Часть 2
27 мая 2023 г., 06:36
***
Вместо того, чтобы спокойно собираться в школу, Питер носился по комнате, как ужаленный. Мистер Старк снова пригласил его в башню. Сам! Спустя пять дней после их прошлой встречи! Да у Питера только-только успели улечься все впечатления и восторги, как его опять зовут посетить это хранилище Священного Грааля — мастерскую Железного Человека. Приглашение, конечно, было сформулировано в иронично-снисходительной форме, которая, как уже успел понять Питер, была наиболее характерна для повседневного Старка: Паучок, залетай на примерку штанишек. Сегодня после 20, окно или дверь на твой выбор. Ууууу-иииииииии! Думал ли Питер, что ему когда-нибудь посчастливится познакомиться с Тони Старком лично? Было бы кокетством сказать, что нет. Пит понимал, что его деятельность рано или поздно будет замечена, и в своих наивных юношеских фантазиях неоднократно представлял эту встречу. Чаще всего подсознание подкидывало ему ситуации, в той или иной степени похожие на гибель Бена — только в своих мечтах Пит успевал закрыть Старка своим телом, с трудом после этого выжив при помощи регенерации. А потом Железный человек прочувствованно благодарил бы бледного Питера, приходящего в себя на больничной койке, за спасение собственной жизни. А Питер бы слабо улыбался и отвечал, что это честь для него. В крайнем случае — Старк становился бы свидетелем его чрезвычайно ловкого и умного трюка, спасающего по меньшей мере пару десятков жизней. Например, вытаскивание школьного автобуса с края обрыва. Или спасение утопающего парома. Или ликвидация крупного пожара. Не так важно, что именно — лишь бы масштабно, эффектно и благородно. Но уж точно Питер никогда не представлял, что его подберут в грязной подворотне, шмякнувшегося об стену и бессознательного, а Тони Старк будет помогать ему справиться с наступающим приступом паники путём пожимания его голой (Пит искренне надеялся, что она была хотя бы не грязной) ноги, торчащей из аппарата МРТ. Какая ирония. Судьба определенно имела целью выдать Паркеру профилактический пинок, резко возвращающий в реальность из мира его киношных грез. С другой стороны — какая, к черту, разница, как именно они познакомились, если теперь мистер Старк сам пишет ему сообщения, приглашая к себе. Питер снова восторженно завизжал вслух, как школьница на концерте мальчикового бойз-бэнда. — Пи-ит? — в комнате показалось озадаченное лицо Мэй с красивой ровной стрелкой, нарисованной только на одном глазу. — Все в порядке, милый? Испуганный Питер успел сунуть телефон под одеяло, а одну ногу — в штанину. — Да-да, я просто радуюсь, э-э-эм, что меня Лиз позвала погулять этим вечером, — парень сам не понял, как у него вырвалась такая складная ложь, еще и создающая ему идеальное алиби на сегодняшний вечер. — О-о-о, — умиленно протянула Мэй. — Я так рада за тебя, мой милый. Первые свидания, влюбленности — лучшее время в жизни. Питер поулыбался тёте, думая про себя, насколько далеки сейчас его интересы от дурацких свиданий и влюбленностей. Как это вообще можно сравнивать — где унылые и неловкие встречи с девчонками из школы, и где мистер Старк со своими Марками и голограммами. Нет, Питер определенно баловень судьбы, раз ему досталось второе. День тянулся, как старая жвачка, из которой уже высосали весь сахарозаменитель и ароматизатор, оставив одну безвкусную резину. Уроки казались бесконечными, перемены — удручающе долгими и бессмысленными, и даже общение с Нэдом в перерыве на ланч уже не так радовало, как раньше. — Эй, чувак, что с тобой сегодня? Ты всю неделю странный, но сегодня вообще какой-то отбитый, — Нэд звучал не то обиженно, не то озабоченно. Пит был слишком сосредоточен на своих мыслях, чтобы вникать в такие детали. — Ты… здоров? — Что? А, да… да, я в порядке, — отозвался Питер. — Много всего навалилось — надо дописать эссе для колледжа, посчитать для Мэй налоги, да еще лэнд-лорд утром заходил, что-то втирал про общий ремонт дома, что нужно будет доплатить за материалы. Голова кругом, короче. Будто слушая себя со стороны, Питер даже удивлялся — когда это он наловчился так виртуозно врать? Впрочем, судя по взгляду Мишель, сидящей напротив, это срабатывало только на Лидсе, который понимающе покивал головой, прекращая допрос, но не на ЭмДжей, скептически хмыкнувшей и уткнувшейся обратно в книгу. Последний урок — английская литература — и можно будет бежать домой. Наконец-то.***
