Его «отличница»

      Я, как и обещала себе, проснулась во время. Ну ладно, не я сама, меня разбудила Юля, когда проснулась сама. На работе ей нужно было вставать раньше, ведь рабочий день начинался на пол часа раньше, чем занятия в университете. Я даже рада, что она не разбудила меня наравне с собой, а уже когда сама собиралась уходить. Я прокляла вчерашний день, вчерашнюю посиделку – думать об этом было больно, голова раскалывалась пиздец. А Медведева была спокойна, бодрая и весёлая, как будто и не было ничего вчера и она не пила больше всех.       – Давай бегом в душ, я тебе заняла за девушкой в серой футболке,- говорит она, уже собираясь «на выход», одевая кожанную куртку, поверх маленькую сумочку.– И только посмей в этот раз не пойти.       – Не беспокойся, мама,- сонным голосом произнесла я, усмехнувшись. И как у меня только хватает сил с утра пораньше язвить.– Ты знала, что ты ведьма? - а как иначе? Только она смогла встать так рано после вчерашнего.       – Поэтому бойся, если не придёшь, я на тебя порчу наведу,- пошутила в ответ Юля, кидая на прощание воздушный поцелуй.– Всё бывай, мне на работу пора.       – Удачи, - кинула я на прощания, после чего Медведева вышла, закрывая за собой дверь.       Я окончательно поднялась с постели только через минут десять, ещё минут пять я потратила на поиск таблетки от головы. Справившись с похмельными процедурами, я направилась в душ. По дороге и в душ и в самом душе, я продумывала план действий с одногруппниками. Я понимала, что в обиде на меня было максимум 5 человек, но любое давление в мою сторону действовало на меня болезненно-трудно. Ещё и первой парой стоит экономика, не известно, что на этот раз Антон Андреевич решит выдасть.       Мы встретились с Марком, на удивление и он был достаточно бодрым, хотя с ним ещё понятно, пил-то он меньше всех. По его рассказам пыл тех самых «обиженок» немного утих и они вообще перестали упоминать меня в плохом ключе, в особенности после того как сказали результаты, где ниже тройки было только у одного человека, который даже не пытался найти что-то в интернете. Остальные либо справились сами, либо Павел Алексеевич смог им помочь и, дописав пару ответов, дотянул до тройки. Мне, соответственно, вышла пять, чему не удивились ни одногруппники, ни я, ни Марк, ни, наверное, Павел Алексеевич.       В университете мы оказались за минут 10 до начала первой пары. Я сходила к автомату с кофе, взяв сегодня ирландский латте (да, сопьюсь с самого утра). Заходить в аудиторию приходилось уже самой, так как Марк ушел немного раньше. Там оказалось достаточно не много людей, это обычно, ведь все доходят за две или даже за минуту до звонка. Антон Андреевич точно не одобрит опозданий, поверьте мне – проверено. Я прошла к парте, где сидел Бондарев, присев рядом. Если меня до сих пор не облили ледяной водой и я до сих пор не приклеена к стулу – значит ничего плохого мне точно никто не сделал. Хотя, они не маленькие дети, думаю, если захотят мстить, то придумают совсем другой способ.       – Доброе утро, группа, - экономик явился в аудитории совершенно неожиданно для меня. Как будто уснула, не засыпая, и всё пропустила.– Как-то мало вас, где остальные?       – Опаздывают, Антон Андреевич,- ответила за всех Ульяна, заглядывая в какой-то свой список отсутствующих.– Только Ярослава Авдеев по заявлению нет, Мартынова Катя на больничный вышла и-и-и... Фролова Настя не известно.       – Уже известно, - выкрикиваю я, чем обращаю внимание назад, к себе.– Я болела,- соврала я, хотя, кажется, всем показалось подозрительным, что я пропала с университета сразу, после инцидента на истории.       – В следующий раз сообщай об этом мне, или хотя бы старосте,- ответил Антон Андреевич, прожигая мою тушу взглядом. Я понимала, что этот взгляд не придвещал ничего хорошего.