Не потерянный из 99-го

Окончательное ли решение он принял — Гарри не знал. Не было времени думать, да и он так устал это делать. Просто выпил стакан виски, сидя в ванной, невербально призвал лезвие… Подсознание кричало, что это чудовищная ошибка. Однако другая часть его хотела тишины и покоя. Гарри помнил это ощущение, когда он умер, — тишина и покой. Осознание победы над Темным Лордом больше не приносило спокойствия и не зажигало надежду на будущее. Кошмары были сильнее. А со временем он все чаще оставался один в квартире на Гриммо, 12 и все чаще не мог спать. И сегодня, когда время перевалило за полночь, Гарри снова не спал. Он разрезал предплечье, наблюдая за тем, как алая кровь хлынула из-под кожи, и почему-то вспомнил Воскрешающий камень. Может и правда, тот, кто воскрес однажды, не сможет уже найти покой на земле? Может, Гарри поступает логично и правильно, и это его истинный путь? Мысли замедлились, и он перевел взгляд на мирно догорающие свечи на бортиках ванной. Кажется, он начинал засыпать. Боль в руке была достаточно сильной, но и сонливость все нарастала. На какой-то миг Гарри провалился в темноту. Мысль о том, что он не просто засыпает, а засыпает навсегда, пронеслась в его голове, и в глотке зародился комок страха. Гарри почувствовал, как его окутывает, буквально проглатывает тьма. И ему стало по-настоящему страшно. Он пытался пошевелиться, открыть глаза, подать голос, но все было напрасно. Гарри не слышал даже собственных мыслей, паника затопила его сознание. Судорожный вдох, и Гарри наконец удалось пошевелиться. — Кричер!.. — хриплым голосом позвал он. Это все казалось просто кошмаром. Сердце бешено стучало в груди, Гарри дышал, как загнанный зверь. — Кричер! Отзовись… Гарри тер глаза, ощущая неприятную боль в левом предплечье. Паника отступала, он точно жив. Но все еще было темно и чертовски холодно. Гарри неуклюже встал и понял, что он лежал в ванной, в которой совершенно не было воды. Паника начала возвращаться. Было абсолютно темно, и Гарри подумал, что он надолго уснул и все свечи просто догорели. — Кричер, твою мать! Почему он не отзывается?.. Гарри поплелся на ощупь к выходу и открыл дверь. И замер. Судя по свету, залившему его глаза, был уже день. *** — Без паники… Без паники… Без паники… Без паники… — шептал Гарри энное количество раз, стоя столбом на пороге ванной. Ясно, почему Кричера нет: это же совсем не его квартира! — Ладно, что я имею. Я попытался вскрыться, а спустя несколько минут я очнулся голый, с порезанной рукой в чужой квартире. Супер… Может быть, я всё-таки умер? Но это было маловероятно. Боль, холод и слабость были вполне человеческими и настоящими. «Может, я очнулся в чужом теле?!» — испуганно предположил парень. Он посмотрел вниз, оглядывая обнаженные части себя. Да нет, там все определенно принадлежало ему, Гарри Поттеру. — Хм, — только и смог выдать он. Найдя случайно взглядом выключатель, Гарри щелкнул его, и ванная наполнилась светом. — Вау, — выдохнул Поттер. Это была большая светлая комната, выполненная в стиле минимализма. Зеркальные поверхности, черно-белые оттенки, ни единого лишнего цветового пятна, ровная с острыми углами мебель. Гарри подумал, что себе он хотел бы именно такую ванную. Закрыв дверь, он принялся все осматривать. Найдя в шкафчике аптечку, Гарри наскоро перебинтовал порезанную руку. Рана перестала его слишком волновать, было ясно, что от этого пореза он не умрет. Поттер смыл кровь с рук и стал дальше разглядывать содержимое шкафчиков. Столько восхитительно пахнущих духов, дезодорантов, пены для бритья, лосьонов и куча разных баночек и флаконов. Странно, но Гарри это всё так понравилось, что захотелось накупить себе подобного. Минут десять он все осматривал, совершенно позабыв о том, что находится голый в чужой ванной и может быть в любой момент застукан владельцем. Судя по тому, что все вещи и средства были мужскими, здесь живет мужчина. И он может поколотить Гарри за вторжение в частную собственность. Эта мысль Поттеру не понравилась, и он подумал, что надо бы разгребать проблему. Гарри нацепил на бедра черное махровое полотенце, искренне жалея, что решил вскрыть вены голышом. Он вышел из ванной, прошелся по коридору и оказался в восхитительного вида гостиной. Черно-белые тона, панорамные окна, огромная плазма, серый камин… Гарри определенно нравился этот стиль. Он приблизился к окнам, чтобы полюбоваться видом и… снова замер. Это же вид из его квартиры, квартиры на Гриммо, 12. Определенно и точно. Хотя все выглядело и странно, и немного по-другому, но очень похоже. Происходило