Проблема нарисовалась там, где Питер не ожидал — Мэй была так воодушевлена его воображаемым свиданием с Лиз, что решила принять деятельное участие в сборах, отказавшись от своего традиционного похода на пятничную йогу. Поэтому его план выбраться из окна в паучьем костюме и залететь в мастерскую, как и в прошлый раз — через окно, в принудительном порядке был изменён на «одеться неуместно нарядно и опрятно и войти, как все нормальные люди, через дверь». — У тебя же есть прекрасный костюм, дорогой, надень его? — Мэ-э-эй, — простонал Питер. — Может, еще принести одинокую розочку в прозрачной упаковке, чтобы она её таскала в руках весь вечер? Мы же просто идем погулять, а не в ресторан какой-нибудь. Я не хочу её напугать слишком официальным видом. Оденусь, как обычно. — Ну уж нет, только не этот балахон. Давай хотя бы что-то по фигуре. Ты так прекрасно сложен, милый, и почему только так старательно это скрываешь? — Чтобы меня ценили не за внешность, возможно? — выкрутился Питер. На самом деле, конечно, он боялся привлекать слишком много внимания к своей резко изменившейся после укуса фигуре. Впрочем, с того момента прошел уже почти год, за который он постепенно позволял себе всё большие и большие успехи на уроках физкультуры, поэтому, возможно, мог скрываться уже не так усердно. — Питти, ты у меня такой зрелый и умный, — умиленно смотрела на племянника Мэй. — Это позиция, достойная уважения. Пит растекся в смущенной улыбке и отвернулся, чтобы взвизгнуть, когда в следующий момент чуть пониже спины ему прилетел ощутимый шлепок. — А теперь выкини эту дурь из головы! — вернулась к своему обычному тону женщина. — Поверь, даже хорошая умная девочка добавит тебе баллов, если свой богатый внутренний мир ты завернешь в симпатичную обертку. Так что иди сюда, я тебе волосы слегка уложу. Утомительные для Питера приготовления заняли почти всё то время, что оставалось ему до выхода, что, вероятно, было даже хорошо — вместо того, чтобы нервничать из-за встречи со Старком, он нервничал из-за количества геля для волос и слишком обтягивающей футболки. О трусах, немного краснея кончиками ушей, Питер позаботился сам заранее — мистер Старк упоминал примерку штанишек, поэтому Пит пристально изучил свое белье на предмет дыр или подозрительных пятен, чтобы не опозориться перед кумиром. И к тому моменту, как юноша в сидящих по фигуре темных джинсах, светлой футболке без картинок и серой рубашке с подвернутыми рукавами вышел из дома, то был счастлив уже самому тому факту, что всё закончилось, и он, наконец, спокойно поедет в башню, хотя ещё парой часов раньше шёл бы на трясущихся от волнения ногах. Перед входом в метро он кое-что вспомнил и быстро достал телефон из заднего кармана. Добрый вечер, мистер Старк, я еду к Башне и зайду снизу, как мне к вам попасть? Старк ответил почти мгновенно, заставив Питера удивленно вздрогнуть. Отлично. Просто назови на ресепшн своё имя, тебя проводят Пит пробежал глазами по строчкам несколько десятков раз, представляя, как мистер Старк набирает их на своем телефоне лично ему и, улыбаясь, зашёл в вагон. К моменту выхода из метро Питеру уже хотелось припуститься бегом от нетерпения, но останавливала мысль о том, что тогда его светлая футболка наверняка пропитается потом, и он будет чувствовать себя крайне жалко под слегка насмешливым взглядом хозяина мастерской. Поэтому он спокойно шагал по Манхеттену среди вечно спешащих куда-то жителей и фотографирующих всё подряд туристов, с упоением думая о том, что все эти люди вокруг даже не представляют, куда и к кому он направляется. Когда он подошел к башне SI, теплый вечер уже окончательно утвердился в своих правах, а классическая нью-йоркская иллюминация вышла на подмостки, готовясь