Перегоревшие

Приятным летним вечером в небезызвестном хогсмидском пабе «Три метлы» было на удивление пусто. Владелица заведения, стоя за стойкой, с впечатляющим постоянством наполняла закономерно пустеющий стакан печального мужчины, закутанного в мантию цвета темной бронзы. Они тихо переговаривались между собой, изредка бросая взгляды в сторону единственного посетителя, пристроившегося у дальнего столика. Молодой мужчина в изящном изумрудном одеянии задумчиво крутил в левой руке полупустой стакан, сосредоточенно уставившись в одну точку. Его светлые волосы были педантично уложены, рядом со стаканом лежали перчатки (исключительно неуместные для мягкой июльской погоды), свободной рукой он небрежно удерживал волшебную палочку, кончик которой излучал едва уловимое алое свечение. На его спокойное бледное лицо с приятными тонкими чертами падала тень, не позволяющая сразу разглядеть глаза, заволоченные мутной пеленой. Оминис Мракс не понимал, почему он был здесь. Он прибыл в Хогсмид около часа назад и, вместо того, чтобы сразу отправиться в сторону школы, куда он был приглашен директором Блэком для обсуждения какого-то важного личного вопроса, неосознанно, необоснованно, спонтанно решил посетить для начала паб. Мистер Мракс часто бывал здесь в свои школьные годы. Когда-то это место являлось для него оплотом веселья и беззаботности. Печальная улыбка на мгновение тронула его тонкие губы. Оминис вспомнил, как приходил сюда со своими друзьями: сначала с Анной и Себастьяном, потом только с Себастьяном, а позже с Себастьяном и… — Элис! Черт тебя дери, дорогая, это правда ты? Какими судьбами в нашем захолустье?— навязчивую тишину заведения пронзил удивленный возглас барменши. Взгляд ее был устремлен к двери. Оба посетителя машинально повернулись: мужчина за стойкой уставился на неожиданную гостью со смесью недоверия и интереса, Оминис обратил свой невидящий взгляд скорее по привычке, чем из надобности. Он силился понять, действительно ли там стоит она. Разобрать это было невозможно, пока гостья не подаст голос, но она молчала, вне всякого сомнения, выдерживая театральную паузу и позволяя всем себя рассмотреть. «Это не могла быть она». — Добрый вечер, Сирона, — довольно проговорила девушка, и ее звонкий голос, в котором отчетливо слышалась улыбка, новым импульсом рассек тишину, — твое красноречие, как и прежде, не знает границ. Элис Лавеллан уверенными шагами пересекла помещение и, нахально проскочив за барную стойку, крепко обняла старую знакомую. Статная, легкая и уверенная женщина с длинными темно-каштановыми волосами, белой кожей и зелеными глазами, в глубине которых таилась едва уловимая тень сильной усталости, стремительным жестом стянула накинутый на плечи кожаный плащ, поправила ворот рубашки и вновь улыбнулась. — Я по делу. Мне нужно поговорить с директором. Надеюсь, мистер Блэк не станет слишком сетовать из-за моего внезапного визита без запрошенной заранее аудиенции. Элис рассмеялась собственной шутке, заставив Оминиса выжидающе замереть. Сомнений быть не могло… — Надо же, — Сирона прервала судорожные размышления Оминиса, — а я, было, подумала, что у вас тут намечается встреча однокурсников. Она кивком указала в сторону дальнего столика, заставив Элис обратить внимание на молчаливого свидетеля ее появления. Тело мужчины непроизвольно выдало рваный жест, словно он собирался встать. Приличия требовали от него подойти первым. Но он не хотел. Не мог. По лицу Элис, озаренному до этого момента улыбкой, быстрой тенью скользнули сомнение, смятение и еще что-то, сложно поддающееся определению. Она сделала глубокий вдох и по-прежнему беспечно (но с невероятными для себя усилиями) направилась в сторону своего знакомого. Друга. «Бывшего друга» — с внутренней ухмылкой мысленно поправила она себя. — Мистер Мракс, — почти насмешливо протянула Элис, — видеть вас здесь… весьма неожиданно. — Взаимно, мисс Лавеллан, — Оминис поднялся со своего места, направляя в сторону подошедшей к нему дамы волшебную палочку, на конце которой алый огонек запылал чуть отчетливее. Они стояли друг напротив друга без слов и движений одно короткое мгновение. Оминис не мог видеть ее лица, но он был почти уверен, что оно выражает что-то среднее между печалью и неприязнью. Именно такими были сейчас и его собственные чувства. Она протянула ему руку, он коротким уверенным движением пожал ее. Холодное быстрое разочаровывающее касание. «Чертовы приличия…» — подумала Элис, потирая ладонь правой руки, словно прикосновение Оминиса обожгло или загрязнило ее кожу. — Я слышал, вы прибыли для беседы с директором… — формальным тоном начал мужчина. — Какая лестная внимательность, — губы Элис вновь тронула усмешка, — но, раз уж вам известна цель моего визита, не озвучите ли свою? — Какая типичная для вас нетактичность, — он сам не понимал, зачем вступает в эту игру, однако, выдержав паузу, все же решил дать ответ. — Мне тоже нужно увидеться с мистером Блэком. — Тогда пойдем вместе? — Элис сказала это быстро, совершенно не подумав о том, что ее последняя фраза не вяжется ни с ее поведением, ни с предыдущими ее высказываниями. Это прозвучало так по-детски и так неожиданно искренне, что она тут же смутилась, мысленно ругая себя за неосмотрительный порыв, продиктованный то ли привычкой, то ли любопытством. Смутился и Оминис. Диалог не располагал к продолжению взаимодействия. И уж тем более к совместной прогулке до Хогвартса. Он, наверное, тоже по привычке, тихо проговорил: — Хорошо. И тут же направился в сторону выхода, оставив позади себя все еще ошеломленную Элис, мужчину за стойкой и владелицу паба. — Извини за столь быстрый визит, Сирона. Я хотела поприветствовать тебя. Как только закончу с Блэком, заскочу еще раз... — быстро пролепетала Элис, натянуто улыбнувшись, и тоже пошла к выходу. — Всего хорошего. Жестом, не лишенным аристократической галантности, Оминис придерживал для нее дверь. Элис бросила на него короткий сосредоточенный взгляд. Прогулка обещала быть долгой и тяжелой.