Like a volcano

В день Х Джисон встал чуть ли не в 6 утра, что было совершенно не свойственно такому соне, как он. Казалось, каждая клеточка его тела вот-вот сгорит от нетерпения и накатывающих раз за разом волн переживаний за сегодняшнюю «церемонию». В таком подвешенном состоянии Хан ворвался в комнату Чана, чтобы разбудить несчастного хена. — Чанни, подъем!!! Солнце уже высоко, а мы до сих пор не повторили план наших действий. — канючил чуть ли не прямо в ухо спящему лидеру парень. Бан Чан был из тех людей, которые спали редко, но метко, поэтому разбудить его было той еще задачей. Все-таки, нечасто ему выпадал шанс поспать, дай бог, 7 часов в сутки. И Джисон бы с радостью позволил другу поспать столько, сколько ему потребуется, но паранойя, поселившаяся в его голове с самого раннего утра, считала иначе. Хану был нужен Чан. Необходим, как рыбе вода. Ибо, кроме Минхо, только Крис был способен успокоить нервную квокку в такие моменты. Было в этом душевном австралийце что-то такое, что запросто могло успокоить бурлящую кровь внутри и закипающий мозг в критические моменты. Кристофер всегда был для Хана не только хеном, но и названным отцом, который умел подбирать правильные слова и давал действительно полезные советы. Чан резко поднял голову с мягкой подушки и, хмурясь, попытался разлепить от сладкого сна глаза-щелочки. — Что произошло? Джисон? Я все проспал? — потирая едва сжатыми кулаками, глаза. — Нет, пока нет. Но мне кажется, что что-то обязательно пойдет не так. Чан присел на кровать, растрепал очаровательные кудряшки на голове, чтобы привести утреннее «гнездышко» из волос в более-менее божеское состояние, и бросил короткий взгляд на электронные часы на тумбе. По утрам Чан действительно очень долго обрабатывал информацию после пробуждения, посему Джисону приходилось только терпеливо (насколько ему это позволял рой навязчивых мыслей) ждать, когда Бан Чан 1997 года выпуска наконец загрузится. — Джисонни, дорогой, что может пойти не так? Мы же еще за неделю составили точный план действий и распределили задачи между остальными мемберами. Все пройдет хорошо. Тебе всего лишь нужно будет получить заветное «да» от Минхо и привезти его в наш самодельный загс. — Звучит-то легко, а на деле… — Если я сказал, что ты спраившься, Джи, значит так и будет. Ты серьезно собрался спорить со мной в 6 утра? — нахмурившись, спросил Чан и легонько треснул паникующего друга подушкой. — Иди лучше поспи, чудик. Это у тебя от недосыпа всякие глупости в голову лезут. Хан тяжело вздохнул, но все же послушался старшего, направившись обратно в свою комнату. Однако уснуть у парня не вышло, хотя ему действительно хотелось. Джисон внимательно рассматривал усыпанный глупыми стикерами и нелепыми рисунками потолок и прокручивал в своей голове все возможные сценарии сегодняшнего дня. Настенные часы размеренно тикали, словно метроном, и, казалось, помогали Хану погрузиться в чертоги своего разума. Джисон на мгновение даже почувствовал себя экстрасенсом из телека. Из-за горизонта робко выглядывало утреннее солнце, слабенькие потоки ветра бессовестно проникали в комнату через приоткрытое окно и игрались с блэк-аут шторами, позволяя слабым лучам солнца пустить по стене и потолку зайчиков. В конечном итоге, Джисон пролежал без дела до часов девяти, после чего пришлось собираться. Все-таки встреча с Минхо была назначена на 11 часов, а в данный момент Хан явно не выглядел как человек, который собирается сделать кому-то предложение. Он скорее был похож на измученную жизнью белку. Теплая вода струилась по молочной коже Джисона и приводила того в чувства. Все-таки, нет ничего лучше душа с утра. А вот хуже всего с утра были… Да, черт возьми, сами сборы на сегодняшнюю свиданку. Хан, в принципе, никогда особо не заморачивался над своим внешним видом и предпочитал носить вещи по настроению. Но ведь сегодня был особенный день? Он просто обязан выглядеть потрясающе (и плевать, что Минхо-хен при любом удобном случае говорит, что он выглядит великолепно всегда). Когда все