Она пахла рассветом

Июнь 2005 года, мне 17. Культ тела - Саша блин, ну почему ты такая упрямая? – мама уже битый час уговаривала меня на поездку в лагерь. - Да мам, что я там забыла? – я сидела на пассажирском сиденье возле водителя. – Кире мама приставку новую купила, мы собирались с ним зарубиться! - Саша, да ты же девочка. – мама чуть не переходила на истерику. – посмотри на себя. Отцовские шорты стащила опять, кеды как будто ты беспризорник какой-то. И футболки твои безразмерные. Мы что тебе разве одежду не покупаем? - Мам, ну это удобно, - я опять закатила глаза. – как мне в футбик с пацанами играть? Я тебе что в туфлях твоих должна сто метровку бегать и мяч пинать? - Саша, ты должна поехать, ты совсем не общаешься с девочками. – мы остановились на светофоре. – Поедешь с Есеней, она тоже в этом году закончила десятый класс. У вас много общего. - Мама, ты с ума сошла!? – я уже начинала злиться. – да она же дура ограниченная! У нее кроме платьев и пацанов ничего в голове нет. Что у нас общего? - Перестань про нее так говорить. У тебя у самой один футбол и твои приставки на уме? – мама смотрела на меня умоляюще. – Саша, ну почему с тобой так сложно? Может она сможет тебе показать, как это быть девочкой, раз у нас с отцом не получилось. - Мам, да что ты пристала ко мне? Ну нравятся мне треники и футбол, или тебе бы больше хотелось тупую блондинку на каблуках и с блестками вместо мозга? – я уже знала к чему ведется этот разговор. - Сашенька, я люблю тебя такой какая ты есть, но тебе будет сложно дальше, если ты не сможешь понять простые законы этого мира. - Какие мам? – я уже выходила из себя. – Какие такие законы? Ну просвети меня. - Девочка - должна быть девочкой, ты же будущая мать, когда ты встретишь своего мужчину, как ты будешь выглядеть рядом с ним в своих рваных кедах? - мать закрыла лицо рукой, останавливаясь на следующем светофоре. - Мам, не начинай. – опять она поднимала ту тему, которая мне не нравилась. – Хорошо я поеду, но только на одну смену. Я не собираюсь сидеть там все три месяца. - Хорошо дорогая. – мама победно улыбнулась. Она всегда знала, как мной манипулировать. Кричать и истерить уже не было смысла. Но со временем мама поняла, что тема каких-либо отношений мне не очень-то и приятна. Особенно что касалось перспективного замужества и детей. И я соглашалась на все, лишь бы прикрыть эти разговоры. Единственное чего мать не могла добиться это нацепить на меня юбку или платье. Я не была чересчур мужланистой. Несмотря на то, что у меня были длинные волосы, я редко носила их распущенными. А парни в то время тоже начали отращивать волосы, поэтому спутать было не сложно. Высокий рост и голубые глаза играли мне на руку в моих неумелых, но иногда продуктивных обольщениях. Я была угловатой, но не тощей, скорее жилистой и подтянутой. Вечные передряги, в которые мы попадали с моими друзьями, научили жить всегда на подъеме. Особенно на физическом. Футбол был нашей отдушиной. Кирилл и Ростик были моими лучшими друзьями с пятого класса, и мы чего только не пережили вместе. Как это модно сейчас называется, мы были отчаянными «руферами», которые лазали по крышам домов, стояли кто больше на самом краю, а наш инстинкт самосохранения заглушался в такие моменты жаждой адреналина и невероятного безумия. Надо ли говорить сколько раз мы убегали от полиции, которая тогда еще называлась милицией, а совсем уже по-честному просто «ментами» или «мусорами»? Моя мама, которая всю жизнь мечтала о принцессе, оставила свои попытки меня переделать еще в восьмом классе, когда поймала меня на улице в двадцатиградусный мороз, пытающуюся переодеть дурацкие сапоги на