***
Утро не может быть хорошим, если тебя будит Пиздец. Солнце светило прямо в лицо из открытого кое-кем окна, поэтому пришлось вставать. Ну или хотя бы сесть для начала, потирая сонные глаза и зевая. Потянувшись, тот ещё раз зевнул и уже хотел было вставать, как Кроля решил его удивить с утра пораньше. — Хозяин, у вас новое задание. — Самое пиздатое время для заданий. Система, задания. Знакомая панель не внушала ничего хорошего, но хотя бы тут была только одна страница, что не могло не радовать. Надеясь, на свое везение, тот принялся читать: «NyanCheng, Искусство красноречия Задание: На протяжении дня Ци Жун не должен проронить ни единого бранного слова и быть со всеми максимально вежливым. Награда: Функция: «Иммунитет». Дарует право отказаться от задания без наказания. Количество: одна штука. Наказание: -150 очков и обязательный дополнительный ивент.» — Пока я не принял задание, могу ведь свободного говорить? — Конечно. И тут разразился гром. Столько мата Кроля не слышал никогда в своей жизни, но это выглядело комично. Маленький ребёнок матерится, как сапожник, при этом очень тихо, чтобы никто не услышал. Казалось тот выговорился на день вперёд. А когда силы кончились, нажал принять задание, опасаясь, что ивент может быть связан как-то с братцем. — Только на сегодня у тебя будет новое имя… И замолк, не зная, что придумать. Хотелось что-то обидное, но на ум приходили только бранные слова. Мысленный поток прервал лёгкий стук в дверь, а после на пороге появилась Цао Жу. Увидев уже бодрого господина, улыбнулась. — Доброе утро, князь Сяоцзин. — Ага. Выбравшись из постели, тот провел водные процедуры, переоделся и сел на стул, пока служанка встала сзади с гребнем в руках. Аккуратными движениями девушка приводила в порядок волосы после сна. Бережно беря прядь, та проводила по ней зубчиками, делая локоны едва ли не шелковыми. Под такими нежными движениями Ци Жун чуть не уснул прямо на стуле. — Господин Ци, у вас все хорошо? Вы выглядите грустным. Грустным? Не сказать, что его ждёт счастливый день, но не сказать, что тот был так сильно настроен. Это все просто надоело, хотелось отдохнуть, поваляться в кровати, а надо идти сначала на уроки, после искать и следить за Му Цином, который иногда ускользал от него. — Угу. — Может мне сделать вам прическу? Всегда, когда мне было грустно в детстве, мы с матерью заплетали друг другу волосы. Вы ведь не против? — Делай, что хочешь. — Спасибо, вы не представляете, как я была удивлена, когда вы сказали, что хотите заплести мне косу. Это напомнило мне… Девушка была слишком открытой, настолько, что становилось неловко от того, как она много говорит о личном, о тех вещах, о которых никто с ним прежде не говорил. Но странно было то, что её правда было интересно слушать. Неловко, но интересно. Странный диссонанс. В это время Цао Жу взяла зелёную ленту со стола, начала вплетать её в косу, при этом рассказывая о их приключениях с братьями. Семья у девушки была большая, историй накопилось много, и та, похоже, рада с кем-то ими поделиться. — Вот, готово. Вам нравиться? Взглянув на свое отражение, он увидел себя с косой. В отличие от его косички, эта была потрясающей. Ровная и без торчащих волосков, а зелёная лента была отлично вплетена. Словно не поверив отражению, потрогал свои волосы, чтобы убедиться в правдивости, а после поднял взгляд на девушку. Эти глаза говорили больше, чем любимые слова, так что Цао Жу и не ждала ответа. — Я опаздываю. — Господин Ци, удачи вам.***