содержимое массивного шкафа оказалось на кровати, Джисон начал судорожно перебирать каждую вещичку. Большинство вещей представляли из себя безразмерные мешки, в которых спокойно можно было бы хранить редьку или рис. Они определенно не подходили. Просто наваждение какое-то. Рубашка с резиновыми утятами выглядела нелепо, а футболка в гавайском стиле вообще вызвала приступ громкого смеха у Хенджина, который из любопытства решил проверить друга (после чего, кстати, она же и была брошена ему в лицо). Стрелка часов приближалась к половине одиннадцатого, а Хан все еще стоял в одних боксерах и по-детски хныкал от безысходности. В один момент в комнату заглянул Чанбин. По всей видимости, хныканье несчастной белки способно призывать жующих свиноликов, Джисон обязательно проверит свою теорию, но не сегодня. Сегодня у него через 20 минут запланирована встреча, а он не готов во всех планах. — Фжи, фы фево тут фопли фавводиф? — жуя, поинтересовался Бин. — Чего? Со поднял указательный палец вверх, требуя подождать, и, громко проглотив, переспросил: — Ты чего тут сопли разводишь, говорю? — Мне нечего надеть… Брови друга поползли вверх, превращаясь в две мини-крыши мини-домиков, а рот раскрылся в немом удивлении. — Нечего надеть? Тебе? — будто читая мантру, повторил Чанбин и демонстративно осмотрел груду вещей на кровати и на полу. Но долго Бину удивляться не пришлось, ибо на него тут же был обращен злобный взгляд Хана, который так и говорил «не перестанешь выебываться — получишь». Очнувшись от удивления, Со хлопнул в ладоши и радостно воскликнул: — Чанбин салон наконец возобновляет свою работу! После этих слов парень начал перебирать все вещи лучшего друга, подыскивая что-то подходящее. На удивление Джисона у него это вышло довольно быстро. Уже через минуты 2-3 Бин протянул ему стопку каких-то вещей из общей кучи и сказал: —Одевайся, сердцеед. Клянусь жареной курочкой, Лино в обморок упадет, когда увидит тебя. 10:50 Хан стоит в черных скинни джинсах и белоснежной рубашке с кружевным воротом и широкими рукавами. Откуда Чанбин вообще это достал? Парень предпочел долго не рассуждать на эту тему, подумает по дороге. — Ну вот! Прекрасно выглядишь, друг!!! — шлепок по лбу. — Подожди минутку. Я еще кое-что притащу, чтобы образ был законченным. Со моментально скрылся за дверью. 10:52 Бин залетает обратно в комнату с крошечным черным кусочком ткани. — Надевай. Это корсет. Он сюда идеально подойдёт. — Корсет? Не буду спрашивать откуда он у тебя. Однако… Ты решил сделать из меня вампира викторианской эпохи? — Не бузи и надевай. Джисон цокнул языком и забрал корсет из рук Со. На самом деле, Хану нравилось то, как он выглядит в этом «вампирском» наряде. Было в нем что-то… Романтичное? А корсет явно добавлял его виду сексуальной перчинки. Просто Идеальная гармония эстетической красоты и сексуальности. — А теперь сделаем тебе прическу. — потирая ладоши, заулыбался Чанбин. — Что? Какую прическу? Я не согласен. Я же опоздаю! 10:57 Измученный Джисон сидит в плену у своего друга и (не)терпеливо ждет, когда тот закончит крутить ему кудри на голове. Нет, ну что было не ясно в словах «я опоздаю»? Хан отметил себе в голове, что он просто обязан отомстить Бину, когда подвернется случай. А пока парень хмуро пялился в стену и тряс правой ногой, будто это поможет завить его волосы быстрее. 10:59

@hanji to @leeno Я опоздаю, дорогой

Как вовремя, Джисон. Лучший парень, просто десять из десяти. Настроение было ни к черту. Да и как могло быть по-другому? Хан буквально обосрался в самом начале своего самого важного дня в жизни. И вот черт знает, кого винить. Чанбина? Себя? Вселенную? Или чертову плойку на голове, которая прямо сейчас прожгла в голове Хана дыру. — АЙ, ЕБ ТВОЮ МАТЬ, БИН. АККУРАТНЕЕ. Хан выскользнул из-под Чанбина, как ошпаренный. Хотя фактически, его буквально прижгли плойкой. — Ой, божечки, Джи… Извини пожалуйста. Джисон аккуратно дотронулся до места ожога. Кожа головы все еще ныла от зудящей боли, но, кажется, большой урон нанесен не был. Просто легкий ожог.