каблуке, которые она мне купила, на свои удобные и любимые кеды. Ну как я тогда сказала ей: мам, я не хочу в школе позорится. И она частично смирилась, больше мы не покупали ту одежду, которую хотела мама, мы покупали ту, что хотела я. Да мы при этом ссорились. Потому что я не всегда находила то, что мне хотелось в женских отделах, но и этот нюанс сгладился со временем, кода мне просто стали выдавать деньги, и я покупала себе сама, пытаясь вписаться в тот скромный бюджет, который мне выделялся. Но я не жаловалась, как бы мама меня не терроризировала на счет моей внешности, она меня любила и отдавала все, что было в ее силах. Мы жили в одной комнате в семейной общаге и были счастливы тому, что мы есть друг у друга. Батя ловил где-то там свои алкотрипы, но далеко от нас, что меня очень даже радовало. Иногда он приходил, чтобы потрясти деньги с матери, но часто уходил ни с чем, особенно, когда дома была я. Футбол и частые разборки в компании научили бить быстро не думая. Он же не усугублял. Я не была противницей отношений, и не буду врать, сказав, что мне никто не нравился. Всплески гормонов не обошли и меня стороной. Наша компания не была популярной в школе, потому что мы были не формат. Ростик – задрот батан, но с телом аполлона. Никто не знал, как так получилось, а он просто говорил, что это какая-то там генетика и его дед был уральским Ильей Муромцем. Он закончил школу два года назад и был нашей совестью. Да, что касалось природы и генетики, она шутить умеет, иногда правда от этого не совсем смешно. Поэтому я вместе со своей душевной драмой и огромным желанием целовать своих одноклассниц, никак не могла понять, где же я свернула не туда и почему мне не нравятся сильные накачанные парни, которых возле меня было всегда уйма, а я схожу с ума по хрупким и милым девушкам, которые нежны и ласковы, которые ухожены и женственны. Эта загадка оставалась во мне и выжигала там все дотла. Киря был просто Киря. Этакий мальчик авантюрист. Про таких говорят: в одном дворе подрезал то, что плохо лежит, а в соседнем продал втридорога. В основном он был тем безбашенным винтиком в нашей системе, который подталкивал нас на всевозможные авантюры и безрассудства, я соглашалась, так я могла не думать, что со мной что-то не так. Ростик был нашими мозгами, а я была стратегом и переговорщиком в сложных ситуациях. В школе мы были прилежными и правильными. Я не шла конечно на золотую медаль, но и в кругу тупиц не была замечена. Мне помогало то, что я быстро запоминала любую информацию и могла ее применить, а с течением времени просто стирала все, что мне не нужно было в жизни с оперативной памяти моего мозга. Так мы начали с нашего первого бизнеса, который надо сказать продержался полгода, пока мама Кирилла не наведалась неожиданно пару недель назад на дачу и не застала нас троих за самогонным аппаратом. Дело пришлось свернуть. От мамы я тогда тоже получила, потому что наши мамы дружили и соответственно никто не смог умолчать про этот вопиющий случай. И вот, в конце года, когда мы отстрелялись, Киря наконец-то получил от мамы первую старенькую Sega, мы уже затарились картриджами, накупили чипсов и собственно собирались всю неделю резаться в Марио и Танчики, то мама подкинула мне такую свинью. Она купила мне путевку в летний лагерь «Витязь». - Да Сашка, как так? А с кем я резаться буду? – Кирилл почти плакал в трубку от досады. – Я даже малого к бабушке сбагрил на неделю. И Ростик с предками на море как раз уезжает. Я не смогла даже к нему зайти, потому что мне нужно было собираться, отъезд был завтра сутра. - Да я понимаю. – я злилась на себя, что согласилась – мама просто меня