Тени на теле

***

Грохот прекратился так же внезапно, как и начался. Выпрямившись, путники переглянулись. — И что это было? — А вы не знаете? — Удивилась Катерина. — О чём? — спросил Горшок. — А вот увидишь, и поймёшь. — Так, ты это… Давай без этого? Я хочу знать, с кем нам предстоит столкнуться. Внезапно потемнело. Испуганный взгляд Екатерины заставил менестреля обернуться. Пред ними из ниоткуда появился молодой седоволосый парень в длинном плаще, с горящими руками и каким-то дьявольским блеском в глазах. Он парил над землёй, а вокруг троицы и себя развеял чёрный густой туман. — Да это же… — Произнёс Князь. — Кто же я?! — заговорил он так громогласно, что аж молнии засверкали. — Скажи! — Демон ты, не иначе. — Договорил за него Горшок. — Да что ты такое плетешь, шут?! — Возмутилась юная девица, встав перед ребятами. — Екатерина?! — узнал её тот. — И ты с ними заодно? — Да о чём ты, некромант? Тебе никак страшно. Снова местные угрожали? — Не смей говорить со мной! — взмахнул рукой некромант. Собрав в своей руки как можно больше энергии он запустил шаром прямо в девушку. Не ожидавшая подобного со стороны некроманта девушка стояла как вкопанная. Она зажмурилась, но боли не почувствовала. Открыв глаза, она лишь успела увидеть как падает тело Горшка на землю, что успеть прикрыть её собой, дабы спасти. Некромант испарился. А Князь с Катериной взяли друга под руки и поспешили покинуть лес.

***

Пришедший в себя Миша, проснулся на диване без рубашки. Рядом на кресле посапывали Андрей с Балу, а на другом кресле дремала Катя, руки которой почему-то были не то в крови, не то ещё в чём-то. Он присел, свесив одну ногу и закурил. Катя открыла глаза. — Ты как себя чувствуешь? — спросила она. — А сама как думаешь? — А ответить сложно? — Да нормально. — Смиренно ответил парень, трясущимися руками сжимая сигарету. — Бывало и хуже. — Что может быть хуже?.. — Слушай, ты мне только нотации читать не начинай. Без тебя разберусь. — Да я и не собиралась. Было крайне неприятно всё это слышать. Особенно после всего случившегося. Но терпеть подобное хамство, даже от человека, который недавно был не в себе, она тоже не будет. Встав, она забрала свои вещи и ушла, хлопнув дверью. Андрей с Балу тут же проснулись и продрав глаза заметили пришедшего в себя друга. — О, ну ты как? — спросил Балу. — Нормально я. — А где Катя? — спросил Андрей. — Ушла. — Как-то злобно ответил его друг, нервно дёргая ногой. — Что ты ей опять сказал? — Да ничего, блин. — Убрал тот волосы со лба. — Просто попросил чтобы поменьше нотаций читала. — Миш, — тяжело вздохнул Андрей, — ты в курсе, что ты чуть не умер? Она тебе жизнь, спасла, Миш. Тот явно не ожидал услышать нечто подобное. — Чего, блять?.. — Что слышал! До Горшенёва кажется стало что-то доходить. — Андрюх, я извинюсь перед ней. Правда. — Да что ты вообще к ней прицепился?! Она же пришла помочь нам. Недовольный поведением своего друга Андрей, схватил куртку и пошёл за подругой.

