Башня Слоновой Кости

      Сивилла Трелони в третий раз раскидывала карты от скуки, но не могла понять происходящего. Сколько бы она не пыталась узнать, кто виноват в её мигренях, ничего кроме того, что кто-то желает с ней встретиться, карты не показывали. Она была знакома с этим человеком, этот человек был скептически к ней настроен, но тем не менее, желал с ней встречи.       Затуманенный разум был не в силах сопоставить все зацепки воедино, а потому колдунья всерьёз задумывалась над тем, чтобы бросить прорицания. Долгие годы преподавания этой науки не прошли бесследно. Удивить детей волшебников ей было нечем. Близнецы Уизли вообще заявили на первом пробном уроке, что они увидели в потоке времени, как Трелони предрекает смерть одному из учеников первого курса. Разумеется, они оказались правы, и заявив, что уже неплохие прорицатели, исходя из стопроцентной точности предсказания, учёба у мастера прорицания им ни к чему. Собственно, больше на её уроках они не появлялись.       Что до учеников маглорождённых... как оказалось, хрустальный шар, карты, кофейная гуща и многое другое активно практикуется в мире маглов, как и гадание по звёздам, математические предсказания, астрология. Попросту говоря, удивлять молодое поколение было нечем. Ездившие на каникулах в Магические Штаты Америки ученики и вовсе рассказали истории о том, как обезумевшие и погрязшие в ритуалистике и эзотерике маглы убивали курей, рисовали кровью и носили черепа коров на головах, пытаясь создать какое-то чудо. Эти веяния, тем не менее прекратились ближе к концу семидесятых, но и по сей день находятся дикари...       Мир маглов нагонял мир магический. И даже если они мало, что действительно понимали сейчас, однажды они точно смогут в этом разобраться. Использовать эти знания выше их сил, но понимать они точно начнут. Собственно, это было одной из причин, почему Трелони увлекалась магловским гаданием. Древние провидицы не пользовались картами, хрустальными шарами и тому подобным. Все эти вспомогательные вещи были придуманы гораздо позже. В древности же способность к прорицанию была искусством требовавшим жертву, специальную молитву и поклонение кому-то из древних богов. Самыми известными случаями таких предсказателей будут Пифии. Так же упоминания о пророках встречались среди историй о друидах Артуровской эпохи. Поговаривали даже, что Моргана была провидицей, но подтвердить это мог разве, что Мерлин, которого уже не спросишь.       Таким образом, к сегодняшним дням, предсказания стали областью насмешек и недоверия. Даже тот факт, что в Отделе Тайн хранится огромное множество пророчеств, никто не воспринимает в серьёз. Так откуда взяться уважению к пророкам? Не удивительно, что Трелони не чувствовала себя комфортно в стенах замка. И всё же, каждый раз когда её мысли доходили до смирения и желания уйти, она обнаруживала, что по непонятным причинам отбрасывает эту идею. Хотя, даже не так, она не отбрасывала эту мысль, а обнаруживала себя перед собранным собственноручно чемоданом с непониманием того, почему его собрала. Если бы не запись в её личном дневнике, то она бы и не поняла, что собиралась уйти. И вот сейчас, она в очередной раз задумывалась над тем, чтобы бросить всю эту ерунду и отправиться во Францию, как мечтала когда-то.       Нельзя сказать, что жизнь этой женщины была удачной. Сама она себе твердила, что всё это из-за её дара предвидения. Провидицы редко становились счастливыми. Они могли помочь другим, но своё счастье для них всегда было где-то далеко. Неудачный брак, насмешки в годы учёбы, в годы преподавания... Выбранная манера драматического преподавания отталкивала гораздо сильнее, чем ей хотелось бы, и Трелони совершенно не понимала зачем она это делает. Снова и снова... снова и снова. Тем не менее, причина тому была, просто она не помнила её. Чем более отталкивающей она была, тем меньше людей могли видеть её настоящий дар. То, что выглядело, как мошенничество, на деле было самым обычным направляющим гаданием. Она редко делала настоящие пророчества, но, тонко чувствовала происходящее.       Гораздо позже, изучая разные сложные материи, Гарри Поттер отметил, что Сивилла Трелони была удивительным и недооценённым гадателем. И, если, предсказание того, что Гермиона покинет курс нельзя считать выдающимся, как и смерть кролика Лаванды, то предсказание смерти Дамблдора, Крауча старшего, Седрика уже нельзя было отнести бреду. Разумеется, нужно было понимать Сивиллу, чтобы распознать её предостережение, и Гарри понял её слова когда всё уже свершилось.       "В последнее время своим Внутренним Оком я вижу ваше храброе лицо покрытым тучами тревоги. И к сожалению, должна сказать, что ваше беспокойство небезосновательно. Вижу для вас грядут трудные времена, увы... очень трудные... Боюсь, то, что страшит вас, и в самом деле произойдет... и, возможно, гораздо раньше, чем вы думаете..". Таким образом Трелони предостерегала и предсказывала возрождение Тома в начале четвёртого курса.       "Смерть, мои дорогие, смерть. Она кружила над замком, спускалась все ниже, ниже... Как хищная птица...". Эти слова предрекли гибель Крауча, Седрика и появление Дементоров, круживших над замком вместе с министром магии.       Что ещё удивительнее, так это то, что на рождественском ужине тысяча девятьсот девяносто третьего года, когда Трелани спустилась впервые за долгое время, она сама, казалось не понимала причины. Ей казалось правильным прийти и сесть со всеми. Жаль, что тогда никто не знал, что Питер Петтигрю был там. Сивилла сказала, что будет тринадцатой за столом, но на деле должна была стать четырнадцатой. Так же, она сказала, что первый, кто встанет, умрёт первым, и Дамблдор "вежливо" привстал, чтобы поприветствовать профессора. Мало кто считал, но из тех тринадцати человек, Дамблдор действительно умер первым спустя три с половиной года.        Апогеем её наводящих предсказаний стало: "Если Дамблдор предпочитает игнорировать предостережения, которые сообщают ему карты ... Раз за разом, как бы я их ни раскидывала… Башня молний. Несчастье. Бедствие. Все ближе и ближе…" Дамблдор был убит авадой на башне в том же году.       В заключении, можно было сказать, что Сивилла Трелони была провидицей. Одной из лучших в своём времени. Требовалось только слушать её и попытаться понять.

