Она пахла рассветом

*** Я сидела в своём загородном доме, потонувшая в своих мыслях, пока передо мной мелькала мама. Все казалось таким унылым и серым, как будто кто-то поставил мою жизнь на беззвучный режим, а картинка начинала рябить как на старых советских телевизорах. - Саша, ты вообще меня слышишь? – мама подошла ко мне вплотную, и застыла перед моим лицом. Я конечно же должна была ей что-то ответить, но я не знала о чем идёт речь. - Да, мам – просто сказала я. По большей части это всегда срабатывает. Один нюанс, можешь согласиться на такое, что потом не отмоешься. - Саша, да какого черта? – мама уже выходила из себя. За эти десять лет они с Виктором Петровичем сошлись на очень эпичной ноте, она превратилась из простого бухгалтера в его партнёра, а затем и в его женщину. Что касалось любви, я не могла судить, со стороны они выглядели серьёзно. Дурацкие бабочки в воздухе не летали и флёр любовного безумия их не захватывал. Но так казалось лишь со стороны, никогда не знаешь, что твориться в головах у людей, даже у самых родных. - Да мам, успокойся ты и перестань причитать. – я встала и достала кружку, что бы заварить себе кофе. Мои мысли летали далеко от этого разговора. Мои мысли все еще или опять по новой были возле Есени. Я чувствовала себя влюблённой дурой, влюблённым подростком, которого застукали, пока он смотрит порно или зажимается в темных комнатах по первой влюблённости. Прошла ровно неделя с того момента как ее отец нас застукал. Немая сцена на троих закончилась прозаичнее некуда. Виктор Петрович со мной говорить не захотел, Есеня же не вымолвила ни слова. Я решила, что мне нужно уйти. Как я сейчас понимала, мать выступала своеобразным адвокатом в нашем семейном четырёхугольнике, как выяснилось. Я пока не понимала чем я больше шокирована, тем что мать спит с отцом моей бывшей или настоящей или всё же бывшей, или тем, что кто-то прислал Есене фотки десять чёртовых лет назад. Шерлок Холмс в моей голове трубил о том, что мне пора покупать трубку, надевать маску следователя и собирать улики. А вторая часть задавалась вопросом: что происходит между нами с Есеней, когда она мне позвонит и как мы разложим пасьянс будущего в нашей семье на четверых, в которой неожиданно для всех появилась еще одна связь между её отцом и моей матерью. - Саша, да черт побери. – мама перешла на крик и я вернулась в реальность. - Да мам, я тебя слушаю. – я отпила кофе из кружки, он показался мне не типично холодным, надо заменить кофеварку. - Ты совсем меня не слушаешь, что я сказала только что? – мама сложила руки в замок перед грудью и вопросительно уставилась на меня. - Что я тебя совсем не слушаю. – я лишь улыбнулась, однозначно от внутренней истерики. - Ты не выносима. Ты понимаешь, что это все вздор и ваши там мимолётные чувства просто нахлынули не пойми откуда. Вы уже десять лет как расстались, и тут просто после ее расставания с мужем ей захотелось отвлечься. – мама пыталась переубедить то ли меня то ли себя, я пока не была уверена. - Мам, что ты от меня хочешь? – я была спокойна как удав, одна из черт моего внутреннего анти паникёра, как только приближается полный аут, во мне просыпается ментальный регги-хипстер. – Ты вообще не лучше. Когда ты мне собиралась сказать про Виктора? На вашей свадьбе? - Виктор это другое, он мужчина. – мама переходила на крик. – и я свободная женщина. - Вот именно, и я свободная, я сама себя обеспечиваю, в твой карман не лезу и спать могу с кем хочу. – регги-хипстер по немного уступал место бойцу без правил. - Да спи ты с кем угодно. Тебе баб мало? Но почему именно она? На ней что свет клином сошёлся? Почему именно дочка Виктора? – мама меряла шагами кухню. - Ну видимо сошёлся. – я опять усмехнулась и сделал большой глоток совсем холодной жидкости. - Саша, ты идиотка? Да Виктор ни за что в жизни не благословит любимую и