Солнце уже стояло в зените, а он только шёл с занятий. Оставалось ещё одно с Шао Болин, а именно боевые искусства, которые не в прошлой, не в этой жизни ему не давались. Хотелось лезть на стену от этих тренировок, поэтому он шёл туда и мысленно материл учителя, а после ругался на то, что ему нельзя выпустить свой гнев из-за чёртового задания. — Ох, милый, куда ты так охотно направляешься? Женщина в сопровождении нескольких слуг медленно вышла из сада и подошла к нему, держа в руках зонтик от солнца. Красотой Се Лянь явно пошёл в мать, так как Императрица была очаровательной. А нежный голос и умные глаза делали её подходящей женой Императору. — К учителю Шао Болин, тётя. Вы хорошо себя чувствуете? Наверное, Госпожа Се была одной из многих, которую Огонёк не хотел бы обидеть. Давняя обида, за то что она тоже бросила его тогда, не была забыта, но глядя в эти глаза полные любви, тот не мог её игнорировать, как делал это с братом. — Ох, какой замечательный мальчик. Ты так вырос в последнее время, милый мой. Ходишь на все занятия, а Чжао Ганг только и говорит о тебе. Только мне не нравится твой внешний вид, выглядишь усталым. Всё хорошо? — Не волнуйтесь, тётя, со мной все хорошо. Просто лёг вчера поздно. — Бедный мой мальчик, может не пойдёшь сегодня? Я скажу, что ты плохо себя чувствуешь. Сходи погуляй по городу, купи себе, что захочешь. Как эти мужчины могут не понимать, что ребёнку нужен отдых. Идея и вправду была заманчивая. Помниться в прошлом, тот нередко приходил к Госпоже Се, чтобы та защитила его от учителей. Она относилась к мальчику, как к своему ребёнку, поэтому всегда вставала на его сторону в любом вопросе. Интересно, узнай, что он стал одним из Великих бедствий, стала бы его оправдывать? — Хозяин, это будет считаться за пропуск. Но система, как обычно, портила всю малину. Тот уже потратил слишком много сил, как физически, так и моральных, чтобы вот так просто сдаваться. Любовь к себе была сильнее лени, поэтому пришлось отказаться от столь заманчивого предложения. — Спасибо, тётя, но я хотел кое-что спросить у учителя. Мне пора, приятной вам прогулки. Сжимая кулачки, чтобы не сорваться. Нельзя соглашаться, нельзя материться, поэтому тот молча шагал в нужную сторону. Последнее, что он услышал, это слова тёти. — Вот и второй мальчик вырос. Никому я уже не нужна, эх.***
Найти Му Цина после занятия было крайне тяжело, поэтому молча, прикусив себе язык, пришлось пройтись по одним и тем же местам несколько раз. А дворец не маленький, тот несколько раз умудрился даже заблудиться. Но в конце концов слуга был найден. И как же ему повезло, тот собирал с куста позднюю вишню. — Кролик. Тот так и не смог придумать временное имя, поэтому дал «Кролик», было сложно обходиться без матных слов. Система появилась на плече хозяина, удивительно, но тот ничего не весил и никак не мешал, если сам того хотел. Помниться тот как-то волосы его жевал, пока Ци Жун спал. — Система, анкета. Спрятавшись за углом недалеко стоящего здания, он открыл панель. Быстро долестав до нужной страницы, тот посмотрел на всю собранную информацию, которую тот только нашёл за все это время. Текст гласил: «Отношение: Недоверие. Описание: 1) Является личной слугой Се Ляня. 2) Не любит, когда напоминают о его статусе. 