почти силой заставила. Ну типа вариантов отказаться не было. Она уже и путевку купила. - Ладно, куда хоть едешь? – парень сменил гнев на милость. - В «Витязь». – я печально выдохнула. - О, так это лагерь для мажоров. Откуда у мамы твоей деньги такие? Она что ограбила шефа своего? Моя мама работала бухгалтером в строительной конторе, которая в последнее время начала набирать обороты. С Виктором Петровичем у нее всегда были хорошие отношения и какое-то время мы были даже с его дочерью вместе в садике, но потом она переехала к своей маме и поменяла район и школу. - Да я не знаю, она сегодня мне об этом только сказала. Угадай кто еще поедет? - Ефремова твоя? – он заржал. - Дурак, она тут причем. - Ну а че? Она секси, я б ей сам вдул. – он заржал. Кирилл был единственным человеком, который знал, что мне нравятся девушки. Ну кроме тех девушек, во рту которых побывал мой язык. Мы с ним могли спокойно обсуждать все пошлые и каверзные моменты из нашей жизни. Даже Ростика мы не посвящали в эту тайну, он был на два года старше, но все еще тусил с нами. Все вышло, само собой. Кирилл пристал ко мне, что бы я была его девушкой, типа у меня нет парня и мне нужен опыт, ведь он уже был не девственником. Затусил с какой-то там студенткой, которая даже не подумала, что ему шестнадцать. Я отказывала ему, а он долго недоумевал почему. Но один случай разрешил все сам и расставил все точки над «и». - Саш, блин, а если сюда кто-то зайдет? – девушка сидела на стиральной машинке в расстёгнутой рубашке и разведенными ногами, между которыми стояла я. Её помада была размазано по лицу, остальная часть была размазана по моему. - Да, Ань, кто сюда зайдет. Ты чего, все пьют там за Толика, он еще полтора года потом не сможет оттянуться в армии. Поверь, им не до нас. – шептала я ей на ухо, мои руки впивались в ее ягодица, я сгорала от голодного возбуждения. После пары опрокинутых стопок нашей же самогонки, мозг просто отказывался рационально и традиционно думать. Нет я не была пьяна, я была просто свободна и не заострялась на своей маниакальной осторожности, чтобы не выдать себя. Она вцепилась мне в плечи своими ногтями и чуть расслабилась, разводя свои ноги пошире, ее юбка задралась еще выше, открывая мне путь к ее трусикам. Я опять впилась в ее губы и скользнула пальцами по ткани ее нижнего белья. Она застонала мне на ухо. После того как она кончила, предусмотрительно расцарапав мою спину, своими ногтями, которые хаотично бродили под моей черной футболкой, мы вышли из ванны и наткнулись на Кирилла. Ефремова смущенно проскользнула мимо него и отправилась ко всем. Словив взгляд моего друга, я поняла, что нам пора бы поговорить. - И давно ты? Ну…- он замолчал. - Ты что-то имеешь против? – я села рядом на подоконник. - Да нет, я ж по доброте душевной хотел тебя научить целоваться, а тут вот оно как. – он задумался. - Да ладно тебе, Киря, что ты раскис? Я ж не человека убила. – я похлопала его по плечу. - И много кто знает? - Да нет, Только Ефремова и пару девочек из общаги. – я посмотрела на него. - Ты главное не спались, не все тут такие толерантные, сама же знаешь. – я поняла, что он говорит про ребят со двора, с которыми мы иногда тусовались вместе. - Да все ок. Не переживай. - Помаду со щек сотри, конспиратор. С того дня пошлые шуточки и подколы посыпались в мою сторону. Они не были обидными. Я была рада, что мой друг отреагировал адекватно и затаила надежду, что может быть я когда-то и смогу иметь нормальные отношения и мне не придется непременно выходить замуж и всю жизнь жить с нелюбимым человеком. Ефремова не была моей девушкой, она встречалась с одним из парней из этой же