единственную дочь на жизнь с тобой. Я же как лучше для тебя хочу. Ты же не понимаешь, что Виктор не остановиться, он разведёт вас. Один раз развёл, получиться и другой. – и тут мама резко замолчала, поняв что сказала что-то не то. - Что ты сказала? – я резко поставила кружку на стол, что мешанина, которая смутно напоминала кофе, выплеснулась наружу. – Повтори, что ты сейчас сказала!!! - Забудь. И мне пора вообще. – она схватила свою сумочку и направилась к выходу. - Мама, какого хрена. – я пошла в след удаляющейся фигуре. – Раз сказала «А», говори и «Б». Не забывай о том, что ты моя мать, а твоих ухажёров ещё тысячи будет у тебя. - Саш, я не… я не знаю толком, он как-то обронил, что достаточно одной удачной фотосессии и ревнивые вспыльчивые девочки все додумают сами. Он знал о вас ещё тогда. – Татьяна Павловна отвернулась к входной двери, но выходить не торопилась, она как будто думала над тем, сказать или нет. Она явно что-то ещё знала. – Понимаешь Саш, ну не правильно это все, любовь эта ваша вся. Я думала, что ты просто протестуешь, против меня, против нас всех, что Есеня выйдет замуж и что вы потом все равно рано или поздно разбежитесь. И Виктор по сути прав был, ну и кто-то там ему помог из твоих друзей. Кто конкретно, я не знаю, но этот человек знал о тебе много. Мама повернулась лицом ко мне и застыла с потерянным взглядом. - Я и представить не могла, что тебе так плохо потом будет, но и сказать ничего не могла. Я надеялась, что ты встретишь замечательного парня, с которым сможешь начать все сначала. Я просто стояла и смотрела в точку, которой не существовало, она была позади мамы, я смотрела на нее, но в то же время сквозь. Эта точка не имела физических координат, она уносила меня в далёкое прошлое, в то время когда мне было девятнадцать, и моя личная жизнь еще не дала трещину, не разорвалась как штукатурка со старой стены от вечно хлопающей парадной двери. Мамины губы шевелились, а я думала о том, что мы пожертвовали десятью годами наших жизней лишь потому что были такими идиотками. Что не могли остановиться, поговорить, все выясниться, а не додумывать не существующие и кем-то нам навязанные истории. - Я люблю тебя мам. – все что я успела сказать ей, перед тем как она вышла и закрыла за собой дверь. Я вернулась в кухню, села в своё кресло и стеклянным взглядом уперлась в окна своей веранды. Мысли переплетались закручивались и неслись огромнейшей лавиной через мои растекающиеся от напряжения извилины. «Кто-то из твоих друзей ему помог, не знаю, кто», «Этот человек знал о тебе много». Я достала из кармана мобильник и открыла телефонную книгу, мой взгляд зацепился за такого знакомого абонента, на который сама бы я и не подумала никогда. Я не была уверена, но проверить хотелось. - Привет – мой голос звучал спокойно, скорее без эмоционально. - Привет, Громова, ты садистка. – сонный женский голос заглушила подушка, в которую его обладательница видимо упала, после того как ответила на звонок. - Свет, нам нужно встретиться. – я чуть добавила улыбки к голосу. – Я сейчас приеду. *** - Ничего не хочешь мне сказать? – я стояла у окна и рассматривала пейзаж, который открывался из окна ее квартиры. – может что-то что произошло десять лет назад. - Громова, ты сегодня в ударе. – Света пила свою минералку, которая сулила ей облегчение после полу бессонной ночи после клуба. – твои ребусы в восемь утра в субботу, это просто нечто. - Да ладно, Свет, ну не прикидывайся, ты знала, что батя Есени о нас узнал? – повернулась к ней и посмотрела на нее внимательно. - А вот ты о чем? – она закрыла минералку. И громко выдохнула. – Ладно, пошли на балкон покурим. - Я не курю… - Закуришь. – Света лишь кинула мне пачку и уже удалялась в сторону зала, где был балкон. - Ну в общем как-то так. – она подкурила вторую сигарету. – Да я знала, но послала его. Он хотел, чтобы я тебя