Демон у моих ног

      Убив на сон три часа, плюнув на все дела, оба ворчливо проснулись от настойчивого дребезжания телефона. Прекрасно зная, что его смартфон сейчас в куртке, которая до сих пор валялась на кухне, Саймон не вскакивал, хотя подозревал, что его должны будут искать; продолжал лежать с закрытыми глазами, надеясь вскоре снова уснуть. А Хиро в это время прощупывал всё ещё спящей рукой пол рядом с кроватью, выискивая противную дребезжалку. Сползая немного плечами вниз, он тихо ответил еле ворочающимся языком, стараясь не будить Саймона да и лишней информации не выдать.              — Ты спишь, что ли? — с подозрением поинтересовался Юноу. — Разве твоя задница не должна была сейчас проверять подземки?              — Ну, ночка выдалась непростой. Ты же знаешь… — сонно промямлил Хиро, нисколько не чувствуя себя в чём-то виноватым. В общем-то, как всегда.              — Знаю, — недовольно подтвердил напарник. — Всё получилось? Ты справился?              — Да, ещё ночью я связал её с хозяином. Попросила, как обычно, славы. Жди, скоро журналы и экраны запестреют её фото. — В это время одеяло с тела Джэджуна заскользило, и он машинально схватился за край, натягивая обратно. — Как прошла твоя ночь? Что-нибудь учуял?              — Нет. Я проверил несколько заброшенных зданий и подвалов. Блядь, да я даже в канализацию спускался. Сегодня проверь камеры, находящиеся возле мест убийств. Надо знать точно, как он выглядит. Если удастся выловить кадры, попробуй по ним отследить его. Полиция, скорее всего, не заподозрит ребёнка, а ты ищи именно его. Возможно, уже подростка.               Джэджун вдруг почувствовал, что под одеялом к его спине прикоснулась рука, загуляла от плеча до бедра и обратно, при этом сжимая кожу. Подумав, что Саймон просто пытается его оттолкнуть или забрать одеяло, он поднялся и обернулся, тут же встречаясь с покрасневшим лицом Сэми. Приложил палец к губам, призывая быть тише, и снова отвернулся, продолжив слушать.              — … Как я понял, нефалем охотится пока раз в неделю, но аппетиты будут и дальше расти, так что частота убийств увеличится. И думаю, он уже хорошо чует нас на расстоянии, потому тогда в парке он не попался тебе на глаза.               Саймон всё же отбросил одеяло, придвинул своё тело к внимательно слушавшему Джэджуну и прижался к его спине, обнял, поцеловав плечо, нагло втиснул колено между ног демона. Джэджун, не особо задумываясь, чего задумал человек, поддался его натиску.              — А если я его обнаружу и найду пристанище?.. — уже расфокусировано спросил Хиро, послушно раздвигая ноги и чуть прогибаясь в пояснице. Саймон тут же упёрся своим возбуждением в его расщелину и потёрся. Горячий ствол прошелся по чувствительному анусу, и Джэджун непроизвольно охнул от пробившего разряда экстаза.              — Тогда обязательно звони мне, один не пытайся его поймать, — ответил Юноу и замолк, но Хиро понял, что это лишь запинка перед важной новостью. Но вряд ли она ему сейчас была интересна, так как у него в это время все тело будоражило трение саймоновского члена и горячее, прерывистое дыхание в затылок. — От меня только что ушла Лилит. Она сказала, что уже была у тебя и… Я не пойму, какой хернёй ты там занимаешься? — возмущенно перебил сам себя демон, услышав тяжелое, в прикуску со стоном дыхание напарника. — Ты меня вообще слушаешь?              — Конечно, — тут же заверил Джэджун, а сам в это время передал через плечо тюбик смазки Сэми. — Продолжай, что ещё она сказала? — попросил Хиро, глубоко вдохнув. Саймон торопливо выдавил лубрикант и смазал себя, а затем заполз пальцами в анус Хиро. — Ну же… — прокряхтел со стоном демон, уже непонятно кому именно, и уперся лбом в постель от кайфа, что дарил ему человек, оттопыривая при этом зад.              — Ты говорил, что не будешь встречаться с Гуном, пока она здесь, и вот, Лилит сообщает мне, что заметила рядом с тобой какого-то человека, весьма интересного, — укоризненно высказывал Юнхо. И Джэджуна эта информация, конечно, очень бы расстроила и напрягла, но так как в его анусе в это время гуляли длинные пальцы Саймона, то он весьма спокойно воспринял угрозу или, можно сказать, почти не воспринял, лишь закинул это в свои мысленные заметки, тут же отвлекаясь на давящие поцелуи в загривок. — Раз ты ей уже рассказал детали расследования, то я только наши планы озвучил, и всё. Но она много о тебе расспрашивала. Дотошная стерва. — В ответ Юноу раздался полускрип-полустон, когда пальцы надавили простату, а Джэджун выстроился собачкой, шире разведя ноги.              — О своих планах она не говорила? — всё-таки ещё успел сосредоточиться и сформировал вопрос в голове Джэджун, хотя так и хотелось отключиться.              — Да какие у неё могут быть планы, — брезгливо ответил Юнхо. — Таскаться да детей жрать. Но она нам нужна будет, самим с нефалемом нам не справиться, тем более, когда он подрастёт. А насчёт тебя, я думаю… — Джэджун сладко простонал, когда к освобожденному от пальцев, одинокому анусу прижалась горячая, влажная головка. И тут же стон повторился уже громче, когда Саймон сделал толчок, проникая внутрь. — Что за срач, Хиро? Что у тебя там происходит? Ты дрочишь, что ли? — разозлился Юнхо, понимая, что его не очень-то и слушают.              — У меня тут… акхах… Саймон в гостях. — Гость в этот момент как раз упёрся локтями в кровать, разместив руки под плечами Джэджуна и прижавшись торсом к его спине, и наращивал скорость фрикций. — Suus ' prodigiosus! — Хиро сменил свой голос, ублажая извращённый слух парня.              — И что? Хочешь сказать, вы там трахаетесь сейчас? — проворчал недовольно Юноу.              Джэджун уже не дослушал возмущений туго соображающего напарника, телефон выскользнул из его руки и скатился с подушки, а Саймон продолжал предобеденную встряску, изо всех сил стараясь пробиться глубже. Джэджун понадежнее упёрся руками и коленями в кровать, приподнимая зад навстречу ударам. Задыхающийся Саймон замер на отдых, процеловывая при этом спину демона, отчего Джэджун замлел гораздо больше, чем от самого секса. Такая непривычная и редкая нежность со стороны важного для него человека привела в восторг и вызвала приятную вибрацию в теле. Хиро жадно втянул воздух, хотя и не голоден ещё был, просто пытался наполнить себя Саймоном не только в физическом плане. Он перенимал его эмоции, заражался ими, готов был и болеть Саймоном, лишь бы удержать рядом, чтобы именно вот так просыпаться каждый раз.              — Джэджун, как же я дурею от тебя, — расслышал Хиро шёпот за спиной, и его эгоизм просто расцветал от этих слов. Тело демона задрожало в эйфорической ломке, он задрал голову вверх, чтобы глотнуть свободного воздуха, иначе опасался несдержанно поменять ипостась. — Ты сводишь меня с ума своей развратностью и доступностью, — продолжил Сэми, целуя плечи демона. — Мой демон…              — Повтори, — хрипло запросил Джэджун, теряясь в этих словах.              — Мой демон, — сладко простонал Саймон, зарывшись носом в гнездо пурпурных волос. — Как же я отдам тебя?              — А ты не отдавай, Сэми, — Хиро закусил губу от кольнувшей в груди боли, но тут же забылся в жарких объятиях Саймона.              Парень тут же засосал его кожу на лопатке и даже немного аккуратно пожевал её, слизывая со слюной вкус демона. В ответ прозвучал глухой рык Хиро, отображающий его предоргазменное состояние, когда адский огонь выжигает внутри сумасшедшие мысли, переживания и страх, оставляя лишь голод до этого мальчишки, нескончаемый и сладко-мучительный.               Томительная разрядка наступила довольно быстро, от сопровождающих возгласов и стонов оба любовника несдержанно излились, оргазм, не встретив удерживающих ограничений в сонном организме, пробил тела обоих. Саймон, извергаясь внутри Джэджуна, продолжал вбиваться, доводя и партнёра до точки кипения, член которого так и не был приласкан.               Саймон устало и с чувством выполненного долга плюхнулся на своё место, отдуваясь от звёздочек в глазах. Джэджун медленно чуть сместился на край, чтобы не улечься на следы своего преступления, и развернулся на спину. Прикрыв глаза, он сканировал своё разомлевшее тело, отдававшее пульсирующим тиканием в некоторых чувствительных местах. Всё-таки каким-то непонятным образом Джэджуну удавалось заманивать Саймона. Чем именно? Почему вчера накинулся и сейчас сорвался, хотя до тех пор упрямо не принимал никакие уговоры и угрозы? Неужели решил поменять ориентацию и пуститься во все тяжкие? Ну нет, этот Саймон очень упрям для такого. Тогда, что? Как же хотелось, чтобы он просто влюбился. Демон знал это чувство в себе, но не видел его в ответ никогда. Даже с той девушкой, которую он любил, любви не оказалось. Вся его натура слёзно просила и умоляла, чтобы его полюбили, не просто восхитились его красотой, а полюбили с печалью и радостью в глазах. Дурацкое стремление, спрятанное очень глубоко внутри, всё же давало о себе знать вот в такие моменты, когда Джэджун терялся, запутывался и чувствовал себя каким-то не таким, как все. Это причиняло лишь мифическую боль.              — Ты вчера не помылся, — спокойно известил Саймон, прерывая размышления демона.              — Ммм? — недопонял Хиро. Что было вложено в эту претензию или напоминание? Стоило ли прямо сейчас сорваться в душ? — И что? — немного повернул голову в его сторону.              — Вот я и решил проверить, не слипся ли ты там, — по-идиотски пояснил Сэми свой срыв. Повисла молчаливая пауза, но, когда до Хиро дошёл смысл этого оправдания, он звонко усмехнулся, а потом и вовсе сорвался на смех во всё горло. — И нечего ржать, — обиженно прорычал Саймон. Вероятно, он понимал, что брякнул придурочную отмазку, и злился, скорее всего, на себя, что никак не мог признаться в правде. В какой? Что ему было так любопытно заглянуть туда? Настолько, что решил прощупать всё… Абсолютно всё. И так нечаянно возбудился, что вытрахал это всё. — Заткнись уже, — чуть прикрикнул на демона.              Джэджун прижал ладонь ко рту, а потом и вторую, искренне пытаясь сдержаться, но смеяться не перестал, содрогаясь плечами. Дополнительно уткнулся лицом в подушку, чтобы заглушить звук, и пыхтел уже туда, ощущая при каждом всхлипе ползущую из ануса сперму. Саймон, видимо, не разделявший веселья Хиро, схватил свою подушку и бросил в него.              — Блядь, чтоб тебе провалиться! — эмоционально выругался он и резко вскочил с кровати. — Ох уж эти бесы.              — Неужели ты не можешь просто признаться, что я тебе нравлюсь? — сквозь затихающий смех спросил Джэджун. — Лучше бы уж смолчал тогда.              — Нет, не могу, — возмутился Саймон. — Потому что это неправда, — схватил халат и натянул на себя. — Это был просто секс, не более. — Выставил указательный палец вперёд. — Ты мне совершенно не нравишься. Я говорю тебе это с самого первого дня. То, что ты тут гипнозом промышляешь, под которым я иногда говорю… Неправду… Не значит, что я поменял к тебе отношение. Я не обвиняю тебя, ты демон — понятно, почему ты себя так ведёшь, это твоя сущность. Но я тоже такой, какой я есть. Ты не нравишься мне, я не нравлюсь тебе. Всё. Ничья.              — Да брось, Сэми, — весело протянул Хиро, разглядывая дергающуюся в эмоциях фигуру. — Но ведь ты вчера предлагал встречаться. Сам. Давай, я согласен. Мы с тобой пара. Всё.              — Я уже передумал, — ворчливо ответил Гун и растерянно пробежал взглядом по пустоте. — Мы с тобой вообще никак не подходим. Ты сам по себе просто отвратительный, эгоистичный пижон, а я с такими не хочу иметь никаких дел.              — Ну зачем ты пытаешься врать, если у тебя на роже написано, что ты от меня течёшь? Я в пятницу порасспрашивал тех девчонок из вашего универа, они сказали, что мы друг другу очень подходим. И даже со стороны видно, что ты заинтересован мной. Напомню, это ты на меня залез.              Тёмные брови Саймона перекосило то ли от изумления, то ли от переполнявшего ахуя, а челюсть при этом свисла. Руки нервно сжались в кулаки, и Джэджун без чуйки догадался, что это была ярость, сравнимая лишь с молниями, искрящаяся своей энергией в тёмных радужках. Тоже неплохо. Всё-таки этот человек — безграничная кладезь, мощный источник эмоций, запечатанная в теле человека звезда.              — Ты… Тыыы… Говорил с ними… обо мне?! — Саймон как будто захлебнулся тем, что хотел сказать. Сжал губы и процедил несколько раз воздух через нос. Отвернул взгляд в сторону. — Да, я решил попробовать, — сдержанно заговорил. — Но с одним, очень важным для меня условием. Ты отказался. На этом всё. Никакого разговора больше не будет. Мы никаким боком не подходим.              — Нет-нет-нет, погоди, — Джэджун вскочил с кровати и приблизился к парню, ухватился за его предплечья. — Я вовсе не отказывался. Это условие… Его нужно немного смягчить и всё. Сэми, — дружелюбно улыбнулся, выстраивая заигрывающий взгляд. — У нас всё будет нормально, вот увидишь. Тебе пон… — Саймон оттолкнул его обратно. — Апс, — демон шмякнулся навзничь, запнувшись о царгу.              — Как ты себе представляешь смягчение условия? — претензионно воскликнул Гун. — Ты будешь шляться направо и налево, а потом, когда явишься ко мне и мы будем заниматься сексом, будем болтать об этом? Ну как прошёл день? Многих вытрахал? — О да! Нашёл отличного ёбаря, с крутым членом! Почти как у тебя. — Саймон ломал голос на высокий и театрально закатывал глаза. — Так ты себе представляешь эти отношения?              — Не совсем, — немного брезгливо проговорил Хиро, представив себе эту сцену. — То есть, совсем не так. Я не люблю обсуждать… Ммм… Своих партнёров. Они одноразовые, так что не ревнуй. Даю слово, я не стану о них заговаривать.              — Да чтоб тебя!.. — сругнулся Саймон, напрягаясь всеми мышцами. — Их вообще не должно быть, вообще никого не должно быть. Но мне это уже неинтересно. Я своё сказал, всё. Никаких отношений. Пиздуй к кому хочешь, мне всё равно. Ты мне не нужен и мне больше не звони. Всё. — Он замолчал, посмотрел куда-то в свои мысли. — Всё, — снова шепнул себе и замотал головой. — Плевать я на тебя хотел. — Развернулся и торопливо ушёл в ванную.              — Не понимаю, зачем себя обманывать, да ещё так глупо? Люди очень странные, — задумчиво бормотал Хиро, вновь расплываясь в улыбке, хотя понял, что Саймон больше не хочет с ним общаться.              Но ещё он понял, что Гун зацепился за него. Может, не сильно, но связь уже была. Было видно в тоскливом взгляде за яростью, что Саймон так же хотел единолично иметь Хиро, как и Хиро его. Разница только в том, что для Джэджуна это значило именно потребление энергии, то есть наличие у парня других партнёров-людей его бы не смутило, ведь тело-то не одноразовое.              Пока в свою очередь Джэджун с пристрастием вычищал своё тело, расплетал волосы, забирал их в хвост, а также обмазывался различными маслами и кремами после душа, до него всё-таки дошли слова Юнхо о том, что Лилит, скорее всего, приметила Саймона, а значит, будет копать про него больше. Сейчас он для неё как простой человеческий друг Хиро, её слуги, но если она всё-таки доберётся до парня, то её никто не остановит в стремлении заполучить это лакомое блюдо. Несомненно, она сразу же распознает в нём особенность, как и Хиро в первое знакомство с Гуном. Разве что сам дьявол осадит рвение демоницы, но лишь для того, чтобы себе заполучить этого человека. Оба варианта Джэджуну не подходили, отдавать Саймона он вообще не хотел. Куда и как его спрятать? Конечно же, просьбы свалить из города Сэми проигнорирует, скорее, он сам пошлёт гораздо дальше и гораздо грубее. А отдавать в добрые руки Кима на время тоже жаба давит. Остаётся только максимально отвлекать внимание Лилит от этого парня, до тех пор, пока она не вернётся в своё пекло.              