что-то неясное, Поттер начал усиленно шевелить шестеренками в голове. Но ничего не мог сложить. Если это его квартира, тогда он просто осмотрит ее. А что, если он перенесся в параллельный мир и встретится сейчас с параллельным собой? Хм, ну этот параллельный Гарри Поттер жил очень даже неплохо. Он имел квартиру, о которой мечтал Гарри. Интересно, что еще у него есть? С этими мыслями Поттер поднялся на второй этаж, в свою спальню. Тихонько открыл ее и уставился на кровать. В его постели лежал какой-то мужик, который определенно не являлся Гарри Поттером. Или Гарри оказался в совсем далеком параллельном мире, в котором Гарри Поттер это… — Драко Малфой?! — воскликнул Гарри. Гарри сразу узнал его лицо, хоть тот мирно спал на боку и был определенно старше, чем тот Малфой, которого Гарри помнил. Мужчина подскочил на кровати. — Что? Какого черта? — сонно пробормотал он. — Гарри, ты… — и запнулся, уставившись на парня перед собой. — Так, спокойно, — сказали они в один голос, глядя друг на друга. Прошло несколько секунд, прежде чем Поттер вышел из оцепенения и пошевелился. Он некультурно ткнул пальцем в человека перед собой. — Ты — Драко Малфой. — Так, Поттер, куда ты снова влип? — спросил Малфой скорее сам у себя и начал медленно вставать с кровати. — Как ты оказался здесь? — поинтересовался Поттер, глядя, как Драко лениво встает с кровати и потягивается. — Как я оказался здесь? И какой сейчас вообще год? Почему ты такой старый? То есть… взрослый? Малфой зло посмотрел на Поттера, а затем поднял с пола футболку, очевидно, брошенную им перед сном, и начал ее натягивать. Гарри совсем не хотел называть его старым, само вырвалось. Малфой не выглядел плохо, очень даже хорошо. Он был все таким же высоким, таким же стройным, и в одних трусах его тело выглядело отлично. Гарри старался активно не замечать то, что выпирало ниже пояса. Ведь это естественно и есть у всех мужчин по утрам. «Черт!» — Гарри бы покраснел, если бы не был мертвецки бледен из-за потери крови. — Что с твоей рукой? — обеспокоенно спросил Драко и подошел. К счастью, он наконец надел длинную футболку. — Ты что, порезался? — Малфой попытался взять руку Гарри в свою. — Да, порезался, — резко ответил Поттер и отдернул руку. Он зло посмотрел в лицо Драко, разглядывая знакомые и незнакомые черты. Нос, скулы, серые глаза были вполне знакомы. На лбу и в уголках глаз появились морщины, которых прежде не было. Губы были такими же, как и раньше. А вот выражение лица совсем другое. Там читались искреннее беспокойство и сочувствие. Гарри оцепенел. Что-то невероятное на лице Малфоя. Тот смотрел с грустью, которая нарастала все больше, словно в его голове происходило какое-то осознание. — Кто ты и как сюда попал? — низким от тяжелых переживаний голосом спросил Малфой. — Я… я был дома в ванной, уснул и… — В каком году ты уснул? — серьезно уточнил Драко. Ну конечно. Вот оно что. Гарри тоже начал что-то осознавать. — В девяносто девятом, — шепотом ответил он. Малфой нервно сглотнул и опустил глаза. Кажется, он испытывал страх и перебирал в голове ворох мыслей. — Пойдем, тебе нужно заживить руку, — сухо сказал он. — Я хочу одеться. — Сначала руку. Они спустились вниз, где Драко достал аптечку и принялся медленно разворачивать окровавленный бинт. Он прошептал несколько заклинаний, а затем нанес какую-то мазь. Порез исчез, словно его и не было. Несмотря на сопротивление, он заставил Поттера выпить кровевосстанавливающее зелье. И спустя минуту Гарри стало намного лучше, пропали шум в ушах и слабость в конечностях. — Какой сейчас год? — спросил он, хоть и боялся этого вопроса. — Две тысячи двадцатый. Март. Семнадцатое марта. Гарри не нашел, что ответить. Это шокировало его. Где-то внутри он подумал, что он просто спал. — Пойдем, отведу тебя в гардеробную. — Гардеробную? — переспросил Поттер, но послушно пошел следом. Они вошли в длинную комнату на втором этаже, полную одежды и обуви. — Вот, справа все твое. Бери, что хочешь. — А слева? Чьи вещи слева? — вопрос, ответ на который Гарри и так предполагал. — Мои. — Твои вещи… — Это будет сложный разговор, Гарри. Одевайся и спускайся вниз, — строго сказал Драко и покинул комнату. Гарри остался стоять с открытым ртом. Полотенце сползло с его бедер и упало на пол, но ему было совершенно плевать. Он влип, очень сильно влип. *** Когда он спустился в гостиную, то застал Малфоя уже одетым в строгий черный костюм. Драко ходил по комнате из стороны в сторону, нервно поправляя воротник рубашки. А еще Малфой… разговаривал по телефону? — …Ты уверена, что его нигде