3) В будущем станет Небожителем.» — Здорово, тут как раз есть, то что мне поможет. Очевидный сарказм, которым он заменял бранные слова. Вздохнув, тот закрыл панель, нажав на крестик, как объяснил ему Кроль, когда тот долгое время не мог догадаться как закрыть экран. Нужно было действовать, неизвестно, когда тот снова пойдёт за ягодами, а у Ци Жуна не будет при этом занятий. Главное сделать первый шаг, а дальше разберётся по ходу. — Эй! Что ты там делаешь? Около кустов был небольшой бугор, на который тот забрался. Стараясь выглядеть круто, чтобы впечатлить мальчишку, поставил руки на бока и задрал голову. Слуга же, повернув голову, чуть не выронил из рук собранную вишню, а после вообще, похоже, хотел сбежать. — Погоди! Стоя… Хотелось спуститься красиво, съехать с горки прямо перед Му Цином, но получилось все с точностью наоборот. Споткнувшись об свою же ногу, тот кубарем влетел в куст, приминая его собой. Похоже, тот, кого хотелось впечатлить, не то что удивился, а даже закатил глаза. Как же Ци Жун мог забыть о этой бесячей привычке? — Господин Ци, с вами все хорошо? Вздохнув, слуга помог младшему брату господина встать, отряхнуть одежды, перед этим положив ягоды на землю. Вроде тот ничего себе не ушиб, даже одежду не порвал, только царапина, полученная от ветки, напоминала о позоре. Но Огонька это не сильно волновало, так как коса растрепалась, хотя тот старался сохранить её. На секунду даже почувствовав вину и грусть, но тут же откинул эти чувства, так как нельзя упустить свою цель. — Что ты тут делаешь? Ты ведь знаешь, чей это сад? Огонёк был не намного, но ниже своих сверстников, что там говорить о старших ребятах? Му Цину он доставал только до плеч, из-за чего приходилось задирать голову. Это крайне неудобно, когда на тебя смотрят сверху вниз. Слуга хотел было что-то сказать, похоже защититься, раз сложил руки в груди, но не успел он и рот открыть, как был в недоумение. — Но я ничего не скажу, если поиграешь со мной. Вариант с тем, чтобы попросить вместе собрать вишню, тот отбросил, потому что ему показалось это недостаточно правдивым, а вот предложение с поиграть было более чем. Но под недоверчивым взглядом старшего, эта идея уже не казалась такой хорошей. — С каких пор князь Сяоцзин играет со слугами? Дерзкий. Может, потому что он находиться у его брата, а не у него, тот смеет ему дерзить? Потому что единственная, кто с ним свободно говорит из слуг это Цао Жу. Но тот считает её глупенькой, да и не понимает её иногда. Вот правда, зачем трудиться целый день, чтобы приготовить что-то для других? — Не важно. Я хочу именно с тобой поиграть. Ну пожалуйста! Взяв за руку, тот использовал на нем приём с просьбой, который использует на учителях, когда уж слишком устал. К сожалению это работает только на учителе истории и манер Цзя Да, но может и тут этот фокус пройдёт? Интересно, почему люди ведутся на эти «вежливые слова»? — Ох, хорошо. Только, если никому не расскажите. — Обещаю. И улыбочка. Тот снова закатил глаза, бесит. Непонятно на нем работает это или нет? Отпустив руку, тот вдруг замер, потому что осознал, что не знает во что им играть. Бегая глазами по окружению, его взгляд зацепился за куст. — Давай поиграем в похитителей. Нам надо похитить эту вишню, но сначала нужно похитить корзину. Улыбнувшись своей идее, тот взял за руку мальчика и повёл за собой, тот же покорно пошёл с довольно обреченным видом. Но долго идти не пришлось, так как рядом была кладовая, а рядом страж, который похоже делал обход. Как никак здесь живёт сам Император, так что охрана тут была необходима. — Видишь того человека? Ты его отвлечешь, а я пробираюсь и краду корзину. — Это больше похоже на реальное воровство, чем на игру. — Не важно. Давай иди. Закатив глаза, Му Цин подошёл к мужчине, который уже уходил, можно было подождать и без проблем взять нужную вещь. Но отвлечь его не вышло, как только он заговорил с ним, Ци Жун уже привлек его внимание. Этот ураган не мог быть тихим, а ещё прятался ужасно. Все были настолько ужасно, что слуга прикрыл глаза, чтоб не видеть его. — Князь Сяоцзин, у вас все хорошо? — Не беспокойтесь, Господин Ци просто хочет взять