Под прицелом.

      Порш вернулся в бар в качестве бармена. Персонал его знал, поэтому не возражал. Йок в зале уже не было, видимо, она ушла в гримёрку или же в кабинет, а может, и вовсе ушла — с неё станется. Про указания насчёт парней она, естественно, успешно забыла.       — Порш, а, Порш… — обратился к нему Джозеф, мускулистый лысый афроамериканец со шрамом на лице. Он был старшим барменом и по совместительству администратором. Бывший военный, иностранец, приехавший на постоянное место жительство в Таиланд из США. Почему? Лишние вопросы ему предпочитали не задавать. Как говорится, меньше знаешь — крепче спишь.       — Да? — парень ловко подкинул в воздухе бутылку, движением фокусника перевернув её, и стал смешивать напитки для важных гостей.       — Сможешь обслужить их? У меня от них мурашки по коже…       Сложно было представить, что бывшего военного может настолько пробрать, но Порш не стал спрашивать почему. Он и без того знал ответ.       — А кто это? Я раньше их здесь не видел, — ненавязчивый вопрос, заданный с обаятельной улыбкой.       Джозеф покосился на Порша и наклонился к нему так близко, что его горячее дыхание обожгло нежную кожу на ушной раковине, но вздрогнуть парень себе не позволил.       — Мафия.       — Мафия?       — Тшшшшш… Улыбаемся и делаем вид, что заняты своей работой.       В баре и правда было на удивление много людей в чёрном — охраны той самой вип-персоны, так что неудивительно, что они пришли уже после закрытия. Своим грозным видом они распугали бы всех посетителей.       Тут в основном зале появился высокий молодой человек. Небрежная челка открывала широкий лоб, узкие глаза, в которых, несмотря на улыбку, таился лёд, несколько вытянутое лицо, светлую кожу. Но если сложить всё это вместе, то получался Вегас, и нужно было признать, что он был невероятно привлекательным. Порш не заметил, как засмотрелся на него, пока перед его лицом не защелкали пальцами.       — Ты забыл правила? Нельзя так откровенно пялиться.       — А я разве пялился? Я любовался, как фотограф, — хмыкнул Порш и тут заметил ещё кое-кого. Это был Пит, который, понурив голову, шёл рядом с Вегасом, и направлялись они в другой закрытый зал.       — Он же вроде с тобой был… — Джозеф даже бокал перестал натирать, чувствуя, как растёт напряжение.       — Да неужели?! — довольно резко ответил Порш, выходя из-за барной стойки. Надо было выручать друга.       — Эй! Господин! — Порш довольно громко окликнул Вегаса, ускорив шаг, но тот, казалось, тоже ускорился, держа за руку Пита и не оставляя тому шанса на побег.       — Господин, оглохли, что ли? — Порш всё же нагнал Вегаса в коридоре бара, перегородив тому путь.       Само заведение включало себя несколько помещений — танцпол, закрытые вип-залы и подсобные помещения. Если танцпол был ярким и шумным, то в закрытых залах человек словно попадал в другой мир — лакированная дорогая мебель, картины в тяжёлых рамах, цветы и приглушённый свет. Так что с первого раза нельзя было сказать, что бар находился на отшибе.       — Вот же назойливый, — поморщился Вегас.       — Всё в порядке, Порш, иди домой, — Пит тепло улыбнулся другу, и Порш перестал что-либо понимать.       — Но…       — Иди домой, увидимся завтра. Всё в порядке, правда.       Порш совсем не поверил, но раз Пит так говорил, значит, всё и правда было в порядке. Похлопав друга по плечу и сказав, чтобы тот оставался на связи, раздосадованный парень и правда решил отправиться домой. Он покосился на ещё одну занятую комнату, откуда доносился женский весёлый и звонкий смех, а амбалы у дверей покосились на него. Порш из вредности показал средний палец и, спрятав руки в карманы, покинул было заведение, но не тут-то было. Амбалы решили перегородить ему путь и осадить наглеца.       — Эй, парень, знаешь, кому свой палец будешь показывать?       — И кому же?       — Своей мамаше, — и они заржали, явно довольные своей шуткой. И без этого взведённый Порш вышел из себя окончательно. Он хрустнул шеей и пальцами, приготовившись к драке, и недобро прищурился.       — Что ты там про мою маму сказал?       — Да он глухой! — усмехнулся один.       — И тупой к тому же, — подхватил второй. Парочка явно относилась к тем, про кого говорят «сила есть, ума не надо». Однако до драки дело так и не дошло.       Дверь комнаты распахнулась, и на пороге появился тот самый вип-гость, только уже не в белом костюме, а в чёрной шёлковой пижаме, выигрышно подчёркивающей подтянутую фигуру. Благородные черты лица, статная осанка и при этом расслабленный вид. Аура вокруг этого мужчины была настолько невероятная, что ему просто достаточно было находиться рядом, чтобы человек захотел склонить голову с заверениями в верности. Такие люди были крайне опасны, поэтому Порш старался по возможности их избегать. Он много видел подобных людей на благотворительных вечерах, концертах и приёмах, куда его приглашали. Поэтому сейчас не мог проигнорировать голос разума, буквально кричащий о том, что нужно уносить ноги.       Тёмные глаза незнакомца недобро сузились. Этот тёмный омут манил, пленял, пока полностью бы не поглотил и не испепелил. Красивое лицо исказила усмешка, и Порш понял, что она предназначалась ему, поскольку он уже некоторое время откровенно пялился. Его также изучали — пристально, сканируя и подчеркивая каждый изгиб взглядом, словно пожирая. Кажется, лев нашёл своего ягнёнка, который к тому же сам пришёл к нему.       Порш неожиданно пошатнулся, плохо понимая, что происходит. Он пытался сообразить, что делать дальше, но мысли ускользали, лихорадочные, словно испуганные светлячки, которых пытались поймать сочком. Благовония в комнате имели довольно сильную концентрацию, запах которых Поршу был неизвестен, но в то же время казался чем-то очень знакомым. Этот аромат успокаивал, и одновременно из-за него терялся контроль над ситуацией.       — Пошли вон, — недовольно бросил Кинн своим охранником, мысленно отметив, что стоит отправить этих бездарей на переобучение, а то наберут по объявлению не пойми кого.       — Но…       — Совсем страх потеряли? — в голосе зазвучала сталь, а в ледяных глазах полыхнул огонь. Охрана поспешила ретироваться от греха подальше. Кинн оказался рядом с Поршем и подхватил пошатнувшегося парня, решившего немного посопротивляться, но из-за состояния получалась слабо. Огонь, который недавно напугал охрану, теперь был ласковым огоньком, тихо потрескивающим в камине. Сильные руки бережно придерживали его, не давая упасть окончательно.       — Прекрати сопротивляться!       — Пусти! — Порш укусил Кинна за руку. Тот зашипел, тут же растеряв весь свой магнетизм, но запах, который их окутывал, всё ещё туманил разум и сводил с ума. И как эти амбалы стояли всё это время возле комнаты? Или у них было что-то, что позволяло игнорировать аромат? Что бы это ни было, оно бы сейчас не помешало, проскользнула где-то на задворках сознания отчаянная мысль. При этом парень чувствовал, как его тело расслабляется окончательно, а веки тяжелеют… А ведь Пит его предупреждал.       — Шарлотта! — снова раздался короткий приказ.       — Да, мой господин? — из комнаты вышла длинноногая красавица с пышной вьющейся шевелюрой по пояс огненного цвета. Точнее, выплыла, настолько она была изящной.       А дальше Порш провалился в темноту…