нет? — дрожащим голосом говорил он. — …Кто-то еще, кроме него, пропал?.. Ясно. Я чувствовал, что с этим артефактом все пойдет не по плану. Нам нужно как можно скорее починить его и вернуть Гарри домой. Передай Кингсли всю ситуацию и скажи, что мне срочно нужен доступ в Отдел Тайн… Что значит всё еще небезопасно?! Ладно, ладно, я понял. Я приду вечером. Спасибо, Роуз. И Малфой бросил трубку. Всё это было так сюрреалистично, что Гарри не нашелся, что сказать. Хотя вопросов в его голове крутилось очень много. — Кто такая Роуз? — почему-то выдал он. Поттер подумал, что это может быть какая-то подружка Малфоя или что-то в этом роде. — Твоя ассистентка. Вернее не твоя, а того Гарри. Хочешь завтрак? — устало выдохнул Драко. — Завтрак? Завтрак, Малфой?! Ты издеваешься?! Немедленно обьясни, что происходит! — зло потребовал Поттер. Он рассчитывал тут же увидеть на лице Малфоя злость и ответное раздражение, но ничего такого не произошло. Драко был по-прежнему очевидно взволнован, растерян и отстранён. — Как хочешь. Я могу сказать только то, что ты, скорее всего, не просто переместился во времени, а поменялся местами с другим собой. Я очень надеюсь, что сорокалетний Гарри сейчас в прошлом и в безопасности. В любом случае, прямо сейчас я не могу ничего решить. В Отдел Тайн, где находится нужный нам артефакт, проникли преступники, и там все ещё… — Небезопасно — это я слышал. Давно ты пользуешься телефоном? Ты что, живешь в этой квартире? Где Джинни? — Джинни? — Да, моя невеста — Джинни. Драко замер на миг, а потом рассмеялся. Что снова разозлило Гарри. Он уже совсем ничего не понимал. Такая концепция будущего была весьма странной. Да, он оказался в квартире своей мечты. Но вот что тут делал Малфой? Почему он спал в его кровати? Почему у них общая гардеробная? — Вижу, что в твоей голове сейчас происходит сложный когнитивный процесс, так что скажу коротко и ясно. Мы с тобой женаты. В будущем. Гарри онемел и охренел. — Я должен идти в Министерство, — собирая какие-то бумаги в портфель, сказал Малфой. — Убедительная просьба — не покидай квартиру! Я понимаю, что тебе интересно взглянуть на будущее, но это может быть опасно. Драко ступил в камин, а затем скрылся в зеленой вспышке. Всё это по-прежнему было как сон. Гарри наивно и по-детски ущипнул себя за бок. Всё осталось на своих местах. «Малфой просто полный засранец!» — думал Гарри. Драко бросил ему в лицо шокирующее «Мы женаты» и скрылся. Гарри сел на диван и задумался. Что он имел? Он перенесся почти на двадцать один год в будущее, о котором ничего не знал. Кроме сказанного Малфоем «мы женаты». Как это вообще могло быть? Возможно, Гарри немного нравилась внешность Малфоя, его голос, его манеры… Но его характер! Да и разве он может представить себе, как ложится с ним в постель? Как Малфой прижимается сзади, ухмыляется и срывает с него одежду? Гарри поморщился. Всё это совсем не то, к чему он привык и к чему стремился. Он был счастлив с Джинни. Был ведь?.. Они не были слишком близки в последнее время. Джинни часто уезжала на матчи и тренировки по квиддичу, навещала семью или ездила с подругами на отдых. Как и в эту злополучную ночь, когда она ночевала у родителей. Гарри предпочитал остаться дома и отдохнуть. В последнее время он был чертовски уставшим от всего. Пришлось на время взять паузу в школе авроров, потому как Поттер перестал справляться с ней. Вот уже как полгода он восстанавливал силы, но, кажется, скатывался в депрессию только глубже. Возможно ли, что в тисках депрессии он свихнулся и начал интересоваться членами? В особенности — Малфоя? Но ведь он любил Джинни. Она была красивой, остроумной, страстной, в конце концов. А вдруг с ней что-то случилось, и тогда Гарри от отчаянья бросился в объятья школьного врага? Поттер испуганно приоткрыл рот. Теперь ему стало тревожно, и он хотел знать, все ли его друзья живы сейчас. А Рон? И Гермиона? Что ж, когда Малфой вернётся, Гарри обязательно всё у него расспросит. В конце концов, всё это «мы женаты» может оказаться жестокой шуткой. Это же Малфой, с него станется. Поттер решил, что неплохо было бы позавтракать. Он отправился на кухню, где добрые десять минут рассматривал технику. Всё было так по-маггловски, но Гарри это пришлось очень по вкусу. Огромная, по меркам самого Поттера, кофемашина, холодильник, разные небольшие штуки, о предназначении которых Гарри пока не знал. Домовика в этой квартире явно не было. Неужели Малфой спокойно живет в доме, полном маггловских технологий, да еще и без домовика? Гарри хмыкнул, точно нет. Он нашел в холодильнике