компании, но ей хотелось попробовать что-то еще. Естественно мы не рассказывали ее парню об этом, и то что было между нами было только между нами. Она не распространялась, ей такая слава была не нужна, а мне уж и подавно. Это вышло совершенно спонтанно, мы выпили на одном из таких похожих сборищ, заснули вместе, поцеловались, а дальше все случилось, само собой. Мы встречались время от времени, когда ей хотелось чего-то особенного, я же лишь поддерживала ее грязные желания. Я не любила ее, как и она меня, да она была безусловно красивая, но мы прекрасно понимали, что это временная акция и что каждый раз может быть последним. - Так кто едет, Громова, ты меня слышишь? – парень видимо уже не первый раз повторял свой вопрос. - Да, Дашкова едет. – я выдохнула и закрыла глаза. - Стой, это та Дашкова, что дочка начальника твоей мамы? – парень был тоже изумлен. - Да эта самая выскочка. Которая все делает лучше, чем я. – я закатила глаза. - Господи, ты ее последний раз на детском утреннике в шестом классе видела, пока она школу не сменила. – парень наигранно обиделся. – бросаешь меня короче - Да перестань, ты же знаешь, что я люблю только вас с Ростиком. – я уже начинала по ним скучать. *** Собрав свою спортивную сумку, которая в принципе была не такая уж и большая, как по сути должна быть у девушки. С кучей непонятной косметики, какими-то там нарядами и бла-бла-бла. Мои запасы были попроще. Две пары спортивных кед, шлепанцы, пару спортивных штанов и шорт, джинсы, штук шесть футболок, ну и конечно же дядина олимпийка, и папины джинсовые шорты и по мелочам еще треть сумки. Джинсовку я планировала накинуть завтра, это была блаж. Я выторговала ее у какого-то барыги на рынке за весь остаток, который у меня был с продажи самогона. Такие джинсовки тогда еще не захламили наш постсоветский рынок, а если сильно хотелось, то можно было с какого-то лошка в подворотне снять. Но я решила не рисковать и просто сторговала себе этот писк моды. Конечно моя мама была не в восторге, когда увидела меня сутра в моих все тех же потертых кедах, джинсовых шортах отца, которые, как сейчас было бы модно, светили небольшими потертостями. Ну и конечно же черная футболка с принтом «Кино», поверх которой была накинута джинсовка от Lewis. Мама просто закатила глаза и сказав, что я выгляжу как бомж коммерсант, села в машину. - Все дорогая, я надеюсь ты будешь вести себя прилично. – мама обняла меня и пропустила к автобусу. - Пока мам. – я улыбнулась и закинув сумку на плечо залезла в махину на колесах, в которой нам предстояло еще час трястись, пока мы окажемся на свежем воздухе. - Что, скучаешь уже по мамочке? – съязвил Ванька Смирнов из 10 «А» класса. - Ты смотри не заскучай, а то там некому будет твои сопли вытирать. – буркнула я и пошла в самый конец автобуса, провожаемая уничтожающим взглядом парня. Там было еще свободно и я села с краю, оставляя место у окна свободным, в надежде, что никто не подсядет. Откопав свой сидишник где-то в сумке, я всунула наушники в уши и закрыв глаза ушла в нирвану вместе с Цоем. Из забытья меня вырвали странные движения, кто-то пытаясь пробраться через мои колени и сесть к окну. - Ты че творишь, совсем ополоумела…? - осеклась я, когда подняла глаза вверх и увидела перед собой стройную фигуру в легком летнем платье, поверх накинутую легкую кофточку. Каштановые локоны рассыпались по плечам и манили меня ароматом весны. Я непроизвольно сглотнула слюну, когда девушка присела ко мне на колени, потому что автобус тронулся и она, не справившись с равновесием, бухнулась своими ягодицами на мои бедра и прижалась всем своим корпусом к моему телу. - Прости пожалуйста, я