– Начнём наше занятие,- экономик взял маркер, принимаясь что-то писать на доске, после чего обернулся, добавляя: – Передайте опоздавшим, чтобы уже не приходили, я их за порог не пущу. С этого дня так будет всегда,- какие мы злые! Но в этом и вправду есть какая никакая мотивация.       Антон Андреевич стал рассказывать новую тему, удивительно даже, что он не начал пару с опроса. А может случилось у него что? Меня это не должно волновать, своих проблем выше крыши. Пока тот говорил, я кидала короткие взгляды то на группу, то на рядом сидящего Марка, невозмутимо попивающего кофе с моего стаканчика, то на самого экономика, вернее на его руки. Боже, они и вправду прекрасны, не оторвать взгляд. А кольца с браслетами – полный отвал бошки. Интересно было бы посмотреть, как с ними будет доставлять девушке удовольствие. Чисто в теории, как? Не думаю, что это так уж и удобно, но как эксперимент, звучит даже возбуждающе.       – Фролова, - донёсся до меня голос с начала аудитории. Помимо взгляда преподавателя, на меня глазели ещё и одногруппники – значит не раз пытался позвать.       – А? Я,- судорожно ответила я, убирая руку из под щеки, которая хуй пойми как там оказалась.       – Выходи, задачи будешь решать,- ответил он на выдохе, мол, наконец-то, докричался. Я кинула в ответ непонимающий взгляд. У нас ведь договор, причём не обговоренный временем, поэтому так будет пока я сама не захочу. Так же это работает?       – Антон Андреевич, здесь кроме меня есть другие люди, если вы не заметили,- ответила невозмутимо я, видя как тот изогнул бровь.– Только я и я на каждое занятие. Как-то не справедливо, не находите?       – Нет, не нахожу. Ты сколько болела? Тогда отвечали другие люди, тебе пора догонять,- пояснил он, после чего я окончательно запуталась в размышлениях на счёт спора. Даже перестало смущать, что мы спорим при моих одногруппниках.– Ты выходишь или мне сразу два ставить за отказ? - уточняющий вопрос, на который он уже давно знает ответ.       – Иду,- сухим голосом ответила я, спускаясь вниз, к доске. Выхватив маркер с его рук, я слегка наклонилась и тихо произнесла, чтобы не услышала аудитория, которая сейчас молчала, как партизанский отряд: – Мы же договаривались.       – Я свою часть уговора держу, на теорию тебя не вызвал, а вот задачи – мы не обговаривали,- я понимала, что он прав, я действительно говорила только про теорию, а он, видимо, это подметил. Ну ладно, что я какую-то задачку не решу?       Не решу, блять. Это не похоже на задачки, как в алгебре или геометрии – там хотя бы нет хер знает откуда взявшихся цифр. А это, блять, что? За минут 15, я всё ещё «сидела» на первой задачке, Антон Андреевич уже наверное сам пожалел, что решил вызвать меня – гиблое занятие.       – Ну что, надумала? - экономик устало и скучающе сидел на своём месте, смотря куда-то вглубь журнала. Думаю скоро там поплывет лебедь, по моей строчке.       – Ну я же говорю, что будет 25 процентов, задачка как в первом классе,- всё ещё стояла на своём я, вот вправду не могла понять, почему она звучит так легко, а решается хуй пойми как.       – Если она звучит, как в первом классе, не значит, что и решается так же. Ты не можешь сложить между собой 20 процентов за первый год и 5 – за второй, - казалось, он как чайник закипает и совсем скоро не выдержит и взорвется. Ну а что, сам выбрал профессию по обучению студентов, вот тебе (вам) и страдать.       – Почему? Это было бы логично,- искренне удивлялась я. Ну правда, не понимала я эти задачи. Если теорию ещё можно что-то вызубрить, то здесь уже нужны мозги, коими, уж извините, я не обладаю, вернее отключена часть, которая должна отвечать за все формулы и задачи. Гений биологии.