несколько пирожных и сделал себе кофе. На улицу выходить, может, и правда не стоит, но вот телевизор ему никто не запрещал смотреть. Войдя в гостиную, Гарри начал искать пульт, как зазвонил телефон. Это мог быть Малфой с важными новостями, и Поттер поднял трубку. — Привет. Как вы там? — Гермиона? — Гарри чуть не подскочил от радости. — Джеймс?.. — удивленно спросила женщина. — Эмм, это я, Гарри, — немного растерянно ответил Поттер. — Ах да, извини. Просто ваши голоса иногда так похожи. Как ты? Мне сказали о происшествии с Индийским Маховиком Времени. Но я не знаю подробностей. — Я тоже не знаю подробностей. Драко сейчас в Министерстве, когда он вернется, надеюсь, что-то прояснится. Как ты? Как Рон? — Всё хорошо, мы всё ещё в Мексике. Эти чертовы бюрократы и здесь вставляют нам палки в колеса. Они считают мой законопроект по обмену преступниками нерабочим. Ах, как тебя тут не хватает, — она немного засмеялась. — Слушай, Гарри, возможно, это проблемы со связью, но меня действительно смущает твой голос. Он звучит как-то… ну, знаешь, напряженно. — Гермиона, тут произошло кое-что ужасное, — Гарри выдохнул и на миг замолчал. — Я не тот Гарри, о котором ты думаешь. Я впервые слышу про этот чёртов Индийский Маховик, но он натворил кучу бед! — О, боги… — испуганно прошептала Гермиона. — Я так и знала, что ситуация гораздо хуже, чем говорил Кингсли. Хотя, может, он и сам ещё не был в курсе. Ты — Гарри из какого-то другого времени? — Да, я из девяносто девятого года. — Ох, Мерлин. Получается, что другой ты сейчас в девяносто девятом, если я правильно понимаю механизм действия маховика. — Да. Гермиона, прошу, помоги мне. Мне здесь больше не к кому обратиться, кроме вас с Роном. — Как же, а Драко?.. Ах, ну да. Ты ведь ещё с ним не… — Что «не», Гермиона? Я вообще не понимаю этой ситуации с Малфоем! Какого лешего он здесь делает? — Гарри вдруг стало неловко от того, что его подруга, возможно, сейчас начнет рассказывать ему какие-то гомосексуальные факты из его жизни. Поттер решил сменить эту тему. — Ладно, просто приезжай как можно скорее. Пожалуйста. — Гарри, у меня важная встреча завтра. Мы с Роном здесь не просто в отпуске. Но как только мы завершим все дела, то прилетим к тебе. Только не волнуйся. Драко, он… он точно о тебе позаботится. Всё уже совсем не так, как было в школе. — Гермиона, а кто такой Джеймс? Почему ты меня с ним спутала? И вообще у меня столько вопросов… — Я понимаю, — женщина перебила его. — Но я не должна на них отвечать. Ты перенесся слишком далеко в будущее. Пойми, тебе нельзя всего знать. Попробуй просто отдохнуть, ладно? Я свяжусь с Драко, и мы придумаем, как скорее вернуть тебя домой. — Гермиона… Но она уже повесила трубку. Гарри улыбнулся: как бы там ни было, он был рад ее слышать. Её голос и интонация почти не изменились. Поттеру показалось, что она даже была немного веселее, чем та Гермиона в прошлом. Что ж, они с Роном в Мексике, значит, они вместе. Но что насчет Джинни? Гарри мог бы порыться и поискать ее номер, расспросить ее обо всём. Но что-то его останавливало. Гермиона была права — он не должен был знать слишком много о будущем. Эта же мысль остановила его, когда он хотел поискать фотографии. Хотя парочку всё-таки он увидел. В гостиной на полке было несколько крупных фото детей. На одном из них их было четверо, на других трое. Двое мальчишек, неприлично похожих на самого Гарри, рыжеволосая девочка, похожая на Джинни, и светловолосый мальчик, похожий на Драко. На одном из фото они стояли все вместе, обнявшись и счастливо улыбаясь где-то посреди летнего леса. Справа стоял самый старший парень, на вид лет пятнадцати, к нему сбоку прижалась рыжеволосая девочка, лет десяти-одиннадцати, возле нее стоял мальчик, очень похожий на Гарри, лет триннадцати и рядом был мальчик, вероятно, Малфой, приблизительно такого же возраста. Они выглядели на фото так, словно являлись одной семьей. Гарри почувствовал что-то странное. Но весьма приятное. Несколько часов назад, там, в ванной, беря лезвие в руки, Гарри уже не верил в возможность существования вот таких вот фото. Ему казалось, что он настолько выдохся, что никогда не возьмет на себя ответственность хотя бы за одного ребенка. Не сможет построить полноценную семью, не сможет справиться со своими кошмарами. И всем будет лучше без него. Конечно, его друзья сначала поплачут, но потом привыкнут. Проблемы Гарри казались так велики… А здесь счастливые дети, уютный дом, муж… — Муж… — повторил Гарри вслух. — Пожалуй, это точно не вписывается в рамки моего понимания. Время тянулось медленно, и