***

— Давай, сюда его. Кое-как выйдя из леса, в полутьме, они наконец-то вышли на какое-то поле, где и уложили раненого Горшка на стог сена. — Нужен хворост. — Сказала Екатерина. — Да, сейчас. — В тот же миг Князь убежал за хворостом. Заметив как испереживалась девица, Горшок из последних сил улыбнулся. — Не стоит так беспокоиться, принцесса… Я всё равно уже не жилец. — С чего такое желание проститься с жизнью? — Второпях вытаскивая из сумки различные баночки с травами, спросила Екатерина. — Тем более, когда наша цель ещё не достигнута. — А мне кажется, что я уже её достиг. — Проговорил хрипло тот, истекая кровью. Она подняла на него глаза. Повисло молчание. Но оно быстро нарушилось приходом Князя, который тут же стал разводить костёр. Достав из сумки небольшую деревянную глубокую тарелку со ступкой, Екатерина приступила к приготовлению снадобья. Затем она налила в приготовленный порошок кипячёной на костре воды и размешала. — Выпей. — Приподняв голову Горшка, она аккуратно влила ему отвар в рот. Тот зажмурился и замотал головой. — Да, это тебе не пиво. — Усмехнулась девушка. — А теперь тебе лучше поспать. Приложив растертые в руках сухие травы на рану, Екатерина оставила мирно спящего Горшка в покое. — С ним всё будет в порядке? — волновался Князь. — Да, если будет пить мои снадобья, с ним всё будет хорошо. — Он тебе это вряд ли скажет. Поэтому, скажу я. — Усмехнулся Князь, присев на корточки рядом с ними. — Спасибо, Екатерина.

***

— Доктор, а ещё мне как будто в горле что-то мешает. Екатерина сидела и чиркала в медицинской карте пациента его жалобы, попутно думая о том, как бывают несправедливы люди. Всему виной последние события. Хотя, казалось бы, ей ли жаловаться на подобное отношение? Она же врач. И не впервые слышит в свой адрес подобные слова. Пациенты ведь разные, а Горшенёв вполне себе сойдёт за очередного неблагодарного пациента. — Это у меня от чего? А, доктор? Та слегка дёрнулась, поскольку мысли затмевали реальные события. Всеми силами она попыталась внедриться в работу и сосредоточиться на проблеме пациента. — Это вам к эндокринологу, щитовидку надо проверить. Но для начала анализы остальные сдадите, которые мы вам и назначим. — Хорошо, доченька. — Марин, напиши направления. Дверь в кабинет открылась и, неожиданно для Кати, показалась голова Горшенёва. Всё та же растрёпанная шевелюра, а растянутая улыбка оголила зубы, двух передних не хватало. И учитывая последние события, для девушки это было даже не удивительно. — Здрасьте. — Подождите за дверью. — Ответила Катя, сохраняя хладнокровие. — Не видите, здесь пациент? — Понял, не дурак. Жду. Дверь в кабинет закрылась. — Ну и молодёжь пошла… — Забубнела пациентка. — Врываются, как к себе домой. — И не говорите. — Согласно вздохнула девушка. А руки предательски вспотели. То ли в предвкушении разговора, то ли от одной мысли о том, что Миша всё-таки решил заявиться. Чувствует вину? С чего бы? Отпустив пациентку, в кабинет следом тут же влетел Горшенёв и сёл на её место. — Блин, Кать, — замялась медсестра, явно признав в лице вошедшего музыканта, — ты откуда их всех берёшь? Тоже вместе учились? — Нет, слава богу. — Недовольно отозвалась Катя. — А что так категорично? — развёл руками тот. — Я же пришёл поговорить нормально. — Мне некогда, Миш. У меня целый коридор пациентов. — Катюх, не надо гнать. Я только что оттуда. Нет там никого. — О чем мне с тобой говорить? Ты вполне ясно мне всё сказал на той неделе. — Ну, я это, ë маë…- Он почесал затылок. — Я был не прав. Вот. Скрипя зубами Катерина всё-таки решила остаться наедине с музыкантом. Говорить при медсестре на тему наркозависимости её любимого артиста ей не хотелось. — Марин, выйди пожалуйста. — Так мне тоже интересно. — Запищала медсестра, явно не желая уходить. — Мариш, — уже вмешался Горшенёв, — ну попросили же по-хорошему. Та скорчила недовольную гримасу и вылетела из кабинета. — Забавная. — Тот достал сигарету и принялся её подкуривать. Катя вытащила её из зубов музыканта и кинула в урну под столом. — Здесь не курят. — Да ладно тебе, Катюх. Прости меня, дурака. Мне Андрюха всё рассказал. Ты мне вообще теперь… Ещё больше нравиться стала. Жизнь мне спасла как никак, ë моë. — Слушай, я мало того что тебя видеть не хочу, так и Андрея кстати тоже. Так и передай ему. — А Андрюха-то в чем провинился? — Он меня не предупредил о твоём сомнительном «хобби». И я не собираюсь читать тебе нотации. Просто… неприятно, мягко говоря, было слышать от тебя те слова. Но как врач я понимаю что это последствия интоксикации организма… — Ооо, понесло. — Засмеялся Миша. — Зануда ты конечно… И с чего Андрюха решил что ты нам способна помочь. Несмотря на то, что это была явная манипуляция, Катерина почему-то взбесилась. Когда этот человек оказывался рядом эмоции контролировать было крайне тяжело. Внутри пробудился огонь из ярости и негодования. Она резко встала. — Ты что сюда пришёл унизить меня ещё раз?! Пошёл на хер отсюда! Указав на дверь она почувствовала как к щекам прилила кровь, сердце готово было выскочить из груди. Удовлетворённый Горшенёв продолжал испепелять девушку взглядом, затем оголил беззубую улыбку и усмехнулся. — А вот теперь понимаю. — Я вроде русским языком сказала! Съебись. — Катюх, я ж извиниться пришёл, а не ругаться. Нам же это, ë моё, надо просто узнать друг друга получше. — Давай не сегодня и не сейчас. И не завтра. — А когда? — Никогда. Я… Я с вами больше дел иметь не хочу. И не нужно заявляться ко мне на работу по этому поводу. — Так а если я приду как пациент? — Тогда пожалуйста. Учитывая обстоятельства здесь ты будешь частым гостем. Тут уже у Горшенёва вскипело и губы сложились в тонкую нить. Он хлопнул ладошами по столу, от чего Катя дёрнулась, и встал. — Да пошла ты! Тоже мне. Катерина, блин, Анатольевна. — И тебе туда же, Горшенёв. Покиньте мой кабинет. — Да пожалуйста! Окинув друг друга ненавистными взглядами, Миша вышел из кабинета. Катя упала обратно на свой стул и закрыла лицо руками. Отчего внутри так больно? Оттого что она поругалась с Горшенёвым? Или оттого что потеряла, возможно, единственный шанс вернуться к музыке? С глаз потекли предательские слёзы. Медсестра Марина вернулась обратно и подлетела к рыдающей девушке. — Кать, ты чего? Он тебя ударил? Что такое? — Да ну что за срань такая, Марин… — Какая срань? — Да жизнь эта. Повисло молчание.

