисон, мы всегда тебе рады. Папа: – Да, дорогая, нам было очень приятно, что ты нас навестила. И спасибо тебе, что доверила нам свой секрет. Что бы ни происходило в твоей жизни, - знай, ты всегда можешь на нас положиться. Элисон: – Спасибо, я это очень ценю. Может быть, в следующий раз вы приедете ко мне в гости? Мама: – Может и приедем. Вы все вместе обнимаетесь, папа помогает погрузить сумку в машину, и ты уезжаешь. На полпути домой ты решаешь заехать к Тэрону. После того, как из мыслей Даниэля ты узнала о том, что Ева Дэвис тоже обладает телепатическими способностями, общались вы довольно мало. Тэрон сосредоточится на брате, а ты ушла с головой в работу. По пути ты отправляешь ему сообщение, чтобы твой визит не был для него неожиданностью. Через пару минут получаешь воодушевленный ответ, что он очень ждет встречи с тобой. Подъехав к дому Тэрона ты видишь, что он уже ждет тебя на улице. Надо же, видимо он очень соскучился по мне. Ты выходишь из машины и идешь прямо к нему. Тэрон: – Какая приятная неожиданность, Элисон. Тэрон обезоруживающе улыбается, и раскрывает объятия. Не думая ни секунды, ты подходишь, и крепко его обнимаешь. Элисон: – Я тоже очень рада тебя видеть. Прости, в последнее время я совсем пропала. Тэрон: – Понимаю, заходи, я как раз сварил кофе к твоему приезду. Ты голодна? Я могу приготовить что-нибудь. Элисон: – Спасибо, нет, кофе будет вполне достаточно. Тэрон: – Что ж, могу я спросить что привело тебя ко мне? Элисон: – Я ехала домой от родителей. Вуд организовал мне пару выходных, решил, что мне это необходимо. И, кажется, он был прав. Я в последнее время совсем о себе не думала. Тэрон понимающе улыбается. Элисон: – А ты как? Как Даниэль, он дома? Ты видишь легкое смятение на лице Тэрона, он явно подбирает слова помягче. Тэрон: – Он дома, у себя в комнате. Он… скажем так, не настроен на прием гостей. Ты вспоминаешь последний раз, когда видела Даниэля, тогда ты прочла в его мыслях страх за Еву Дэвис, и его намерения во что бы то ни стало спасти ее. Тем не менее, вы с Тэроном настояли на том, что идти без плана – это практически самоубийство, и не отпустили его. Даниэлю не пришлось ничего объяснять, он понял, что ты обладаешь схожим даром, что и Ева. Это его ничуть не смутило, однако он затаил злость на то, как бесцеремонно ты влезла в его мысли. После той встречи он избегает общения с тобой. В целом он понимает, что он вряд ли смог бы противостоять Скоту Дэвису, но всё равно был готов рискнуть всем ради Евы. Ева пропала вместе с Дэвисом и Келли. Именно из-за этого Даниэль злится больше всего. Он считает, что нужно было действовать тогда, когда возможность была. Теперь же не ясно где она, и всё ли с ней в порядке. Элисон: – Я понимаю, что он злится на меня. Он имеет на это полное право. Тэрон: – На нас, если уж быть точными. Ведь я тогда поддержал тебя, а не его. Всё будет хорошо. Он понимает, что мы поступили правильно, но не может принять того, что мы больше ничего не сделали. Элисон: – Я бы не сказала, что мы совсем ничего не сделали, мы ведь пытались найти информацию о Еве, но всё чисто, ее будто никогда и не существовало, как и жены Дэвиса. Это всё очень странно. Тэрон: – Да, ты права. И непонятно какую роль дочка играет в планах Дэвиса. Возможно, он и правда думает, что защищает ее. Я не понимаю только одного – как он может ее контролировать, когда у нее такой мощный дар? Либо он ее чем-то шантажирует, либо мы не знаем всей истории. Еще какое-то время вы сидите молча, размышляя каждый о своем. Вдруг, у тебя звонит телефон. Это Вуд. Элисон: – Прости, мне нужно ответить. Тэрон: – Да, конечно, без проблем. Элисон: – Здравствуй, моя фея крестная. Благодаря тебе я чудесно отдохнула. Как ты там, аллергия не убила тебя? Вуд: – А я же говорил, говорил! Будешь теперь чаще меня слушаться. Это замечательно, что ты отдохнула, потому что у нас нарисовался один срочный клиент. Ты сможешь приехать в офис через час? Элисон: – Вуд, ты серьезно? Я надеялась провести сегодняшний день спокойно. Вуд: – Всего один клиент, потом я сам организую тебе релакс, дорогая. Элисон: – Ты умеешь убеждать. Ладно, я скоро буду. Заеду домой, и сразу в офис. Вуд: – Отлично, жду тебя с нетерпением. Ты заканчиваешь звонок, и возвращаешься к Тэрону. Элисон: – Это Вуд. Кажется, мой выходной закончился, нужно срочно ехать в офис. Тэрон: – Пациенты превыше всего, понимаю. Повторюсь, я был очень рад твоему визиту, заезжай еще, когда будет возможность. Элисон: – Ты тоже мог бы иногда меня навещать. Тэрон улыбается, целует тебя в щеку, и провожает до машины. Отъезжая от дома Тэрона ты ворчишь себе под нос и гадаешь, что же за пациент так бесцеремонно украл твой выходной? Глава 4. Приехав домой, ты