Гарри не мог избавиться от тревоги. Звонков больше не было, но сова принесла несколько писем. Необыкновенно красивая сова, как заметил Поттер, белоснежно-белая со строгим взглядом. Письма были для Драко, так что Гарри их не читал. Одно из них было от Скорпиуса Малфоя. Кто такой Скорпиус Малфой, Поттер только догадывался. Стало быть, тот светловолосый мальчик с фото, вероятно, сын Драко. — Интересно, кто его мать? — задумчиво вертя письмо в руке, спросил Гарри сам у себя. — А кто мать моих детей? Они похожи на Джинни. Или я просто хочу в это верить… На втором этаже в комнате, которая ранее была гостевой спальней, Гарри обнаружил кабинет. Свой кабинет, как он подумал. Интерьер его отличался от остального дома, здесь было много коричневого и зеленого. На широком столе стоял ноутбук, и это, пожалуй, было единственным магловским предметом в комнате. Гарри присмотрелся к стопке документов, лежащим возле чернильницы. — Глава Аврората, Г. Дж. Поттер… О боже, — выдохнул он. — Этот документ подписан главой Аврората, и это Поттер! Гарри шокированно положил пергамент. Выходит, он не просто смог вернуться в школу Авроров. Он смог стать главой Аврората. Он продолжил перебирать пергамент. Некоторые документы были подписаны Министром Магии. — Министр Магии Г. Дж. Уизли?! С ума сойти! — воскликнул Поттер с улыбкой. Хотя его и не должно было это сильно удивить. Гермиону в будущем он именно так себе и представлял. Похоже, жизнь у них сложилась отлично. Поттер сел в большое кожаное кресло и расслабился. Почему-то он почувствовал себя большим и сильным. Очень важным в этом мире и очень самодостаточным. Он никогда не считал себя карьеристом и не стремился к лаврам или высокому статусу. Но это «Глава Аврората Г. Дж. Поттер» было таким умиротворяющим. Гарри почувствовал себя на своем месте. И кабинет был весьма уютным, с небольшим кожаным диванчиком у стены, двумя торшерами, большой прекрасной картиной, на которой были изображены горы и хмурое небо. Гарри подошел к ней, разглядывая детали. «Дартмуд» — прочитал он подпись внизу. Порывшись в столе, Поттер нашел ещё много документов. Но о чем там шла речь, он толком не мог сказать. Было несколько упоминаний Индийского Маховика Времени. Но ничего конкретного или важного, разве что информация о том, что десятого марта он был помещен в Отдел Тайн. И судя по всему, за ним кто-то охотится. Гарри заглянул в самый нижний ящик стола, там лежала только одна толстая черная папка. Открыв ее, Поттер снова охнул от удивления. Там были рисунки, много разнообразных рисунков. Маленькие клочки пергамента с набросками карандашом, большие листы с эскизами, набросками лиц и гор. Рисунки красками, цветными карандашами, углём. Много незаконченных и странных и еще больше восхитительно красивых. Было много деревьев, животных, коридоры Хогвартса, кабинет зельеварения, Запретный Лес… и глаза. Большие зеленые, его, Гарри Поттера, глаза! Пролистав дальше, Гарри заметил и свои портреты, в основном это были наброски карандашом, но весьма неплохие. Всё это было странно. Кто мог столько рисовать? Вряд ли это сам Гарри, у него не было такого таланта, да и вряд ли он рисовал бы сам себя. В основном на этих портретах он был в школьной мантии или же в квиддичной форме. Поттер нахмурился и спрятал папку. Возможно, он спросит об этой странной находке Драко, когда тот вернётся. Еще раз обойдя кабинет, Гарри подумал, что устал от такого количества сюрпризов. Он взял с собой несколько документов, в которых упоминался Индийский Маховик Времени, и спустился в гостиную. Сделал себе чай, расположился на диване и уставился в пергамент. Кого он пытался обмануть… Информация не усваивалась. Чисто теоретически Гарри было бы еще очень интересно заглянуть в спальню. Просто чтобы знать, как он в будущем отдыхает. Как Поттер-из-будущего работает, Гарри уже посмотрел. Но ему было чертовски неловко. Это же не только его спальня, похоже, она еще и Малфоя. Что Гарри может там найти? Смазку? Наручники? Разные игрушки, или что там ещё используют геи? Разве это не должно быть отвратительно? Но Гарри почему-то не было отвратительно. Неловко — да. Но сама новость о том, что Малфой его супруг, была подозрительно нормальной. Спустя час просиживания на диване Гарри всё-таки поднялся в спальню. Там пахло каким-то кондиционером для белья, было достаточно просторно и чисто. Кровать осталась незаправленной, Гарри отметил про себя, что она больше той, на которой он спит сейчас. На прикроватных тумбочках стояло несколько фото, на которых были только он и Малфой. Как Гарри их сразу