Глава 9
11 ноября 2023 г., 18:00
Темный дым заполняет почти все помещение, и девушка даже теряется, ощущая, как слезятся глаза, а горло начинает неприятно сохнуть и жечь. Рюджин тянет футболку выше, прикрывая тканью дыхательные пути и наощупь доходя до кухни.
— Хван?! — Хрипло кричит младшая. — Йеджи?!
— Я здесь! — Слышит Шин, облегченно выдыхая и пробираясь быстрее, наконец слыша кашель девушки. Хван стоит у открытого настежь окна, размахивая какой-то тряпкой.
— Тебе блять скучно стало, ты решила нам комнату спалить?! — Кричит младшая, распахивая и второе окно, хмуря брови, а после, глядя на притихшую Хван. — Ты что тут творила, ведьма? Решила самосожжение устроить? — Йеджи опускает голову. — А чего же не позвала, я бы полюбовалась! — Язвит младшая, беря полотенце, что висело на одном из стульев и начиная ритмично махать им, стараясь быстрее прогнать дым.
Когда наконец в комнате хоть немного проясняется, Рюджин лишь хмурится сильнее глядя на эпицентр этого кошмара. Вся плита перепачкана, столешницы напоминают поле сражения, судя по всему, бои велись с мясным фаршем.
— Кого ты тут расчленила, а? — Шин подходит к сковороде, все же не рискуя снимать крышку рукой без чего-то, надевает перчатку, открывая, наконец, этот кошмар. — Тут еще и бульон из несчастных глазенок жаб, хвостиков ящериц и сушеных ушей единорога? Это что? — Брюнетка оборачивается, демонстрируя сковородку. — Ты ее убила! Она же черная! Я даже не понимаю что тут за ингредиенты, женщина, ты сюда что заливала?
— Соус, вода, немного сливок, зелень, сыр тертый… — Йеджи лишь сильнее смущается, опуская глаза в пол и нервно перебирая пальцы. Рюджин же продолжает ревизию, разглядывая то, что осталось после кулинарии. Она вздыхает, качая головой, с опаской касается духовки.
— Ну, с Богом? — Рюджин открывает ее и начинает громко кашлять от темного дыма, что тут же попадает ей в лицо. — А вот и причина, — Шин достает содержимое духовки, ставя на столешницу и все еще стараясь откашляться от неприятного запаха гари. Шесть сжавшихся в уголечки комочков мяса, даже не напоминают его, но тут не сложно догадаться. — Один вопрос, Хван. Зачем? — Рюджин тяжело вздыхает, оглядывая кухню, которая была вся заляпана попытками Йеджи. Шин из интереса открывает нижнюю тумбу, видя в мусорном ведре, как минимум, еще три упаковки фарша и их горелые остатки, лишь закатывает глаза. — Ну и кого ты впечатлить пыталась? Меня?
— Нет! — Резко отрицает старшая, складывая руки на груди. — Много чести.
— Ну опять, — Рюджин облокачивается спиной на тумбу, глядя на рыжеволосую. — Это из-за того, что я говорила вчера про кулинарию? Что, мол, девушки, которые мне нравились, умели готовить?
— Да я себе их готовила! — Хмыкает Йеджи, гордо поднимая голову. — Решила разнообразить рацион.
— Моя прекрасная стерва, я, конечно, сейчас уставшая, но не тупая. Я не поверю, что ты решила приготовить что-то просто так, тебя к плите не затащишь, от твоего отца слышала. Тебе проще пойти со своей карточкой в ресторан или заказать доставку, все что угодно, но не самой начать готовить. Если следовать этой логике, то что-то должно было заставить тебя встать к плите и начать творить хаос. Вчера ты обижалась, утром тоже недовольная была и задумчивая, а началось все как раз с того, как я рассказала тебе о своих бывших. — Рюджин делает паузу, стараясь увидеть в глазах Хван хоть немного сожаления, но девушка все еще держалась, гордо подняв голову и спокойно глядя на брюнетку. — Меня же никак не задело то, что у тебя был парень. Я же не пошла себе, не знаю, пол менять, — Шин жестикулирует, — не отрезала волосы. Вообще без разницы. Это было раньше.
— Угу, — только и произносит Хван. А после быстро выходит из кухни, уже на пороге Шин замечает, как меняется выражение ее лица с уверенного до полностью разбитого. — Вот и будь с Сохи! Пусть она тебе пластыри клеит и еду готовит! — Внезапно доносится из комнаты, прежде чем хлопает дверь.
— Да что опять Сохи-то? — Рюджин выдает этот вопрос в воздух, зная, что Хван не услышит. — Боже, блять. Узнала что ли, — Шин потирает шею, начиная злиться. — Я вам что, канат? Перетягиваете, как одеяло какое, хоть бы меня спросили, — брюнетка возвращается за оставленными в коридоре пакетами, занося их в кухню и решая, что не помешало бы убраться.
Завязав волосы в хвост и вооружившись тряпками, Шин приступает к отмыванию всех поверхностей, решая начать с простого, а именно тумб. Все же, возможно, Рюджин погорячилась, когда начала так грубо давить на Хван, та ведь просто хотела сделать приятно… Но она же знала, что сама ничего не смыслит в готовке, могла предложить альтернативу, приготовить блюдо вместе, и весело, и вкусно. Да и глядишь, без возгораний и перевода продуктов обошлось бы.
Рюджин выкидывает все в мусорку, отмывая посуду и в какой-то момент понимая, что все это тщетно. Проще заплатить потом персоналу за порчу имущества, чем пытаться воскресить это, а потому их просто запихивает в глубь ящика, пряча за дверцами.
Младшая на скорую руку готовит ужин и оставляет записку на столе. Никакого желания идти к Хван сейчас не было, да и смысл, если она будет вести себя, как дикобраз, в случае чего, начнет колоть своими иголочками в больные точки.