корзину. Поможете её достать? — Ох, конечно, сейчас. Подойдя к двери, тот открыл её, а после порывшись внутри достал откуда-то сверху корзину и отдал детям, которые никак самостоятельно её не достали бы. Поклонившись, тот поспешил уйти. А Ци Жун и Му Цин пошли назад к кустам. — Как он только меня увидел? — А вы сами не догадывайтесь? Сложнее найти дракона в комнате, чем вас. — Пф, ну и ладно. Путь был ещё короче, так как в этот раз Огонёк шёл довольно быстро, словно убегая от того места. Подойдя к кусту, Му Цин, который нёс все это время корзину, поставил её на землю, и они начали собирать в неё ягоды. — У меня новая игра. — И какая же? Опять прятки? — Нет! Давай кто больше соберет вишню? — Хорошо, только, если будете молчать. — Договорились, тогда начали. Слуга кажется все же решил подыграть, поэтому даже стал собирать быстрее. А вот Ци Жун на удивление старался, чтобы тот больше не напоминал о прошлом позоре. Правда некоторые ягоды из-за этого падали на землю. Когда корзина была полная, они остановились. — И сколько вы собрали? — Целую корзину, а ты? — Это понятно, мы ведь в одну и ту же клали. Я спрашиваю счёт ваш. — А…я не знаю. — Погодите вы не считали? — Разве это надо было? Тут уже Му Цин не выдержал и усмехнулся, снова закатив глаза, кажется это его повеселило. А Огонёк стоял и не знал, что сделал не так. В голове крутился вопрос: «Там нужно считать?». — Не важно, пойдемте, отнесем вишню в вашу комнату. Слуга уже хотел было взять корзину, но господин его опередил, попытавшись поднять её. Но приподняв её над землёй, тут же опустил, так как она весила слишком много для ребёнка. Му Цин уже хотел было её забрать, но Огонёк не дал, попытавшись ещё раз. — Что вы делаете? — Ты нёс её сюда, теперь моя очередь. Хотелось показать, что Ци Жун не относится к нему, как к слуге. Это ведь должно расположить его к себе, так ведь? Но прекрасный план вновь трещит по швам, сталкиваясь с реальностью. — Давайте тогда вместе. — Угу. Взявшись за ручки, они подняли корзину и пошли. В основном нёс Му Цин, но Ци Жун как мог пытался помочь. Путь был долог, поэтому можно было предложить ещё одну игру. Какие там были? А, точно! — Давай в догонялки? — Догонялки? — Ага. Вот до того столба нужно добежать. — Это называется на перегонки, а не догонялки. — Правда? Неважно, ты понял. Ну так что? Давай? — Вы видимо забыли про корзину, которую мы несём вместе. — А разве это важно? Если мы оба побежим… — И где тут смысл? На перегонки нужно добежать первым, а тут мы оба будем бежать одинаково и вместе прийдем. Такое чувство, что вы не знаете правил. — И что с того? Я могу играть, даже не зная правил. Свои придумаю! — Будете придумывать на ходу? Разве это интересно? Как можно так играть? Разве вам было весело? — Не очень. — Тогда зачем? -…Не знаю… Издалека это всегда казалось весело. Внезапно стало обидно. Какая разница знает он правила или нет? Ему что теперь нельзя играть в это? Кто сказал?! Му Цин замолчал, даже не закатил как обычно глаза, кажется тот задумался. Но и Ци Жун не спешил прервать тишину, вся эта затея казалась глупой и бесполезной. Ничего у него, как обычно, не вышло. Через время они подошли к двери комнаты мальчика. Поставив корзину на пол, слуга вздохнул, а после неожиданно положил руку на голову и погладил, заставив поднять на него удивлённый глаза. — Это была ужасная игра, в следующий раз игру выбираю я. И уже хотел было уйти, как Ци Жун сорвался с места, забежав в комнату, тот взял шкатулку с украшениями. Открыв верхнюю дверцу, вывалил все украшения на стол, а после подбежал к ягодам вместе с ней. Набрав полную шкатулку, он улыбнулся. — Всё