***

      Всю глубокую ночь и утро Гарри провёл в своеобразной медитации. Конечно же, глупо было считать, что это волшебным образом решит все его проблемы, тем не менее, это было хорошим началом. Не став дожидаться завтрака, парень умылся и принялся заниматься физическими упражнениями. Во первых, это помогало отделаться от чувства скованности в теле. Сидение в неудобной позе целую ночь не оставляет приятного послевкусия, а во вторых, физическая сила в любом случае была необходима.       Что же до эльфа, то Реджи прекрасно сработался с Кикимером, что принесло свои плоды. Так, Гарри смог разжиться парой пузырьков оборотного, несколькими укрепляющими, а так же зельем для снов без сновидений, как и бодрящими настоями. Разумеется, использовать всё это за раз никто не собирался, но гораздо лучше было иметь эти вещи, чем не иметь. Также у парня появилось несколько интересных идей по поводу его дальнейшего проживания, и звучали они многообещающе. Во всяком случае в голове. Оставалось ещё несколько вопросов, которые требовали решения, и одним из них была наличность. Разумеется, Минерва любезно предложила своё жалование, а Кикимер должен был снабдить небольшим количеством Блэковских галеонов, но Гарри требовались магловские деньги. Выбор его пал на напёрсточников, которые всё ещё промышляли в Лондоне. Обман мошенника и обманом не назвать. Прикинув время до прихода МакГонагалл, он незамеченным покинул квартирку.       Десятилетний мальчик на улицах Лондона не то, чтобы не привлекал внимания, но из-за одежды парня, все считали, что перед ними поберушка, так, что старались избегать его. Сам же Поттер не спешил их разубеждать, да скорее наоборот, создал нужный антураж, несколько измазав своё лицо грязью. Добраться до "неблагополучных" кварталов удалось довольно быстро, благо дело своего местоположения они никогда не меняли. Как и ожидал парень, ему попалось несколько наперсточников, дуривших народ. Было удивительным, как, приличные, с виду люди проигрывали свои деньги таким дурацким образом. Ещё более удивительным было нахождение среди этих людей Наземникуса, который вовсю пытался втюхать кому-то "старинную" книгу, на деле оказавшейся трансфигурированной крысой. Подумав, что не стоит привлекать внимание этого проныры, Гарри поспешил скрыться в другом переулке, надеясь, что найдёт ещё одного жулика. Каково же было его удивление, когда жуликом оказалась привлекательная и жизнерадостная девушка с розовыми волосами, которая без тени стеснения обчищала местный народ. Видимо считая, что обычные три стакана это та ещё морока, она придумала нечто новое. Пользуясь своим семнадцатилетием и снятым с палочки надзором, она зачаровала карточную колоду, предлагая всем желающим вытащить любую карту наугад, чтобы она могла отгадать её не глядя. Точнее, она смотрела на рубашку. За удачную попытку она получала десять фунтов, а в случае проигрыша отдавала двадцать. За те десять минут, которые Гарри наблюдал, она выиграла пять раз и ошиблась единожды, что говорило о том, что девушка была достаточно умной и не была жадной. Было неизвестно сколько она заработала за день, но судя по перешёптываниям зевак, речь шла о шестой сотне фунтов.       Спрятав озорную ухмылку и тёплые чувства за маской холодности, Гарри раздумывал стоит ли "завести разговор". Он так или иначе стал Лордом Блэков. МакГонагалл пришла за семейным секретом этой семьи, а значит Андромеда в скором времени попытается узнать, кто же надоумил профессора трансфигурации. И всё же, выходить на контакт вот так, казалось ему излишним. Тем более, что встреча не была запланирована и вышла случайной. Прикинув, что-то в уме, Поттер подсчитал, что скорее всего Нимфадора должна была в этом году пойти на седьмой курс и выпуститься летом перед его поступлением.       Решив не мешать забавам девушки, Поттер побрёл дальше, найдя таки свою собственную жертву. Это был мужичок около сорока, с быстрыми проворными руками и вороватым видом. Понаблюдав за ним, Гарри приблизительно понял, что мужичок жульничал в девяти случаях из ста, оставляя человеку возможность выиграть, оставив гораздо больше, чем сможет вернуть.       — А можно мне? - решившись, Гарри подошёл к ящикам, на которых орудовал жулик.       — Если есть деньги, то можно, - рассмеялся мужчина, - ты из трущоб?       Такое сравнение несколько кольнуло Гарри. Лондонские трущобы это нечто, оставшееся в девятнадцатом веке, ну или там всем казалось. На деле же, отдалённые части Лондона, куда даже коммунальные службы не заглядывают, самострой, свалки, бездомные. Особенно в районе Темзы. Всё это можно было охарактеризовать одним словом - трущобы.       — Нет, сэр, - качнул головой Гарри, - просто решил начать зарабатывать сызмальства, - пожал он плечами.       — Работаешь по чёрному видать, - рассмеялся мужик, вкладывая несколько иной смысл в слова, - ну да ладно. Я детей не обижаю. Короче, дам тебе шанс. Можешь сыграть три игры без ставки. Если выиграешь, то я плачу, а если нет, то иди с миром себе работай дальше.       — Очень великодушно, - улыбнулся Гарри, - принимаю ваше предложение с благодарностью.       — Не подлизывайся, - усмехнулся мужик, - вот, - он показал игральную кость, - угадаешь под каким стаканом, плачу десятку.       Гарри на это только кивнул, сказать ему было нечего. Расценив это, как готовность, мужчина лихо начал вертеть руками, но Гарри отчётливо видел, что кость всё ещё остаётся в стакане, а значит его не собирались обманывать. И действительно, спустя несколько секунд, он указал на средний стаканчик, под которым и правда оказалось искомое. Во второй раз мужчина так же не стал жульничать, с улыбкой продолжая менять стаканчики местами. Только делал он это гораздо быстрее. На этот раз Гарри сделал вид, что было сложно, но всё же угадал, заработав вторую десятку. На третий раз, мужик не сдержался, выкинув косточку в ладонь.       Усмехнувшись про себя, Гарри стал внимательно рассматривать стаканчики, делая вид, что просто гадает, так как уследить не смог. На деле же, он знал, что кость должна была быть в крайнем левом стаканчике, но жулик выкинул её оттуда перед тем, как остановиться. Проведя рукой над стаканчиками в неопределённом жесте, словно раздумывая,, Гарри наконец указал на нужный стакан, получив улыбку мужика, готового объявить о поражении мальца.       — Сам открой, если уверен, - рассмеялся мужик, но проглотил свои слова, когда под стаканом оказалась кость. Вот только он всё ещё ощущал игральную косточку в своей руке, так что появление такой же под стаканчиком застало его врасплох. Оставалось либо признать, что он жульничал, либо с улыбкой отдать деньги.       — Кажется я угадал, - улыбнулся Гарри.       — А ты везучий, малец. держи! - протянул он очередную десятку, не ломая своего образа добродушного мужика. Может не будь тут зевак, он поступил бы иначе, но...       — Мне даже несколько неудобно, - замялся Гарри, - давайте сделаем так. Я не буду брать эти тридцать фунтов. Всё таки, мне кажется, что вы мне поддавались, -неловко просмеялся Гарри, - так что вот, - он положил на ящик сто фунтов       — И что ты предлагаешь? - занервничал жулик. Происходящее напоминало ему его собственные игры в разводы.       — Я ставлю сотню. Если проиграю, она ваша, если выиграю, то вы платите мне пятьдесят фунтов. Затем я поставлю двести, и если выиграю, вы заплатите мне сотку. Потом я поставлю четыреста...       Услышав предложение, толпа зашумела. Бывалые понимали, что встретились два разводилы, которые пытаются обуть друг друга на деньги. Случайные прохожие просто находили ситуацию занимательной.       — Стэн, соглашайся. Малец бросает тебе вызов. Он даже вернул тебе тридцать фунтов! - рассмеялся один из мужчин, у которого не хватало пары зубов.       — И правда, Стэн, неужели ты позволишь мальчугану так над собой издеваться? - задорно рассмеялся другой мужчина, явно подначивающий жулика.       — Тихо! - рявкнул третий голос. Его владельцем оказался высокий и мускулистый мужчина, одетый довольно прилично по местным меркам. Он внимательно осмотрел Стэна и Гарри, после чего заговорил, - Стэн, играть или нет дело твоё, но у меня всё делается по честному. Проиграешь - плати. Теперь ты, мелкий, - повернулся он к Гарри, - условия у тебя интересные, но хотелось бы быть уверенным, что деньги у тебя есть на такие игры, и что потом не прибегут твои разбираться.       — Всё по честному, - кивнул Гарри, показав ещё семь сотен фунтов, - их я отдаю вам, - продолжил он, поняв, что это должен быть старший, - так что мои ставки в ваших руках. И так как отдал я их добровольно и при свидетелях, то никаких претензий потом не будет. Могу расписку написать, - усмехнулся Гарри.       — Иш какой образованный, - рассмеялся крупный мужчина, взяв деньги, - не нужно расписки. Ты у нас сообразительный. Ну так что, Стэн, играешь?       Мужичок нервничал всё сильнее. Что тут играть? Разумеется, он должен был надуть мальца, но тот каким-то образом смог переиграть его на его же поле. Просто убрать кость было бессмысленно. Проще говоря, уверенности не было никакой.       — Какие условия? - наконец спросил тот, кого все называли Стэном.       — Никаких особых. Играем четыре игры. Каждый раз я буду повышать ставку вдвое. Проигрываю, отдаю всю ставку, выигрываю, и ты платишь мне половину от моей ставки.       — Ладно, идёт, - согласился наконец Стэн. Не согласись он, и весь следующий месяц его бы поносили местные жулики. А так, есть шанс... наверное.       — Раз решили, - подал голос крупный, - то я буду следить, чтобы всё было честно.       Пока эта сцена разворачивалась в отдалении, розоволосая девушка потихоньку подошла к пареньку лет пятнадцати, с чёрными волосами. Он был худощавый, но не выглядел голодающим.       — Что здесь происходит, Билли? Кажется, кто-то решил повеселить народ? - спросила девушка.       — Ага, - усмехнулся парень, - вон тот мелкий решил поставить деньги против Стэна.       — Ну ка, расскажи поподробнее, - глаза девушки загорелись азартом и интересом.       — Да заявился и сказал, что готов сыграть четыре игры от ста фунтов и удваивая на игру. Если выиграет, то получит половину, если проиграет, от даст всю ставку, - рассказывал смеясь Билли.       — Очень интересно, - задумалась Тонкс, приложив палец к подбородку. Были у неё некоторые подозрения на счёт этого мальчишки, заявившегося в переулок.       — Малой, кажется ты себя переоценил! - послышался оклик Стэна, вырвав Тонкс из задумчивости. Первая игра уже была сыграна, и Гарри расстался с сотней фунтов.       — Мне не могло везти постоянно, - развёл он руками, но есть ещё три игры. Думаю, что у меня получится, - тоном заядлого игрока произнёс он.       — Зря он... - покачал головой Билли, - кто вообще дал малолетке такие деньги, - с завистью произнёс он. Несмотря на вид мальчика, Билли считал, что он тратил не заработанные деньги, а родительские, а вся эту чумазость для маскировки. И в чём-то он был прав...       — Да как так-то? - вырвалось у Стэна в следующий момент. Было странно... Крупный тоже видел, как Стэн профессионально сбросил кость, как видел и то, что мальчик не касался стаканчиков рукой, только водя над ними рукой, а по итогу в правом стакане оказалась косточка. И, что самое забавное, мужчина был готов поклясться, что именно в этот стакан Стэн изначально и положил кость.       — Кажется, Стэн встрял, - рассмеялась Дора, поняв весь фокус этой маленькой афёры.       — Да ну, я думаю он специально дал ему выиграть, чтобы тот думал что у него есть шансы, - отмахнулся Билли. Он как никто знал, как играют в эту игру, так что, если бы Стэн не оставил кость под стаканом, то мелкий бы не смог её найти.       — Ты недооцениваешь этого мальчика, - покачала головой Дора, - и переоцениваешь мозги Стэна, - добавила она, - когда Гарри с невинным видом выиграл третью партию, прыгая от счастья и крича, что-то на подобии : " На конец-то получилось. Прав был Шон, на третий раз получится!".       — Да как он это делает? - кажется Билли наконец понял, что Стэн не придуривался, а действительно проигрывал. Но разве он не должен был сбросить "камень"?       — Это четвёртая и последняя игра, - пробасил крупный мужчина, - она всё и решит!       Как и предсказывала Тонкс, четвёртую игру мальчик выиграл, заработав в общей сложности шестьсот фунтов. Все были несколько озадачены таким поворотом событий, но самым удивлённым был Стэн, который не понимал, как мальчишка делал, то, что делал.       — Ещё! - крикнул он. На концу стояла его честь, а ещё он хотел узнать в чём трюк. Иначе, разойдись это в широкие массы, его без штанов оставят.       — Стэн, вы договорились! - с намёком пробасил крупный. В его словах был скрытый смысл предостерегающий мужика от новых проигрышей.       — Да и не против, - тут же ответил Гарри, - те же правила, те же ставки. Но это будет последняя игра, - добавил он, - если я проиграю, то не расплачусь с моим кредитором, - закончил он неловко.       — Одна так одна! - кивнул Стэн. Он и сам не понимал почему так распалился, но какой-то внутренний голос требовал от него играть.       Следующий раунд прошёл несколько иначе. Мальчик проиграл две первые игры, что, казалось вселило уверенность в Стэна, но продлилось это не долго, так как мальчуган выиграл ставки в четыреста и восемьсот, отбив потери и оставшись в плюсе на триста фунтов.       — Ещё! - закричал Стэн, вызвав отчётливый гнев на лице крупного мужчины.       — Нет! Нужно знать меру, - покачал головой Гарри, словно издевался над игрозависимым.       — Давай наоборот! - не выдержал жулик, - если проиграю, отдам тебе ставку, а если выиграю, то получу от тебя только половину.       — Я же сказал нет, - повторил Гарри, - я думаю, что мне хватит этих денег, а вам следует успокоиться. Вы слишком азартны, - добавил он.       Крупный, наблюдавший за этой сценой с трудом сдерживал желание прибить мальчишку. Нет, он разумеется, говорил верно, но почему-то оставалось отчётливое ощущение того, что над ними всеми просто издевались.       — Ещё одну игру! Я ставлю тысячу фунтов! - не выдержал Стэн, брыжжа слюной, - угадаешь, и деньги твои, не угадаешь, вернёшь пять сотен!       — Я... - мальчик несколько замялся и бросил взгляд на разъярённого крупного мужчину, - простите, но мне кажется, что он немного не в себе. Может быть вы поговорите с ним? - предложил Гарри. Крупному же показалось, что мальчику действительно неудобно за то, что он обыграл Стэна столько раз, и он просто пытается проявить такт. И это не смотря на то, что несколько секунд назад, ему хотелось придушить мальца...       — Стэн, хватит уже! - рявкнул мужчина.       — Нет, я смогу. Я понял! - ошалело кричал жулик, - я выиграю!       — Ладно, - махнул рукой на этого идиота Уилл, - делай как знаешь...       — Давай ещё одну игру! - вновь повернулся Стэн к Гарри.       — Ну что же, - вымучено кивнул мальчик, - будь по вашему...       Они заняли места. Гарри понимал, что скорее всего в этот раз Стэн и правда, что-то придумал, но Гарри не представлял себе к чему мог прийти этот мошенник. И всё же, всё стало очевидно едва игра началась. Вращавший на бешеной скорости стаканчики, Стэн постепенно замедлился, а к концу и вовся перемещал тару осторожно, будто боясь пролить содержимое. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться. Придя к выводу, что кость появляется там, где хочет мальчишка, Стэн решил положить кости в каждый стакан, чтобы просто сказать, что Гарри не угадал, и подняв другой стакан показать кость. Как наивно. Поттер едва не рассмеялся в голос, перестав следить за манипуляциями жулика. Стэн же изображал процесс хитрого запутывания, переставляя стаканчики то медленно, то быстро, делая всё возможное. Гарри же просто зевал и всем своим видом показывал, что хочет закончить с этим побыстрее. Наконец, спустя полминуты манипуляций, запыхавшийся Стэн остановился и с глазами полными победы и ликования уставился на своего противника.       — Этот, - небрежно указал пальцем Гарри на первый попавшийся стаканчик. Всем и каждому было очевидно, что он не следил и ткнул наугад.       — Ха-ха-ха! Не верно! - рассмеялся Стэн и открыл другой стаканчик. Смех его тут же стих, а выражение лица приобрело неописуемое выражение. Под стаканчиком было пусто. С глазами полными ужаса, он открыл другой стаканчик, и убедился, что там тоже ничего не было. Единственная кость была под тем стаканчиком, который указал Гарри.       — Я снова победил, - произнёс Гарри.       — Забирай! - увидев состояние Стэна, Уилл протянул выигранные деньги мальчишке, - но больше не появляйся на моих глазах, - прошептал он ему так, чтобы только Гарри услышал, - ты переиграл Стэна, и я это уважаю, но этот номер у тебя прокатит только раз. Ты меня понял? - прошипел Уилл на ухо.       — Спасибо за вашу честность, - вместо ответа на вопрос, произнёс Гарри, - вот, - он протянул сто фунтов, - за услуги Рефери и поручительство.       Заметив, что деньги никто не взял, он просто оставил их на ящике, и не обращая внимания на всё ещё погрязшего в неверии Стэна, пошёл прочь.       — Стоять! - взревел жулик, когда наконец пришёл в себя, - верни мне деньги, ты маленький крысеныш! - он буквально пулей выстрелил вслед за мальчуганом.       — Стэн, нет! - крикнул Уилл, но озверевший мужик никого не слушал. Он мчался вслед за Поттером, который обернувшись на оклик, увидел мчащегося объятого праведным гневом мужика. Не став ничего говорить, Гарри молча отошёл в сторону, позволив Стэну просвистеть рядом, после чего пнул его в изгиб коленной чашечки сзади. После чего, слегка подпрыгнув, над упавшим на колени мужчиной, он ударил ребром ладони куда-тов область шеи под затылком. Не прошло и пары секунд, как Стэн обмяк и упал. Судя по его груди, он был жив, просто оказался в отключке.       — Уговор есть уговор, - покачал головой Гарри, молча направившись прочь. Никто не попытался остановить его. Все находились под впечатлением от последней выходки, так что не сразу сообразили.       Покинув неблагополучный квартал, Гарри направился в ближайший общественный туалет, где привёл себя в относительный порядок. Теперь он мог позволить себе прогуляться по городу и сделать некоторые необходимые покупки. Затем оставалось убедить МакГонагалл кое-что для него сделать,и можно было жить спокойно.