– Антон Андреевич, а как ваши выходные прошли? - отчаянная попытка отвлечь его от задачи, может он забудет, а я потяну время до звонка. Со стороны одногруппников я даже услышала короткий смешок кого-то из парней и пару девушек.       – Фролова, решай,- отмахнулся он, не поддаваясь на дешёвую уловку в виде «заговора зубов». В первые пожалела, что он не дед-пенсионер, который расскажет тебе и про охоту и про то, как его чуть медведь не съел, как немцев в 43-м в плен загнал, как человечину жрал...последнее 2 явно лишние, но ты обязательно найдешь как его разговорить на весь урок или даже пару.       Я старалась найти выход, единственный, который есть – в лице Марка. Он сидит далеко, но думаю мы сможем сыграть в этого крокодила. Я киваю головой, он начал что-то произносить шёпотом, но в силу расстояния слышала я примерно ничего. Тогда он стал жестикулировать, первая цифра 1,2; потом еле как показал умножить, потом 1,05; минус и единицу я уже разгадала сразу. Как жаль, что это ещё не всё. Еле как он показал взять эту всю бурду в скобки и умножить на 100 процентов. Я по прежнему не понимала, откуда из 20 и 5 взялось ещё дохуя совершенно других чисел, но как я понимаю, должно меня это волновать в последнюю очередь. Дописав пример, я принялась его решать. 26 процентов – ну подумаешь на 1 процент ошиблась, никто ведь не умер. М-да, менеджером мне точно работать нельзя.       – Всё,- с слышимым шёлком, я надела на маркер колпачок.       – Правильно. Как ты это нашла? - на его лице читалось удивление, ведь только минуту назад я несла какую-то ересть, а сейчас выдала правильный ответ.       – По формуле,- я знала, что этот ответ на 99 процентов будет верный и многих учителей устраивал, но после этого всегда следовал вопрос:       – По какой? - а вот тут уже тупик. Формул, которые я переписывала было много, да и не одну я не запомнила.       Я киваю в сторону друга, хотя это бесполезно. Если с цифрами он мог помочь, то с формулой – придется справляться с божьей помощью, хотя я уже и в него не верю. Антон Андреевич сразу всё понял, проследив за моим взглядом, а когда Марк ещё и зашелестел тетрадью, то был полностью уверен в своих догадках.       – Понятно всё, садись, пока ничего не ставлю,- махнул он рукой. Вроде бы всё хорошо, но и тут я смогла всё испортить.       – Можно было и четыре поставить, решила же правильно,- я не возмущалась, но из моих уст скорее это прозвучало именно так.       – Я не собирался за это оценку ставить, но могу вам с Бондаревым поделить пополам четыре.       – А вот этого не надо,- резко ответила я, кладя маркер на стол экономика.       Сделав это, я направилась почти бегом по лестнице, спотыкаясь о ступеньку, но не падая, удерживаясь на ногах. Вечно, ты, Настя, встрянешь в какую-то хуйню. Я присела рядом с другом, который пытался сдержать смех. Вот он – настоящий друг. Когда ты будешь падать, он сначала поржет, а уже после поможет.       – Нормально всё? - уточнил он, когда я уселась на своё место.       – Да, спасибо, и спасибо, что помог,- ответила я, улыбнувшись и беря стаканчик в руки, где ещё плескались остатки холодного кофе.       – Сори, что с формулой не получилось,- он виновато пожал плечами, но я поспешила его успокоить, нет его вины в этом.       – Забей. В другой раз он увидит, что я на что-то способна, - я улыбнулась снова.       Преподаватель продолжил вызывать других для тренеровки. Кому-то даже попалась такая же задача, как и мне, но с другими числами и другой сутью. Им было полегче, так как в отличие от меня, формулу он знал. Среди всех вызвавшихся была и одна из подружек-крыс-против-Фроловой-из-за-истории, кажется Лика. Я уже знаю, что помимо того, что она против меня, она тащиться по Антону Андреевичу. Сейчас она стала переходить на острые действия, либо я просто раньше этого не замечала. То наклониться рядом с ним, будто обнимая, то губу нижнюю прекусит, то поправит волосы плавным движением, но ничего, кроме тихих комментариев от одного одногруппника, она ничего не получила.       