не могла до тебя докричаться. – резко подскочив и пересаживаясь на сиденье у окна протараторила она. А я все так же молчала и, ощущая ее прикосновения всем телом, которое произошло секунду назад, не могла пошевелиться. - Ты чего? – она опять прикоснулась к моей руке, по мне пробежал разряд в сотни ват. – я тебя ударила? Прости, дурацкий автобус. - Все хо…рошо…- я лишь улыбнулась, приподняв левый уголок губ и сглотнула опять. - Ну ладно. Вау, у тебя сидишник, тоже люблю, не особенно нравятся «мптришники» Что ты слушаешь? – она по-хозяйски взяла один наушник и вставила себе в ухо. - Эй, это вообще-то мое. – вернула самообладание я и протянула руку чтобы она отдала мне мой второй наушник. Мне почему-то не хотелось, чтобы она знала, что я слушаю такую совсем не девичью музыку. Не какая-то там Аврил Лавин или Бритни Спирз, а пост-панк Цой. - Я тоже иногда слушаю «Кино». – она и не думала отдавать мне наушник. Я растеряно сжала протянутую руку и положила ее на подлокотник, который был между нами. - Ладно, - единственное, что смогла сказать я. Девушка же откинулась на спинку сиденья и, закрыв глаза, улыбнулась, когда у меня в плеере заиграла «восьмиклассница»

Пустынной улицей с тобой куда-то вместе мы идем И я курю, а ты конфеты ешь И светят фонари давно, ты говоришь пойдем в кино, А я тебя зову в кабак конечно.

Так мы ехали целый час, и я даже не знала, как тебя зовут и как к тебе обращаться. Ты послушала со мной все мои диски, которые у меня были с собой. Даже, когда я включила диск «Агаты Кристи», ты лишь улыбнулась и не отдала мне наушник, а продолжала слушать со мной. Все казалось таким странным, ты никак не реагировала на мои грубости, хотя я и не была слишком настойчива. Я не знала, хочу ли я, чтобы ты мне отдавала мой наушник. Наша связь бежала по проводам. Мы слышали друг друга, а мне казалось, что я слышу, как стучит в висках и в ушах мое сердце. Под конец я совсем расслабилась и отпустила, до этого нервно зажатый подлокотник и даже уснула. *** Проснулась от грубого толчка, автобус остановился у ворот нашей тюрьмы, в которой нам предстояло мотать срок еще двадцать три дня. Ты улыбнулась мне и протянула наушник. - Есеня, ну наконец-то. – к нам подошел парень лет восемнадцати-двадцати, когда мы вылезли из автобуса, и взял сумку у моей соседки. - Есеня? – с удивлением проговорила я, девушка меня услышала, так как стояла рядом. – Дашкова? - Да, - а тебя как зовут? – она опять мне улыбалась своей ангельской улыбкой. - Александра, я …можно просто Саша. – я была в ступоре, - а где твои очки и розовое платье? Усмехнулась я, вспоминая утренник в шестом классе. - Что прости? – она прищурилась. - Ах это ты? Господи Громова, я тебя не узнала. На сколько я помню последний раз я видела тебя в самодельном костюме бетмена. Твои глаза пробивались сквозь черную полоску краски, а сверху были картонные уши. - Она мило улыбнулась. - Я правда удивлена. - Ну знаешь, ли, ты сейчас тоже не тянешь на розовую феечку с волшебной палочкой и дурацкой короной на голове. Мы с ней засмеялись. Парень стоящий рядом с сумкой пялился на нас и, мне кажется даже, как-то не добро бросал взгляды в мою сторону. Каким бы снобом я не была, мне нравилось то, что я увидела. Мне нравилась ее улыбка. Чертова природа. Вот еще одна шутка. Девочки в девятых-десятых классах меняются - фигура, черты, повадки. Что-то остается, но пласт взрослости все же закладывает свои семена. - Ты изменилась. – она скользнула по мне, как мне показалось, не просто изучающим взглядом, она рассматривала меня, оценивала. - Ты тоже. – я посмотрела на ее стройные ноги, она лишь ухмыльнулась, словив мой взгляд. - Надеюсь