***

      Нимфадора Тонкс всё ещё осмысливала происходящее. Как и она, кто-то догадался, что можно подзаработать в мире маглов. Разница была в том, что вместо того, чтобы лапошить доверчивых маглов, этот человек решил облапошить маглов жуликов. В то, что ему десять лет, она разумеется не верила. Во первых, никого похожего в Хогвартсе не было, а в то, что этому человеку нет ещё одиннадцати она не верила. Значит оставалось оборотное, а значит, учитывая, что здесь он провёл чуть более сорока минут,вскоре он должен был отправиться куда-то, где сможет превратиться. Решив проследить, Тонкс воспользовалась своими способностями метаморфа, чтобы слиться с толпой и незаметно проследить за этим парнем. Поиски привели её в общественный туалет, откуда вышел всё тот же мальчишка, только более опрятный.       Придя к выводу, что он пополнил дозу оборотного, она решила продолжить слежку. В конце концов, мало кто зарабатывал бы магловские деньги будучи магом. У неё же была веская причина. Так как её отец был маглорождённым, а дедушка с бабушкой и вовсе были маглами, она частенько обитала в магловском мире, и "прониклась" некоторыми его благами. Отсюда и нужда в местных деньгах. Тем не менее, много ей было не нужно. В то же время, этот человек явно предпочитал жить вдали от магического мира и оставаться в немагическом Лондоне. На такую участь обычно соглашались либо те, кто не нашёл себе места в магическом мире, либо те, у кого были проблемы с властями магического мира. К какой категории относился этот человек ей ещё предстояло выяснить, но даже так, интереса это нисколько не умаляло.       Таким нехитрым способом, слежка привела Тонкс к одному из немногих магических магазинов в немагическом лондоне. Входить следом она побоялась, но она и так приблизительно знала ассортимент продаваемых там товаров, и ничего противозаконного там, разумеется, не продавали. После, мальчуган купил хотдог на улице, который с удовольствием съел, и направился в сторону стоянки такси. На этом расследование Нимфадоры было закончено, так как угнаться за автомобилем она не могла. Разочарованная и полная вопросов, она поспешила домой, надеясь, что ей не придётся выслушивать очередную лекцию от матери о том, что она шляется где попало и занимается сомнительными вещами.       Войдя в дом, она застала мать за редким для неё в последнее время занятием, а именно, варкой зелья. При этом, судя по уставшему виду Андромеды, зелье не относилось к категории простых и домашних. Не став отвлекать матушку, она собиралась уйти, но Андромеда сама окликнула дочь.       — Дора, подожди, - уставший голос матери встревожил девушку.       — Что случилось? - вернувшись в комнату, спросила Тонкс.       — К нам заходила профессор МакГонагалл, - начала объяснять Андромеда.       — Чтобы там ни было, - подняла в испуге руки вверх девушка, - я не виновата!       Поддавшись панике, она не заметила, как едва не опрокинула вазу. Пытаясь её поймать, она задела локтем банку с законсервированной ящерицей, которая была поймана Андромедой около самой земли.       — Не знаю, о чём ты, - отмахнулась колдунья, - но приходила она по иному поводу. Я пообещала ей кое-какие зелья, так что ты должна будешь передать ей их, когда поедешь в школу в сентябре.       — Это, что за зелье такое, которое не мог бы сварить профессор зельеварения? - удивилась Нимфадора.       — Одно из тех, которые можно получить только у нас, - неопределённо ответила Андромеда, дав понять дочери, что о большем ей пока знать не стоит.       — Я поняла, - кивнула девушка, - кстати, я была в городе и видела занятную картину, - решила поделиться своим открытием Тонкс.       — Что там опять? - вздохнув спросила Андромеда, не ожидая ничего серьёзного.       — Я видела мага, который пользовался беспалочковой магией, чтобы зарабатывать деньги на городских жуликах.       — И что здесь такого? - не поняла Андромеда.       — На вид ему было лет десять или около того, - пожала плечами Тонкс, - я подумала, что это оборотное, но так и не застала тот момент, когда он пил добавку. Однако, что я видела, так это то, что он прекрасно ориентируется в магловском Лондоне и даже пользуется такси.       — Возможно он проживает большую часть времени среди маглов, - пожала плечами Андромеда.       — А теперь скажи мне, мама, сколько сильных магов с беспалочковой магией ты знаешь, которые бы проживали в магловском мире, пользовались оборотным, чтобы скрыть себя и избегали магов?       — О... - внезапно осенило женщину -надо же... А ведь ты права. Из последних двух поколений я не припомню никого достаточно сильного, на свободе, да ещё и среди маглов... Разве что... - женщина задумалась, - объявился, кто-то из заграничных или старых "антиквариатов" прошлой войны.       — Такие ещё остались? Кажется Дамблдор последний сильный маг той эпохи, - закатила глаза Нимфадора.             — Не говори глупостей, - успокоила дочь Андромеда, - последний, как же. Есть огромное количество родов, которые предпочитают поддерживать иллюзию своего уничтожения, а на деле скрываются и радуются жизни.       — Например? - задумалась Дора.       — Например Розье, которые вполне неплохо проживают во Франции. Малфои тоже, кстати. Может английская ветвь рода и находится в упадке, но во Франции всё у них отлично. Люциус, конечно, не претендует на высокие места в основной ветви, но случись, что, так сразу подастся на старую родину. Долохов тоже отщепенец, которого выгнали из основной семьи, вот он и осел у нас. Единственные, по настоящему угаснувшие рода, которые некогда вселяли страх, это Певереллы, мы, к слову, тоже вымирающая фамилия древнего рода, хотя отрицаем это, - невесело продолжила Андромеда, - разумеется Слизерин, но их род считай мёртв, если Белла не родила ему ребёнка, - хохотнула Андромеда.       — Почему я, член древней и благородной, - весело заметила Тонкс, - всего этого не знаю?       — Потому, что ты этим никогда не интересовалась. А после падения Тёмного Лорда чистокровные получили большой удар, и сейчас это всё не так актуально. Единственными активными "чистокровными" остаются Малфои, Крэббы, Гойлы. Остальные не столь яры, а скорее идут в фарватере политики Малфоев. Гринграсс пытались перетянуть одеяло на себя, усыновив Поттера, но куда им тягаться с Дамблдором и его ручным Визенгамотом. Этот старик, к слову тоже происходящий от древнего рода, не так прост, как многим может показаться. Не смотри, что он ведёт себя, как добрый дедушка, улыбается и говорит всякие глупости. Его магическая мощь довольно велика, а острый ум и рассчётливость может дать фору самым изощрённым слизеринцам. Он хранит столько же тайн, сколько гоблины Гринготтса, а о его прошлом известно ничтожно мало. Если кто-то скажет, что знает Альбуса Дамблдора, можешь смело рассмеяться ему в лицо. Вряд ли кто-то полностью понимает этого волшебника. Даже его брат, Аберфорт, не понимает его до конца.       — У Дамблдора есть брат? - удивилась Тонкс.       — А кто по твоему управляет Кабаньей Головой? - усмехнулась Андромеда, - вот, что я тебе скажу. Если у тебя будут сложности с поступлением в Аврорат, то обратись к Дамблдору и предложи ему свою лояльность в обмен на помощь в поступлении. Ты удивишься тому, с какой скоростью окажешься среди рекомендованных. Не удивлюсь, если попадёшь к Аластору Грюму. Они вроде дружат.       — Ты это не серьёзно...       — А ты попробуй, - усмехнулась Андромеда, - я была на его стороне во время возвышения Тёмного Лорда, так что, кое чего смыслю в этом. А что до того мага, которого ты видела... - девушка задумалась на мгновение, - если увидишь его вновь, держись подальше. Если ты будешь ему интересна, он сам заговорит с тобой. В ином случае, не стоит провоцировать его. И... на всякий случай, не упоминай, что ты из Блэков. Не известно на кого ты можешь напороться. Ты понятия не имеешь о родовых взаимоотношениях, так что, напоровшись на иностранцев, можешь найти себе древних кровных врагов.       — Я поняла, не переживай, мама, - кивнула Тонкс.       — Теперь я буду переживать ещё сильнее, - закатила глаза женщина. Такой уж была её дочь. Чем больше она уверяла, что не о чем беспокоиться, что всё будет хорошо, тем быстрее она вляпывалась в неприятности.       Пока женщины разговаривали, с хлопком появился домовик, которого Андромеда сразу же узнала.       — Кикимер? - удивлённо воскликнула женщина, совершенно не ожидая увидеть этого эльфа у себя дома.       — Кикимер приветствует бывшую Блэк, - поклонился эльф и протянул конверт.       — От кого это? - удивилась женщина, но взглянув на печать на пергаменте тут же осеклась. Там красовался фамильный герб семьи, правда оттиск явно был не от кольца, что говорило о том, что писали его при особых обстоятельствах. Раскрыв конверт, Андромеда вытащила пергамент на котором красовалось всего несколько строк.       Именем Главы Рода Блэк. Лорд Блэк.       Оказать помощь Минерве МакГонагалл. Не задавать лишних вопросов, и не искать со мной встречи. Я свяжусь сам, когда посчитаю время уместным. Все указания будут передаваться через Кикимера. Воспитай дочь, её ребёнок станет следующим главой рода! Добейся встречи с братом. Передай, что крыса найдена, но придётся подождать.       P.S. Если Нимфадора действительно хочет, как и Сириус пойти в аврорат, то пусть поработает над навыками скрытности и наблюдения, иначе в следующий раз я преподам ей урок лично.       Закончив чтение, Андромеда сглотнула и перевела взгляд на домашнего эльфа с немым вопросом во взгляде.       — Лорд Блэк? - наконец спросила она.       — Не могу назвать имя, Кикимер должен хранить молчание и защищать мать будущего Лорда, - поклонился эльф.       Этот ответ был яснее ясного. Если кикимер прямо назвал Нимфадору матерью будущего Лорда рода, значит ему это было приказано текущим главой, а значит и письмо писалось при нём.       — Что случилось, мам? - глядя на реакцию женщина, Тонкс показалось, что она снова во что-то вляпалась. Вместо ответа, мать протянула пергамент девушке, чтобы та лично ознакомилась. Прочитав, она вылупила глаза на мать, оставив очевидный вопрос без ответа.       — Ты разве не говорила, что наш глава рода это Сириус, и он в Азкабане. Разве он может...       — Ты не понимаешь, - покачала головой женщина, - Сириус глава семьи, но он не Лорд Блэк. Лордом может быть лишь тот, кто в полной мере владеет родом, активами, голосом в Визенгамоте, но главное, его должны признать согласно родовому кодексу. Основными параметрами в нашем кодексе являются сила и возраст. Если найдётся Блэк, который будет старше и сильнее текущего Лорда, то Лордство перейдёт ему, если он не откажется добровольно. Это письмо означает, что какой-то "антиквариат" предъявил права на наш род, и кодекс ответил ему.       — А как это... предъявить права? Надо пойти в министерство или...       — Да нет же, - отмахнулась женщина, - нужно назваться Лордом Блэком, и если ты подходишь, то...       — А тебе не кажется, что это немного... - начала Тонкс, - не не знаю... глупо? Просто ляпнуть и всё?       — Не всё, - огрызнулась Андромеда, - разумеется, нужно иметь кровь Блэков, сильную родословную и многое другое. Я даже не представляю кто бы мог подойти под все условия, - сдалась наконец андромеда.       — И получается, я натолкнулась на Лорда Блэка, который занимался тем, что лопошил маглов на деньги? Ты издеваешься?       — Или, скорее, он пришёл посмотреть на тебя, - пожала плечами Андромеда, - судя по письму, это не ты его выследила. а он тебя.       — Ла-адно... - протянула девушка, - Кикимер!       — Да, госпожа, - поклонился эльф.       — Как зовут мальчика, который написал это письмо? - с хитринкой в голосе спросила она.       — Кикимер не может сказать, госпожа, Кикимер поклялся в верности Лорду и роду Блэк. Кикимер будет ждать, когда наследник родится у госпожи, чтобы служить ему.       — Он не скажет, - покачала головой Андромеда, - возможно портреты могли бы знать, если новый Лорд посещал дом, но я сомневаюсь. Очевидно, что он не афиширует себя. Теперь становится понятно кто прислал МакГонагалл.       — Лорд просил передать кое-что устно, - внезапно сказал Кикимер.       — И что же? - не ожидая ничего приятного, спросила Андромеда.       — Беллатриса разочаровала меня. Нарцисса слишком зависит от мнения мужа и его хозяина. Я возлагаю надежды рода Блэк на семью Тонкс. Нимфадоре скорее всего придётся родить пару детей, так как одному придётся возглавить род Блэк, а второму род мужа. Тем не менее, выбор мужа я оставляю за ней и не настаиваю на конкретных кандидатах. МакГонагалл я предупрежу, так что на последнем году, я хочу, чтобы она стала её личным учеником и получила звание мастера трансфигурации. Помните, вы лояльны дому Блэк, а не Дамблдору. После её выпуска, я верну вас в род вместе с Тедом.       — Это всё? - спросила женщина тяжело дыша.       — Да, это всё, что передал Лорд, - поклонился Кикимер.       — И что это значит, мама? - заметив встревоженный вид Андромеды, забеспокоилась девушка. Она умела читать между строк и поняла основной посыл, но кое - что от неё ускользнуло.       — Это значит, - сглотнула женщина, - что Тёмный Лорд никуда не исчез, и война просто взяла перерыв на восстановление сторон. Лорд Блэк выступит против Тёмного Лорда, как третья сила, и он хочет, чтобы члены рода были верны ему, а не кому-то ещё. Скорее всего Нарцисса будет полностью отлучена от рода, как и Беллатриса. Значит в роду останемся только мы и Сириус, - подытожила она.       — Кажется плакала моя мечта пойти в аврорат, - усмехнулась Нимфадора.       — Не волнуйся, навоеваться ты ещё успеешь, - сжав в руке письмо, процедила женщина. В её разуме крутилось множество мыслей, от бегства из страны, до того, чтобы рассказать всё Дамблдору, но судя по той лёгкости, с которой попалась Дора, как преданно служил новому Лорду кикимер и заявлению о передаче рода ребёнку Нимфадоры, новый Лорд не собирался сохранять за собой род Блэк. Значило ли это, что у него был другой, ещё более могущественный род? Не найдя правильного ответа в своих рассуждениях, женщина вернулась к варке зелья, которое обещало быть среднего качества из-за множества отвлекающих факторов свалившихся в последний час.