остальное твоё. Бери, пока я не передумал. Сперва тот не хотел отдавать вишню, думая оставить все себе. Запереться в комнате и есть её, готовясь к наказанию. Но сказанные слова внушали чувство, что возможно он выполнил это дурацкое задание. Попрощавшись с Ци Жуном, Му Цин, взяв корзину, ушёл. Опустившись на пол, тот наконец вздохнул полной грудью. Сейчас предстоит узнать, прошёл он испытание или провалил. Оказалось это намного сложнее, чем предполагалось. Такое чувство, что слуга не был в восторге после этой встречи, но и недовольным тот не выглядел. — Поздравляю, Хозяин, с вашим выполненным заданием. На ваш счёт двести пятьдесят баллов, так же ваши отношения с Му Цином изменились. — Какого… Хотелось высказаться, но пришлось закрыть рот руками. Промычав, тот открыл себе рот. Вдох, выдох. А теперь будем выяснять отношения с этой системой. Так как это тяжёлое задание должно было принести триста баллов. Где его баллы? — Почему двести пятьдесят? — Двести пятьдисят баллов за выполнение задания. Дополнительные баллы даются за помощь стражей и душевный разговор. — Со стражей я ещё могу понять, но чем тебе наш разговор не понравился? Было очень душевно. — Хозяин, вы молчали. — Я душевно молчал. — Не забудьте, вам теперь доступно дополнительное задание. — Вот же, эх, система, задание. Появилась панель, теперь тут были только три страницы, а не четыре. Осталось ещё задание с Фэн Сином, не материться и дополнительное, на которое тот перелистнул. Теперь вместо фразы «Разблокируется после выполнение части задания с Му Цином.» было задание: «виноградный лист, Встреча с матерью. Задание: После выполнения части с Му Цином Ци Жун может отправиться к комнате своей матери и попытаться к ней зайти. Если всё получится, то у них появится возможность нормально поговорить, спустя долгое время разлуки. Не забываем про ту вишню, собранную с Му Цином, которая изначально была охарактеризована, как «угощение для мамы Ци Жуна». Взяв с собой ягоды Жун должен угостить мадам Ци и, если будет желание, рассказать о той небольшой прогулки с Му Цином в саду. Какой матери будет неприятно услышать о том, что у её чада появился друг? Награда: 150 баллов. " — А, точно, я должен был сказать, что это для матери. Ничего, что по другому вышло? — Система оценила, что задание пройдено. — Тц. Встретиться с матерью. После того как он тут появился, ни разу не ходил к матери, чья смерть спустя столько лет все ещё стояла перед глазами. Но нельзя вечно бегать от неё, так ведь? Да и он уже давно забыл, как та выглядела, хотелось снова её увидеть. Задание было принято, а вишня, которую он хотел оставить себе, была подарком. Немедля, Ци Жун поспешил к покоям матушки, но на самом выходе вдруг остановился, хотя до этого бежал, словно от этого зависела его жизнь. Открыв крышку шкатулки, тот в последний раз взглянул на ягоды, а после, взяв себе одну, закрыл крышку и толкнул дверь. Комната встретила темнотой и тишиной. Атмосфера была схожа с его пещерами. Так же жутко и одиноко. Тут всегда так было? На кровати лежала Госпожа Ци, кажется, та не спала. — Мама? Кажется он дрожит. Почему это детское тело дрожит? Неужели боится, но чего? Женщина слишком худая, чем он помнил, повернула голову. Улыбка отразилась на её лице. Своей длинной, костлявой рукой она похлопала рядом с собой по кровати. — Мальчик мой, как я скучала. Сглотнув, Огонёк подошёл к тумбочке, куда положил шкатулку. После по привычке тело достало новую свечу, поджег и поставил на тарелочку, перед этим накапав туда воск. Подойдя к двери, закрыл её, оставляя только неяркий огонек единственным источником света. Наконец, он присел на