дать свое яркое шоу на улицах города. В любой другой день Питер с удовольствием прогулялся бы среди тысяч горящих всеми цветами радуги вывесок — обычно он патрулировал куда менее живописные районы, поэтому в самом сердце города чувствовал себя туристом. Возможно, даже не отказался бы сделать пару глупых селфи на Тайм-Сквер. Но сегодня вся эта светящаяся мишура вокруг волновала его в последнюю очередь. Шагнув с тротуара в сторону огромных стеклянных дверей, он замер, глубоко вдыхая, и решительно зашел внутрь, стараясь унять дрожь в руках. Впрочем, момент, которого он боялся больше всего — взаимодействие с незнакомой девушкой на ресепшн — прошёл безупречно гладко. Вышколенный персонал не смотрел на него с недоверием, не окидывал оценивающим взглядом его одежду, не переспрашивал несколько раз имя, которое он, если честно, мог бы выговорить и более отчетливо, если бы меньше нервничал. Стройная блондинка с удлиненным каре в светлом брючном костюме приветливо улыбнулась и жестом пригласила Питера проследовать за ней. Стараясь не отставать, Пит на ходу рассматривал интерьеры огромного холла, свисающие с высоких потолков шикарные люстры, строгие диваны в зоне ожидания и абстрактные полотна на стенах. При виде этой мазни у Питера в голове почему-то мелькнуло имя «Поллок», но он не придал этому особого значения. У дальней стены, кажется, стояла под стеклом миниатюрная модель Манхеттена. Пообещав себе, что в следующий раз обязательно рассмотрит все повнимательнее, Питер поспешил за девушкой, которая уже вызывала отдельный лифт при помощи специальной карты. — Мои инструкции говорят, что я должна проводить вас только до лифта, мистер Паркер, поэтому вам придется подниматься одному. Не переживайте, — ободряюще улыбнулась она, — он сам остановится на нужном этаже, а дальше вам подскажут дорогу. — С-спасибо, ээ, Меган, — успел прочитать имя на бейдже Пит, улыбнувшись в ответ. В лифте он снова постарался унять бьющееся сердце, пугая себя вспотевшими ладонями. За минувшие дни он успел прочитать о Тони Старке несколько статей, хотя раньше никогда не интересовался его личной жизнью, и теперь знал, что мужчина всячески избегает физических контактов с посторонними, а руку прилюдно жал только президенту, но Питер ведь отлично помнил то рукопожатие у томографа во время их знакомства. Значит, статьям этим верить нельзя и руки надо сохранить сухими. И, желательно, не совсем ледышками. Пит с силой потер ладони об джинсы, обхватил ими себя за шею, чтобы согреть и бросил мимолетный взгляд в зеркало лифта. Непривычно было видеть себя таким… взрослым. Нужный этаж встретил его огромным коридором, простиравшимся в обе стороны, полумраком и почти полной тишиной, разбавляемой доносящимися откуда-то звуками музыки с большим количеством ударных инструментов. Питер усмехнулся и уверенно пошёл на звук еще до того, как приятный голос Пятницы поприветствовал его и подсказал правильное направление. Он ещё не видел, как выглядит дверь мастерской с этой стороны, но догадаться о том, что это именно она, не представляло особого труда. Он уже занес руку, чтобы постучать, как створки мягко разъехались, обдавая его звуковой волной, выкатившейся из открывшегося пространства. Питер неуверенно шагнул внутрь, выискивая глазами хозяина. На часах — он проверил еще в лифте — было 20:05. Считалось ли это уместным — приходить в 20:05, если тебя приглашали с формулировкой «после 20», или протокол предписывал задержку побольше? Эта новая мысль успела лихорадочно вспыхнуть в его мозгах, но в этот же момент из-под стола вылез взъерошенный мистер Старк, и все беспокойства разом отступили, настолько Питера поразил вид потного мужчины в майке и с темным мазком на скуле. Всё напряжение, сковывавшее Паркера до этого, почему-то вмиг рассыпалось, уступив место внезапному веселью — таким контрастом к его собственному вылизанному виду сейчас казался Железный человек. Тони перехватил его взгляд и, похоже, правильно истолковал расползающуюся по мальчишескому лицу улыбку, потому что он направился навстречу Питу, вытирая руки