в лучшую сторону? – она посмотрела мне в глаза, я утонула в них моментально. Карие, бездонные, невероятно затягивающие глаза. - В сексуальную. – выпалила, не успев притормозить свои фантазии и опять словила на себе игривый взгляд девушки и уничтожающий взгляд парня. Я невольно смутилась, но лишь сильнее сжала в руках ручку от своей сумки и не отвела взгляда от девушки. - Есеня пошли, нам пора. – он потянул девушку за собой. Она сверкнула глазами и последовала за парнем. Я стояла как истукан и провожала ее взглядом. Вся эта ситуация совсем мне не нравилась. При первой же нашей встрече, я уже сказала ей, что она сексуальная. «Блин, Саша, ты дура, она же сто процентов будет ржать с тебя. А если она расскажет остальным, мы же сто процентов в одном отряде будем.» Я закинула свою сумку на плечо и направилась к толпе ребят, которые уже собрались возле стола распределения. Как и в любом другом лагере, детей делили по возрасту. Наш отряд был самым старшим, тут были ребята от 16 до 17, и мы гордо именовались первым отрядом. Все последующая самодеятельность с выдумыванием названия, девиза и визитки еще ждала нас. Потому что без этого не проходила ни одна смена. Самодеятельность тут была на первом месте. В моей лагерной карьере был перерыв, я не ездила уже пять лет по лагерям, потому что как-то сама привыкла искать себе развлечения на пятую точку. Ну или я была у бабушки и осваивала азы феминизма, как бы это сейчас модно прозвучало, а тогда это называлось «блядь, дед забухал, опять все надо делать самой». Ну и моя помощь в огороде и с домашними животными не была лишней. Но это была своего рода свобода и независимость. Распределение по комнатам уже было заранее прописано. Мы жили в большом двухэтажном корпусе, парни были на первом этаже, а девушки на втором. Я поднялась на второй и пошла вдоль комнат в поисках своей фамилии. Окинув листок взглядом, я поняла, что со мной в комнате еще три человека, какая-то Маша Град, Вероника и Света Тучные. - Блядь, что за комната природных осадков. – выругалась я про себя и толкнула дверь рукой проходя в комнату. Меня встретила кивком головы сексуальная блондинка, в коротких шортах и обтягивающей голубой майке. Она пыталась запихнуть свою сумку на шкаф, но ее рост ей не позволял. Когда она отвлеклась на меня, то пропустила как вывалившаяся из сумки тетрадь упала ей на лицо. Я подбежала и подтолкнув сумку одной рукой подхватила теряющую баланс девушку. Мой рост мне позволял. Я была не шпалой, но на свои 175 не жаловалась. - Спасибо. – девушка зашевелилась в мох объятиях. - А прости, - просто прикосновение ее груди, к моей коже было ужасно обжигающе для меня. Я не прикасалась уже почти месяц ни к кому. Ефремова не звонила, а девочки из общаги сдавали сессию, им было не до этого. Новые знакомства я не искала, да и это было как-то не безопасно. Я не была открытой лесбиянкой и пока не знала, как вообще себя вести в этом обществе. Я не почувствовала такого разряда как от Есени, но блондинка меня возбудила. Просто платонически поставила в неуютное положение, мой мозг сразу же спроецировал желание коснуться ее сосков губами. Чертовы гормоны. В дверь ввалились еще две девушки. Я лишь выдохнула и заговорила первая резко отстраняясь от девушки. - Я Саша. – кинула я в сторону блондинки, вышло хрипло, черт, хоть бы она не догадалась – Саша Громова. - Маша, - ответила блондинка. – Маша Град. - У нас какая-то погодная сходка. Ты град, я гром и вон две тучи. – я кивнула на Свету и Веронику. Девушка улыбнулась мне. И начала раскладывать вещи по тумбочке. Две сестры, как я потом узнала, да и по фамилии было в принципе понятно, что они