Пара закончилась. Все стали собираться, я же делала это медленнее. Обещанную справку нужно всё-таки отдать. Краем глаза, я заметила, что не я одна. Лика так же наклонилась, якобы завязать шнурки, однако меня она волновала сейчас в последнюю очередь. Я вновь спустилась вниз, приближаясь к преподавательскому столу, где сидел Антон Андреевич, заполняя журнал. Молча кладя бумажку рядом с ним, я убираю руку, ожидая его реакции. Он поднял голову, смотря на меня, после чего, переключаясь на справку, берёт её в руки.       – Пищевое отравление значит,- произнёс он, вчитываясь в написанное. Блять, Даша, не могла уже написать что-то про ОРВИ или температуру?– А мне казалось, что тебе ещё долго после отправления нельзя будет питаться чем либо, кроме хлеба и воды.       – А вот это уже вас не касается. Справка есть? Есть. Весомый документ, чтобы закрыть пропуски? Весомый. О своём здоровье я позабочусь сама, не маленькая,- сказав это, я хотела буквально бежать в сторону выхода, но рука Антона Андреевича перехватила меня за предплечье, не давая уйти.       – Я уверен в этом, но я хочу услышать настоящую причину такого халатного отношения к учёбе в начале семестра,- требовательный взгляд прожигал во мне дыру. Я сглотнула подступивший ком.– Справку я твою приму, так уж и быть, но если услышу правду.       – А сами не догадываетесь? - он изогнул бровь, недоумевая, а я посмотрела в сторону Лики, которая «так незаметно» сидела под партой и «поправляла шнурки». Чтож, месть будет им обоим, Антону Андреевичу – за сорванную самостоятельную, а Лике – за все добрые слова.– Вы мне нравитесь, не просто как преподаватель, - я загадочно и как будто виновато улыбнулась. Антон Андреевич встал в ступор, совсем забывая, что до сих пор держит мою руку, чем я и воспользовалась, обхватив её своей ладонью.– Вы думаете, почему я так к вам относилась, почему грубила, а потом извинилась, почему так возмущаюсь, когда среди всех вы выбираете только меня, на самом деле я даже рада. Я в каждом вашем поступке видела вашу любовь ко мне, а случай с Александрой... - не успев договорить, со стороны, где укрывалась Лика. Мы оба обернулись, видя девушку, которая потирала больную часть мокушки. А мама не говорила, что подслушивать плохо? Ну вот, наказала тебя карма.       – Орлова, что ты там делала? - куратор смотрит на провинившуюся девушку, переводя взгляд на наши руки и выпутывая свою.       – Я? А-э...ну, ручку искала, а потом шнурок развязался...в общем, я пошла,- Орлова поспешила ретироваться, жаль у меня так не вышло, но зато месть удалась на славу, пусть теперь походит и логти погрызет.       – Фролова, что это значит? - спросил он, как только мы остались одни.– Ты...как вообще...как умудрилась...ты чего ржешь? - я не смогла сдержать смех, наблюдая, как он пытается подобрать слова. Настоящая актриса, все поверили!       – Простите, просто решила пошутить над вами, а вы поверили. Правда из меня бы вышла отличная актриса? - я говорила на веселе, улыбаясь.       – Пошутить? Значит и твои вчерашние сообщения тоже такая же «шутка»? - теперь уже удивилась и я. Что ты, блять, опять успела начудить, (не) ёбаная пьяница.– По твоему лицу вижу, что ты сама не особо в курсе событий,- он потянулся к телефону на столе, открывая, вероятно, инстаграм. Конечно, где же ещё я могла ему написать?       Он открывает наш диалог и первое, что бросается в глаза – сообщения, состоящие из набора букв, из всего я смогла прочитать только «добрейшего вечерочка», естественно написанное с многочисленными ошибками и часа в двенадцать ночи. Нихуя себе вечерочек! А после голосовое сообщение, которое он тут же нажал на плей. Чтобы там не было, тебе не будет стыдно, тебе не будет сты...