***

Где-то в сказке… Довольно быстро вставший на ноги Горшок разбудил своих друзей, дабы отправиться дальше. — Как-то быстро тебе полегчало. — Зевая, заметил Князь. — Никак это всё дивное зелье нашей спутницы. Горшок посмотрел на траву, где укрытая своей же верхней одеждой, ещё мирно спала девушка. Не решаясь поддаваться эмоциям, он махнул рукой и сказал: — Да брось ты, Князь. Это всё сила моя богатырская! — залился он смехом. Его друг усмехнулся и покачал головой. — Всё же надо признать, что подлечила она тебя хорошо. — На то она и лекарь, верно? — Хоть поблагодари, как проснётся. — Не нужна мне его благодарность. Ребята переглянулись, а у Горшка внутри всё сжалось от неловкости. Девушка не спала и прекрасно всё слышала. Встав, она отряхнула свой кожаный бордовый плащ, надела его и закрепила пояс с ножнами. — Екатерина, да вы ему жизнь спасли. — Судя по всему, это понятно только вам, Княже. — Да меня ранило там маленько. — Пытался оправдаться менестрель. — Что вы развели тут из ничего? И вообще, нам в путь дорогу пора. Не забыли? Принцесса ждёт. Ломанувшись куда-то вперёд, Горшок пошёл по полю. Князь взглянул на злое и одновременно грустное лицо девушки, и тяжело вздохнул. — Ты его извини. — А ты что совестью его заделался? — Да вроде как нет… — Так и не отвечай за него. Он, как видишь, жалости ко мне не чает. Да и не нужна она мне. Только странно что он ночью совсем другое говорил. Поймав на себе вопросительный взгляд Князя, она поспешила отнекиваться. — Ты не подумай чего лишнего. — Не осмелюсь. — И вообще, закрыли тему. Пора идти дальше. Сохранив внутри горечь обиды, путники двинулись дальше. ***