Папа, верь мне!

«На флешке данные тех, кого я успел спасти от кибератаки. Эти лица приближённые к главе государства НЛД. Из-за этого мою личность засекретили, но мне нужно было вернуться в Россию. Базу я забрал с собой.» Арсений тяжело вздохнул. С одной стороны было всё понятно. Антон спасал людей и сам не создавал кибератаку. А с другой - для чего ему перевозить базу в Россию, оставлять её здесь и подвергать себя опасности загреметь за решетку? Мужчина спешно набрал номер друга. — Серёга! Привет! — Я у Лизы, что такое? — Как она? — Нормально, я беру показания. Уже почти закончил. — Я расшифровал записку. От Лизы сразу ко мне езжай. — Ммм… ну хорошо. Через пол часа, где-то буду. Арсений положил трубку и присел на диван. Обхватил голову руками и облокотился на мягкую спинку. Он почувствовал как ему тяжело. В груди покалывало, сил становилось всё меньше. Мужчина тяжелее стал дышать и думал о сыне. Как бы он хотел сейчас услышать его спокойный и счастливый голос, обнять и не отпускать. Для Арсения Антон был всё таким же ребёнком, таким маленьким, нуждающимся в любви, защите, поддержке. Он совсем не думал о своём здоровье. Его волновал только сын, который сейчас сидит один, без возможности поговорить, нормально поесть, принять душ и выспаться. Арсений закинул ноги на диван и принял горизонтальное положение. Так стало немного легче дышать. В дверь позвонили. Мужчина тяжело встал и, держась за сердце, открыл замок. — Сергеич, ты чего? - с порога подхватил его друг, - всё настолько плохо? — Всё нормально, Серый, проходи, - Арсений рукой указал на комнату, в которой горел свет. — Ты иди ложись, я сейчас тебе накапаю. Где? — На кухне, в шкафу. Второй от раковины сверху, - мужчина не стал отказываться от помощи и прилёг на диван. Серёжа открыл дверцу шкафа и пробежался глазами по полкам. В уголочке он нашёл бутылёк и взял его. Развел лекарство в стакане и подошёл к другу. Тот не спеша выпил и лёг обратно. Серёжа сидел на краю дивана рядом с Арсением и тревожно наблюдал за ним. — Давление может померить? Может ещё таблетки? — Потом. Держи, - протянул ему листок клетчатой бумаги, которую вырвал из тетради Антона. На ней он написал расшифрованный текст. Серёжа про себя прочитал его, посмотрел на друга и улыбнулся уголками губ. — Я предоставлю это своему начальству. Главное - доказать, что база не распространена и все конфиденциальные данные скрыты. — Ты сможешь? — Этим займутся мои подчиненные, даже не переживай. Завтра утром я попрошу его выпустить под подписку. Сложностей возникнуть не должно. Но пока пусть он поживёт с тобой! Под твоим присмотром. — Конечно! Я приеду и заберу его. — Ты сначала в себя прийди. Это не дело. — Да всё у меня нормально! Я пью таблетки, просто сейчас… — Сейчас о тебе даже некому позаботиться. Я боюсь тебя оставлять на ночь в таком состоянии. Может скорую? — Да ну ты чего? Серый? Я прекрасно справлялся всё это время, как Антон съехал от меня. — А он хоть знает? — Конечно. Приезжал часто, звонил, помогал, - тяжело вздохнул Арсений, вспоминая то время, когда было всё хорошо. — Потерпи, дружище, - Серёжа похлопал его по плечу, - завтра сын будет с тобой. А всё остальное мы решим. Если вдруг тебе станет хуже, ты не стесняйся - звони! Я приеду, хорошо? — Хорошо, - мужчина искренне улыбнулся, а потом зажмурился от боли и схватился за сердце. — Так. Я вызываю врача! Арсений схватил друга за руку и тихо сказал. — Мне надо прийти в себя. Я весь на нервах, не сплю нормально. Сейчас немного отдохну и всё будет хорошо. Серёжа тяжело вздохнул и сказал. — Как знаешь, дружище. Я на телефоне, - он встал с дивана и направился в коридор. — Ключи на стойке возьми, закрой и Антону их передай, - как мог крикнул Арсений. — Хорошо. Я его завтра завезу. Давай, не дрейфь! Дверь хлопнула, послышался звук закрывающегося замка и квартира наполнилась тишиной. Часы в гостиной чётко отсчитывали секунды, а холодильник