не заметил? На самой большой они сидели прямо на каменистой земле, судя по всему, где-то в горах. Гарри выглядел лет на тридцать, он был одет в серый свитер, джинсы и простую куртку. Он счастливо улыбался и смотрел в камеру, а Драко обнимал его и целовал в висок. Они выглядели как счастливая любящая пара. У Гарри защемило где-то в груди. Он не мог себе врать — у них с Джинни не было таких фото. Он не улыбался так широко рядом с ней, и ее руки не обнимали ее так же, как делали это руки Малфоя. Словно в тот самый миг на фото он был готов укрыть Гарри от всего мира. А может быть, Поттер просто распустил фантазию, и не было в этих руках ничего особенного. На другом фото они с Малфоем сидели где-то на палубе корабля. Они оба не смотрели в камеру. Гарри смеялся, уткнув лицо в плечо Драко, а тот, повернувшись к нему, убирал прядь волос с его лба. Поттер не ожидал увидеть такого нежного, искреннего, любящего и простого Малфоя. Он был красив и счастлив на этих фото. И всё это шкребло по сердцу. Гарри чувствовал тоску от того, что всё это не его реальность. Какая-то совсем уж безумная мысль посетила голову: понюхать подушку, на которой спал Малфой. Гарри подумал, что это весьма странно, но поддался порыву. Пахло чем-то знакомым и родным. Поттер прикрыл глаза и завалился в кровать. Было уютно, и в животе Гарри зародился приятный трепет. — Не может быть, чтобы Малфой полюбил такого, как я… — пробубнил он в подушку. Гарри задумался. Малфой — красивый, напыщеный богатый придурок, который задирал его в школе. Который кривил губы от одного воспоминания о Поттере. И может, где-то в глубине души Гарри и считал его привлекательным. В нем определенно было что-то манящее и будоражащее. Но неужели Драко нашел что-то привлекательное и в Гарри? В этих мыслях Гарри и не заметил, как уснул. Куча бессонных ночей в прошлом сказались на нем сейчас. Проснулся он уже, когда на улице было темно. В спальне мягко светились две лампы, стоящие на прикроватных тумбах. Гарри проморгался несколько раз и осмотрелся вокруг. — Всё ещё в будущем… — заключил он. — Сколько я проспал? О боже… — устало сказал Гарри, посмотрев на настенные часы. Было восемь вечера. Какое-то чутье подсказало Гарри, что Малфой уже дома. Поттер выбрался из-под теплого одеяла и нехотя пошел к двери. По привычке он потер шрам на лбу, голова немного побаливала от такого количества дневного сна. Спускаясь вниз по лестнице, Гарри чувствовал легкое волнение. Вероятно, он сейчас наткнется на Малфоя, который в этой реальности его муж. И это всё ещё чертовски неловко, даже думать об этом. Чутье Гарри не подвело: Драко сидел на диване в гостиной и смотрел в какие-то бумаги с весьма хмурым выражением лица. — Эм, привет, — поздоровался Гарри, остановившись на проходе. — Привет, как ты? — спросил Драко и поднял на него глаза. — Нормально. Извини, я уснул и проспал весь день. Я так ничего и не нашел, что помогло бы нам… — Не нужно извиняться. Ты и не должен ничего искать. Это же не твоя вина, что ты здесь оказался. — Ну я… Я просто… — Не стой там, проходи. Гарри так и сделал. Он неуверенно сел на диван в паре метров от Малфоя. Драко был одет в белый свитер и серые штаны и выглядел очень по-домашнему. Его волосы слегка завивались, чего Гарри раньше бы представить не мог. Видимо, Малфой всю жизнь их пытался выпрямить и зализать как можно ровнее. Что еще Гарри удивило, так это очки. Видимо, Малфой носил их, когда читал. Впрочем, они были ему к лицу. — Что, не привык видить меня в очках? — вдруг спросил Драко с усмешкой, словно умел читать мысли. Гарри понял, что все это время пялился на него. — Я… Не знал, что у тебя плохое зрение. — Мне уже сорок, Гарри. Я никогда не жаловался на зрение, но в последнее время глаза устают от этой писанины. — Ты выглядишь весьма неплохо в свои сорок, — Гарри сказал это, не подумав. То есть, он думал об этом, но совсем не готов был озвучивать. — Спасибо. Ты выглядишь тоже неплохо. В свои сорок, — ответил Малфой и слегка прочистил горло. Поттер понял, что он совсем не хотел его обидеть, но всё-таки он имел в виду большую разницу между Гарри, которому девятнадцать, и Гарри, которому сорок. Поттер и сам это заметил. Мужчина на фото, которого он видел, был улыбчив, уверен в себе, с массивным телом и здоровой золотистой кожей. Гарри же, который сидел перед Малфоем сейчас, был худоват, угловат, с мешками под глазами от постоянного недосыпа, пересохшими губами, землисто-бледным оттенком лица и парой прыщей на лбу. Сюда можно еще добавить тремор рук и непреодолимое желание закурить. Но будь он