Baby came home today
Told me to stay away
Она чувствовала его обжигающий взгляд на себе даже в комнате, полной людей. Он беззастенчиво скользил по ее телу, вызывал глупые бабочки в животе и сводил с ума окончательно и бесповоротно. И Гермиона соврала бы, если бы сказала, что ей это не нравится: быть той, кто весь вечер крала все его внимание, заставляя молодых и отчаянных мамочек рвать на себе волосы от зависти. Но, боги, как ей не хотелось признаваться даже самой себе, что даже спустя годы этот заносчивый мудак все ещё вызывал в ней те чувства, что грозили сжечь все вокруг. Но так же она соврала бы, если сказала бы, что совсем не тревожится из-за обещания, что он прошептал, щекоча своим дыханием шею и пуская миллионы мурашек вниз по спине. — Ты пожалеешь, детка. О, она уже жалела, что решилась играть с самим дьяволом во плоти. Но отступать было поздно, и она будет не Гермионой Грейнджер, если не дойдёт до конца. — Это мы ещё посмотрим, милый, – шепчет самой себе Гермиона, чувствуя, как губы расплываются в хитрой улыбке. Берегитесь, мистер Малфой… У Гермионы Грейнджер есть план, и он в разрез идёт с вашими.