на кухне беспрерывно жужжал, напоминая об ужине. Арсений ещё немного полежал на диване, настраивая своё состояние, и медленно встал. Так же неспешно прошёл на кухню и включил чайник. Он вспомнил, что когда-то варил макароны, и открыл холодильник. На полке стояла одинокая кастрюля, упаковка сосисок и различные соусы. В прозрачном ящике лежали овощи, на удивление ещё живые, а в дверце - молоко, яйца и медикаменты. Как только Антон съехал, Арсений перестал готовить различную пищу. По утрам старался питаться правильно и разнообразно. Завтрак для него был основой дня, хотя не всегда успевал это делать. Обедал он на работе, в столовой, а поэтому варить супы перестал, так же как и готовить ужин. Чаще всего это были кефиры, салаты на скорую руку или, на худой конец, просто чай. Арсений взял кастрюлю, открыл крышку и принюхался. Макароны живы. Следом достал упаковку сосисок и выставил это всё на кухонный стол. Остатки макарон положил в тарелку и убрал в микроволновку греться. Сосиски шлепнулись в ковш с водой и стали вариться. Спать мужчина лёг в надежде встретиться с сыном. На часах девять утра. Арсений никуда не спешил. Взял за свой счёт неделю. В таком состоянии ему не работалось. Мужчина спал в своей кровати. Он услышал, как повернулся ключ, тихо закрылся замок, ботинки глухо слетели на пол и дверь в его комнату аккуратно приоткрылась. В дверном проёме показалось знакомое лицо. Арсений улыбнулся, но всё так же остался лежать в кровати. Антон смелее открыл дверь и спешно подошел к отцу. Сел на колени и положил руки на кровать. Арсений молча провёл ладонью по слегка сальным волосам, но его это не волновало. На лице Антона была легкая щетина, что появилась за эти дни вне дома. Уставший и измученный вид сына заставил Арсения прижать его голову к себе. Он хотел показать, что даже после всего этого, его любит. И Антон прекрасно знал это. — Пап, - так тихо и аккуратно обратился мужчина к отцу, - как ты себя чувствуешь? Сергей сказал мне, что тебе вчера плохо было. — Всё хорошо, родной мой, - сердце щемило от радости, - я просто сильно волновался за тебя. — Прости… я… я знаю, что мне надо объясниться, но давай сначала позавтракаем? Я приготовлю. — В холодильнике ничего нет. — Ты всё это время не ел? - встревоженно спросил Антон, - я сейчас схожу в магазин. Лекарства нужны? Арсений лишь с улыбкой отрицательно помотал головой. Он смотрел на сына с любовью. Какой тот взрослый, самостоятельный и заботливый. — Деньги есть? - спросил отец. — Да, мне всё вернули. Я сейчас. Отдыхай. Антон спешно вышел из квартиры. Арсений встал с кровати и направился в ванную. После всех утренних процедур зашёл на кухню и увидел, что Антон уже вернулся. На полу лежали пакеты, а сам сын стоял возле плиты. — Каша? - улыбнувшись спросил Арсений. — Да! Макс заставил научиться варить. Отец легонько постучал сына по спине и принялся разбирать сумки. — Ты у Лизы был? - помешивая кашу, спросил Антон. — Да. Она в порядке. — Что с ней было? — Дома кровотечение началось из-за стресса. Угроза выкидыша была. Антон недовольно цокнул и выключил огонь. — Я полный кретин, что так поступил. — Антон. Никто из нас не знал о её беременности. Лиза хотела уберечь себя от стресса, но я лишь добавил масла в огонь. Так что, здесь и моя вина тоже. — Если бы я вызвал скорую, а не сел пьяным за руль, то многое можно было бы избежать. Арсений закрыл холодильник, сложил пакет в пакетницу и посмотрел сыну в глаза: — Просто теперь ты знаешь, что не надо принимать решения на буйную голову. Пока я жив - пользуйся. Я всегда прийду к тебе на помощь, чтобы ты не натворил, сын мой, - он сжал его руку в знак поддержки. — Спасибо, пап, - Антон поставил на стол две тарелки с кашей. Они завтракали молча. Каждый обдумывал предстоящий разговор. Как только Антон убрал тарелку в раковину, замер, не включая воду. На кухне повисло напряжение. Наконец, мужчина решился, и, не