темно-серым полотенцем и так же улыбаясь во весь рот. — Ну ничего себе ты нарядился, а я и не знал, что у нас свидание, а то бы галстук надел, — он уже протягивал Питеру тщательно вытертую широкую ладонь. Питер ожидаемо поперхнулся воздухом, но потом, отвечая на рукопожатие, всё же смущенно рассмеялся. — Вообще-то, отчасти так и есть — моя тётя думает, что я сейчас гуляю с одноклассницей. — Ага. Значит, ты наврал тёте и вместо этого отправился к малознакомому мужику. Блеск, Питер, — хмыкнул Тони. Он продолжал разглядывать парня, которого впервые видел в повседневной одежде. И тот вызывал очень странные чувства — хотелось разлохматить уложенные кудри, закинуть руку на плечо и сжать посильнее, купить ему булочку с корицей и скормить с рук, а потом тщательно стряхнуть все крошки с одежды и похвалить за хорошее поведение. Бр-р-р-р, — мысленно встряхнул головой Старк, это еще что?.. — Малознакомому? Да вас знает каждая собака в нашем полушарии. И каждая вторая — в другом. — Самое главное — что меня не знает лично твоя тётя, уверен — как для родителя, для неё наиболее важен этот момент. Паркер развёл руками и стушевался, не решаясь спорить дальше. Удостоверившись, что его авторитет не ставится под сомнение представителем молодого поколения, Тони чуть расслабился и кивнул в сторону Марка, стоящего на подиуме. — Довел наше решение до ума, работает отлично. Если будешь хорошо себя вести и больше не врать тёте, возьму на полевые испытания, — Тони отметил, как загорелись глаза мальчишки в этот момент. — А пока вон — обещанные портки. Попробуй примерить, и будем смотреть, что исправить. Питер обернулся по направлению, указанному мистером Старком. Там на достаточном отдалении стоял стол с лежащей сверху красно-синей бесформенной тряпкой. Подойдя поближе, Пит удивился тонкости материала — комбинезон — а это явно был именно он, а не только штаны — практически сливался с поверхностью стола, не демонстрируя никаких видимых швов или застежек. Также Питер оценил расположение, которое Железный человек выбрал для демонстрации — стол с костюмом стоял достаточно далеко, а за ним было достаточно места, чтобы раздеться, не чувствуя себя на обозрении. Аккуратно развесив свою одежду на стоящем рядом стуле, Питер покрутил тонкую ткань — или то, что ей казалось — в руках и просунул ноги в части, выглядевшие наиболее для этого приспособленными. Кое-как, путаясь и тихонько чертыхаясь под нос, руки тоже удалось всунуть в эту больше похожую на чехол для автомобиля конструкцию. Озадаченный Питер оглядел себя и неуверенно окликнул рассматривающего какие-то диаграммы мужчину. — Мистер Старк?.. Ээ… Тони сразу же повернулся и пошёл в его сторону, попутно смахивая в карман с другого стола ещё одну красную тряпку гораздо меньшего размера. Остановившись в шаге напротив Питера, Старк протянул руку к его груди и чуть нажал куда-то. Материал вокруг Пита вдруг пришёл в движение и через пару секунд уже плотно облегал его поджарое тело. От неожиданности юноша так и замер на месте столбом, округлив глаза — раньше подобные эффекты он видел только на ютубе в роликах о термоусадке и даже не предполагал, что такое возможно без нагревания и на таких сложных формах. Тони невозмутимо сделал шаг назад и критическим взглядом осмотрел своё произведение. — Неплохо, неплохо… чересчур вызывающе, пожалуй… зато очень практично… Старк не знал, что мальчишка так хорошо сложен — в ту встречу, что Питер стоял в трусах у томографа, он ни разу не опустил взгляд на его тело, чтобы не смущать ребёнка, показавшегося ему таким уязвимым, а в следующий раз Паркер уже опять был в своём мешковатом тряпье. Теперь же Тони мог оценить совсем не детский разворот плеч, сопоставимых с его собственными, мускулистые руки и ноги, кубики пресса, явно читавшиеся под тонким материалом и идеально круглую задницу с ямочками по бокам. Разумеется, всё это не выглядело для Старка сексуальным объектом — скорее, эстетически выверенным образцом гармонии человеческого тела как природного явления. Золотое сечение, витрувианский человек Да Винчи, цветовой круг — казалось, молодой мутант, стоящий перед ним, отвечал всем стандартам идеала, прописанным когда-либо человечеством. Тони хмыкнул — повезло же юнцу, а — и протянул тому кусок материала, который держал в руках. Им оказалась маска, которую пришлось натягивать уже вручную. Немного повозившись с волосами и выравниванием прорезей для глаз, Питер опустил руки и вопросительно посмотрел на Старка. Вернее, предположительно вопросительно — выражения его лица Тони не видел, но в позе читалось ожидание. — Супер, просто супер, шкет, — самодовольно кивнул Тони. — Сразу хочется рисовать с тебя комиксы. Видишь нормально? — Ага. Отлично. — Тогда можешь сходить туда, полюбоваться, — Тони махнул рукой в сторону ещё одной раздвижной двери, которую раньше Питер не замечал. — Там есть зеркало, увидишь. Послушно зашагавший в указанном направлении Питер поражался новым ощущениям — движения окружающего воздуха чувствовались на коже, как будто она была полностью голой, но при этом терморегуляция работала как с нормальной одеждой. Пытаясь понять, какие именно технологии позволили достичь такого эффекта, юноша поравнялся с дверьми, которые тут же разъехались и впустили его в смежную с мастерской комнату — судя по валяющимся и там деталям, Тони использовал для работы и её тоже, хотя начальное предназначение явно было жилым — большая кровать, тумбы в изголовье, встроенный платяной шкаф, угадывавшийся по зеркальным створкам, ещё одна приоткрытая дверь, за которой виднелся кафель — очевидно, ванная. Питер подошёл к зеркалу и взглянул в отражение. И — вау — он и не знал, что может выглядеть настолько круто. Пожалуй, даже рядом с Капитаном Америкой или Халком он будет смотреться вполне на уровне. Еще после нескольких кульбитов у зеркала Пит осознал, что звуки восторга, которые он издавал в своей голове, похоже, вырывались наружу, потому что показавшийся в зеркале за его спиной мистер Старк выглядел крайне весёлым. Питер притормозил и смущенно остановился, поглаживая себя по предплечьям. — Паучок, ты просто канон — скромная отличница в очках с диоптриями и кофте на пуговицах, которая примеряет вечернее платье, распускает волосы и осознает свою красоту, — Старк откровенно потешался. Питер был слишком взбудоражен, чтобы смущаться или обижаться, поэтому только фыркнул, а потом атаковал Старка целым градом вопросов. — Неужели вы такое сделали всего за пять дней? А как он подстраивается под тело? А из чего?.. А почему?.. — добрых минут двадцать Тони удовлетворял юношеское любопытство, пока не смог, наконец, перейти к более подробному рассказу о возможностях костюма. Здесь Пит опять притих, крайне впечатленный услышанным. Под конец немного самодовольных разглагольствований парень окончательно замолк, зачарованно поглаживая костюм (то есть себя) по плечам и прессу, пытаясь прочувствовать все те примочки, о которых говорил Старк, и что-то для себя понять. — Мистер Старк? Я… простите, я должен спросить, хотя, возможно, это прозвучит странно… судя по вашему рассказу, этот костюм напичкан передовыми технологиями и очень дорогими материалами… а вы… вы мне его просто даёте? — Не совсем просто, — немного изменившимся голосом ответил, кашлянув, Старк. — Чтобы его забрать, ты должен будешь кое-что сделать. Все мышцы напряглись, а дыхание замерло прямо на середине выдоха. Нет, только не это, успел подумать Питер. Неужели… неужели Железный человек окажется не тем, кого он успел себе навоображать? Неужели он потребует чего-то… из серой зоны морали? Мыслей о чём-то совсем неправильном, что может потребовать взрослый мужчина у юного подопечного, у него, впрочем, не возникло — только о том, что придется делать какие-то вещи, не отвечающие его представлениям о благородстве и чистоте рук. Не давая собеседнику окончательно впасть в задумчивость, Тони продолжил: — Я отдам тебе костюм только при одном условии — ты расскажешь своей тёте о происходящем. От неожиданности Питер фыркнул, даже не заметив, что это могло прозвучать довольно грубо. — Вы серьезно? Но зачем? — Пойми меня правильно, Пит, это может смахивать на