кровать. — Сколько прошло с нашей последней встречи? Прости, что не смогла прийти на праздник, мамочка не очень хорошо себя чувствует. Госпожа Ци с трудом подняв руку, погладила ребёнка по голове, нежно улыбаясь. Нервничая непонятно от чего, тот старался смотреть на что угодно, лишь бы не в глаза. Это не те глаза, которые он запомнил. В тех была жизнь, в них была надежда и счастье, сейчас же это два глубоких омута, где находится бесконечная печаль и тоска. Они заставляли задаваться ненужными вопросами. Может это у них в крови делать неправильный выбор? Он тоже мог стать таким же? — Ничего, я все понимаю. — Как же вырос. Мне сказали, что ты стал усердно учиться, молодец. — Мам, я… Тот уже хотел было рассказать о своём дне, о том как, вроде, у него появился друг, может даже рассказал бы как скучал, но женщина его перебила. Положив руку на щеку, она провела по царапине. — Тебе обижают? — Нет, я просто… — Мальчик мой, если тебя обижают, ты скажи об этом тёте. Она поможет, ты только не стесняйся. — На самом деле… — Я устала, прости. Можешь, оставить меня одну? — Да, конечно. Встав с кровати, он помог поправить одеяло, задул свечу, убирая её обратно, а после в темноте дошёл до двери, открывая её. Остановившись на пороге, тот хотел было что-то сказать, как заметил эти тёмные круги под глазами. — Я вишню принёс, угощайся. И вышел за дверь, закрывая её за собой. На душе было гадко, тоскливо, даже система с её баллами, ради которых он и пошёл, не были теперь важны. Почему эти чувства снова накатывают на него волной, заставляя захлебнуться? Виновата ли детская неустойчивая психика? — Господин Ци, как вы? Что случилось? Служанка, которая искала Ци Жуна, нашла его прямо около двери в покои Госпожи Ци. Девушка выглядела обеспокоено, та даже встала на колени, чтобы сравнять их рост. Слишком нагло обхватила руками за плечи, будто говоря, что она здесь. — Ничего, все хорошо. — Вы плачете. Плачет? Как он не заметил, что плачет? Солёные слезы щипали глаза, а после скатывались по щекам. Прикоснувшись к щеке, он почувствовал влагу. Забавно, Ци Жун так давно не плакал, а тут расплакался, как маленький, от такого. Вроде умом тот понимает, что он бывший демон и не должен плакать. Тогда почему так хочется рыдать, словно снова на похоронах матушки? Ничего не говоря, Цао Жу притянула к себе ребёнка, обнимая его, прижимая, словно стараясь защитить от этого несправедливого мира. А тот расплакался, обхватив её за плечи, уткнувшись в шею. Вся та боль, что хранились весь день, которую тот не мог выразить даже через неприличные слова, как обычно, вылилась в слезы, а встреча с Госпожой Ци была последний каплей. Глаза опухли, а во рту пересохло, хотелось пить. Слез больше не было, поэтому тот просто обнимал девушку, почему-то вспомнился тот ребёнок, прикрывая которого, он и погиб. Стало ещё тяжелее. — Идемте, вам нужно помыться. Похоже у вас был насыщенный день. — Угу. Встав Цао Жу отряхнула свои колени, а после протянула руку ребёнку, за которую он взялся, мысленно говоря, что это первый и последний раз. И они потихоньку пошли, никуда не спеша. — А я сегодня с Му Цином играл. — Это здорово. А во что вы играли? — Мы воровали вишню. — Было весело? — Не очень, но он сказал, что в следующий раз придумает что-то по лучше. — Это хорошо. А что ещё было? Нащупав в кармане вишенку, мальчик достал её, а после протянул девушке. Эта была взятка, чтобы та никому не рассказывала про то, что только было. Та её приняла, хотя и без неё никому и слова об не сказала бы, даже под страхом смерти, слишком преданная. И Ци Жун, и Цао Жу прекрасно об этом знали, но сделали вид, что ничего не понимают.