напоила и сфоткалась с тобой в постели. Чтобы якобы твоя ненаглядная подумала что ты ей изменяешь. - Так а какого ты мне не сказала? – я вертела в руках пачку, но все еще не закуривала, держалась. - Я не предавала этому значения и тогда уже мы перестали общаться. Ты была в своём баскетболе с головой, а я в ссорах с родителями. Мне не до этого было. Да и я думала, что старик забыл уже об этом и когда ты мне сказала, что Есеня переспала с кем-то, то я подумала, ну и хорошо что вы расстались. Знаешь школьные отношения такая штука, зыбкая и непостоянная в большинстве случаев. - Блядь, херня какая-то получается. – я бухнулась в кресло на балконе. – Но фотки то он получил, причём наши с тобой. - Чего? – Света выронила не докуренную сигарету. – Блядь…обожглась… в смысле фотки получил? - Мне Есеня скзала, что ей кто-то фотки прислал, как мы с тобой обжимаемся в кровати. - Знаешь, что самое интересное, - Света села напротив меня. – у меня когда права появились, то Вероника ездила по моим правам еще пол года, пока ей не исполнилась восемнадцать. - К чему это ты? – я бросила пачку на тумбочку, сила воли была сильнее мимолётного желания. - К тому, что нас никто различить не мог, только по стилю в одежде. – Света приподняла левую бровь и посмотрела на меня, ожидая пока до меня дойдет. - Вот сука… - закинув правую ногу на левое колено, я откинулась на спинку кресла. *** - Закажешь что-то? – мы сидели с Есеней в одном из итальянских ресторанов, который был далеко от квартала, где она жила. Мы конечно же не хотели ненароком встретить ее отца или того, кто бы мог нам помешать. Она сама позвонила в воскресенье и предложила встретиться. - У меня мало времени. – она закрыла меню. – я буду просто кофе. - Воду без газов. – обронила я официантке, мое настроение колебалось между «я нифига не понимаю» и «нужно что-то решать». - Саш, папа, в общем мы продаём квартиру тут и он перевозит фирму в Питер. – она взяла вилку со стола и постучала легонько по столу. – Я уезжаю. - Так все просто? Ты уезжаешь? Опять? - я посмотрела на ее утончённые линии рук, провела нежно своим взглядом и в который раз мое сердце сделало резкий кульбит, не оставив мне шансов. – Есеня, ты же понимаешь, что ты взрослая почти тридцатилетняя женщина? У тебя своя у него своя жизнь. Ты же даже в фирме не работаешь. - Саш прости меня. Но я должна уехать. – она достала конверт и отдала мне. – На память тебе, я случайно нашла. - Я улетаю сегодня вечером – бросила она на последок. - Наверное это будет правильно. Она встала направилась к выходу, обернулась у двери и повернувшись ко мне улыбнулась, сдерживая слезы. Я видела, что она колебалась, никак не могла принять решение. Когда она вышла, я заметила как за ней вышло ещё двое в костюмах. Ну конечно же. Папочка без присмотра дочку не оставляет. Развернув конверт я увидела те злосчастные фотографии, где я лежу на кровати в обнимку со Светой. И только слепой не мог увидеть, что это чёртова Вероника, а я бухая. Посмотрев на фотографии, я сразу поняла, где и кем они были сделаны. *** - Света пожалуйста. – я неслась на своём чёрном ауди как сумасшедшая и молилась, что бы никто не подумал, так же как я нарушить правила. – я знаю, что вечно как я в жопе, так я тебе звоню, но ведь, для этого и созданы друзья. - Хорошо, я поняла. – девушка как обычно обречённо выдохнула. – Ты просто так за такую услугу не отделаешься. Пока Я неслась на всех парах в сторону моего любимого района. Остановилась у такого знакомого дома. На секунду даже подумала о том, что это все не реально, и такого быть не может. Но факты упрямая вещь, с ними сложно спорить. Я поднялась на давно знакомый этаж. - Привет Саш, - девушка удивлённо уставилась на меня, открыв дверь. – А ты как тут? - Муж твой дома? – я не спешила входить, не хотелось втягивать и ее в это. - Да, конечно. – она позвала парня и