Шин уходит, запирая дверь и решая направиться на прогулку, к тому же наушники у нее были с собой. Признаться честно, такой прогулке она предпочла бы мирное лежание на кровати и просмотр сериалов, но раз старшая оккупировала территорию, то выбирать не приходится.
Она медленно идет по тропе, петляя меж высоких деревьев и наслаждаясь прохладой. Музыка в наушниках — прекрасный способ привести свои эмоции и нахлынувшие чувства в порядок, разложив их по полочкам и наконец вернувшись в более спокойное состояние.
Кто-то мягко касается ее плеча, и Шин вздрагивает от неожиданности, разворачиваясь и вынимая один наушник из уха. Конечно, судьба словно на зло подбрасывает ей одну из «спортсменок». Блондинка мило улыбается, склоняя голову и пряча руки за спину.
— Так твои дела это прогулка по лесу? — Уточняет Сохи, на что Шин просто кивает, надеясь, что сейчас от нее отстанут, и она сможет-таки побыть наедине с собой. Только, видимо, это так и останется желанием, ведь младшая навязывается на прогулку вместе, и Рюджин лишь неопределенно кивает головой, разворачиваясь и продолжая идти вглубь. — Слушай, мне кажется, или ты какая-то загруженная?
— Не кажется, — бубнит под нос девушка, устало закатывая глаза. Она приметила поваленное дерево, направляясь к нему. Брюнетка садится на него, свешивая ноги и моля всех Богов, чтобы от нее все отстали.
— Расскажешь? — Сохи садится рядом, склоняя голову.
— Прости, личное. — Шин вздыхает, про себя усмехаясь. Еще бы ей рассказывать Сохи о том, что у нее голова идет кругом от ревности Йеджи и не только. Рюджин прикрывает глаза, обращая все свое внимание на пение птиц.
— Очень личное? — Продолжает капать на нервную систему Сохи.
— Очень. — Сухо отвечает Шин, не желая продолжать разговор. Должна же младшая понять намек и уйти, разве нет? Или Сохи только играет дурочку.
— Рюджин, а у тебя есть тот, кто тебе нравится? — Старшая набирает в грудь побольше воздуха, сжимая руки в кулаки.
— Может быть. — Уклончиво отвечает Шин, она отсчитывает в голове до 10, а после медленно выдыхает. Девушка заинтересованно смотрит на брюнетку, а после присаживается чуть ближе.
— А могу я узнать кто это? — Сохи осторожно касается ладони старшей. Рюджин поворачивает голову в ее сторону, поднимая бровь. Блондинка приближается, опаляя своим дыханием губы Шин, внимательно глядя в глаза.
— Не можешь. — Сохи лишь улыбается шире, кладя руку на плечо девушки. — Что это за поползновения на суверенную территорию моего тела?
— Ой, ребят, а тут занято, ну-ка гуськом, — слышит Шин, закатывая глаза.
— Да твою же мать! — Брюнетка вскакивает. Вот не хватало ей еще прийти вечером домой и слушать очередные проповеди истеричным гневным тоном. А то ей же мало было истерик, надо же очередную вызвать. — Я пойду.
— Но…
— Никаких «но», я хочу побыть одна, — не выдерживает Шин, сильнее сжимая кулаки. Она быстро уходит прочь из леса, попутно набирая Джихо. Благо, парень понял все без лишних объяснений и пригласил выпить.
Шин теряет счет времени, сидя в комнате друга, пропуская стакан за стаканом, пока Джихо, словно психолог, расселся в кресле, то и дело подливая младшей алкоголь, продолжая выслушивать весь поток ненависти и раздражения, который Рюджин выплескивала в воздух. За эти часы она прошлась по всем, начиная от отца, заканчивая тем как ее раздражает игра «эстафета за сердце Шин» между Сохи и Йеджи.
— Им вообще плевать, что я хочу?! — Выкрикивает Шин, громко стукая по столу, так, что подскакивает посуда. — Да я им! Да я их обеих придушу скоро!
— Рю, асфиксия в тройничке не лучшая затея, — фыркает Джихо, получая гневный испепеляющий взгляд. — Прости, я пытаюсь хоть немного разрядить обстановку.
— Хуево ты ее разряжаешь, как хорошо что ты гей-пассив, а не актив, а то так до разрядки партнера и не довел бы, — язвительно замечает Шин. Парень закатывает глаза.
— Слушай, милая, время уже позднее не хочешь пойти в свой корпус? Скоро мой сосед придет, он сегодня за какой-то преподшей бегал, с цветами, и судя потому, как давно его нет, у него все получилось. Давай-давай, Шин поднимаемся и бегом в свой корпус.
— Тоже мне друг, — закатывает глаза Рюджин, кое-как поднимаясь с дивана, шатаясь. — Что за пойло было? Странно что у меня вертолеты в голове не летают, — Рюджин морщится, беря кусок лимона и кусая, впиваясь зубами и ощущая кислоту на языке.
— Сама дойдешь? Или довести? — Интересуется Джихо.
— Довел уже, — саркастично бросает Рюджин. — Если эта бестия будет на меня орать и визжать, я приду и буду ночевать тут.
— Но…
— Без «но»! Я хоть на ковре спать буду, лишь бы не слышать эту сигнализацию у уха. Ариведерчи, мой друг, — Шин салютует, икая, а после разворачивается на пятках, чуть было не теряя равновесие, а после выходит из комнаты, закрывая дверь за собой.
Рюджин стоит на своем этаже перед их с Йеджи временным жилищем, пытаясь вставить ключи в замок. Руки трясутся, а потому в очередной раз Шин мажет, попадая по двери. Она расстраивается, чертыхаясь и пиная носом обуви обивку.