эмоциональный шантаж, но по-другому я не могу. Не могу просто отдать чьему-то ребёнку такую игрушку за спиной женщины, которая заменила ему мать. Она заслуживает того, чтобы знать о твоей деятельности. — Но… Но она же не разрешит! — Питер был так обескуражен, что даже не начал возмущаться тем фактом, что его назвали ребёнком. — Тогда тебе придётся смириться с этим. Хотя бы до совершеннолетия. Сказать по правде, в глубине души Тони даже надеялся, что Мэй запретит. Раньше его забавлял новый городской герой, но теперь, когда он увидел вблизи его юность и какую-то иррациональную беззащитность, Тони очень захотелось свернуть всю эту его опасную самодеятельность, выдать коробку с конструктором и посадить играться с ним у себя под боком, чтобы уберечь от всех возможных опасностей, которые могут поджидать его на улицах Нью-Йорка. Он, собственно, и основной упор в своей работе над костюмом сделал именно на различные протоколы безопасности. Прочность, амортизация, и, главное — огромное количество отслеживающих маячков, которые в случае критической ситуации немедленно подадут сигнал самому Старку. Он неоднократно вспоминал обстоятельства, при которых они познакомились, и внутренне содрогался, представляя, что могло случиться, если бы сбившие Паркера преступники не были спугнуты проезжающей мимо Наташей. Питер тем временем стоял рядом с потерянным видом и крутил в руках маску, которую успел стянуть с головы. Несмотря на то, что в его взгляде и жестах еще были видны колебания, Тони был уверен, что решение уже принято и принято верно, надо было только слегка подтолкнуть мальчишку к нему. — Питер, послушай, — мягко заговорил он, — я не могу поступить иначе. Как человек, который сам собирается стать отцом, не могу не примерять эту ситуацию на себя, и не видеть того, как будет некорректно действовать за спиной твоей тёти. Даже если ты откажешься сейчас от моей помощи и пойдешь дальше летать по ночам в дырявом трико — ты должен понимать, что это неправильно. Поговори с ней — уверен, ты найдешь подходящие слова, чтобы убедить её. Объясни, зачем ты этим занимаешься. Что не можешь по-другому. В глубине души Питер и сам знал, что всё сказанное мистером Старком верно. Его уже давно мучила совесть, что он скрывал от самого близкого на свете человека такую важную часть своей жизни. И пусть он уговаривал себя, что это лишь для того, чтобы защитить её от переживаний, но при этом понимал, что эгоистических мотивов в этом решении тоже предостаточно. А сейчас, когда на чашу весов легло еще и общение с Железным человеком, сделать правильный выбор становилось намного проще. С другой стороны — если Мэй запретит, то у него не будет возможности носить костюм, а, значит, не будет и поводов больше встречаться с мистером Старком, а от этого на душе почему-то становилось совсем горько. — Подумай, Паучок, — как будто прочитав его мысли, продолжил Старк, — даже если Мэй запретит геройствовать, мы наверняка сможем уговорить её на тренировки с командой, чтобы ты набирался сил и опыта к моменту совершеннолетия. Будешь скакать в зале, это тоже весело. И сможешь заходить сюда, помогать мне с чем-нибудь. Если будет желание. Услышав это, Питер чуть не подпрыгнул от радости. Мистер Старк серьезно, да? Теперь мысль о том, чтобы раскрыться, пугала уже гораздо меньше, поэтому он вскинул глаза и закивал. — Да. Да, хорошо, я с ней поговорю. Ох, это будет… Чёрт, даже не представляю, как это будет, — закатил он глаза. Потом, вспомнив что-то, снова врезался взглядом в Старка, — а вы… сказали, что собираетесь стать отцом, это значит, что у вас уже… ну?.. Питер замялся — очевидно, он вёл подобный разговор впервые в жизни. Тони снисходительно усмехнулся. — Ещё нет, но мы, — покрутил он ладонью, — работаем над этим. Судя по краске, которая залила скулы Питера, и его резко захлопнувшемуся рту он сразу представил себе непосредственный процесс изготовления детей, снова насмешив этим Старка. Для него заведение детей уже давно ассоциировалось только с бесконечными походами в клиники, анализами, обследованиями, процедурами и прочими