***

             Джэджун скользил между тенями домов, его демоническая сущность на пределе возможностей была начеку. Он выслеживал добычу — юного нефалема, который, скрывался среди людей в облике десятилетнего ребенка. Джэджун уже почувствовал его, крался за этой тьмой, а нефалем ловко избегал встречи, тоже ощущая его присутствие.               «Глупый полукровка… Как ты смеешь охотиться в моём районе?» — злился демон, обнажая когти, когда уже преследование достигло окраины города.              Изредка удавалось его увидеть, прячущегося в толпе, и тогда Джэджун замечал наполненные страхом глаза. Чем же это нефалем был так опасен, что Юноу на серьёзе предостерегал? Для людей — может, но не для дерзкого, ловкого и сильного демона. Особенно такого красивого. Джэджун пытался перехватить его, но мальчишка умудрялся как-то исчезать с предполагаемого места встречи. Тогда он решил взобраться повыше, используя для этого мосты, крыши гаражей и домов. Перепрыгивая с одного пункта слежки на другой, Джэджун наконец поймал в цепкий взгляд тёмную фигурку нефалема.              Не теряя этого контакта, он последовал за ним, но полукровка ускорился: двигался без паники, но чётко, резкими перебежками, в конце которых он оглядывался, будто поджидал преследующего его демона. Забежав в узкий переулок, он исчез из поля обозрения. Джэджун резким рывком бросился вперёд и спрыгнул вниз, ещё надеясь перехватить тварь. Но его поджидали. Нефалем стоял с другой стороны переулка, выходящего на пустырь. Его глаза светились неестественным блеском, уже потерявшим страх, но в остальном он выглядел совершенно беззащитным.              — Надеялся, что сбежишь, полукровка? — усмехнулся демон, опуская когти.              Он стал медленно наступать, напрягая все свои мышцы и спуская клыки. Нефалем так же не спеша отступал, изредка оглядываясь. За спиной зиял пустырь заброшенной стройки тоннеля — груды кирпичей, ржавые балки, разваленные бетонные кольца. Идеальное место для схватки.              — Нет, — прорычал нефалем в ответ. — Просто искал место без свидетелей. — Поднял злобный взгляд и обнажил маленькие зубы.              Демон беспечно рассмеялся на такую детскую агрессию, но смех его резко оборвался, когда мальчик внезапно исчез. «Что?! Где?» — Джэджун резко развернулся, но было поздно. Он почувствовал мощный удар.              Нефалем влетел в него сбоку, как пуля, сбив с ног. Асфальт треснул под демоном, когда тот рухнул на землю, по ощущениям, теряя свои глаза.              — Ты думал, я лёгкая добыча? — голос ребёнка звучал загробно. — Я давно почувствовал тебя, лишь поджидал момент.              Джэджун одним движением вскочил на ноги, отталкиваясь плечами, ярость кипела в его жилах на такую наглость и свою ошибку. Он бросился в атаку, но мальчик уворачивался с неестественной ловкостью, будто предугадывая каждое движение.              — Ты, похоже, просто ещё не знаешь, с кем связался, — прорычал Джэджун, сумев ухватиться за его ногу вздёрнуть вверх, а после со всей силы бросил его на кирпичи, что разлетелись красным песком под маленьким тельцем.              Нефалем на секунду замер, но потом стал медленно выбираться из этой кучи, будто и невредимый. Джэджун в это время приближался к нему, подняв с земли кривую арматуру и со скрежетом таща её за собой.              — Ты тот, кто пожалеет, что встал на моём пути, — взревел нефалем и бросился вперёд, когда Джэджун был уже рядом. Перед этим он запустил двумя осколками кирпичей в демона, а также взмахом ноги пустил красную пыль плотным туманом.              Джэджун на миг моргнул, и тут же толчок невидимой силы швырнул демона через всю площадку. Кирпичная стена старого забора разлетелась от такого удара, как и, казалось, кости демона. Джэджун, немного оглушенный, с трудом поднялся, ощущая, как его Ману начинает сигнализировать об опасности. Перед ним стоял уже не ребёнок — глаза горели адским светом, вокруг вихрем крутился мусор, поднятый неконтролируемой тёмной силой.              — Я не хотел сегодня драться… — нефалем сжал кулаки. — Но если ты настаиваешь… — он бросился вперёд.       

      Джэджун сжал зубы до скрипа, когда его тело, ломая кости и разрывая связки, впечатали со всей силы в землю, превращая ту в мелкую пыль. И если бы он не успел поменять свою ипостась, сейчас уже просто остался бы кровавый коврик вместо его человеческого тела. Мелкий нефалем был в ярости, хоть и боялся ещё при этом, поэтому бил ещё неуверенно, иначе Хиро бы уже под землю врыт был и запечатан горными породами. Мальчик, с растерянным взглядом всё-таки вызвал в демоне обманчивое мнение, что он без труда сможет его одолеть, несмотря на все предостережения Юноу и наказы Лилит. Кто же знал, что даже в таком возрасте этот монстр окажется так силён? Наивно. Это ещё при том, что Джэджун ничего не ел уже двое суток, кроме человеческой еды.              В брюшную полость вонзились пальцы парнишки, видимо, он ещё не умел меняться, либо не желал, но когтей пока не было. Хиро успел вцепиться в маленькую ручонку и приостановить разрывание плоти, в которой находились те самые лепестки фиалки и человеческий ген. Он как будто с воздухом боролся, нефалем был мелким, но его сила прижала демона к земле, не давая шанса подняться. Единственным способом выбраться могла послужить хитрость и ловкость, которую мальчишка ещё не полностью освоил.              Хиро, призывая своих в помощь, пустил ядовитый дух наружу, что не мог нефалему навредить, но отвлёк буквально на доли секунды, и этого хватило, чтобы успеть перехватиться, и вонзить когти в голову парня. Тот взвыл всеми тональностями, распугав всё живое в округе ультразвуком, и руку из брюха выдернул. Раны от когтей для него были не смертельными, но очень болезненными, поэтому мальчишка с истеричными дёрганиями выкрутился из хватки демона и отскочил, истекая чёрной, гадкой кровью — смесь человека и кого-то из… Это позволило Джэджуну подняться. К счастью, его животворящее не было задето пальцами парня, но тот точно знал куда бить, и сейчас демон, собирая остатки сил, а также прижимая одну руку к ране, готовился к следующей атаке.               Нефалема ему нельзя было упускать, пока не подоспеют Лилит и Юноу. Те не должны были быть далеко, так как только недавно разбежались по сторонам в поисках исчезнувшего мальчика. Джэджуну посчастливилось напасть на след, а точнее, на испуганных людей, на которых натыкался убегающий.              