@hanji to @leeno Я опоздаю, дорогой Просмотрено

@leeno to @hanji Хорошо. Я за тобой заеду, Сонни. Буду ждать у общаги. Спустя еще 10 минут ворчаний Хана и усердных попыток удержать героя-любовника на месте Бином, Джисон был готов к выходу в люди. Хан подошел к зеркалу и в очередной раз нервно поправил челку, оглядывая себя с ног до головы. Достаточно ли красив он сегодня? Наверное. Хотя, разве может тут быть место глупому сомнению? Он действительно выглядел потрясающе безо всякого преувеличения. Кудрявые пряди аккуратно прикрывали лоб, рубашка придавала его виду особой торжественности, а черный корсет идеально поддчеркивал осиную талию парня, которой позавидует любая девушка. Сможет ли он осуществить задуманное? Хан не уверен. Парень на всякий случай еще раз удостоверился в наличии в кармане коробочки с кольцом и, сделав глубокий вдох-выдох, направился к выходу. Прямо напротив выхода из его домика стоял автомобиль Минхо. Интересно, в каком он сейчас настроении? Не злится ли, что ему пришлось так долго ждать своего парня? Эти и другие вопросы безостановочно вертелись в хановой голове. Порой Джисону казалось, что в мире нет вечного двигателя, потому что он установлен в единственном экземпляре в его бедную головушку и заставляет его мозг бесконечно генерировать тревожные мысли, а после прокручивать их до тошноты. С трудом очистив голову от белого шума, Хан открыл дверь со стороны пассажирского сидения и плюхнулся в автокресло. — Привет, Минхо-я! Прости, что задержался. Старший не торопился отвечать, внимательно осматривая своего партнера. Минхо был так сосредоточен, будто видел его впервые. — Не думал, что вместо свидания мы поедем на нашу свадьбу. — невозмутимо выдал старший после долгого молчания. Хан нервно поерзал на месте. — Хен… Спасибо, но ты ведь мог просто сказать, что я красивый — широко улыбаясь, пытался отшутиться Джисон. Но где-то на подкорке мозга сделал пометочку о пугающей проницательности своего партнера. — Не мог. Это слово тебе не подходит. Ты выглядишь не красиво, а потрясающе, дорогой. От таких слов хотелось натурально растечься лужицей, а после бессовестно броситься на шею Минхо прямо в машине. Однако Хан как сильный мальчик сдержал в себе этот порыв неистовой нежности и лишь смущенно хихикнул в кулак, вновь переводя тему. — Давай уже поедем наконец, хен~а. Я проголодался. Есть одно местечко, куда я хотел бы с тобой съездить. Представляешь, мне одна стэй недавно на фанколе рассказала о милейшей кафешке для парочек. Она находится буквально в паре кварталов отсюда. И меню там очень привлекательное. Мы обязаны там побывать. — Хорошо, Ханни. Но если его интерьер будет выглядеть, как розовый сблев единорога, то мы разворачиваемся и едем есть в какую-нибудь подвальную забегаловку. — шутя, пригрозил Минхо.— Потому что прошлая рекомендация от стэй выглядела именно так. Это была самая настоящая пытка для меня.