поворачиваясь, неуверенным голосом сказал. — Пап… на счёт Макса… — Да, Антон, я понял всё. Займись похоронами, а я с Серёгой разберусь на счёт тебя. Антон поставил чайник и сел обратно за стол. Арсений отставил тарелку в сторону и посмотрел на сына. — Спасибо, пап… я бесконечно благодарен тебе… — Я рад, что ты ценишь меня, но давай ближе к делу. Во-первых, я хотел тебя спросить на счёт Лизы. — Да! Я сегодня хочу к ней заехать. Только приведу себя в порядок, - он недовольно провёл рукой по бороде. — Серёга сказал тебе, что временно будешь жить со мной? — Да. Он вчера поздно вечером ко мне зашёл. Сказал, что поговорил с начальством и меня выпускают под подписку. Утром я подписал бумаги, мне выписали штраф за ДТП и он подвёз меня к тебе. — На штраф деньги есть? - поинтересовался Арсений. — Пап, всё хорошо. На работе в курсе про Макса. Я ещё в первый день взял отпуск на неделю. Сергей сказал, что не будет сообщать на работу о том, что я отсидел и нахожусь под следствием. Так что я при работе и деньги, соотвественно тоже есть. — На Макса помочь? — Не надо. Я сам, - Антон сглотнул ком. Ему было тяжело разговаривать на эту тему, но шоковое состояние прошло. Поэтому сдерживать эмоции стало проще. Чайник вскипел. Мужчина налил в кружку кипятка и кинул чайный пакетик, - ты кофе будешь? — Да. — Нормально, с давлением то? — Нормально. Я давно уже не пил его. Сделаешь? — Конечно, - Антон включил кофемашину и подставил кружку. Когда оба горячих напитка были готовы, мужчина поставил их на стол и тяжело вздохнул. — Антон, - начал Арсений, - я понимаю, как тебе сейчас тяжело. Но мы решим все проблемы. Главное не надо ничего скрывать больше. — Я почти всё рассказал. То, что ты расшифровал в записке, помогло мне выйти из тюрьмы. Я честно тебе говорю, что не организатор этой кибератаки. — Я верю. И всегда тебе верил… В соседней комнате зазвонил телефон Арсения. Мужчина встал изо стола и направился на звук. Из комнаты послышался немного встревоженный голос. — Да, Лиз. Хорошо, я приеду. Он вернулся и посмотрел на сына. — Что с ней? - возволнованно спросил Антон. — Иди в душ. Лизе надо привезти что-то из дома и продукты. Она сказала, что эсэмэской скинет, там… — Да, я помню. Она когда с Максом лежала, то тоже привозил ей, - он встал и направился в ванную, но по пути спросил, - ты поедешь со мной? — Конечно. Ты уж извини, но я пока не могу тебя отпустить. — Я понимаю, - дверь в ванную захлопнулась. Лиза лежала в палате и залипала в телефоне. Дверь слегка приоткрылась и в проёме показался Арсений. Лиза приподнялась на кровати и улыбнулась. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич! — Привет, - поздоровался он, прошёл в палату, а за ним зашёл Антон с маленьким букетом цветов. Лиза напряглась. Улыбка с её лица спала, а взгляд был прикован в мужу. — Сын, я в коридоре подожду, - мужчина закрыл за собой дверь. Антон робко подошел к жене и протянул ей букет. — Это тебе, Лизок, - голос его дрожал. Она взяла букет и слегка улыбнулась. — Спасибо. Положи его на стол. — Я привёз, всё, что ты просила, - он показал сумку и поставил её на стул, а рядом на столик положил букет, - ты прости меня. — Садись, - она пододвинулась на кровати, освобождая место с краю, - и ты меня прости. Я не должна была бросать тебя с Максом. Он… - у нее навернулись слёзы. — Милая моя, тебе нельзя переживать. Не плачь, пожалуйста, - он взял её руку и зацеловал тыльную сторону ладони, - успокойся. Я теперь буду всегда рядом. Он смотрел на неё влюбленным взглядом. Её плавные черты лица, острый носик и красивые большие ресницы. Он любил каждый изгиб тела. Антон прижал её к себе и нежно поцеловал в ухо, от чего Лиза немного съёжилась. Она уткнулась носом в его плечо, такое родное и сильное. А потом тихо сказала: — Тоша… давай всегда быть откровенными друг с другом? Я понимаю, что не должна была бросать тебя с Максом, должна была сказать о своей беременности. Может