Дверь перед ней распахивается, чуть было не ударяя ее по лбу и перед ней возникает рыжеволосая бестия в оверсайз футболке, хмуря брови и сложив руки на груди. Она топает ногой, недовольно глядя на младшую.
— Пришла?
— О, Йеджи, — Шин смеется. Она проходит мимо рыжеволосой, разуваясь и заходя в ванную, моя руки и умываясь. Хван все это время стоит внимательно наблюдая за действиями брюнетки.
— Как там Сохи поживает? — Как бы ненавязчиво интересуется Хван, идя следом за младшей.
— Что, доложили уже? — Рюджин оборачивается, поднимая бровь и глядя в недовольный кошачий взгляд. Йеджи кивает.
— Доложили, — соглашается старшая. — Как вы там в лесу гуляли, целовались.
— Угу, обманули тебя. — Шин усмехается. — Ну, не до конца. В лесу были, — Рюджин поднимает указательный палец, икая. — Гуляли, и она пыталась меня поцеловать. Но если тебе, истеричная стерва, которая обычно не дает мне вставить слово, все же интересно, то я с ней не целовалась. Она допытывала меня, кто же мне нравится.
— И кто? — Склоняя голову уточняет Хван.
— Конь в пальто! — Шин всплескивает руками. — Вы сговорились что ли? Я себе нравлюсь, я, — Рюджин вздыхает. — А еще не пытайся хмурить брови как я, со своим сучьим макияжем, может это и смотрелось бы злобно, но без него, ты похожа на котенка, которому не дали лакомство.
— Да что ты? — Йеджи склоняется к ее лицу. — А что же ты напилась в дребезги? Джихо бедняга, звонил, просил на тебя не кричать. А то ты к нему грозилась переехать на коврик.
— Вот гаденыш, сдал же, — шипит младшая. — Она цепляет Йеджи за край футболки, стукаясь своим носом о ее. — Идиотка ты, Хван. И-ди-от-ка. — По слогам диктует младшая, дыша перегаром. Она касается своими губами ее, довольно мыча и чуть прикусывая. — Так тебе понятнее становится? А теперь я иду спать в кровать, если захочешь присоединится, я буду не против. — Рюджин разворачивается, петляя по комнате и напевая что-то под нос, ударяется о косяк, со второго раза входя все-таки в комнату и на ходу снимая футболку, судя по звуку, попросту падая на кровать.
— Отлично, — закатывает глаза Йеджи, вздыхая. — Ночь с проспиртованной, прекрасный аромат. — Хван усмехается. — Но зато понятливо и доходчиво объяснила, умеешь вот же когда нужно. — Старшая довольно мурлычет под нос, выключая свет, а после идет в комнату, где уже устроилась Рюджин, растянувшись в позе морской звезды на кровати.
***
Алкоголь — зло. И больше ни капли в рот. Именно такие мысли первыми приходят в голову Рюджин, что с хриплым стоном поднимается с кровати, слыша противный будильник. Занятия? Шин смотрит на экран телефона, видя там уже привычный темный лес, окутанный туманом и ебучий циферблат. Неприятно. — Проснулась? — Йеджи входит в комнату, судя по всему, только из душа, но зато с приятным бонусом в виде стакана воды и таблетки. — На, пьяный искатель приключений на пятую точку. — Рюджин благодарно кивает, быстро глотая таблетку и запивая водой. — Что воды мало? — Шин вновь положительно мотает головой, шипя от боли. Йеджи без вопросов уходит, после возвращаясь с добавкой, которую Рюджин жадно выпивает, падая без сил на кровать. — Я так полагаю, сегодня без занятий? — Шин согласно мычит. — Я принесу еще воды и тазик в случае чего. Бутерброды сделала, сейчас тоже принесу. — С чего такая подозрительная забота? — Хрипло интересуется Шин, щурясь. — Я вчера что-то ляпнула? — Нет, не переживай, — Йеджи усмехается, ставя тарелку с горячими бутербродами на тумбочку. Рюджин смотрит на них с опаской. — Рю, я умею готовить базовые «блюда», бутерброды не отравлены. Йеджи поднимается с кровати, быстро скидывает с себя полотенце, без какого либа стыда роясь в шкафу. — Если это метод соблазнения, то он работает, — посмеивается Шин. — Это, Рюджин, сборы на пары. А так как я только из душа, а голой ты меня не раз видела, не вижу смысла выходить куда-то. Ты против? — Йеджи оборачивается, и Шин внезапно садится в кровати, щурясь сильнее. — Подойди-ка сюда, — манит ее пальцем младшая, и Хван подходит, держа в руках темный лифчик. — Ну? Рюджин, у меня нет времени на утренние «игры». Давай перенесем, — Йеджи мурлыча целует ее в щеку, довольно сверкая глазами. — Ты слишком добрая и ты меня пугаешь. А еще меня напрягает твой засос на шее, — Рюджин касается пальцами ее шеи, хмурясь сильнее. — А разве мы в отношениях? Я не могу уже с кем-то переспать? — Хитро интересуется старшая, а после, замечая, как теряется Рюджин, смеется, чуть толкая ее в плечо. — Да я шучу, твой это, твой. Кто-то сегодня посреди ночи проснулся, и оставил это, даже не знаю кто. — Правда? — Шин неверя косится. — Правда. Рюджин тянет девушку к себе, нагло касаясь шеи и чуть прикусывая, оставляя рядом такой же багровый засос. Йеджи лишь усмехается, качая головой. — Проверка пройдена? — Рюджин кивает. — Отлично, помоги застегнуть, — Хван оборачивается к ней спиной, указывая на застежку лифчика. Рюджин со второй попытки все же удается это сделать, оставляя на лопатке легкий поцелуй. — Давай, отдыхай, — Йеджи ласково треплет ее по темным волосам, легко толкая на кровать. — Я надеялась, что после этого ты сядешь сверху, — недовольно ворчит со своего места Рюджин, на что старшая лишь