***

Ярко-розовые обои с сердечками болезненно рябили в глазах, грозя ослепить неподготовленный к этой цветовой пытке взгляд Минхо. На стенах висели фотографии парочек с фотобутафорией в руках: поцелуйчики на палочках, очки «love» и прочая тошнотно-сопливая дичь, как выражался Ли. Минхо вовсе не был неромантичным занудой, просто для него романтика проявлялась немного в другом. — Ханни, — Ли тяжело вздохнул и еще раз обвел взглядом помещение. — кажется, я говорил еще у общаги, что мы поедем есть рамен в переход, если интерьер будет выглядеть как розовая катастрофа. Тебе захотелось острых ощущений? — Хен, обещаю, мы здесь ненадолго! У меня слишком много планов на сегодня. Просто здесь по рассказам подают очень красивые и вкусные чизкейки. Хан состроил щенячьи глазки, пытаясь убедить возлюбленного остаться ненадолго ради десерта. Самый настоящий ребёнок! Мог ли Минхо противостоять такому Джисону? Вместо ответа Ли плюхнулся на ближйший стул и недовольно уткнулся в меню в надежде спасти свои глаза от пестрящего ужаса вокруг. Хан удовлетворенно улыбнулся и сел напротив Ли, не забыв взять в руки буклет с меню заведения. Спустя пять минут активных размышлений над цветом узоров на чизкейках, заказ был сделан. — Сонни, давай мы в следующий раз выберем местечко с более спокойным интерьером? — умоляющим тоном спросил Минхо, поглаживая руку Джисона. — Конечно, хен!!! Мы сходим куда пожелаешь. Мне просто чертовски хотелось попробовать тут чизкейки с тобой. Ли сдержанно улыбнулся, но руку с джисоновой не убрал. Слишком правильно их руки ощущались вместе. Чизкейки действительно были неплохие. Чувствовалось, что десерт приготовлен по-особенному, сама консистенция отличалась от классического чизкейка — он был чуть тверже и слегка похрустывал на зубах. Это было необычно и вкусно. Джисон по привычке после первой пробной ложки распихал сладость по щекам и, довольно щурясь, медленно пережевывал угощение. Парень выглядел просто умилительно, что не могло не поднять настроение Минхо. Ли был очарован Ханом еще с самой первой их встречи. И с годами эта «магия» не угасала, а становилась лишь сильнее, крепче, глубже. Вот и сейчас, сидя напротив своего бельчонка, Минхо не смог сдержать одну из самых лучших своих улыбок — счастливую улыбку. Щёлк. Джисон даже не заметил, как Ли направил на него камеру. Парень любил это делать. Казалось даже, что это было его хобби — фотографировать Хана, когда он ест. Посему Джи даже не обратил на это его действие никакого внимания. Слишком привычно. Слишком нормально для них. — Фен, фепе нфафифся фифкейк? — Прожуй, чудик. Подавишься еще. — по-доброму усмехнулся Лино. — Да, понравился. Но он очень. Необычный. Это точно чизкейк? Хан спешно проглотил десерт и ответил с горящими глазами-звездочками: — Точно-точно! Теперь ты понимаешь, зачем я тебя сюда притащил? Мы с тобой просто должны были его попробовать. — Возможно ты и прав, Ханни. Но мне все равно тошно от количества розового цвета и сердечек. Конечно же Ли вредничал, Джисон слишком хорошо его знал. По парню было видно, что он уже давно перестал обращать внимание на интерьер. Все-таки, он был в слишком хорошей компании, чтобы долго закливаться на убранстве кафешки, каким бы оно стремным не было. Закончив уничтожать сладости, парни выбежали из заведения и уселись обратно в машину старшего. — Ну что? — Минхо нетерпеливо огладил кожаный руль и с любопытство заглянул в глаза Хана. — Куда дальше? Ты говорил, что у тебя много планов на сегодня. — Да, верно! Сейчас по плану мы поедем в Пукчхон, а после остановимся у ручья Чхонгечхон. Джисон сиял от счастья и был максимально вовлечен в их сегодняшнее свидание, как никогда ранее. Доказательством этого был подбор мест для прогулки. Не так давно Хан смотрел вместе с Хенджином какую-то дораму, чье название он уже и не вспомнит, но атмосфера свиданий главных героев его невероятно зацепила. Было в ней что-то до мурашек романтическое. Посему Хан решил, что их последнее «холостое» свидание с Минхо должно быть таким же. — Ханни, не знал, что на тебя так плохо влияет Хван. — чуть закатил глаза Ли. — Я более чем уверен, что это именно он нашептал тебе эти места. — Тебе не нравится, хен? — честно, Джисон был просто обескуражен такой реакцией своего возлюбленного. — Если нет, то мы можем сходить в другие места. У меня есть план «Б»! — Чаги~я, я не это имел в виду. Я просто