быть, всё бы было по-другому. — Уже как есть. Я не держу на тебя зла. Я мужчина в семье и мог бы держать эмоции при себе. Но как случилось. Не надо оглядываться назад. Мы с тобой идем дальше. — Втроём? - в надежде спросила Лиза. Антон замялся, выпустил жену из объятий и честно ответил. — Я не знаю. Я не готов к ребёнку, но я люблю тебя! Я буду помогать и вы с ребёнком ни в чем не будете нуждаться. Это я обещаю. — Ты хочешь развода? — Нет. Просто я не могу сейчас принять ребёнка. Мне очень тяжело. Лиза всмотрелась в глаза мужа и аккуратно спросила. — У тебя неприятности? - он молча кивнул, - с работой? — Да, - выдохнул Антон. — Я могу чем-то помочь? — Нет, Лизок. Я со всем разберусь. — А папа? — Папа поможет. Лиза неуверенно потянулась к лицу мужа. Тот запустил руку в её белоснежные волосы и обхватил затылок, притянув к себе. Закрыв глаза, Антон одарил её губы своим теплом. Она прервалась, посмотрела на него и, обняв за шею, страстно ответила на поцелуй. Их губы таяли друг об друга, дыхание начало сбиваться. Они чувствовали как их сердца бьются в унисон. Антон путал её волосы в своих руках и прижимал девушку всё ближе. Но Лиза отстранилась и улыбнулась, глядя в глаза мужа. Тот со всей теплотой расчесал рукой её волосы и завёл их за ухо. На мочке уха он увидел свой подарок на её День Рождения. Серебряные серьги с топазом, которые так подходили её глазам. — Тоша, - прошептала Лиза. — М? — Я люблю тебя. — Я тебя тоже, красотка моя. — Тоша? — М? — Положи папу в больницу. Антон убрал руку от её волос и напряжённо посмотрел на неё. — Я вижу, что ему плохо. Руки трясутся, дышит тяжело. Вся эта ситуация только сделала хуже. — Он не ляжет, - задумчиво провел рукой по своей голове Антон, - он сейчас будет разбираться с моим делом, пока я занимаюсь Максом. Лиза опустила глаза и тихо заплакала. Мужчина обнял её и поцеловал в голову. — Я с тобой. Держись, Лизок. Ты носишь под сердцем нашего ребёночка. Подумай о нём. В дверь постучали и Лиза попыталась высвободиться из объятий мужа. Тот нехотя отпустил её. Большим пальцем вытер слезы на её щеке и посмотрел в сторону двери. — Антон, - обратился к нему Арсений, - извините, что нарушил вашу идиллию, но нам пора. Сергей звонил. Мужчина напрягся, посмотрел на жену и поцеловал её в лоб. — Извини, я должен ехать. — Тош, - напомнила ему Лиза. — Да, конечно! - они с отцом вышли из палаты и сразу поехали домой. Возле подъезда их ждал Серёжа. Все втроём поднялись в квартиру, Арсений поставил чайник и присел на табуретку, уступив стул гостю. — Так, Антон, - начал Сергей, - ты сейчас должен максимально честно рассказать чем занимался, за что твою деятельность засекретили, почему взял флешку с собой и всё в этом роде. Мужчина глубоко выдохнул и ответил. — Да! Начнём с того, что я работаю здесь, в России. Я информационный безопасник. Моя задача состоит в том, чтобы не произошла утечка данных компании, не было вирусов извне, и прочее. На эту работу я устроился ещё будучи студентом. Да, сначала я был помощником, но показывал хорошие результаты. Компания предложила мне стажировку в Нидерландах. Я согласился, несмотря на то, что родился сын, - его голос слегка дрогнул, но лицо оставалось всё таким же сосредоточенным, - я часто уезжал туда по рабочей визе, но в пределах недели, не дольше. Один раз летали все вместе. Мне надо было задержаться на месяц. Компания сразу захотела меня взять в штат. Предложили хороший оклад, в валюте, второе гражданство, даже не вид на жительство. Я, недолго думая, согласился. После чего, мне нужно было провести там три месяца, - он посмотрел на отца, - отчасти я говорил правду, пап. Три месяца я провел по работе в другой стране, но про второе гражданство соврал. — Зачем? - поинтересовался Арсений. — Думал, что ты будешь против. Я и так видел, как ты реагируешь на мои командировки. — Я был недоволен тем, что редко видишь сына. — Сейчас я это уже понял. Спасибо, что