проклят, если покажет Малфою эту слабость и попросит сигарету. — Тебе удалось выяснить, как вернуть меня домой? — Не совсем. Этот чертов Маховик сильно поврежден. Нам нужно достать другой. Есть еще один, но он в Индии. Они не дадут нам его просто так… — сказав это, Драко сильно помрачнел. — Возможно, у Гарри, который сейчас в девяносто девятом, получится это сделать? — с надеждой спросил Поттер. — Его еще не изобрели в девяносто девятом. — А. Ясно. — Не волнулся. Сорокалетний Гарри наверняка в полном порядке. Он-то точно знает, что делать и как себя вести в прошлом. К тому же в девяносто девятом не было никакой опасности. Да, он в порядке, — говорил Малфой, смотря в пол, скорее для самого себя. Гарри был смущен тем, каким волнением и трепетом был полон голос Малфоя. И где-то в глубине души Поттер начал завидовать тому Гарри из будущего. — Скажи, как так вышло, что вы вместе? Драко долго молчал, думая о чем-то своем. А затем спросил в ответ: — Хочешь поужинать? Я приготовил рис с овощами и запек говядину в духовке. — Ты… что сделал? — удивился Гарри. — Вообще-то у нас есть домработница, но я сказал ей не приходить в связи со сложившимися обстоятельствами. — Ты не ответил на вопрос. — Это долгая история, и я не знаю, что тебе можно рассказывать, а что нет. Я не хочу натворить бед и изменить прошлое и настощее, — сказал Драко, снял очки и устало потер переносицу. — Мы можем обсудить это за ужином. Думаю, общую картину я мог бы тебе рассказать. Гарри неуверенно кивнул и последовал за Малфоем в столовую. На удивление, еда выглядела и пахла приятно. К ещё большему удивлению, Драко сам накрыл на стол. Гарри слегка хихикнул от этой картины и принялся за еду. Было достаточно вкусно, чтобы Поттер издал довольное мычание. Малфой мягко улыбнулся в ответ. — Так может, начнешь уже свою историю? Сколько лет мы женаты? Драко задумался. — Девять? Да, девять. Гарри чуть не выронил вилку из руки. — Ого. — Да. — А сколько мы были вместе до свадьбы? — Год. Ну, честно говоря, больше. Просто ты не очень любишь об этом вспоминать. Тебя мучают угрызения совести. Хотя всё это мы все давно выяснили и уладили. Ты изменял жене, и это не очень светлая часть наших отношений. — Так мы с Джинни всё-таки были женаты? И сделали троих детей… — Да. — Как они относятся к тебе? Я смотрел на эти фото в гостиной и спальне, и все выглядят счастливыми. Словно вы все всегда были одной семьей. — Твои дети… стараются отнестись к твоему выбору с пониманием. Последнее время, — Драко как-то замялся и опустил взгляд. — То есть, ты им нравишься? — Нет, если быть честным, совсем нет. Джеймс — твой старший сын, — меня терпеть не может. Лили — тоже. Единственный, кто меня любит, — это твой младший сын Альбус. Они со Скорпиусом очень близки, почти как братья. Но твои старшие дети не жалуют моего сына. Было много скандалов, драк, происшествий в школе. — Ого, всё так сложно? — Да, Поттер, но… это взрослая жизнь. В нашей семье есть проблемы, как и в других семьях, — с ноткой строгости сказал Драко. В этот момент он был отчаянно похож на своего отца Люциуса. Слабый свет ламп подчеркивал тени на его лице, на котором было отстраненное выражение, словно Драко беседует не с членом семьи, а с министерским секретарем. Спина же его была выровнена так четко, что почти неестественно. Гарри ужаснулся в глубине мыслей от того, как сильно Драко походил на Малфоя-старшего. — Твой сын, Скорпиус, верно? Он тоже не любит меня? — Нет, очень любит. У вас отличные отношения. — Тогда, возможно, это просто детская ревность? — Да, возможно. Но ты хороший отец. Это я так… — выдохнул Драко. — Но плохой муж, верно? Не могу поверить, что я мог изменить Джинни. Драко промолчал, спокойно жуя свой ужин. А Гарри задумался. В действительности он еще никогда не размышлял об изменах, о том, что кто-то в их с Джинни паре сделал бы это. Гарри не понимал, зачем. Ведь это же неуважение к собственному выбору. Но если бы в его спокойную семейную жизнь вмешался этот Малфой? Этот мужчина с низким ровным голосом и серебряными глазами? Который вызывал такую бурю разнообразных чувств со школы? Подумал ли бы Гарри?.. Захотел бы он его? — Гарри, ты не хочешь поговорить о том, что случиллось утром? — спокойно спросил Драко после паузы. — Я имею в виду, что ты появился тут с порезом на руке. И я хотел бы знать, не угрожает ли тебе что-то? Может, я мог бы чем-то помочь? Поттеру стало неловко. Обсуждать с Малфоем попытку самоубийства он был не готов. Но с другой стороны, этот Малфой наверняка знает слишком много о Гарри Поттере. Гарри мог