«...а знаете что, Антон, мать вашу, Андреевич, хоть вы такой нудный, упрямый и через чур заносчивый, я говорю прямо и...откровенно: вы определённо пиз-дели мне, когда сказали, что не модель, потому что у вас тако-ое ахуенное тело...и руки, руки вообще сам-мые пиздатые»

      ...дно. Днище, блять. А вроде не пила так много? Как я вообще додумалась говорить такое хоть кому-то? Я даже себе не особо в этом сознавалась, а тут голосовое прямо в личку экономика, и не скажешь, что это младший брат тётки папы с третьего колена баловался.       – Это не я,- сама себе копаешь яму. Господи, Настя, начни уже нести ответственность за свои слова...и переставай говорить о себе в третьем лице.       – Серьезно? Охотно верю,- усмехнулся он.– Скажешь, где на самом деле пропадала всё это время, и мы забудем про это сообщение,- добавил он предложение от которого не возможно отказаться. Не хватало мне ещё обсуждать свой пьяный бред с куратором.       – Обычный внутриклассовый конфликт, который точно вам не будет интересен, хоть он непосредственно касается вас. Я могу идти? - на одном дыхании тараторила я, желая поскорее уйти, пока не наговорила ничего лишнего. Определенно, это обсуждать лучше, чем голосовое сообщение, но всё равно мне это не приносит никакого удовольствия.       – Всё, что касается меня, меня очень интересует,- он присел на стул, подпирая рукой голову и пристально глядя на меня. Должна признаться, картина очень даже милая,– я тебя слушаю.       – Я должна была решить задания по истории всей группе, как раз в тот день, когда вы забрали меня помочь с журналом. Дальше вы и сами знаете, что было и догадываетесь, что на мне клеймо «брехло», - кратко изложила я, глядя куда-то в пол.       – Не всё так и плохо,- пожал плечами куратор, хотя взгляд говорил о неком сожалении, что он, не разобравшись, забрал у меня тогда телефон.– Поговорят пару дней и забудут, не стоит из-за этого загоняться,- стоп, что это? Это поддержка? Жалкая попытка, но всё равно поддержка. Этот день начинает меня удивлять всё больше и больше.       – Ага, может быть,- пожала я плечами, поправляя на плече сумку.– До свидания, Антон Андреевич,- уже не став спрашивать разрешение уйти, я направляюсь по ступенькам вверх.       – Пока, - кидает он в след уже моей спине.       Покинув аудиторию, я разглядела среди старшекурсников, у которых видимо будет пара в этом кабинете, Марка, до сих пор ждавшего меня. Я подхожу к нему, оповещая о своём возвращении. Оба собрались идти, как тут как тут раздался голос сзади:       – Настя,- я оборачиваюсь – Лика и её свита: Рита и Элина. Прям стихи. Только один цирк уехал, как тут же следующий приехал.       – Чего тебе? - совершенно невинным лицом спрашиваю я, оборачиваясь. Марк останавливается рядом со мной, недоумевая, что этой особе ещё могло понадобиться.       – Твой друг может отойти? Разговор есть,- спрашивает она, а я оборачиваюсь к Бондареву, улыбаясь.       – Может, если твои подруги поступят так же. Будет честно один на один,- этот ответ не особо устроил Анжелику, из-за чего та еле заметно закатила глаза.       – Ладно, пусть остаётся,- ответила она всё тем же недовольным голосом. Хотела морально задавить меня, но не вышло или просто без своих подружек она ничего не представляет.– Я там случайно подслушала отрывок вашего разговора,- в ответ я лишь усмехнулась, «случайно», прям не при делах,– сначала я думала, что мне просто кажется, но сегодняшняя ситуация расставила все точки над «и». Просто хотела сказать, чтобы ты не расстраивалась, всякое в жизни бывает.       – Не понимаю о чём ты,- откровенно насмехаясь над однокурсницей, произнесла я, скрещивая руки на груди.       – Да так, ни о чём. Просто на будущее говорю, что у меня нет конкуренции, всё потенциальные выбывают ещё в первом раунде,- её слова напоминали мне некую американскую школьную стерву из многочисленных сериалов.       – Тебя с двухтысячных разморозили? Что ты за хуйню несёшь? - теперь смеяться со мной стал уже и Марк. Надо было видеть лицо её «куриц» позади.       – Боже, блять, просто отстань от нашего куратора, и твоя жизнь будет спокойной,- куда-то теперь пропала та стервозная девочка, сейчас же была какая-то быдло.       – Хочешь трахаться за оценки с ним? Флаг тебе в руки,- я развела руки в стороны, мол, претензий нет.– Только сначала спроси у его невесты не будет ли она против такого союза,- я скорчила рожу, мол что-то вспомнила, звонко хлопнув в ладоши,– хотя да, как я могла забыть, у тебя ведь «нет конкуренток» – это поменяет всё кардинально,- закончила я, разворачиваясь сразу на девяносто градусов.– А теперь прощайте, мне на историю пора идти, может быть ещё одну пять получу,- с довольной улыбкой, я отправилась по коридору, заворачивая в аудитории, где обычно сидит Павел Алексеевич.