подметил, что Хенджин со своими дорамами губительно на тебя влияет. Но это вовсе не значит, что мы с тобой не сможем там хорошо провести время. Минхо примирительно чмокнул Джисона в пухлые губы и завел двигатель. Уже через минут 20 парни доехали до Пукчхона. Припарковавшись чуть поодаль от главной улочки, Минхо и Джисон выползли из автомобиля и направились куда глаза глядят. Старые домики времен династии Чосон действительно зачаровывали, придавали району особый шарм и будто перемещали забредших сюда романтиков в прошлое. Парни шли по архаичным улочкам под руку и почти шепотом вели милые диалоги ни о чем. Джисон, как обычно, говорил обо всем, что видел, вспомнил об уроках истрии в школе, злой учительнице, первых друзьях и так далее. Казалось, в голове Хана находится неиссякаемый источник тем для общения. Порой действительно думалось, что это особая сверхспособность парня, уж слишком умело и быстро он заводил разговоры. Вдоволь нагулявшись среди черепичных ханоков, парни наконец отправились на берег Чхонгечхона. К их огромнму счастью, Хан знал безлюдное место на окраине города, где они и остановились. На часах не было еще и 6 часов, но парни все равно подустали за этот день, так что тёплый плед, заготовленный в багажнике Минхо на случай незапланированной вылазки на природу, был очень кстати. Да, парни могли немного пройти и посидеть на скамеечке в аллее чуть поодаль от самого берега ручья, но это было бы не то, что им обоим нужно. Еле уловимый шум воды успокаивал пульсирующие от накатывающей усталости виски. По пути к побережью Чхонгечхона парни заехали в свое любимое кафе за айс-американо, поэтому сейчас оба довольно потягивали прохладный напиток из своих стаканов. Здесь, вдали от центра, казалось, что весь Сеул в момент затих и достиг полного умиротворения, окрасился лучами искреннего счастья. Минхо в какой-то момент плюхнулся навзничь и, довольно сощурившись, устремил свой взгляд сквозь шелестящую листву какого-то дерева, в тени которого парни и разложили свой плед. Джисон остался сидеть, глядя на водную гладь. Воды Чхонгечхона действительно успокаивали Хана, настраивали его на нужный лад, ибо ранее ничего не весившая коробочка с кольцом сейчас ощущалась так, будто была сделана и чугуна и давила сквозь ткань на ногу парня. В голове был штиль, ни одной беспокойной мысли, ни одного противного червячка-сомнения на затворках сознания. Это было и хорошо, и плохо одновременно. Плохо лишь потому, что из-за пустоты в голове Хан не понимал, что ему стоит говорить. Да, он много раз накидывал в заметках телефона примерный сценарий действий, но как же странно сейчас будет лезть в телефон, а потом ползать на коленях с кольцом. Набрав в грудь побольше воздуха, Джи решил отпустить все и просто начать импровизировать. Это же у него хорошо получалось, верно? — Минхо-я, — рука Хана моментально накрыла руку старшего. Это успокаивало. Это приводило чувства Джисона в порядок. Это было нужно ему. — мы с тобой вместе уже пять лет. — взгляд Хана все еще был обращен на зеркальную гладь воды, будто где-то в глубине ручья была его личная подсказка. — Мы с тобой через многое прошли. Верно? Минхо внимательно слушал Джисона. Хотел ответить, хотел спросить к чему ведет его парень, но не сейчас. Перебивать Ханни, когда он так напряжен — смерти подобно. Посему Ли молча ждал ответа на все свои неозвученные вопросы. — Помнишь, как мы первый месяц отношений прятались от Чана? А потом, когда он нас спалил в ванной за поцелуем, нас долго стебал Чанбин. А наш первый поцелуй? Помнишь? Он был такой неловкий, но такой нежный, что у меня от одного лишь воспоминания приятно трепыхаются бабочки в животе. Как бы это сейчас сопливо не звучало. А наша первая встреча. Хах, это было что-то с чем-то. Я впервые в жизни почувствовал к кому-то такую сильную привязанность. Я впервые так полюбил кого-то. И я до сих пор люблю тебя. — взгляд Джисона плавно переместился с воды на лицо Минхо. Ли внимательно слушал, пытался уловить каждое слово, чтобы понять к чему клонит Хан, но все же его взгляд, как обычно, выдавал старшего с потрохами. Парень выглядел заинтересованным и встревоженным одновременно, и где-то глубоко внутри начало проростать зерно неподдельного страха. Джисон сильнее сжал руку Минхо. — Я действительно дорожу каждой секундой, проведенной с тобой. Дорожу каждым нашим совместным воспоминанием. Я бесконечно тебя