Под прицелом.

Возвращаясь в прошлое.

Порш прижал респиратор к лицу, с трудом его надев. Легкие сдавливало, словно обжигало огнем. Какой-то газ запустили в помещение, где он прятался. Это был заброшенный склад где-то на на окраине Бангкока. Ему удалось сбежать из-за вызванной суматохи. Подстроивший аварию водитель скрылся, на его байк наехал грузовик, пострадал кто-то из прохожих. На место происшествие прибыло много полиции, однако, если б не сноровка и невероятное желание жить, парень бы скончался еще там. Его нога была повреждена, о боях на некоторое время можно было забыть. Он прижался спиной к стене, тенью скрывшись за какими-то ящиками и не обращая внимания на боль. С трудом запустил генератор, и довольно медленно включился свет. Порш знал хорошо эти места. Он бы выскользнул, если бы не газ… Из-за сапога вытащил складной нож, так просто он ни когда бы не сдался. Да, он был надломлен, но не сломлен. Его предали. Предали люди из близкого окружения и променяли на что? На расположение? Деньги? Горькая усмешка скользнула по губам парня. А ведь с этим человеком он спал. Смотрел на него с большими надеждами. Наивный глупец. Пит его предупреждал, но, естественно, Киттисавад не послушал. Парень всегда шел на большой риск, зная свои цели, а тут подумал, что влюбился. Дышать было тяжело. Кто-то переругивался в помещении и все переворачивал. Использовав небольшое зеркальце, Порш увидел своего преследователя. Это был тот, о ком он думал. Хотелось нервно смеяться оттого, что он повелся на необычную внешность и красивые слова, а душа-то осталась гнилой, хотя Порш думал, что он в людях разбирается хорошо. Высокий, ростом около двух метров. Точеная фигура. Хищный орлиный нос. Темные волосы на фоне бледной кожи и невероятная редкая мутация ДНК. Гетерохромия глаз. Один такой же угольный, как его волосы, а второй практически белый. Он им видел, но очень плохо. Надевать повязку отказывался, считая, что это лишь испортит его образ. Одевался также во все черное. Даже защитный костюм и тот был черный. Он давал какие-то указания, держа в руках выкинутый рюкзак Порша. Нашли-таки. Уроды. — Где-то здесь ищите. Порш усмехнулся. Асфит долгое время был ему верным товарищем, близким другом и любовником. Они прошли через очень многое, и он не ожидал, что получится все так. Видимо, цену, которую предложили, была гораздо более значимая, чем он сам, и, учитывая, как поднялись ставки, Порш был на верном пути. Оставался только один вариант. Риск. Не обращая внимания на боль в ноге, Порш пнул какой-то бак, и следом за ним как домино сложились другие. Кто-то из преследователей попал под раздачу. Этой суматохой парень и воспользовался, он, словно стремительная стрела, выпущенная из лука, направился к выходу, не обращая внимания на выстрелы и слетевший респиратор. Он напал на Асфита, резанув по лицу и выбив того из колеи, а потом выбежал со склада. Это дало ему немного времени. Все произошло слишком быстро. Естественно, он не обратил внимания на стоявшую неподалеку мазератти и человека, который оперся о капот машины, выкуривая сигарету. Он пронесся мимо него, видимо, испачкав кровью, но его не задержали. Перебегая через дорогу, Порш на миг обернулся и увидел, что это был Кинн. Он смотрел на него изучающим взглядом, а его люди стояли рядом. Зато люди Асфита, как только выбрались со склада, бросились за ним. Кинн все так же стоял, выпуская кольца, сотканные из дыма, с невозмутимым выражением лица. Порш сплюнул кровь на дорогу, вытерев рукавом губы, и ринулся прочь. Мыслей уже никаких не оставалось, но через пару кварталов силы его покинули… он обессиленно прислонился спиной к стене. Местные на него не обращали внимания. Сдохнет и ладно. Это был «Термитник». Зашуршал гравий. Подъехала машина, из нее вышел мужчина в белом костюме. На удивление один. — В машину, быстро. — Да пошел ты к чёрту… — Порш лягнул его, но тут же взывл от боли, от которой, видимо, потерял сознание. — Вот же упертый, — вздохнул Кинн, аккуратно взяв парня и разместив его на заднем сиденье. Он им невольно восхитился. Такой упертый, любой бы на его месте сдался. Не обращал внимания на кровь, испачкавшую дорогой светлый кожаный салон. Благо окна в автомобиле были затонированные. Да и ни кто не посмел бы без его разрешения осматривать личный транспорт босса мафии. Он собирался садиться за руль, как в квартал ворвались головорезы Асфита и он сам. Заметив своего шефа, брюнет почтительно склонил голову. Лицо успел перевязать. — Мы ищем его, господин. — Ищите, иначе шкуру спущу со всей вашей шайки. И захлопнул дверь, подняв окна. Через некоторое время его автомобиль припарковался возле городской больницы. Что дальше было, Кинн не знал… ему позвонил Ким, сообщив, что отцу стало плохо и его забрали в больницу. *** — Почему ты его спас? Он опасен для нашей семьи, — Ким настраивал гитару, терпя тот факт, что его брат курит в его комнате. Видеонаблюдение было предварительно отключено. Говорить они могли спокойно. — Я не одобряю методов отца, но понимаю, что они эффективны. — Кинн поморщился, словно разом съел весь лайм, и плюхнулся в кресло. Ким лишь закатил глаза, переписываясь с кем-то по телефону. Че так раз показывал ему новый стикерпак, который купил, и дразнился фотографиями из кафешки. — Отец не остановится. Ты ж его знаешь, парень копнул слишком глубоко. — К сожалению, мне его не спасти, чудо будет, если выживет. — Ты? Сожалеешь? Только не говори… о, нет-нет-нет, — Ким от потрясения даже телефон отложил, подошел к креслу, где сидел его брат. — Даже не думай! Тебе скоро возглавлять нашу семью, отец передал все права, нотариус недавно все подписал. Кинн лишь отпил виски, он не обращал внимание на Кима, который грозной тучей над ним накренился. Даже пощелкал пальцами перед глазами. — Эй, ты здесь? — Ты просто не видел эти глаза… он словно дикий кот, у которого нет дома, — тихо прошептал Кинн и, вздохнув, залпом осушил стакан и оставил его на столешнице. — Меня ждут, — и ушел. Ким плюхнулся обратно на кровать, взяв в руки телефон и быстро что-то став печатать. Скинул адрес, где оставили Порша. Че заспамил волнующимися и плаксивыми стикерами Кима, на что тот ответил «не волнуйся, мы проследим за всем. Кажется, мой брат запал на твоего», и тоже отправил стикер, изображающий негодование.