удалилась в глубь квартиры. - Привет Сашка, зайдёшь? Че на пороге стои... - он не успел договорить. - Ну привет Киря, - я размахнувшись с правой почувствовала как под костяшками моих пальцев хрустнул хрящ его носа. - Ты ебнулась. – парень в смятении схватился за свой нос, преграждая путь тёплой красной жидкости, которая начала пробиваться сквозь его пальцы. - Это тебе гонорар, за лучшую и удачнейшую съёмку в твоей карьере. – я достала фотки и кинула ему под ноги. – Прощай, лучший друг! Я развернулась и запахнув полы своего пальто пошла по ступенькам вниз. Спускаться с пятого этажа этой до боли знакомой высотки, как прощаться с детством. Я предчувствовала, что это последний раз, когда я вижу этого человека, последний раз, когда я спускаюсь по этим ступенькам. Позади суетилась Маша, они оба что-то кричали мне в след, я не слушала. Я чувствовала себя Столоне или Вандамом, который бросает зажжённую спичку в позади стоящую заправку. Весь мир горел позади меня. Я понимала, что пора переворачивать страницу своего прошлого. Мне казалось, что я сделала, это девять лет назад, но увы, я лишь продолжала с нового абзаца. Сейчас нужно было сжечь эту книгу и взять новую. Открыть ее на развороте и накарябать «Мне отмщение и аз воздам». (1) *** - Мам, я вернусь как-нибудь, да. – я держала телефон между ухом и плечом, рассматривала таблицу вылетов. – Присмотри пожалуйста за квартирой. Ключи от дома я оставила Свете. Доверенность тоже на ней. Мама что-то еще тараторила в трубку, но я отключила звонок. С собой у меня была небольшая дорожная сумка, билет на самолёт и рабочий ноутбук. Света на то и была моей лучшей подругой. Она как Робин, всегда и во всем поддерживала меня. Иногда мне казалось, что в жизни все так относительно. Не важно родственники вы или нет, не в этом родство, а в душах. Мы доверяли друг другу, и не важно, когда и где, мы всегда могли помочь. Я все еще надеялась, что ее знакомая согласиться на нашу дурацкую авантюру. Багаж мне сдавать не надо было, у меня была ручная кладь. Было так забавно и как-то по юношески вновь ехать куда-то лишь с одной сумкой. Как после пожара или после потопа. Да на мне были дорогие шмотки и часы за полторы тысячи евро, но душа моя была в турбулентности. Я чувствовала себя как те, кто играют в лотерею, и кому до выигрыша и еще к тому же джекпота остаётся всего одно число, но ведущий засунув руку в мешок начинает рассказывать бородатый анекдот, чтобы потянуть время и нагнать интригу. Нервы шипели, как провода от соляной кислоты. Я сидела в самолете и надеялась лишь на чудо. Я поглощённая своими мыслями не заметила, как это чудо приближалось ко мне. Девушка с такой родной и знакомой фигурой, не справившись с равновесием, пробираясь к окну плюхнулась ко мне на колени. - Простите, до вас было не докричаться. – она широко улыбнулась и села рядом со мной у окна. Моя привычка заказывать билеты в проходе не изменяла мне. Я смотрела вперед и лишь косым взглядом на нее, она улыбалась и смотрела вперед. - У меня плеере, хочешь послушать? – я достала свой мобильник и проводные наушники. - Только если у тебя есть кино. – она легонько коснулась пальчиками моей ладони. Я раскрыла ее и дала переплести наши руки. Самолёт взлетел. *** Два часа до взлёта. - Света, ты меня под статью подгоняешь. – сотрудница аэропорта, с типичным именем Ирина, была до крайности удивлена просьбой бывшей любовницы. – Как я тебе могу человека посадить не в тот самолёт? - Билеты уже выкуплены, тебе нужно просто во время досмотра увести ее в комнату для дополнительного досмотра, чтобы остальные ничего не заподозрили. – Света уговаривала с внегласным обещанием на продолжение. – за мной не заржавеет, что ты делаешь сегодня вечером? - Блядь, Гром, я просто ненавижу тебя. Ты шантажистка чёртова. – она прикрыла глаза, - хорошо, но одним свиданием ты не отделаешься. *** - Господи, мне