смеется, продолжая собираться. Она быстро красится, решая остановится лишь на базовом тоне и подводке на глазах, после чего, довольно улыбнувшись своему отражению, берет сумку, вновь подходя к младшей и быстро чмокая ее в щеку. — Ты меня пугаешь, — Йеджи лишь мило улыбается, помахав рукой и после уходя. Рюджин пытается вспомнить хоть что-то, что могла бы вчера сказать, но в какой-то момент, попросту засыпает, устроившись удобнее. Полноценно встает Шин только в середине дня, приводя себя в порядок и нехотя приступая к делам. За всей этой суетой девушка даже не замечает, как старшая возвращается, подкрадываясь со спины. Рюджин стоит у плиты, ведь как оказалось в холодильнике продуктов много, но из полноценных блюд только прокисший йогурт с вишней и два таких же только свежие. А, нет, были там и остатки риса с кимчи, но честно, выглядело не аппетитно. Рюджин долго думала, что стоит приготовить, но решила остановить свой выбор на супе твенджан ччигэ, который был довольно пряным и оттого любимым у Шин. Овощи уже лежали нарезанные кубиком на деревянной доске, пока кастрюля кипела. Брюнетка напевая что-то под нос и хмуря брови, добавляет ингредиенты, возвращаясь ко второму блюду в виде курицы в кисло-сладком соусе. Та уже давно жарилась на сковородке и потому сейчас оставалось добавить лишь соусы и приправы, чем Рюджин и начала заниматься, в тот момент как чужие руки обвили ее талию, а губы коснулись шеи. Младшая роняет лопатку, что чуть было не убегает прямо в кипящие соусы, стараясь потонуть, но та же чужая рука ловит ее, откладывая на заготовленную салфетку. Йеджи все еще ластясь со спины, продолжает хозяйничать, прикрывая сковородку крышкой и после тянется к остаткам нарезанных овощей на доске, получая наконец легкий шлепок по ладони. Хван смеется, одной рукой сильнее обвивая талию младшей, тычась носом в ее шею. — Так, что я вчера такого ляпнула, что ты весь день возле меня как кошка? — Решает-таки уточнить Шин, возвращаясь к готовке. — А для тебя это так важно? — Тихо уточняет рыжеволосая. — Разве тебе не нравится? — Не привыкла к такому, — Рюджин поджимает губы, пока чужие ладони пробираются под края футболки, касаясь подтянутого живота кончиками пальцев. — Йеджи, я готовлю. Или ты хочешь повторения? Чтобы у нас вся «квартирка» была затянута темными облачками гари и все было черное? — Нет, но я предпочту на первое блюдо десерт, — многозначительно усмехнулась старшая, проводя кончиком языка по шее, отчего мурашки побежали по коже. Шин тяжело вздыхает, стараясь не обращать внимания на проделки рыжеволосой, сосредотачиваясь на добавлении пасты в суп, помешивая. Только вот Йеджи явно не нравилось, что ее присутствие так нагло игнорируют, а потому старшая решила предпринять более серьезные меры. Ее прохладные пальчики забираются под домашние штаны, и Рюджин буквально приходится откинуть лопатку на стол, чтобы перехватить запястье старшей. — Я ее тебе сейчас сломаю, — предупреждает темноволосая, и стоит Йеджи смиренно убрать руки, как Шин разворачивается, хмуря брови и недовольно глядя в кошачьи глаза напротив. — Я сейчас не в настроении, я половину дня провела в кровати, кое-как поднявшись. Нам же еще завтра на пляж? — Не-а, — Йеджи заметно дуется, отходя. — Мы перенесли, потому что сегодня нам надо, если ты конечно захочешь, пойти на вечеринку. Там эти, с курса по менеджменту, решили устроить что-то типа тематической вечеринки. Так что, сегодня мы на темном стиле, при чем надо выглядеть горячо. — Хван садится на диван, скрещивая ноги и удобно складывая руки на груди. — Да и завтра на занятиях какая-то там очередная конференция, а потому решили перенести. Даже спиной Рюджин улавливает этот недовольный сверлящий взгляд, стараясь не отвлекаться от готовки. Хван обиделась. Все же ее перемены настроения — головная боль. Младшая выключает плиту, позволяя блюдам дойти под крышкой, сама вымывая руки. Отряхнув их, Рюджин лениво шоркая ногами добирается до дивана, опираясь на спинку и дожидаясь пока Йеджи обернется к ней. — Не дуйся. — Я не дуюсь! — Неумело врет Хван, напоминая озлобленного котенка. Рюджин закатывает глаза, а после чуть усмехается, наклоняясь. Йеджи увиливает от поцелуя, все еще недовольно что-то ворча. — Так значит, ты против поцелуя? Ладно, — Шин выжидающе смотрит, а после пожимает плечами, мысленно ведя отчет до момента как старшая сдастся. И стоит брюнетке начать отдалятся, как Хван оборачивается, быстро цепляя пальцами и заставляя наклониться сильнее. Йеджи прикрывает глаза, поддаваясь вперед и довольно грубо, с напором, целует, больно прикусывая нижнюю губу младшей, показывая свое недовольство. Рюджин лишь усмехается в поцелуй, позволяя рыжеволосой взять над собой верх. Когда Хван наконец отстраняется, то ее карие глаза заметно блестят удовлетворением. Наверняка была бы она и впрямь кошкой, то сейчас бы довольно виляла хвостом, мурлыча. Шин улыбается, упираясь локтями в спинку дивана и вытягивая руки, сцепив их между собой и наблюдая за тем, как Йеджи игриво оглядывает ее, облизывая губы. — Я прощена? — Уточняет младшая. Хван лишь поднимает уголки губ, чуть прищуриваясь и покачиваясь взад-вперед на месте, тихо посмеиваясь. Судя