Хиро уже побоялся сам атаковать, зная, что скоро ему помогут, но мальчишка, видимо, решил сам его добить. Восстановившись немного, он бросился на демона с громким и яростным рычанием. Борьба была не на равных, и Джэджун уже был истерзан зубами мальчишки, что с лёгкостью вгрызался в его толстую, плотную кожу и вырывал куски, шустро перескакивая с одно места на другое. Хиро тоже немало его покромсал, но всё равно сдавал. Утробно рыча, он пытался последними силами остановить мелкую тварь, размахивая когтями. Но ноги подогнулись, демон пал на колени и почувствовал, как нефалем устроился на его плечах коленями и схватился под челюсть и за затылок, вот-вот башку оторвёт…              Помощь Лилит подоспела вовремя, демоница с не меньшей яростью накинулась на мальчишку, отрывая его от тела демона. И уже эта схватка была недолгой: женщина буквально за секунды вырвала его сердце и сожгла адским пламенем. К этому же времени подоспел и Юноу. Джэджун, пытающийся разом заткнуть в себе сочащиеся смесью кроваво-фиолетовой бурды дыры, даже не успел это всё законспектировать в своей голове и для него это показалось почти чудесным спасением.              — Какого хрена ты ввязался с ним в бой? — раздражённо воскликнул напарник, когда увидел Хиро в плачевном состоянии, корчащегося на земле, как майский жук, перевёрнутый на спину. — Я же сказал, чтобы только отследил. Придурок!              Тут к ним подошла Лилит, еще тяжело дышавшая от расправы над нефалемом, и, взглянув на немощного камбиона, презрительно улыбнулась.              — Хорошо он тебя отодрал. Скажи спасибо, что он ещё был мал и даже толком не понимал своей мощи, а то только когти бы и остались, — проворчала она. Джэджун лишь терпеливо прикрыл глаза и отвернул голову. Его чёрная туша слегка вздрагивала, восстановление шло очень медленно, так как раны были глубокие, к тому же повреждена сердцевина, на данном этапе даже не хватало сил на перевоплощение. — Хватит стонать, вставай уже, — приказала Лилит, несильно пнув его под спину. — Это всего лишь мелкий нефалем. Нам ещё придётся найти его родителей, хотя, похоже, мальчишка был брошен. Или мамаша просто сдохла.              Джэджун пару раз набрал полные лёгкие воздуха и стал с трудом подниматься. И так было стыдно за свой проигрыш, так ещё валяться жалким куском мяса не хотелось. Юноу, конечно же, подошёл немного ему помочь, но Хиро молча отмахнулся от него, кое-как поднимая плечи и голову. Ноги подгибались, а спина словно переломана была, гнула обратно к земле Никто из присутствующих не собирался его жалеть, как и сам Джэджун, так как восстановление всё равно будет полным, просто его подгоняли быстрее.              — Ну шевелись уже, в таком виде люди тебя не поймут, — нетерпеливо заворчала демоница, отряхивая руки от пепла. Подошла к трупу и склонилась, чтобы лучше осмотреть его.              — Почему такое долгое восстановление? — тихо спросил Юнхо, косясь при этом на Лилит. — Ты давно ел?              — Я в норме, ещё немного и я верну человеческий облик, не кипишуй, — прошептал, чтобы не тратить силы на голос, Хиро. — Вы пока уходите, а я позже присоединюсь к вам.              Юнхо поджал губы в размышлении, наблюдая за еле шевелящимся Хиро. Перевел взгляд на Лилит, которая без брезгливости дёргала нефалема, вскрывая его и что-то выискивая. Осмотрел окрестности: народу, конечно, не было, но это пустырь, чёрное существо, ничем не прикрытое, можно было видеть издалека. Успеет ли Джэджун набраться сил для перевоплощения, когда сюда кто-нибудь заявится?              — Нельзя, чтобы тебя увидели в таком состоянии. Да и в виде раненого человека — тоже. — Он задумчиво помял губами в поисках выхода.              — Подгони сюда машину, я присмотрю пока за ним, — подала голос Лилит и откинула раскромсанное тело в сторону. — И давай пошустрее.              Юнхо кивнул и моментально исчез с площадки, оставив после себя лёгкий вихрь. Джэджун снова пал на колени, поняв, что придётся подождать.              — Ты ослушался приказа, Хиро, — гортанным басом проговорила Лилит, медленно подойдя к своему прислужнику. Выпустив когти, она провела кончиком одного по плечу демона, перетянула его по шее к подбородку и, подцепив, подняла. Глядя сверху вниз чёрными раскосыми глазами, она облизнула губы. — Ты должен был просто отследить его и позвать нас. Мне пришлось убить нефалема, чтобы сохранить тебе жизнь, тварь, хотя я могла бы отправить его в ад, на допрос.              — Зачем тебе моя жизнь? — чуть оскалившись от неприятной близости демоницы, Джэджун всё же послушно поднял взгляд.              — Дело не в тебе, — Лилит обняла вытянутую шею ладонью и сжала пальцы. — Если бы мальчишка поглотил тебя, мне было бы уже не справиться с ним. А этого допускать никак нельзя было. Глупец. Чуть не подставил нас всех. Ты хоть представляешь, что может натворить зрелый нефалем? — Лилит повысила загробный голос.              — Прости, — Джэджун отвернул голову в сторону, а глаза спрятал. — Этого больше не повторится.              — Ну и детский сад… Сегодня же принесёшь мне ребёнка, — прозвучал гневный приказ, и Лилит посмотрела на труп нефалема. — Я сильно вымоталась за эти два дня с его поисками. — Джэджун вскинул панический взгляд, явно намереваясь возражать. — Я знаю, — демоница опередила его, — что ты это терпеть не можешь. Это будет моим наказанием тебе, чтобы в следующий раз действительно не повторилось.              — Я… — Джэджун зажмурил глаза и раздул ноздри. — Не смогу… Не смогу ребёнка. Давай другого…              — Я сказала, ребёнка, — громыхнула Лилит, сжав ладонь на горле и сверкнув красными глазами. — Будешь спорить, удвою наказание, понял? — гортань Джэджуна была на грани слома, ещё чуть-чуть и послышался бы хруст. — Сегодня же вечером.              Кто видел женщину в гневе, знает, что перечить ей не стоит, так вот демонице — тем более. Эта могла целый город сжечь, если её разозлить. Джэджун и мог только ресницами хлопнуть в знак согласия. На тот момент показалось, что он сможет притащить ей ребёнка, отдать его на жор и забыть об этом. Жалко, наверное, не было, но… Дети считались будущим кормом, это как цыплята — маленькие кажутся такими милыми и пушистыми, а взрослых — голову долой и на суп, в духовку, особенно зажравшихся. Джэджун вовсе не считал детей милыми, но и гробить не желал. Хотя ему и не надо было, делов-то — загипнотизировал да притащил. Но Лилит всегда высасывала их до летального исхода. Это глупая растрата.              Демоница удовлетворённо разжала тиски и отошла на шаг, расслабленно выдохнув.              — Не переживай так, детка, — произнесла уже человеческим тембром. — Эти твари так размножились, что их с лихвой хватит на всех нас. Ещё пару веков назад о таком количестве этой скотины можно было и не мечтать.- Она усмехнулась. — Но они сами берегут себя для нас и размножаются. Бери — не хочу.              