***

      Этот вечер наступил для меня достаточно быстро. Переписав пару конспектов к следующему занятию, я легла, наконец ожидая желанный отдых от сегодняшнего дня. Я полезла в телефон, бездумно листая ленту тик тока и открывая пачку чипсов, которые когда-то давно купила с собой на всякий случай. Вот и пригодились.       Через час бессмысленного лежания на кровати, дверь открылась. Юля вернулась с работы. Очень даже довольная, с букетом белых роз и неким бабушкиным пакетом (последнее не особо сочиталось с её внешним видом, но девушку это мало волновало). Закрывая за собой дверь, она кинула пакет рядом с собой, собираясь снять обувь. Я подбежала к соседке, помогая с вещами, чтобы ей было удобней войти.       – Какая вы сегодня счастливая, девушка, - игривым голосом начала я, держа букет и вдыхая аромат роз.– Признавайтесь, от кого? Поклонники?       – Какие там. Мой подарил сегодня, прям к ресторану приехал,- рассказала Медведева, забирая тот самый пакет и ставя его на стол.       – Ух-ты, а что за повод? Вроде праздников никаких не намечалось,- спрашиваю я, опираясь на спинку стула, слегка качая его и за одно себя.       – Да он сегодня, наконец, с женой развёлся. Грымза такая, развод не хотела почти год давать, но я рада, что Пашка всё разрулил,- ответила Юлия, разбирая продукты из пакета. Судя по тому, что они были расфасованы по контейнерам, я признала в ней ресторанную еду. Вероятно оставшиеся блюда, которые на следующий день могли просто выкинуть.       – Может дети, ипотека, другая дребедень? - уточнила я, вспоминая о возрасте мужчины, про которого она мне рассказывала.       – Детей у него нет, ипотеки тоже, просто Марина, что не удивительно, женщина умная. Потребовала после развода переписать на неё квартиру. Не понятно только нахуя ей двушка, когда самой папаша купил трешку. В общем, сейчас он живёт на съёмной квартире, хорошо хоть машина есть и работа в гору идёт.       – Может это и к лучшему? Марина будет жить старыми воспоминаниями в той квартире, а вы с ним купите новое, свое. Атмосфера приятние будет вам.       – Оно-то так, к лучшему, просто многие планы пришлось отложить в более долгий ящик,- Юля расставила контейнеры на столе, тяжело вздыхая, скидывая груз.– Разложи пожалуйста всё, а то я опаздываю. Скоро Паша приедет.       – А ты встречаешься с преподом из универа? - неожиданно всплыло воспоминание, когда Медведева приезжала к ним, говоря, что пришла к парню, а если такая разница в возрасте, то он определённо кто-то из работников.       – А что? - этот вопрос сильно напряг девушку, как будто она уже понимала, что практически прокололась.       – Просто интересно, не Добровольский ли это, историк который? - продолжала уточнять я, понимая, что навряд ли попаду. Преподавателей Паш там, думаю, достаточно много и возможно среди них есть и молодые.       – Не бери в голову,- отмахнулась Юлия, увиливая от вопроса. Это и вызывало кучу вопросов в ответ, но спросить я их не успела, так как девушка уже направилась к выходу.– Мне пора, не скучай. Надеюсь ты одна спать не боишься. До завтра,- кинула она на последок перед тем как покинуть комнату. Ладно, разберемся с этим позже.       Только я собиралась идти к холодильнику чтобы что-нибудь перекусить, как на телефон приходит оповещение. Поставив на стол один из контейнеров, принесенных соседкой (спрашивать разрешение я уже не стала, не думаю, что она обидится на меня), я подошла к кровати, где и лежал телефон. Сообщение пришло из нашей группы «Рабы Антона Андреича». Это было фото, отправленное Ликой. Последнее что могло прийти в голову, что это было какое-нибудь решеное задание, так как не думаю, что она хоть что-то делает из домашнего, да даже если и делала, то навряд ли бы делилась с остальными.       Однако этого я и предполагать не могла. Фото было некачественный, явно из подтешка, но отчётливее были видны наши фигуры с Антоном Андреевичем. Она подловила момент, когда он держал свою руку на моём предплечье и именно в тот момент я, кажется, фейково признавалась ему в любви, и моя свободная рука тогда была на его ладони. Как по закону жанра сливший вышел из сети, создавая в группе суету. Не успела выйти как снова вляпалась во что-то, но уже более серьезное. Нет, второго такого прогула мне уже не простит ни Юля, ни врач Даша, ни Антон Андреевич...точно, Антон Андреевич. Раз мы оба вляпались в такую ситуацию, значит и разбираться будем вместе. Открыв инстаграм, я судорожно стала выискивать чат с куратором, после чего дрожащими руками стала набирать сообщение.

@nastya.frolova

Антон Андреевич, полный пиздец! Срочно зайдите в сеть!

21:51

Очень, блять, срочно!

21:51

*вложение*

21:52