родственники. Обе были теми еще стервами. Ну точнее Света, Вероника была просто при сестре, так сказалась держалась неподалеку, не отсвечивала, чтобы не заслонять сияние сестры, но и не отходила далеко, чтобы тоже купаться в этой неге популярности и обилии внимания от парней. - А вы че типа пилотки лижите? – Света тыкнула в нас своим острым наманикюреным пальцем. Я увидела, как Маша растерянно посмотрела на меня. - А ты что типа члены сосешь? – кинула я Свете и улыбнулась, прыгнула на свою кровать, повернулась на бок и подперла голову одной рукой. Моя язвительная улыбка не сходила с лица. А тут будет не скучно, я люблю ссорится с такими как она. С Ефремовой мы тоже вначале ссорились, а после она мне отдалась как в последний раз. Я же стратег, тут нужно думать на перед. Нет смысла вцепляться ей в волосы или бить лицо, может когда-то это лицо будет просто умолять меня ее трахнуть. Кто знает, как повернется эта жизнь. - Чокнутая. – почти выплюнула Света, не найдя слов, чтобы ответить что-то еще, она переключилась на Веронику. - Ник, убери мои вещи, я пойду Есеню найду. Когда я вновь услышала ее имя, то сразу же напряглась. Ну конечно же это ее подружки, она, наверное, такая же сучка как они. Разозлившись своей реакции, я вскочила с кровати и подойдя к шкафу тоже хотела разложить вещи. Ника беспомощно копошилась с чемоданом сестры, который был таких размеров, как будто она совсем из дома переехала. Замок не поддавался. Мне стало ее жаль. - Давай помогу, - я присела рядом с девушкой. - Не надо, я сама. – она лишь растерянно улыбнулась. Но когда я подошла, то она не остановила меня, а лишь подвинулась, чтобы мне было удобно подойти к чемодану. Я пару раз дернула и на третий раз сим-сим открылся, оттуда вывалились кружевные трусики и лифчики, которых я никогда не носила. Ну пару раз видела на Ефремовой и студентках, с которыми трахалась в общаге. Скажу так, общага — это еще одна ступень в списке моего сексуального и жизненного просвещения. В основном в таких местах живут матери одиночки, или просто алкаши, приезжие, которые еще не заработали на квартиру, но жить где-то нужно. Самая огромная проблема - это алкаши, если один живет на этаже, то концерт по заявкам и без заявок вам обеспечен. Они не знают усталости и пьяные драки можно лицезреть как по вечерам, так и часа в три ночи, когда жена бегает полу голая по этажу, от мужика, который словил белку и теперь не может справится с ней без ножа. Так вот, это закаляет знаете ли. Ну и конечно же девушки, которые ищут лучшей жизни, но когда вечер не удается, то можно и с малолеткой по пьяни поиграть в «любовь». Я видела так мои нерегулярные, но имеющие место быть встречи с моими соседками по общаге. Так как чемодан был доверху напихан этим барахлом, то при его открытии все разлетелось и рассыпалось по полу. Я начала помогать Нике, я же была отчасти виновата. - Ты че, как там тебя …охирела? – Света влетела в комнату и начала паковать свои трусики обратно. – озабоченная - кричала она. - Ну привет еще раз. – сказала Есения, исследуя меня своим гипнотическим взглядом. – не знала, что ты фетишистка, коллекционируешь? – она указала на мою руку. - Я? – я увидела, что держу в руках красные кружевные трусики. – Блядь. Да нет, я просто Нике помогала. – я бросила трусики сразу же в чемодан, у которого все еще суетились сестры. - Да ладно, не стесняйся. – она мне подмигнула. – у каждого свои предпочтения. Могу свои тебе с кружевами подарить? Я лишь улыбнулась и вытащив из сумки свои немногочисленные шмотки закинула их на верхнюю полку, так как была самая высокая. Я все еще переваривала: был это флирт или она так стебется надо мной?