Укоренение

Богатые клиенты «Желтого жбана» заслуживали самого лучшего — лучшей еды, лучших девушек и лучшей охраны. Попасть в ряды гостей Учихе не удалось — отдельное приглашение для каждого клиента непросто украсть или подделать, а времени не было. Рю жаждал увидеть Мио. Когда поздно ночью аристократы высыпались на улицу, Рюзаки надел трофейную накидку, которая почти сливалась с цветом стен, и проник внутрь через окно второго этажа. Салон обезлюдел. Где-то суетливые слуги собирали посуду и мыли пол в общем зале. В коридоре юный официант вез тележку с остатками обеда. Он совершенно не помнил, как рассказал, где номер прелестной Мио. …Напротив зеркала в форме раскрытого веера сидела сгорбленная фигура. Перехватило дыхание от вида голых плеч, на которых выписывали узоры свободные пряди волос. — Давно не виделись, Рюзаки, — чуть хрипло сказала девушка. — Сюда не так-то просто попасть, — Учиха подошел ближе и встал у неё за спиной. — Можно? После краткого кивка он начал расчёсывать смолистые волосы. Мио опустила голову для удобства, Рюзаки увидел выступившие позвонки. Страшно захотелось их погладить. — Как прошло выступление? — Мн… Неплохо. Публика очень тепло встречает твои тексты. — Наверное, их привлекает сама исполнительница. Никакого умысла, кроме комплимента, его слова не значили, но мгновение назад расслабленная куноичи заледенела. Рюзаки даже почуял несильное Ки. — Я имел в виду, что ты не только талантлива, но и красива. — Пришёл сыпать комплиментами? Я их слышу каждый день. — Прости. — И ты прости. Что-то я устала. Учиха промолчал, лишь замедлил движение расчёски, словно поглаживая. Теплый бриз лета веял от куноичи — она использовала те же духи. Догонялки за Кацураги изрядно вымотали. Разумно попросить помощи Мио. Наверняка, если бы Сарутоби узнал о куноичи, то немедля бы приказал выманить с её помощью купца. Но Рюзаки колебался. Использовать Мио в делах Конохи казалось кощунственным. С другой стороны, Аме он оказал услугу, логично со стороны Учихи что-то попросить взамен. Сомнения разрешила сама куноичи. — Рюзаки, зачем ты приехал в Шиму? Склонённая, словно в молитве, голова отражалась в зеркале, лицо девушки от Учихи было скрыто. — По заданию. Больше не скажу, извини. — Я могу помочь? Она наклонилась вперёд, избегая Рюзаки. Темной волной слились волосы с плеч и обнажили чуть смуглую кожу. Нежное полотно кожи марали следы: маленькое пятно на плече, тёмные полосы, что скрывались за тканью платья — синяки. Во рту пересохло. Учиха простер руку над обнаженной спиной, не касаясь, но Мио почувствовала тепло и поежилась. — Рюзаки? — Я-я… не знаю. Если хочешь, то да… Но, если нет, то нет… — Мои желания имеют значения? — кажется, она зло усмехнулась. — Конечно. — Какой ты добрый. Куноичи так и не подняла голову, отчего её голос звучал глухо, она почти распласталась на столе, над баночками, скляночками. Как в дешевом фильме про любовь. — Мио… — Я тебе нравлюсь? — вопрос застал врасплох, как кунай из-за укрытия. — Конечно. Да. На признание Мио никак не отреагировала. Ей делали такие каждый день. — Я помогу. Скажи, что делать.