кажется я слышу как мой отец орёт в аэропорту, когда он понял, что я улетела на другом самолёте. – Есеня лежала растрёпанная и такая уютная в моей постели и совершенно не стеснялась своей наготы. - Я знаю, малыш, это чертовски не приятно, вся эта ситуация. – я лежала на боку подперев правой рукой свою голову. – ты же понимаешь надесюсь, что ты могла отказаться и полететь с ним. - Да, но если честно, я была так удивлена, когда прочитала твое письмо и поняла, что в этот раз я должна была выбрать нас. Я как дура, понимаешь, сердцем я понимаю, что люблю тебя, что я уже давно не ребенок, но отец, он один у меня остался и он всегда умел на меня давить. - Как же ты умудрилась с Соболевым тогда развестись? Он же наверное так тщательно берег ваш брак? - Я просто открыла коньяк семилетней выдержки и занесла документы в ЗАГС. А тот парень, которого ты кстати в клубе за машиной бегать отправила помог мне с разводом. Он работает в ЗАГСе. - Вот черт, увижу его, обязательно поблагодарю. – я притянула ее к себе и впилась в такие желанные и нежные губы. – знаешь, я когда поняла что весь этот театр, который нам устроили наши родные, был сущей ерундой, так разозлилась, а потом подумала, ну оно и к лучшему. Зато сейчас мы можем себе позволить дом в Черногории. - Кстати, это правда твой дом? – Есеня встала и плавно двигаясь к столу взяла бутылку воды. - Да, я купила в прошлом году, продала квартиру отца. – Я откинулась на подушеку подложив руки под голову. - О нем никто не знает. Дашкова пила воду, которая каплями спрыгивала по ее подбородку и стекала по ее ключицам. Она стояла обсолютно голая передо мной. Ее тело было упругим и чуть бледным, мы были лишь первую неделю здесь. Еще не успели загореть. - Знаешь, а мне кажется, я вернулась так лет на десять в лагерь, помнишь? – я посмотрела на ее чуть прикрытую локонами грудь. Мой взгляд скользнул чуть ниже по ее животику бедрам. – И думаю как первый раз поробовала тебя на вкус. - Ты извращенка Громова. – Есеня присела в кресло, стоящее напротив кровати, и закинула одну ногу на другую, тем самым закрываясь от меня. – Таких как ты сексуальноозабоченных нужно изолировать… - она сделала паузу и прикусывая губу продолжила – от других женщин. Я лишь усмехнулась, скинула с себя одеяло и, смотря в ее глаза, подошла к ней. Наш зрительный контакт не прерывался ни на секунду. Я плавно опустилась перед ней на колени, правой рукой скинула ее ногу с колена. Я увидела как ее зрачки расширились до радужки. Мои руки плавно гладя ее бедра скользнули к талии и легли под ее ягодицы. Крепко сжав их и придвинула ее ближе к себе. Осыпая поцелуями ее бедра я услышала ее неровное дыхание. Закинув ее ноги себе на плечи я припала своими губами к жаркой и необузданной страстью Муладхаре (2). Мне казалось, что горячая лава вулканов не сравниться с тем, какой пылающей была моя женщина. Только моя. Я касалась ее, я знала какая она на вкус. Она же знала, что может быть такой лишь со мной. Мы были в жизни друг друга теми переменами, к которым призывал Цой, и мы воплотили эти перемены в нашу жизнь. Сама идея казалась мне дурацкой и неосуществимой. Свою симку я выкинула еще в аэропорту. Света знала местный номер. Каждый день я получала отчеты и тысячу электронных писем от матери. С просьбой вернуться и не валять дурака. Вернуть Есеню и убираться к черту. Вернуться хотябы самой. Пропасть пропадом и больше не писать. И в конечном итоге моя мать написала мне, что очень меня любит и ждет от меня вестей. Я просыпалась каждое утро и думала о том, что никогда еще в жизни не принимала настолько правильного решения как это. А Есеня неизменно просыпающаяся рядом морщилась от пробивающихся рассветных лучей. Она нежно обнимала меня за шею, щекотала своими пышными локонами и неизменно пахла рассветом. Свежестью, морем, прибоем, ураганом, и только моим рассветом.