Сборник ответов за Шинки в текстовый аск

— Дядя? — постучавшись, Шинки приоткрыл дверь и заглянул в мастерскую. — Могу я зайти? — Что встал, как вкопанный, — слегка коверкая звуки из-за зажатой в зубах отвёртки, произнёс Канкуро. — Знаешь же, что можешь, — от своего занятия по ремонту старой марионетки отвлекаться и поворачиваться он не собирался. — Хотя, чего это я, — хохотнул мужчина, выудив инструмент и пустив его в дело, пока мальчик приближался, — ты-то всегда спрашивать будешь. — Зная манеры племянника, улучил момент и кивнул на стоявший рядом стул. — Садись. Чего хотел? — Стыки начали скрипеть, — заняв место, Шинки сунул руку под плащ сатецу, вытаскивая к себе на колени марионетку-скелет. — Хотел смазать. Канкуро бросил на него косой взгляд, усмехнулся. — Это всё твой песок. Забивается везде, куда надо и не надо. Вишь, сколько царапин уже несмотря на лак. Мальчик пристально вгляделся в отполированный череп — на выступающих частях особенно выделялись длинные хаотичные царапины. — В плаще удобно, но для самой марионетки не практично, — нахмурился подросток. — А ты не будь таким модником, действуй по старинке, — советник казэкаге вытянул руку в сторону и схватил воздух, дёрнул на себя. Через пару секунд в мальчика полетел вытянутый округлый предмет. Изначальным порывом было схватить его песком, но Шинки удержался, перехватив нечто нитями чакры. Проигнорировав одобрительный свист со стороны Дяди, покрутил предмет в руках. — Запечатывающий свиток? — Классика, — брат Гаары подтолкнул к племяннику бутыль со смазкой. — Уж ты-то улучишь момент его вытащить. — Хорошо, начну тренировки сегодня же, — кивнул мальчик, убрав свиток в плащ и принявшись за обработку марионетки. Он мог бы уйти к себе в комнату или даже на тренировочный полигон, но Шинки нравилось находиться в мастерской Дяди. Наблюдать, как он работает, слушать советы. Пусть при этом и приходилось отсеивать их от множества непонятных шуточек, выдумок-баек, да простых жалоб по рабочим вопросам. По меркам юного шиноби Песка, Канкуро был немного странным. Слишком весёлым и беззаботным? От части. Потому как, если дело было серьёзным, Дядя так же действовал сосредоточенно и рационально, как и полагается советнику казэкаге. Поначалу уважение к мужчине обуславливалось лишь родством с Отцом — в понимании Шинки было невозможно без должного почтения относиться к старшему брату человека, назвавшего его своим сыном. Но Канкуро, который «никогда не любил детей», быстро нашёл к мальчику подход. А, когда выяснилось, что парень может контролировать нити чакры, они стали ещё ближе. В их отношениях не всё было гладко — старший мужчина любил подшучивать над жильцами дома и смеялся вдвое громче, потому что теперь на него недоуменно смотрел не только Гаара. Но мальчик дорожил им. Хотя, в отношении характера, пожалуй, ему больше нравилась Тётя. Темари приезжала в Суну относительно часто, в основном по делам, так что и Шинки наблюдал её почти всегда за работой. Он видел в ней сильную, властную, стойкую, хорошо разбирающуюся в дипломатии кунойчи, и это не могло не вызывать чувство уважения. Хотя, будучи преданным Песку (Отцу), подросток не совсем понимал причины для сестры казэкаге быть женой человека из другой деревни. Хотя все действия Тёти были направлены на поддержание Суны, потому вести громкие речи о предательстве было глупо. По представлениям Шинки, у Темари был едва ли не идеальный характер для шиноби — рядом с ней даже Отец выглядел как-то мягче. С другой стороны, он мало знал о том, как женщина ведёт себя в обычной, повседневной жизни, не связанной с риском. Потому, в итоге, Канкуро и был для него ближе. С ним было уютно, безопасно. Не так хорошо, как с Отцом, но доброта Дяди была особенной, горько-шутливой. Как и сам Гаара, его старший брат воспринимал Шинки серьёзно — а это для юного ниндзя было особенно ценно.