***

      Часом ранее       — Так-так-так… Что это у нас за птенчик? — К Питу бесцеремонно залезли в карманы брюк, извлекая оттуда удостоверение. — Журналистишка, значит.       — Криминальные новости, значит? Очень интересно, — хотя от говорившего и исходила скрытая угроза, он был расслаблен и явно наслаждался ситуацией. Если точнее, милой испуганной мордашкой, а ведь Пит тоже узнал стоявшего перед ним человека.       — Если честно, я разочарован. Думал, в частные детективы пойдёшь или в полицию.       Вегас прижал удивлённого Пита к стене, хотя тот вовсе не собирался сопротивляться. Он словно обмяк, глядя на парня в упор, и будто потерял дар речи.       — Молчишь… Всё ещё обижаешься? Прошло столько времени, я так соскучился, — мужчина провёл кончиком носа снизу вверх по пульсирующей вене на шее. Вегас находился достаточно близко, чтобы одним только своим присутствуем причинить боль.       Пит закрыл глаза и плотно сжал губы. Он надеялся, что, как только откроет глаза, стоящий перед ним человек исчезнет, и всё происходящее окажется лишь кошмаром, а он на самом деле в стельку пьяный лежит в переулке у бара. Такое с ним раньше уже случалось. Предательское сердце учащенно забилось, а разум так и кричал — уймись, уймись, уймись. О Будда, где я умудрился так нагрешить?       — Молчишь, значит…. — Вегас довольно резко скрутил Пита, до боли сжав запястья, отчего наверняка останутся синяки. Но и на этот раз Пит не пикнул, лишь бросил на человека напротив злой взгляд.       — Вот и правильно, молчи дальше, всё равно здесь слишком много лишних ушей, — Вегас покосился на охрану, которая тут же вытянулась по стойке смирно.       — Попробуете доложить кузену — отправитесь петь в церковном хоре, — и те скрылись в глубине бара. Пит по-прежнему молчал, пока не услышал, как их окликнул Порш, причём очень рассерженный. От него нужно было как-то отвязаться, но совладать с эмоциями оказалось непросто, когда его держал за руку бывший парень, причиняя этим боль как моральную, так и физическую. Питу пришлось приложить немало усилий, чтобы натянуть улыбку.       — Всё в порядке, Порш, иди домой, — Пит тепло улыбнулся другу, отчего Порш перестал что-либо понимать.       — Но…       — Иди домой, увидимся завтра. Всё в порядке, правда.       Порш явно ему не поверил, это было видно по выражению его лица, однако их дружба строилась на доверии, и Порш в этот раз уступил. Если всё в порядке, значит, так оно и есть. Похлопав его по плечу, друг ушёл.       — Какой хороший мальчик, — улыбнулся Вегас, и от этой улыбки стало жутко. Пит так и не понял, кого именно имел ввиду его бывший, потому что его затолкали в комнату и закрыли дверь на замок.