***

             К вечеру Хиро восстановился полностью, не осталось даже намёка на какие-то раны. Эта регенерация сработала бы быстрее, найди он себе пропитание. Но Джэджун не хотел никого брать — настроения никакого не было ни на секс, ни на поиски, ни на ухаживания. Он мог бы себе солгать, что это из-за его косяка с нефалемом, мог бы приписать сюда ещё очередную размолвку с Саймоном, но основной проблемой для него всё-таки стало наказание. Джэджун ведь намеревался всеми правдами и неправдами отмахиваться от заданий взбесившейся сучки, она всё равно не имела прав его убивать — Дьявол такое не позволял. Хотя, скорее всего, он просто погонял бы её в этом случае, но потом всё равно реабилитировал, так как она действительно была отличным бойцом и ищейкой. Вряд ли хозяин убил бы её за какого-то низшего камбиона.              Но сейчас Джэджун действительно просрался, самонадеянно решив задержать пацана, да ещё супротив приказа. После такого Лилит могла спокойно оторвать ему голову, на восстановление которой уходило больше всего времени. Хотя, как считал Джэджун, это было бы лучше, чем лишиться яиц. Поэтому, как он ни вертелся на диване с боку на бок, стараясь придумать отговорки и уговаривая себя, что ему вообще похер на демоницу, пришлось идти на вылазку.              Оптимальный вариант — смертельно больные дети, доживающие свой срок в больницах или хостесах. В какой-то степени Лилит даже поможет им безболезненно умереть. И очень быстро. Без мучений. Без страха. Ребёнок будет даже улыбаться, окутанный гипнотическими иллюзиями. Но Сеул напичкан камерами, и появляться в больнице в поздний час, а потом и покидать её с ребёнком на руках — полная хрень. Поэтому Джэджун отправился в бомжатники. Пока он искал нефалема по этим отхожим местам, он встречал немало матерей с детьми, которых почему-то ещё не отобрали органы опеки, а те пользовались присутствием ребёнка на руках, чтобы собирать побольше денег с сердобольных граждан. В основном такие дамочки тусовались около приютов, но встречались и в метро.              Туда-то Джэджун и отправился. Камер тоже там немало понавешано, но мамаши с детьми в основном прятались от них во время ночёвки, что было только на руку демону. Он бродил около часа среди грязных людишек, раздражая своей прекрасной персоной и без того сердитый контингент вечноотпускников. Наткнувшись наконец на картонные покои одной мамашки в тоннеле, Джэджун остановился. План был простым до зевка: применить гипноз, чтобы отдали ребёнка добровольно, и уйти с ним. Пусть мамаша потом болезненно вспоминает, где оставила источник своего дохода, и бестолково доказывает полиции, что не отдавала его никому. Можно вообще ей вбить в голову, что отдала его в приют самолично. Гипноз — такая хорошая штука.              Ребёнку было около полугода. На вид. Которого почти не было, так как малыша предупредительно укутали в одеяло вместе с рожицей. Удивительно, что тот спокойно спал при таком шуме вокруг. Джэджун втянул привычно воздух для распознания витающих эмоций, но тут же пожалел об этом, скосил глаза, сморщил нос и сглотнул с усилием. Понятно, что с ребёнком в таком возрасте трудно соблюдать гигиену, если нет салфеток, подгузников, различных кремов, масел… Но, блядь, есть же бесплатные туалеты, унитазы в которых чище, чем лицо этой женщины. Это человеческая лень. Именно она пробила своим кислотным запахом чувствительные ноздри демона. Даже серный запах ада был более приятен ему, чем это — что-то с чем-то смешанное и приправленное непонятно чем. Мерзость. Джэджун невольно стал отряхивать свою одежду, серьёзно опасаясь, что от него тоже будет этим вонять.              Решив не заморачиваться на исследовании психологического состояния этой пары, Джэджун, в конце концов, отважно подошёл ближе. Выпустив когти, он аккуратно, самыми кончиками, заглядывая с расстояния, потеребил плечо спящей бомжихи. Она лежала на боку, лицом к стене, а ребенка спрятала под собой. Резко вскинув голову от тревожного дёргания, она пугливо посмотрела на Джэджуна. На этот момент он смог распознать страх, надежду, непонятный трепет и растерянность в девушке. Именно в девушке, совсем ещё молодой.              — Вставай, тебе ребёнка надо помыть, — спокойно, чтобы ещё больше не напугать её, приказал Джэджун.              — Ч-ч-что? — ошарашенно переспросила та, поднимаясь, при этом стараясь ещё больше спрятать спящее дитя за собой.              — Ребёнка, говорю, иди мой, — Джэджун, поймав её взгляд, сразу врубил гипноз и уже настойчивее вдалбливал свой приказ.              Девушка, хмурившая до того слабое подобие тонких бровей, вмиг расслабилась, но несильно, так как почувствовала острую надобность заняться своим чадом. Действуя как на автомате, она поднялась на ноги. Сама ростом в полтора метра, со всклокоченными волосами, худющая, судя по тонкой шее и костлявым кистям, взяла на руки годовалого ребёнка, что ещё недовольно ворочался и мычал. Кряхтя и отряхиваясь, она с такой трепетной нежностью прижимала его к себе, страшась уронить или потерять. Растеребленное сонное тепло пропало, и мать пыталась согревать ребёнка собой, ещё прикрывая его бортом своей огромной мужской куртки.              — И сама помойся, — приказал Джэджун с фырканьем, когда они дошли до туалета. Девушка в ответ только кивнула, даже не глядя на странного господина.              Удерживать двоих под гипнозом Хиро не сможет, а ребёнок просто так не пойдёт к нему на руки. Требовалось небольшое время затишья, пока они выйдут из метро, чтобы мать не запомнила его личность. Вспомнив, как Саймон ублажал детей для фотосъёмки конфетами, тоже решил так сделать. Вообще, вкусняшки — это хорошая манипуляция что с детьми, что со взрослыми, все живые существа зависимы от еды, но плюсом ещё к этому — все любят повкуснее. А вкус у всех разный.              