решаешь, что не помешало бы принять душ и переодеться после дороги. В душе ты расслабляешься, и ненадолго погружаешься в свои мысли. Струи горячей воды стекают по твоему телу, и создают ощущение спокойствия. Когда ты выходишь, настроение уже заметно лучше, даже прошло расстройство из-за испорченного выходного. Что ж, раз я чувствую себя лучше, нужно соответствовать и внешне. С таким настроем ты перерываешь шкаф, и выбираешь любимое платье. Кем бы ни был этот клиент, пусть знает – меня сложно застать врасплох внезапным визитом. В холле тебя встречает Вуд Вуд: – Божечки-кошечки, милая моя, мне надо чаще устраивать тебе выходные! Ты выглядишь божественно, как будто собралась на кастинг в фотомодели, не иначе. Элисон: – Вуд, вынуждена признать, ты как всегда был прав. Этот выходной очень пошел мне на пользу. Но, всё же, было бы еще лучше, если бы выходных было два, как и планировалось. Неужели нашелся клиент, которого ты не смог передвинуть на другой день? Вуд иронически закатывает глаза. Вуд: - О, дорогая, я не настолько жесток, как ты, и не могу так легко отшивать таких красавчиков. Элисон: – Вууууд, я очень надеюсь, что это не единственная причина, по которой ты дал добро на сеанс этому клиенту. Вуд: – Конечно нет, дорогая. Иди на террасу, он тебя уже ждет. Еще спасибо мне скажешь. Элисон: – Но… Вуд: – Никаких но, иди, терапия не ждет! Вуд практически заталкивает тебя в кабинет. Сначала ты находишь его поведение возмутительным, и хочешь открутить ему голову за это, но когда видишь на террасе своего «пациента», сразу понимаешь что к чему. Ллойд: – С тобой не так-то просто пересечься в последнее время, вот решил попробовать записаться на прием. Ллойд тепло тебе улыбается, встает и идет навстречу. Ты не ожидала встречи с Ллойдом, но определенно рада, что это именно он, а не очередной пациент. Элисон: – Ллойд! Если честно, ты просто не представляешь как я рада тому, что это ты, а не просто какой-то пациент, который украл мой выходной. Ллойд: – Ну, фактически я его украл, но надеюсь, что мы хорошо проведем вместе время, и ты всё же засчитаешь этот день как выходной. Присаживайся. Ллойд указывает на столик на террасе. На нем стоит бутылка вина, сырная тарелка и фрукты. Ллойд: – Мы так давно не виделись, хотел сделать тебе сюрприз, и Вуд вызвался мне помочь. Элисон: – Хитрецы. Но, должна признать, сюрприз удался. Ты плюхаешься в кресло, и берешь бокал вина. Элисон: – За встречу! Ллойд: – За встречу. Ты отпиваешь вина, и расслабляешься в кресле. Элисон: – Как твой бизнес? Слышала, что дела пошли в гору. Ллойд: – Ну, в гору это, конечно, очень громко сказано, но да, успехи есть, и я этому очень рад. Бизнес развивается, у меня всё лучше и лучше получается им управлять. Наконец, я чувствую себя как рыба в воде. Элисон: – Отец бы тобой гордился. На лице Ллойда расползается грустная улыбка. Ллойд: – Да, ты права. Жаль, что я не пришел ко всему этому, пока отец был жив. Ты всеми силами стараешься поддержать Ллойда. Элисон: – Эй, мы такие, какие мы есть, и у нас свой путь, который мы должны пройти, чтобы стать теми, кем нам суждено быть. Это твой путь, местами тернистый, сложный, но лишь пройдя через все испытания, ты стал ценить то, что оставил тебе отец. Ллойд какое-то время обдумывает твои слова. Ллойд: – Наверно, ты права. Спасибо тебе за поддержку. Элисон: – Для того и нужны друзья. Ллойд: – Друзья. Да, ты, конечно же, права. Ты чувствуешь, как Ллойд «пробует» это слово на ваши отношения. Ты понимаешь, что он всё еще до конца не смирился с тем, что вы только друзья, но он уважает твое решение. Ллойд: – Ну что мы всё обо мне, как ты, Элисон? Совсем закопалась в работе? Элисон: – Да, можно сказать и так. И, благодаря Вуду, я осознала как важно устраивать себе выходные. Ты слышишь звонок телефона в приемной, и то, что Вуд сразу же отвечает. Элисон: – Я съездила к родителям, и рассказала им о своем даре. Ллойд: – Ого, это довольно большой шаг вперед. И как они к этому отнеслись? Снова раздается звонок, Вуд опять отвечает. Элисон: – Намного лучше, чем я себе представляла. Хотя, если честно, я уже не представляю как могла думать, что они меня не примут. У нас всегда были прекрасные отношения и высокий уровень поддержки друг друга. Надо было сделать это намного раньше. Ллойд: – Раньше ты не была готова рассказать, а сейчас пришло время, поэтому всё так сложилось. Элисон: – Наверно, ты прав. В очередной раз звонит телефон. Ллойд: – У тебя всегда столько желающих попасть на прием? Элисон: – Вообще, желающих всегда было довольно много, но это, кажется, перебор. В дверь раздается стук, и, не дожидаясь ответа, Вуд врывается в кабинет. Вуд: – Простите, что я так врываюсь, но у нас проблемы. Огромные проблемы.