по такой хитро-довольной моське, все же сработало. Шин не замечает, как засматривается на старшую, забывая о том, что вообще-то помимо Йеджи есть много других вещей, взять хотя бы бардак на кухне, который стоило бы убрать. Только вот, взгляд все равно не хотел отрываться от лица рыжеволосой, что улыбалась лишь шире, заметив заинтересованность Шин, хотя как тут не заметить, когда она так близко немигая смотрит, пока на лице застыла глупая улыбка, которая выдает ее с потрохами. И как вообще так вышло, что Рюджин начала не только присматриваться, но и в серьез задумываться о Йеджи, как о своей девушке? С каких это пор, эта злобная истеричка внезапно стала напоминать котенка? Рюджин нехотя отрывается от любования старшей, собираясь навести-таки порядок и подать еду, но ее вновь ловят, на этот раз за запястье и на этот раз, Шин сама нагибается, запечатляя короткий поцелуй на губах Хван, после чего все же недовольно направляясь к оставленной посуде. После ужина, Йеджи настоятельно просит не заходить в комнату, мол, хочет посмотреть реакцию Шин на ее наряд. Рюджин ворчит, закатывая глаза и недовольно оставаясь ждать в гостинной, мотая ленты соцсетей. Ей бы самой успеть собраться, потому что в голове была абсолютная пустота. Что вот ей надеть на эту вечеринку? Рюджин потягивается, вытягивая ноги и недовольно глядя на время, что высвечивается на экране телефона. — Хван, мы так опоздаем! — Кричит младшая, цокая языком и запрокидывая голову. Ответа не последовало, а потому брюнетка лишь тяжело выдыхает. — Йеджи! Мне тоже надо собраться! Такими темпами, когда мы дойдем там от выпивки будет только запах, а от закусок шпажки. Я захожу! — Предупреждает Шин, поднимаясь и дойдя до двери, дергает за ручку, толкая вперед. Она быстро проходит мимо старшей, что активно крутится перед своим излюбленным столиком, где она хранила все запасы макияжа, ведь напротив было расположено круглое довольно объемное зеркало с подсветкой. Рюджин открывает шкаф, про себя отмечая, что с каждым разом, у Йеджи становится все больше занятых полок, пока младшую оттесняют на нижние. Шин присаживается на корточки, копаясь в своих вещах и стараясь найти более менее подходящие джинсы. В какой-то момент Шин не выдерживает, закатывая глаза. — Я ощущаю твой взгляд даже спиной, что опять? — Не оборачиваясь, бубнит вслух Рюджин, рассматривая гардероб. — Ты даже не обратила на меня внимания! — Возмущается рыжеволосая и, судя по звуку звонкого удара, кидает что-то на стол. Шин фыркает, поднимаясь. — Да что я там не видела? — Уверенно произносит Шин, оборачиваясь на пятках и замирая. Первым делом взгляд невольно падает на темные капроновые чулки, и задницу Хван, которую она словно специально демонстрировала, нагнувшись. Черная джинсовая юбка, что не так уж сильно прикрывала упругие бедра, чуть задралась от наклона и Рюджин невольно сглотнула, прилагая усилия и переводя взгляд на отражение. Только, кажется, это было еще большей ошибкой, нежели брошенная до этого всего фраза. Черный топ, обнажающий талию, с короткими рукавами идеально сочетался с блядским тонким чокером на шее, украшенный мелкими кристалликами, которые отходили по обеим сторонам от главного колечка посередине. От одной мысли про то, что за это колечко Хван можно притянуть ниже, заставив подчиняться, закружилась голова. Не говоря уже о темных оставленных ранее засосах, что Йеджи старалась прикрыть тональным кремом. Рюджин склоняет голову, поджимая губы, чтобы провести по ним языком, ведь Йеджи явно хотела ее кончины. Мало того что весь ее наряд так и кричал о том, чтобы они опоздали, а то и вовсе не пришли на вечеринку, так еще и чертов макияж, острые стрелки, смоки айс и яркая помада, которую девушка так старательно сейчас наносила на губы, нацепив еще и очки, которые надевала лишь пару раз до этого, когда работала за ноутбуком. Ее рыжие волосы, явно выпрямленные утюжком спадали по плечам, и Рюджин словно загипнотизированная, движется к старшей. Взгляд тут же цепляется за собственное отражение в зеркале, и Шин на миг хмурится, слишком голодный, даже хищный взор. Кажется, это заметила и Хван, что отвлеклась от помады, отложив ее подальше и приподнимаясь, все еще опираясь ладонями о столик. Ее губы растягиваются в довольной улыбке, эта дьяволица добивалась именно такой реакции. Рюджин подкрадывается со спины, мягко убирая рыжие волосы на одну сторону, открывая вид на шею старшей, что лишь усмехается от таких действий, выгибаясь в спине сильнее и упираясь в таз младшей, чуть закусывая губу. Шин еле держит себя в руках, особенно, когда ее ладонь ложится на талию, ощущая жар чужой кожи. Льнет ближе, прикрывая глаза и проводя кончиком носа по шее, вдыхая аромат духов, которые успела нанести старшая. Брюнетка хочет было укусить, но Йеджи мягко толкает ее плечом. — Рюджин-и, нам еще на вечеринку. Да и кто-то сам меня торопил. — Напоминает старшая, не сильно уж и сопротивляясь. — Мы же опоздаем, — бурчит Йеджи, хихикая, ощущая поцелуи на шее. — Дашь мне обернуться? Ты меня уже вжала в этот столик. — Тебе же это нравится, — хмыкает где-то рядом с ухом брюнетка, осторожно прикусывая кончик. Рюджин задирает джинсовую юбку, опуская