Прикинувшись дурачком… Не простым, а очень милым и соблазнительным, Джэджун попросил одного бугая, ожидавшего следующий поезд, помочь ему разобраться с очередным вендингом, а потом также мило попросил его купить ему снеки. Конечно же, великодушие бугая, что поначалу взглядом пытался загрызть, резко возросло по мере общения, и тут можно сказать, что он пожертвовал своими финансами за очень красивые глазки Джэджуна. Возле автомата этот «доброжелательный» мужчина простоял ещё минут двадцать, отходя от гипноза и пытаясь вспомнить, что он собирался делать. Почему демон выбрал снеки, а не шоколадку, например? Потому что любил приправы, выбрал что поострее, так сам предпочитал, когда во рту немного жгло. То, что ребёнку это может не понравиться, он даже не стал заморачиваться. Это любит он — значит, любят все.              А Хиро в это время вернулся к туалету, где оставил будущую жертву. Жертва… Неприятное слово. Этот ребёнок ещё даже сопротивляться не будет, покорится страху и позволит делать с собой всё, что захотят. Было бы в их душах много пользы, Джэджун, наверное, ещё принял бы это смакование маленькими, но это ведь сравнимо с порцией кайсэки, так лишь, желудок задобрить на некоторое время. Его торба, кстати, тоже была сейчас пуста. Он не ел уже несколько дней, а розыски, борьба с нефалемом, да ещё многочасовое восстановление от ран — сильно его истощили. Хиро, забывая, что приобрёл снеки для ребёнка, вскрыл пакетик и начал хрумкать в ожидании.              Женщина вышла из туалета с растерянным взглядом, видимо, пытаясь сообразить, какого чёрта там делала. Ребёнок на руках недовольно мяукал, потревоженный холодной водой, но согреваясь в тряпье и укачиваемый прогнувшейся назад от тяжести матерью, не орал. Девица оказалась очень даже премиленькой, вымыв лицо, портила её лишь худоба: впалые щёки, серые круги под большими глазами, бледные губы бантиком. И при этом очень эмоциональная. Она даже не пыталась скрывать страха и некоего интереса к поджидавшему её человеку.              Джэджун глянул на ребёнка. Тот ёрзал в руках бомжихи, беспокойно осматриваясь по сторонам, из тряпья показался его чёрный ирокез перепуганного панка. Говорят, что дети милые в своей невинности, но Джэджун такого не замечал, для него это были лишь глупые существа. Да ещё и такие вот страшные, как гаки.              Втянув воздух, Хиро опять столкнулся с тем запахом, ведь всё провонявшее шмотьё осталось при бомжихе.              — Ёж, твою… — с разочарованием отвернулся, понимая, что не сможет это просто нести на руках. Да ещё в машину класть. Да его даже в отель не впустят, чтобы пронести такой свёрток, перепроверят сначала на присутствие отравляющих веществ.               Снова постучалась в затылок мысль, чтобы прийти с пустыми руками и поставить Лилит перед фактом, он попытается защитить у себя самое ценное при экзекуции. Но это появилось где-то позади разума и спрятано было пурпурным хвостиком, поэтому Джэджун вновь повернулся к девушке и зацепил её взглядом.               — У тебя имеется чистая одежда для ребёнка? Может, тряпки какие посвежее?              — Нет, — помотала головой девушка. — У меня только это, — говорила медленно, без интонации, на полном автомате.              — Разве нельзя было набрать в приюте? Там полно этого барахла, — Джэджун расстроенно цокнул и сунул в рот снек.              — Я туда не хожу, чтобы не забрали Со, — девушка рефлекторно сильнее прижала к себе ребёнка.              — А почему вся грязная, что, не приучили к гигиене? У тебя ведь ребёнок, как ты можешь так запускать его? Ох, женщины… Всем вам дорога в ад прописана. — Джэджун никак не мог решиться забрать жертву. Косо поглядывал, собираясь с решимостью, но в том кульке было что-то с чем-то. — Отвратительно.              — Я его мою. Одежда сухая. Но оставляю всегда на лице грязь и этот запах, так люди меньше к нам пристают. Полицейские брезгуют подойти.              Джэджун посмотрел на глупую несчастную, что пыталась скрыться от людей, находясь в их окружении. И её ведь не замечали, и это было к лучшему.              — Почему ты думаешь, что у тебя заберут ребёнка? В приюте тебе помогут, накормят, напоят, помоют горячей водой, оденут, в конце концов.              — Они уже пытались забрать его, но я выкрала… Забрала, потому что это мой сын, — на стеклянных глазах появились слёзы, грудь девушки затряслась во всхлипах. — Они не имеют право забирать моего ребёнка… Ему там плохо. Я нужна ему. Никому не отдам, никому, — слёзы хлынули.              Джэджун ошалело замер с приоткрытым ртом. Чего уж так переживать-то? Было бы там чего ценного. Не есть ведь его собирались. Бомжиха истерично стала заворачивать плачущего вместе с ней ребёнка, как будто опасаясь, что прямо сейчас его заберут. Ох, не того Джэджун выбрал, не тот случай, чтобы лишать мать дитя и отправлять его на смерть — тут сразу будет два великомученика, два плюсика в копилку ангельской пиздобратии, да ещё повод, чтобы поиметь демона. Что ж ему так не везло сегодня?              — У тебя что, никого родных нет? — требовательно спросил Джэджун. И требовал он этим успокоиться и думать башкой, а не бестолково выть. — Где папаша ребёнка? Твои родители. Хоть кто-то?              — Нет, — та взахлёб ревела. — Нет. Только не они. Отец убьёт меня, если я вернусь. Убьёт… — уткнулась лицом в малыша, чтобы снизить вой.              — Ну пиздец… Ладно-ладно, не реви ты, — раздражённо затараторил Хиро, не терпящий этих слёз. — Успокойся уже, говорю. На вот, — рывком протянул девушке пакет с закуской. — Только не ори. Советую тебе сделку с дьяволом заключить, он точно поможет. Тебе и твоему засранцу. Приду позже, объясню как это сделать. А сейчас иди к себе… Иди уже. — Джэджун нетерпеливо махнул рукой в сторону её покоев. Фыркнув от бесполезно потерянного времени побыстрее ретировался из метро.              В машине он завис. Ехать к Лилит с пустыми руками? Чтобы потом остаться без них. Сможет ли он вообще достать ребёнка? Жалко? Хрень. Просто возни с ними много. И так два часа ушло на эту парочку. Стоило бы выбрать чуть постарше человека, но где его сейчас искать?              Нервно теребя пальцами по рулю, Хиро гнал в отель, где расположилась демоница. Переживал? Боялся? Кому ж понравятся наказания? Но лучше уж это, чем человеческих детёнышей таскать. Лилит достаточно поднять задницу, и она спокойно найдёт себе кого угодно, дело пяти минут, она ведь специально послала Хиро, знала, что он такое не терпел. А чего он ожидал? Что по голове погладят? Приласкают? Она просто издевается. Просто потому, что имеет на это право. Потому, что Хиро принадлежит ей.              Да в пекло эту тварь, пусть делает, что хочет. Джэджун ничего не терял, организм всё вернёт, а демоница хотя бы во время восстановления к нему лезть не будет. Когда-нибудь она всё равно вернётся в ад, либо самой надоест обслуживать себя, либо хозяин заставит, чтобы сохранить население. Как-никак за детей ему явно предъявят упрёки с верхушки, а это может привести к незапланированным бойням.              Ещё поднимаясь в лифте, Хиро чувствовал разгул её гадкой магии. Для людей всё было тихо и спокойно, но он слышал в широком диапазоне её шептания. Угрожающие. Мерзкие. Те, что могут привести к необратимым последствиям. Кого-то заставляла сейчас служить себе, явно человека, так как слабые выбрала заклинания. И это был не временный гипноз, а ломание души. Навсегда. Применяемые демонами децибелы разрушали духовную структуру, меняли её, внедрялись в ядра клеток тела и перестраивали ген. Это уже был не человек — зомби, машина, без мозгов и собственной воли, чучело, нафаршированное плотью.              Именно такое существо и открыло Джэджуну дверь. Вид тяжелого похмелья после недельного запоя, когда только что проснулся: глаза смотрели в пустоту, не понимая ничего вокруг, мужчина, непонятно молодой или в годах, чего-то тупо ждал, стоя в проходе. Его кожа медленно бледнела, а потом и серела, теряя жизненную энергию, старела прямо на глазах.              — Отвали, — Хиро грубо оттолкнул зомби в сторону, чтобы пройти. Как он и предполагал, в номере уже разыгралась вакханалия, Лилит набрала себе еды и без Джэджуна. На сегодня в меню были лишь мужчины, а если точнее, молодые парни. Только демоны высшей касты могли применять гипноз сразу на нескольких человек, иногда подчиняя толпу людей.              — Вернулся? — стоя спиной к Хиро, спросила Лилит глухим басом. — Что-то не чувствую нежной души, — немного повернула торс, скосила взгляд, цепляясь им за демона. Под ресницами вспыхнул адский огонь ярости, и в человеческом теле Джэджуна задребезжали поджилки, как подвески на хрустальной люстре. — Ты опять не выполнил приказ. Бунтуешь, тварь? — оттолкнула от себя мужика, что с обожанием во взгляде и со спущенной слюной в уголках губ снимал до этого с демоницы обтягивающее платье, ярко-красное, кружевное, с глубочайшим вырезом на груди и обнажённой спиной. Никакого нижнего белья не было изначально, поэтому Лилит сейчас осталась полностью голой. Вышагнула из спущенного платья и подошла к Хиро. — Ты ещё не забыл, кто ты? — маленькая ростом она вынуждена была смотреть снизу на ничуть не склонившегося демона.              — У тебя и так полно еды, — он кивнул на мужчин, которые выжидающе смотрели на хозяйку. — А ребёнка я не смог достать. Прости, не сегодня.              — Значит, всё-таки бунтуешь, — прорычала, выпуская когти. Опасный холодок пронёсся в её дыхании, обжёг кожу горла Джэджуна и проник внутрь, парализуя его волю. — Ты ведь понимаешь, что тебе за это будет несладко? — когтистая лапа поползла вверх по торсу демона, цепляясь за его жилетку и с лёгкостью разрывая её. — Я надеялась, что ты соскучился по мне. Будешь ждать, — запела уже ласково, глазами сканируя раскрывающееся из-под дыр участки кожи. — Неужели тебе нравится служить здесь человеку, нежели мне, в аду? Я хотела устроить тебя прямо возле себя, ты бы питался с моих рук, Хиро. Был бы вхож в мои покои, — шумно втянула воздуха и рванула за ворот лонгслива.              Джэджун продолжал стоять ровно, с равнодушием смотрел, как к нему прижимается тяжелая грудь Лилит, мягкая, нежная, человеческая ипостась этой демоницы была безумно сексуальной. Но Хиро знал, что не секса ей надо сейчас от него, для этого у неё уже набраны послушные члены и задницы. Ей нужно было пустить ему кровь, самолично, питаясь при этом его яростью до неё. Когти вонзились в грудную мышцу и разодрали её. Кровь хлынула по телу, брызгая на пол, кусочки плоти повисли рваными лохмотьями, от которых мелкие ошмётки плоти шлепались на пол, как недожаренные яйца. Глаза демона почти закатились от нахлынувшего шока, но он старался ещё держаться на ногах.              — Хиро, я голодна. По твоей вине, — продолжала тихо урчать, обмазываясь в его крови, в его боли, в его гневе и презрении. — Значит, тебе и кормить меня.              Схватилась за его шею и притянула к себе. Впиваясь вылезшими клыками в его сжатые губы, стала пить его ману, высасывала всё с жадностью, без меры, бесконтрольно. Поглощала и без того слабый дух, погружая его в первобытную тьму, превращая тело в пепел.