Сборник ответов за Шинки в текстовый аск

— Больше не скрипит? — заглянув в мастерскую, Канкуро невольно улыбнулся: серьёзный племянник заботливо натирал одну из составляющих собственной марионетки. Остальные кости и череп лежали тут же, аккуратно расположенные на рабочем столе, при этом занимая минимум из возможного пространства. — Нет, — Шинки приподнялся с места и приветственно кивнул. — Использование свитка значительно снизило риски износа. — Он помолчал, в очередной раз пройдясь полировочной тряпкой по матово блестящей части. — Но я по-прежнему прячу её в сатецу на некоторых миссиях. Даже при том, что шиноби напугать не так просто, эффект неожиданности, когда кугуцу появляется из песка… — Всегда может дать лишние пару секунд для новой атаки, — понимающе кивнул мужчина, проходя внутрь. — С твоим дизайном эффект в сумерках и ночью самое оно. — Продолжая ухмыляться, Канкуро остановился у стеллажа, забитого различными свитками, взглядом выискивая нужный ему. — Не думаешь со временем сменить или пополнить коллекцию? — Найдя то, зачем пришёл, советник казэкаге развернулся взглянуть на подростка: тот сидел уже с рогатым черепом в руках. — Если в том будет необходимость, — привычно серьёзно ответил Шинки. Когда мальчик решил заняться изучением нитей чакры и, соответственно, техник кукловода, у него в голове не было четкого представления о том, какую бы марионетку он хотел сделать своей или даже создать (не без помощи Дяди). Тренировки начинались с маленьких шарнирных фигурок, которые постепенно увеличивались в объёме и детализации. Шинки думал, что он просто привык управлять чем-то лишь по силуэту напоминающим человека, что, в итоге, его основной кугуцу стал именно скелет. Хотя, были и другие причины. Например — устрашение. Несмотря на тренировки и суровую жизнь, даже у шиноби часто встречается если не страх, то отторжение к виду скелета. Он — образ смерти, напоминание о конечности жизни, о тленности самого мира. Скелет вы не встретите, гуляя по улице. Скорее найдёте в каком-нибудь склепе, дальнем углу леса… или заброшенном поле битвы. К тому же, скелет практичнее литой марионетки: основное оружие сына Гаары — сатецу и заставить песок проскользнуть между костей, создав новую атаку, для весьма опытного ныне Шинки не составляло труда. — Ну, если что — обращайся, — весело хмыкнув, Канкуро направился обратно к выходу со свитком в руке. Проходя мимо племянника, потрепал его по волосам. — Не протри дырку с таким рвением. Тот лишь молча кивнул. Пусть мальчик во время занятий с Дядей и учился изготовлению марионеток, создание своей без зазрения совести доверил старшему (или, вернее будет сказать — согласился на озвученное предложение): это гарантировало не только качество будущего оружия, но и то, что он сам будет относится к нему по-особенному. По сути, кугуцу стала первым подарком от Канкуро с тех пор, как они стали семьёй. Сам Шинки занялся окраской и попросил добавить рога. Дядя пришёл в восторг от идеи. А Отец… «Этот образ — отголосок того, что тебя называли монстром, Шинки?» — спустя несколько дней озадаченного молчания спросил Гаара. Юноша со слабо заметным удивлением посмотрел на Пятого. Помолчал, размышляя. «Не думаю, Отец. Хотя… может быть. Но, в таком случае, это будет весьма…» «Иронично?» — мужчина вздохнул. Его устраивал настрой сына, но озадачивала его тяга к тьме. — «Хорошо, если тебе так нравится». Не то, чтобы Шинки действительно нравился вид марионетки. «Иронично?» Он просто был максимально практичным в его нынешнем представлении. «Как есть».