рассказать ему всё о том периоде жизни. В горле появился тугой ком, Поттеру захотелось закрыться от этого всего и уйти. Но что-то держало его. Какое-то странное желание поговорить с этим Малфоем ещё. — Не уверен, что хочу это обсуждать. Ты ведь и так знаешь обо всем, правда? — Нет, я ничего не знаю, конкретно этого ты мне не рассказывал. Я не требую подробностей, я лишь хочу помочь. — Мне не нужна помощь. Спасибо, — сдавлено ответил Гарри. — У тебя есть шрам на левой руке. В месте, где был порез, — сказал Драко и опустил взгляд. — Ты сказал, что порезался когда-то давно, когда разбирал хлам в гараже дяди Вернона. Похоже, ты мне солгал. Хотя, сейчас ведь мы убрали порез и там не осталось и следа. Так что, возможно, это у тебя еще впереди. — Ты знаешь дядю Вернона? — усмехнулся Гарри. — Да. Однажды он увидел через окно, как мы с тобой целуемся на его заднем дворе, и его хватил инфаркт, — сказал Малфой, после чего Гарри прыснул от смеха. — Это не смешно, Поттер. Он пережил стентирование, — вздохнул Драко. — Похоже, — все еще с улыбкой ответил Гарри, — наши отношения много кого не устраивают. — Да, это так. Но жить ради оправдания надежд других утомительно, не так ли? Гарри застыл на месте и нервно сглотнул. Малфой говорил вещи, которые Поттер боялся сказать сам себе, и это раздражало. — Что ж, на сегодня, наверное, хватит разговоров. Если ты наелся, то можешь идти отдыхать. Я всё здесь уберу. Можешь поваляться в ванной или пойти поиграть в Доту. — Во что поиграть? — спросил Гарри. — Господи, Поттер, который не знает о существовании Доты, — мечтательно протянул Малфой. — Жизнь меня балует. — Я помогу тебе помыть посуду, — сказал Гарри, беря в руки свою тарелку. — Всё в порядке, у нас есть посудомойка. — Слушай, Малфой, как ты согласился жить в таком доме? Я имею в виду всю эту технику магглов и интерьер магглов. Малфой вздохнул и на миг скривил губы. Словно он сам задается этим вопросом, но не находит ответ. Он загрузил посуду в посудомойку, а затем повернулся к Гарри: — Мы здесь не живем. Мы проводим в этом доме иногда время. У тебя с сегодняшнего дня должен был начаться недельный отпуск, который мы хотели провести здесь вдвоем. Но вчера ты так и не вернулся домой… — Драко тяжело вздохнул. — Тогда где же мы живем? — В доме на Годриковой впадине. В твоем доме. — В доме моих родителей?! — Ну, мы построили на том месте новый дом. И там нет всего этого маггловского барахла. Оно нравится твоим детям, поэтому ты прикупил кое-что. И сделал видимость маггловской квартиры при помощи чар. Ладно, — Драко выровнялся и вздохнул. — Я иду спать. Не переживай, я лягу в гостевой спальне на первом этаже. Если тебе что-то нужно — заходи, не стесняйся. — Малфой, подожди. Я… я хочу побывать в доме, где мы живем, на Годриковой впадине. Мы можем туда отправиться? — Нет. — Малфой, мне… — Гарри, прости, нет, — сказал Драко, и на его лице появилось сожаление. — Это опасно. Тебя никто не должен видеть, и ты никого не должен видеть. Ты перенесся вперед на двадцать лет, понимаешь? А у нас дома постоянно кто-то ошивается: то твои друзья, то Тедди, то Уизли, то мои родители. — Твои родители? — Гарри изумленно поднял бровь. — Ну, только мать. Отец сказал, что лучше съест свою палочку, чем зайдет туда. Неважно. Тебе лучше подождать здесь, пока мы не найдем способ вернуть тебя домой. — Ладно, я понял, — сказал Гарри и опустил голову, поджав губы. — Слушай, я вижу по глазам, что у тебя ещё очень много вопросов. Но я правда устал. Я должен обдумать, как вести себя в этой ситуации, что можно тебе рассказывать, а что нет. Да и, может, вообще будет лучше стереть тебе обо всём память. Когда мы с тобой начали сближаться, много лет назад, ты явно ничего не знал о будущем. В общем, давай всё обговорим завтра. — Я понимаю, хорошо. Малфой? — хрипло позвал Гарри. — Да? — Ты любишь его? — вдруг спросил Поттер. Он пожалел спустя секунду после сказанного, но было уже поздно. Он и сам не понял, как это из него вырвалось. — То есть тебя? Да, люблю, — спокойно ответил Драко. Сердцебиение Гарри стало учащаться, ладони вспотели, а кровь хлынула куда-то вниз. Появились головокружение и желание выбежать за дверь, не оглядываясь. Он чувствовал тугой ком паники внутри. Зачем, бога ради, он только что это спросил?! — Если хочешь знать, тебя девятнадцатилетнего девятнадцатилетний я тоже любил. Ты просто был слишком туп, чтобы это заметить, — сказал Драко, стоя у двери. — Ну, теперь я точно сотру тебе память, — совсем тихо добавил Малфой. — Спокойной ночи. И он вышел из столовой. Гарри забыл, как дышать.