люблю, Минхо-я. Мне порой так сложно описать свои чувства к тебе. Все потому, что рядом с тобой я чувствую себя так правильно. Мы часто называем друг друга соулмейтами и, кажется, это действительно так. Но ты для меня не просто хен, не просто возлюбленный. Ты же знаешь это? Мои чувства к тебе глубже, чем этот ручей. Глубже, чем река Хан. Глубже, чем весь мировой океан. Рядом с тобой я словно действующий вулкан, а мои чувства — горящая лава, что так и просится на свободу, обжигая мои внутренности. Но мне не больно от их жара. Это скорее вызывает трепет и благоговение, чем боль. Я так благодарен вселенной за то, что мы с тобой однажды повстречались. И сейчас я горд, что могу называть тебя своим парнем. Но… — Хан нервно сглотнул, слова застряли в горлке шершавым комом, норовясь порвать все внутри, если Джи вдруг произнесет их. — Не так давно я понял, что мне этого мало. Критически мало, понимаешь? Возможно, я жадный человек. Я не знаю. — свободная рука Хана полезла в карман джинс, нащупывая коробочку с кольцом, словно она может придать ему уверенности в этот момент. Может же? — В общем… — рука Хана, сжимающая украшение, медленно выползала из узкого кармана джинс, будто норовя оттянуть сей волнительный момент. — Ли Минхо, я хочу, чтобы ты стал моим мужем. Ты выйдешь за меня? Сердце Джисона пропустило несколько ударов в момент, когда футляр с кольцом раскрылся почти под носом старшего, а после забилось в приступе такихардии после осознания всего сказанного ранее. Но самое страшное было впереди — реакция самого Минхо. Описать эмоции старшего было действительно сложно. На лице Ли смешался космический спектр чувств: от благоговения до неподдельного удивления с оттенком страха. Этот чувственный монолог от Хана действительно выбил Минхо из колеи, нарушил вселенское равновесие и посеял хаос во внутреннем мире старшего. А его предложение… Минхо знал, что должен был на него ответить, но губы отказывались шевелиться, тело онемело от шокирующего количества испытываемых в один момент чувств, а мозг, кажется, выключился. Ли посмотрел на Джисона, а после медленно перевел взгляд на блестящее в закатных лучах солнца ювелирное украшение — оно выглядело также утонченно, как и сам Минхо, что не могло не оставить тёплый след в груди. Точкой невозврата, или скорее точкой возвращения Минхо на Землю стал момент, когда Ли заметил гравировку на обратной стороне кольца, которую было видно под определенным углом. Казалось, в это украшение вложили всю любовь мира. Так оно воспринималось. Ли вновь поднял глаза на Хана, который продолжал молча сидеть затаив дыхание, будто оно могло спугнуть эту интимную атмосферу. Хан очень волновался, это было видно невооружённым глазом. Но также Джи излучал слабую уверенность, что говорило об искренности всех его слов и серьезности немерений. Через пару мгновений Джисон почувствовал губы Минхо на своих. Этот поцелуй не был обременен страстью, в отличии от их обычных поцелуев. Он был также кристально чист, как и признание Хана. Нежный, как дуновение первого теплого ветерка весной после колкого зимнего ветра. До мурашек чувственный и до легкой дрожи восхитительный. Отстранившись от парня, Минхо вновь заглянул Хану в его бездонные глаза и наконец ответил, набрав перед этим в свою широкую грудь побольше воздуха: — Ханни… Я тоже бесконечно счастлив с тобой. И ты это знаешь. Поэтому я согласен. Конечно я согласен. Оба парня наконец смогли свободно вздохнуть. Слегка напряжённая атмтсфера между ними словно сковала легкие стальными цепями. Но сейчас, когда все, что нужно, было озвучено, она испарилась в воздухе, уплыла подобно облаку на небе. Минхо вновь прильнул к губам Хана. Так по-родному. Так правильно. И в этот момент оба были самыми счастливыми людьми на планете. Безлюдное местечко позволяло им в открытую наслаждаться друг другом, зацеловывать каждый миллиметр родных губ и одаривать друг друга неиссякаемой нежностью и любовью. Спустя некоторое время парни отстранились, позволяя себе наконец сделать глоток свежего воздуха. Неописуемое спокойствие и тихое счастье — то, что сейчас чувствовали мальчики и были абсолютно довольны этим. Хан плюхнулся на грудь Минхо и принялся вырисовывать незамысловатые узоры на его теле сквозь ткань. — Я тебя люблю, Минхо-я. — вдруг нарушил тишину Джисон. — Я тебя тоже очень люблю, Ханни.

***

@hanji to @chan_hyun Он сказал мне «да»