был рядом с ним и Лизой. Арсений кивнул и тяжело вздохнул. — Продолжай. — И именно тогда случилась кибератака в местном правительстве. Наша компания так же подверглась этому кошмару. Я среагировал быстро и успел закрыть доступ к части данных. Коллеги тоже попытались исправить ситуацию. Они закрыли полный доступ к базе, но утечка всё же успела произойти. Начальство узнало, что я увидел конфиденциальную информацию правительства. Да, я помог компании, но увидел то, что не должен был видеть. Этим делом начали активно заниматься, подключились журналисты. Местные органы правоохранения поставили гриф «секретно». Меня не хотели выпускать из страны, так как я знаю слишком многое. Мне поставили условие, что выпустят меня к семье, на Родину только в том случае, если засекретят мою деятельность и моя компания в России об этом ничего знать не будет. Я согласился. Подписал бумаги о не разглашении. Соотвественно, должен был хранить молчание. Оставив базу им, я одной ногой остался бы в Нидерландах. Меня это не устраивало. Начальство не в курсе, насколько много я знаю. Поэтому я забрал всё с собой в Россию и спрятал. Если бы в Голландии обнаружили, что я знаю, то меня не выпустили бы из страны. Я понимал, что всё тайное становится явным и рано или поздно флешку могут обнаружить. Поэтому написал записку шифром. При этом, доступ к флешке можно получить только с отцовского компьютера. Если вставить её в какой-либо другой, она запросит код. Найдя записку, текст тоже нужно расшифровать. Тем самым, я постарался обезопасить себя и свою семью. Я знаю, что бывает за разглашение данных. Но вы не найдете их нигде, кроме флешки. Их даже невозможно скачать или перенести. Я заблокировал её. Я просто спрятал информацию, чтобы вернуться к семье. Арсений тяжело вздохнул и посмотрел на Серёжу. Тот почесал затылок: — Кхм… интересная история, конечно. А чего на отцовский ноут? Почему не на свой? И вообще, почему всё в его квартире? — В первую очередь пришли бы ко мне. Отец ничего не знал. Если бы его допрашивали, то ничего не смог бы рассказать. Он был не в курсе всего. Даже если бы на детекторе лжи его пытали, то ничего не выяснили. Лиза, а уж тем более Макс, тоже не были в курсе. Я всем говорил, что работаю в компании и совершаю командировки заграницу. Всё! Лишних вопросов никто не задавал. — Понятно. Ну что ж… я разговаривал со своим начальником и убедил его, что твоя деятельность не противоречит законам РФ, а соответсвенно твое дело закрываем. Нидерланды будут с тобой разбираться сами. Так как ты гражданин и их страны тоже, то, заподозрив распространение данных, они могут тебя привлечь по своим законам. — Но я ничего… - возмутился Антон. — Да, ты ничего не сделал и надеюсь не сделаешь. Мы с Арсением будем держать язык за зубами, жене ничего не говори, мой начальник не знает подробностей. Сейчас приеду к нему, скажу, что никакой контрабанды у тебя не обнаружил и подписку с тебя снимут. Антон облегченно выдохнул и уронил голову на стол. Он обхватил волосы руками и ничего не мог сказать. Затем поднял голову и с улыбкой посмотрел на Сергея. — Спасибо вам огромное! Я не знаю, как вас благодарить. — Ты друга моего береги! Антон нахмурил брови. — Отца своего, - пояснил Серёжа. — Да! Да, пап, - он накрыл его руку ладонью, - давай ляжем в больницу? — Антон! Я никуда не лягу. Я не хочу разговаривать на эту тему, - он встал и налил в кружки чай. — Арс, - Серёжа встал и похлопал его по плечу, - я пойду, мне ещё к начальству. Мужчина обернулся, расстроенно сжал губы и обнял мужчину. — Спасибо, что помог, Серый. — Давайте, разбирайтесь с семьей, - он похлопал Антона по плечу, - отца береги! Сергей вышел из квартиры, Арсений закрыл за ним дверь и вернулся на кухню. Посмотрел на сына и спросил. — Ну что? Всё же закончилось. Ты свободен. Что такое? — Я за тебя боюсь, пап. Пожалуйста, ради меня, ляг в больницу! Просто пройти обследование! — Родной