взгляд и ощущая, как во рту в миг становится сухо. Черное кружевное белье, почти полностью просвечивается, отчего Шин попросту теряет дар речи. — Оценила? — Замечая, как медлит младшая, хитро интересуется рыжеволосая, чуть виляя бедрами из стороны в сторону. Рюджин лишь упирается лбом в плечо, сдерживая рвущийся наружу скулеж. Эта девушка явно играется с ней как только можно, стараясь выбить из равновесия. И сейчас, как бы не хотела этого признавать брюнетка, Хван все же добилась своего. Младшая уже вовсю хозяйничала под одеждой, заставляя Йеджи нетерпеливо ерзать, сильнее сжимая края стола, прикрывая глаза. Шин довольно улыбается, стоит подушечкам пальцев пройтись по промежности, а Хван уже вздрагивает, довольно мыча и наклоняя корпус вперед. Казалось бы, не в первый раз это делают, но что-то внутри так будоражило, что мурашки бежали по телу, отдаваясь слабостью в дрожащих коленках. Младшая явно знала, что делает, продолжая дразнить, одной рукой сминая грудь, пока вторая, словно случайно, каждый раз задевала чувствительное место, издеваясь в ответ. Йеджи прикусывает губу, двигая бедрами и стараясь усилить такое приятное трение, которого Рюджин старательно ее лишала. Жар усиливается с каждой секундой, пока разум тонет в чертогах желания, отчего Хван выгибается больше, уже не сдерживая себя и тихо постанывая. Она не знает куда деть взгляд, ведь смотреть на поверхность стола ей не хочется, куда больше привлекает образ младшей за ее спиной, что выглядывает из-за плеча, с горящими глазами и хитрой ухмылкой. — Так мило нервничаешь, тебя заводит отражение? — Усмехается Рюджин, не сдержавшись, проводит языком по шее, мягко прикусывая ее. Старается сделать это более нежно, чем обычно, чтобы не остались следы. — Ты дрожишь, — с усмешкой замечает Рюджин, довольная собой. Йеджи втягивает воздух через нос, поджав губы и отклоняя голову так, чтобы открыть больше пространства для младшей. — Нравится? — Безумно, — на выдохе отвечает девушка, подаваясь назад. — А если ты снимешь с меня мокрое белье и наконец что-то начнешь делать, то это будет еще лучше. — Молит старшая и Рюджин фыркает. — Слишком просто, моя девочка, так неинтересно. — Шин мягко массирует клитор, наблюдая, как Йеджи все больше расслабляется, удовлетворенно мыча. Хван мало, даже так она ощущает как внизу живота все предательски тянет, пока чужие пальцы тонут в естественной смазке, все еще не входя внутрь. — Рюджин, ну за что ты так издеваешься, — не выдерживает Йеджи. — Сними с меня это чертово белье. — А ведь когда мы только познакомились, ты говорила, что не лесбиянка. Что я вообще сумасшедшая. А сейчас эта «больная на голову» удовлетворяет тебя. — Напоминает Шин. Йеджи закусывает губу, ощущая неловкость. — Ну прости, — Хван смотрит на зеркало, замечая улыбку на лице младшей. — Тогда я была, более вспыльчивая. А сейчас, — Йеджи замолкает, ощущая, как пальцы скользят ниже. Шин не выдерживает, стягивает манящее белье, пока старшая помогает с этим, желая ускорить процесс. Следом брюнетка избавляется от своей футболки, откидывая куда-то в сторону, оставаясь в шортах и топе. Вновь прижимаясь со спины, замечая, как Йеджи пялится на нее через отражение, игриво закусывая губу и чуть склоняя голову, позволяя рыжей копне волос разметаться. — Ты будешь действовать или мне стоит взять инициативу в свои руки? — Обойдешься, малыш, — фыркает Рюджин, пальцами проводя по влажной промежности. Шин оставляет поцелуй на шее, довольно устраивая подбородок на плече старшей и заглядывая в отражение. — Не интересно же, когда видно лишь часть скрытую одеждой, да? — Рюджин свободной рукой поднимается по талии, задирая топ и вместе с ним темный лифчик, видя, как Хван заметно тушуется, сразу отводя взгляд в сторону. — Эй, красотка, куда пропал твой запал? Стоило мне начать действовать как ты сразу покраснела и притихла, я так не играю, — Рюджин давит на клитор, пальцами водит вверх-вниз, заставляя Хван простонать в голос, прикрыв глаза и выгнувшись. А ведь половина кампуса отдала бы все ради того, чтобы просто увидеть эту чертовку в белье, не говоря уже о той картине, которую сейчас видела перед собой младшая. А картина и правда того стоила. Смущенная Йеджи, что не знает куда деть свой взгляд, то и дело перебарывая смущение, оглядывает себя, пока с губ срываются стоны от ускоряющегося темпа. Рюджин не может отвести взгляда, видя, как старшая прикрывает глаза, почти скуля и сильнее сжимая края стола. Шин прижимается сильнее, вводя пальцы полностью и чуть двигая ими внутри, стискивая между пальцами сосок. — Я говорила тебе, что ты потрясающая? — Обжигающе шепчет на ухо младшая. Ее тело само горит, прося большего. Дразнить Хван — безумие, ведь сводит с ума не только старшую, но и саму Рюджин. Ей хочется сильнее вцепиться в нежную лебединую шею, оставив там яркие следы своих зубов. Продолжать подливать масла в огонь, до того момента пока все тело не начнет буквально плавиться от касаний. Сейчас брюнетке до жути не хватало Хван, хотя, казалось бы, вот она, перед ней, вся в ее руках, но что-то было не так и это сбивало с толку. Йеджи выгибается, прося о большем, послушно исполняет любые приказы Шин. Не смотря