мой, я проходил уже. Меня перевели из оперотдела в бумажную работу. Теперь что? Вообще на пенсию? — Пап, но работать же можно и в другой сфере! — Я не хочу в другой. Тебе сейчас сказать, что бы шёл в хирурги, ты как? Согласишься? — Нет. — Вот и я нет, - мужчина поставил две кружки на стол, - скажи, что решил с ребёнком и Лизой? — Разводиться не буду, на счёт ребёнка не решил. — А что думаешь? — Я боюсь. — Чего? — Что он умрёт. Пойми, я не могу отпустить Макса. — Сыыыына, - он взял его за плечо, - я понимаю, как это тяжело, но не держи его. Не вини себя и врачей. Так суждено было. Мне тоже больно. Я тоже скучаю по внуку, но нужно собраться и жить дальше. У тебя жена и ребёнок. Ты им нужен. — Я понимаю. Но я боюсь. — Не бойся! Я всегда рядом. — Я подумаю. — Зачем ты мне соврал про генэкспертизу? Антон тяжело вздохнул и отвёл взгляд в сторону. Ему было стыдно смотреть в глаза отцу. Он тихо и честно ответил. — Я хотел забыться. Подумал, что если Макс был бы мне не родным, наверное, стало бы легче. Арсений смотрел на Антона и вспоминал того мелкого пацана, которому на День Рождения вручил документ об усыновлении. У него слегка задрожали руки. Он сжал их в замок и спокойно сказал. — Если бы я, не дай Бог, потерял тебя, то тоже убивался. Но никогда не подумал отказаться от отцовства. Несмотря ни на что, ты мой сын. Я буду любить тебя, переживать и заботиться. И не важно сколько тебе лет, гражданин какой ты страны, что ты сделал и кого предал. Антон посмотрел в глаза отцу и прошептал. — Да. Я понял свою ошибку. Спасибо, пап. Я тоже тебя очень люблю, - он встал и обнял отца за голову. — Я всегда рядом, сын. Декабрьское солнце играло с холодным ветром. Уже неделю Арсений лежал в больнице. Антон всё же смог уговорить отца лечь на обследование. Сегодня нужно было приехать на выписку. Лиза родила мальчика. Мужчина всё же решился вернуться в семью и воспитывать сына. Спустя столько времени ему удалось отпустить Макса и принять факт того, что у него будет второй ребёнок. Он сказал себе, когда ехал за рулем в роддом: «Это не Макс. Это другой ребёнок. Со своим характером и эмоциями. Я не буду их сравнивать». Антон припарковал машину и зашёл в больницу. Его провели в палату, чтобы помочь жене. Когда всё было готово, медсестра вынесла ребёнка и отдала в руки отцу. Антон стоял в палате и держал на руках младенца. Тот мило спал и сопел своим крохотным носиком. В палату зашла медсестра. — Вы Антон? - спросила, обращаясь к мужчине, затем украдкой посмотрела на Лизу. — Да, - шёпотом ответил он. — Извините, - она снизила тон голоса и продолжила, - просили передать, что ваш отец умер. Антон отвернулся от неё и посмотрел на ребёнка. Глаза наполнились слезами. В горле застрял ком. Хотелось кричать, сдирая горло в кровь. Внутри бушевал ураган. У него умер самый близкий человек. Тот, который поставил его на ноги, который был всегда рядом, верил ему, любил и ценил. Умер тот, кто сделал его человеком. Умер папа. Слово, которое он произнёс впервые так искренне, с гордостью, с любовью. Антону хотелось упасть, кричать и плакать. Казалось, что мир остановился. Но он слегка улыбнулся, посмотрев на ребёнка, и шепотом сказал. — Ну что, сын, будешь ты Арсений Антонович, - поцеловал нежный маленький носик и уронил на лицо младенца слезу, - я люблю тебя, пап. «Когда меня не станет, я буду петь голосами моих детей и голосами их детей. Нас просто меняют местами» Детей любите без остатка, За их талант, за звонкий смех. За двойку в тоненькой тетрадке, И на штанине от гвоздя прорез. Детей любите просто так, За их огромную любовь в ответ. За вечный в комнате бардак, И за поломанный велосипед. Детей любите за ошибки, За их характер и психоз, порой. За вредные все их привычки, За поздние возвращения домой. Детей любите не переставая, Не важно, что они сделали и как. Невзгоды с ними преодолевая, В любви им признавайтесь просто так! Собственное сочинение.