на смущение, поддерживает зрительный контакт с младшей, глядя в зеркало и изредка переводя взгляд ниже. Замечая то как рука брюнетки сжимает ее грудь, властные темные глаза, что светятся похотью, так еще и ощутимо слышимые пошлые звуки, которые сводят Хван с ума, будоража душу и подкармливая внутренних дьяволов. — Ты выглядишь так пошло, — Шин прикусывает ее ухо, а после вновь проходится мокрыми поцелуями по шее, что раскраснелась от смущения. — Меня это заводит лишь больше. — Довольно тянет брюнетка. Рука младшей спускается на талию, сильнее сжимая ее и утыкаясь носом в плечо, наращивая темп. Край стола неприятно давит на тазовую часть, но это не мешает рыжеволосой сосредоточиться на приятных ощущениях внизу живота. Йеджи почти на пике, она разводит ноги шире, сама толкаясь на встречу пальцам младшей. Рыжеволосая не хотела признавать, но идея Шин, которая изначально показалась ей сумасбродной, сейчас заиграла новыми красками. Хван даже нравилось, ощущения стыда смешались с похотью, превращаясь в какое-то новое чувство. Старшая скулит, сильнее сжимая края и недовольно ударяя рукой, стоит Шин внезапно прерваться, полностью отстраняясь. Йеджи медленно приводит дыхание в порядок, вскидывая голову и глядя в зеркало, резко дуя вверх, сдувая прядку, что лезла в глаза. — И как это понимать? — Хван разворачивается, пока по телу разливается неприятное тягучее ощущение опустошения из-за невовремя прерванного акта. Она готова рвать и метать. Видя как Шин лишь усмехается, маня ее пальцем. — Я тебе их сейчас сломаю, все равно пользоваться не умеешь! — Грозит девушка, надвигаясь на младшую, что лишь игриво улыбается. — Рюджин, я тебя… — Я себя тоже, — подмигивает брюнетка, притягивая рыжеволосую за талию и нагло проникая языком в рот, отбирая инициативу в свои руки. Йеджи сильно впивается ноготками в плечи, опуская лямки топа, стараясь оставить как можно более болезненные царапины. Мстит, сильно кусая губы Шин. — Я обещаю исправиться, моя Госпожа, — Шин тянет ее на себя, забираясь руками под топ Хван, а после подцепив снимает, быстро переключаясь на застежку лифчика, что следом падает куда-то на пол. — Рюджин, — Хван закусывает губу, когда последний элемент одежды, в виде юбки, был отброшен в сторону. — Дай я хоть очки сниму. — Мне нравятся, оставь, — поправляя их просит Рюджин. — И этот ошейник, — она сглатывает, задерживая на нем свой взгляд. -Я не могу отказать тебе, когда вижу такой взгляд, — хихикает Йеджи, негласно прощая Шин за ее выходку ранее. Чувствует себя желанной, стоит Рюджин просто напросто замереть, ведь от такого зрелища дыхание и прямь перехватывает. — Так, что ты там говорила про исправление? — Хван наклоняется, поглаживая большим пальцем щеку младшей. — Я готова принять твои извинения. — Я обещаю, тебе понравится, — Шин позволяет стянуть с себя топ, а после расправляясь с шортами. Они перемещаются на кровать, что куда мягче и удобнее, нежели поверхность стола. Йеджи довольно ерзает на бедрах, обнимая за шею и забираясь пальцами в темные пряди. Руки младшей бродят по телу, стараясь уделить внимание каждой части и запомнить этот момент. — Сядешь на меня сверху? — Я и так, — усмехается Йеджи, специально ерзая так, чтобы смазка размазалась по бедрам младшей, усиляя эффект, и Шин стонет, не удерживаясь и прикусывая кожу на плече, оставляя след. — Я, кажется, просила не делать так, — напоминает Хван, чуть ероша темную шевелюру. — Простите, моя Госпожа, я не смогла удержаться, — Шин сжимает ее ягодицы, носом проводя по шее. — И я не совсем то имела ввиду, — Рюджин отстраняется демонстративно высовывая язык. — Пошлячка! — Йеджи несильно толкает ее в плечо, смеясь. — Ты уверена? — Судя по тому, что твои щеки и уши напоминают хорошенько отваренных раков, из нас двоих неуверенна только ты. — Рюджин проводит пальцами по ребрам, спускаясь к впалому животу и довольно оглядывая личико старшей. — Так что? Попробуем что-то новенькое? Госпожа? — Ну раз ты предложила, — Йеджи мягко толкает ее в плечо, и Рюджин, не сопротивляясь, ложится. Старшая несмело поднимается, передвигаясь и глядя на довольную моську младшей, что касается ее бедер, поглаживая. — Ты медлишь, — замечает Шин. — А тебе каждый день подобное предлагают? — Йеджи поджимает губы, зачесывая рыжие волосы назад. Очки почти спадают, но девушка легко поправляет их, а после проводит пальцами по своей шее, цепляя черный чокер. — Нравится? — Вид? Госпожа, Вы прекрасны, не устану это повторять, — довольно тянет Шин, оглядывая девушку над собой. Абсолютно голое тело, которое освещает лишь пара ламп, тонкий ошейник, что контрастирует с бледной кожей и ярко-рыжими волосами, так еще и эти стрелки. Рюджин не в силах оторвать взгляда, от такой картины. Йеджи все еще смущаясь, все же опускается ниже, так что очки чуть сползают с переносицы. Шин на пробу скользит языком по влажным складкам, руками сильнее сжимая бедра старшей, что несдержанно стонет, держась за спинку кровати. Рюджин чуть посасывает клитор, продолжая водить языком пока руки блуждают по телу, то поднимаясь к груди, то вновь спускаясь к ягодицам. Старшая лишь измученно мычит, изгибаясь в пояснице, пока брюнетка увлекается своим занятием, выбивая больше стонов. Шин играется даже сейчас, то дразня чувствительную точку, то чуть входя, от чего Йеджи лишь жмурится, вздрагивая и чуть было не роняя очки. Ее прерывистое дыхание и стоны — высшая похвала для младшей. — Пожалуйста, Рюджин, — скулит Йеджи, стоит брюнетке хоть на миг остановиться. Хван сама двигает бедрами, сгорая от смущения и желания. — Больше, прошу, — старшая видит белеющие костяшки на своих руках, так сильно она сжимает чертово изголовье кровати. Она чуть поднимается, глядя в хитрый прищур Рюджин, осознавая, что девушка все еще безбожно дразнит ее, даря касания и ласки совсем рядом, но все еще не там где нужно. — Рюджин, я сделаю все, что ты только попросишь. — Скулит Хван, касаясь пальцами чокера на шее. — Пожалуйста, сейчас… — Сейчас что? — Рюджин проводит языком вдоль промежности, видя как от малейшего движения дрожат ноги старшей. — Продолжи, — на выдохе молит Йеджи, кусая губу. Ее помада вся смазалась, а волосы лишь растрепались больше. — Я хочу кончить, и тебя, — помедлив добавляет она, отворачиваясь в сторону. — Хочу чувствовать тебя в себе… Рюджин-и… Шин и сама готова взвыть от такой стороны Йеджи, которую она так тщательно ото всех скрывает. Девушка тянет рыжеволосую ближе к себе, ускоряясь и играясь с комочком нервов лишь сильнее, от чего Хван не выдержав, наклонятся к спинке кровати, пока дыхание в груди замирает в ожидании долгожданной разрядки. Девушка громко стонет, почти шипя в конце, когда наконец оргазм накрывает тело с головой, заставляя ноги задрожать. Йеджи быстро слезает с младшей, садясь на кровать и голову запрокидывая на изголовье, стараясь отдышаться. — Так быстро слезла, я могла же еще немного поиграться, — недовольно тянет Рюджин, поднимаясь и языком проводя по своим губам. Очки все же падают, благо на кровать, стоит рыжеволосой махнуть головой. — Иди ко мне, — Шин распахивает объятия и Йеджи в одном чокере, попросту облокачивается на младшую, устроив голову на плече и обвив руками талию. — Меня так еще никто, никогда, не смущал, — с паузами произносит старшая, пока теплые ладони Шин гладят по спине, водя по позвоночнику и лопаткам. Рюджин усмехается, потираясь о рыжую макушку щекой. — Я старалась, — с улыбкой произносит младшая. — И кажется, тебе очень понравилось, — шепотом добавляет Шин, ощущая легкий укус на шее. — Сейчас передохну, и тебе тоже понравится, я уж отыграюсь, — грозится девушка, чуть щипая кожу, пока Рюджин лишь улыбается шире. — Но мы же опоздаем! — Наигранно восклицает девушка. — Ничего, все не пропустим, — отмахивается Йеджи, водя губами по шее младшей, ощутимо прикусывая. — Иначе потом, тебе же хуже будет, — угрожающе хихикает рыжеволосая, отстраняясь и сверкая озорными огоньками в кошачьих глазах. Рюджин остается лишь подчиниться, обезоруживающе подняв руки вверх и позволив старшей воплотить ее задумки в реальность.***
Рюджин недовольно поправляет черный ворот рубашки, цокая языком и продолжая неспешно идти за старшей. Хван светилась так ярко, что наверняка могла бы осветить сейчас весь коридор. — Ты просила не оставлять на тебе засосы. Я же ничего не путаю? — В который раз спрашивает Шин. — Да, милая, — соглашается Йеджи, довольно крутясь на ходу, спрятав руки за спиной. Она ослепляет младшую яркой улыбкой в 32 зуба, хихикая под нос. — «Милая» значит? Так вот, дорогая, тогда какого черта, на мне твоих следов больше чем на ежике иголок? — Саркастично спрашивает Шин, выгибая бровь и кривя лицо. Йеджи лишь пожимает плечами, продолжая увиливать от гневливого взгляда. Уже перед входом в помещение где громко играет музыка, Рюджин все же ловит ее за запястье. Тянет на себя, второй рукой ловко цепляя за талию, прижимая ближе к себе и заглядывая в смеющиеся кошачьи глаза. Там так и скачут озорные огоньки, и Шин не может не заметить этого. Правда сейчас, от того, первого образа у старшей остался лишь макияж, который она старательно подправляла перед выходом. Решив сменить юбку на скинни джинсы и темный, удлиненный топ. Чокер решила не надевать, да и пока они собирались, Шин довольно лежа на кровати крутила его на пальце, с чеширской улыбкой, не хватало только громкого мурчания для полной картины. — У меня вся шея в твоих укусах. — Они тебе идут, — подмечает Хван, наклоняясь и быстро чмокая в губы. — К тому же, теперь никто лишний не подойдет. — Как будто до этого подходили, ты их не подпускаешь на пушечный выстрел. — Фыркает Шин, и видя, как дуется Йеджи, вновь увлекает в поцелуй, куда более длинный и чувственный. Кажется это срабатывает, ведь старшая заметно успокаивается, довольно касаясь кончиком носа чужого, вызывая у Рюджин ответную улыбку. — Пошли, дурында, все шоу и алкоголь пропустим. — Йеджи приободрившись кивает, беря ее за руку и довольно ведя за собой, оглядываясь и вновь одаряя младшую своей лучезарной улыбкой. Ну и как на нее злиться? Да даже ворчать, это же попросту невозможно. Эта девушка обладает поразительным умением выводить из себя за пару секунд, а потом за пару мгновений сглаживать ситуацию своей умилительной улыбкой, нежными касаниями и до жути успокаивающими поцелуями. Эта чертовка точно личная погибель для Шин. Продолжение следует…