манипуляциями, которыми принято заниматься у людей, разменявших пятый десяток лет и решивших впервые стать родителями. Но Тони, резонно рассудив, что такие подробности смутят парня еще больше, решил не развивать тему, сведя её к сухой логической выжимке. — Да, мы с мисс Поттс хотим завести ребёнка. Мы оба уже не сказать, что очень молоды, и это, вероятно, именно то, что нам нужно, — пожал Тони плечами, удивляясь самому себе. Он еще ни разу не говорил этого вслух, и было странно, что наиболее подходящим для такого откровения он выбрал именно человека, с которым не только знаком без году неделя, но наиболее далекого от темы деторождения из всех его знакомых, включая Халка и Фьюри. Сколько еще пройдет, прежде чем этот безусый юнец сам задумается о родительстве? Лет двадцать? Впрочем, именно таких мальчиков, как он — честных, принципиальных, со сквозящей в каждом действии внутренней чистотой — расхватывают на рынке потенциальных спутников жизни в первую очередь. Так что не исключено, что лет через пять он уже будет молодым счастливым папашей пухлощекого младенца. — Вау! Это… это так здорово, я очень рад за вас, сэр! — выпалил Питер, прерывая нить этого клубка странных размышлений. — То есть… не то, что уже рад, но как бы заранее рад, то есть потом буду рад… когда пора будет радоваться… — опять запутавшись в словах, парень сконфуженно замолчал. — Господи, Паучок, как ты в школе доклады делаешь, а? — иронично посмотрел на него поверх очков Старк. — Делегирую эту часть более приспособленным. А сам активнее работаю в предподготовке. Ой, представляете, у нас вот как раз будет на следующей неделе презентация совместного проекта по роботостроению, так там… — Питер, забыв вдруг про смущение, начал трещать про их доклад, для которого он сам сконструировал маленького робота на воздушной подушке. Тони с переменным вниманием слушал болтающего подростка, отвлекаясь на собственные мысли. Будучи озвученными другому человеку, их с Пеппер планы вдруг стали куда более реальными и осязаемыми, и это всколыхнуло со дна сознания давно лежавший там спокойно осадок. Глядя на болтающего ногами в обтягивающем костюме Питера, Старк пытался вспомнить тот момент, когда «Пеппер хочет ребенка» превратилось в «мы с Пеппер хотим ребенка». И ведь он действительно хочет, да. Но совершенно не помнит, в какой момент ему открыли на это глаза. — … понимаете? И его можно будет запускать в труднодоступные места, с неровной поверхностью, с лужами и ямами! Тони одобрительно покивал на то незатейливое щебетание, которым Питер заполнял пространство мастерской, а затем, убедившись, что парень дорассказал ему все подробности строения своего P3-CO, решительно хлопнул ладонями по столу. — Так, молодой человек, переодевайся. Раз уж ты пришёл весь такой нарядный, то я должен тебя хотя бы ужином накормить, раз уж игрушку с собой не дам. — Не дадите? — с заискивающим выражением на мордашке взглянул на него Питер. — Не-а. Чтобы у тебя был стимул разобраться со своими секретами и её получить. Когда Пит переоделся из костюма — надо же, он провёл в нем около часа, но уже ощущал второй кожей — обратно в свою одежду, Старк жестом предложил ему последовать за ним. Несколько поворотов в том коридоре, по которому уже ранее шёл Питер этим вечером, и они оказались в большом помещении с такими же панорамными окнами, но являющимся, по всей видимости, чем-то вроде кухни. Конечно, в этом почти пустом и блестящем мраморными поверхностями месте кухня угадывалась не так легко, как, например у Питера с Мэй с их сотней магнитиков на холодильнике и кучей баночек со специями, но по наличию раковины и кофемашины можно было всё же предположить, что это именно она. От остального пространства кухонную зону отделяла длинная барная стойка, а в углу светился изнутри отдельный шкаф с прозрачными дверцами, заполненный бутылками. Высокотехнологичный аналог винного погреба, догадался притихший Питер. Он ещё не бывал в мире больших денег, поэтому окружающая обстановка была для него чем-то совершенно новым. Пока он осматривался, мистер Старк сунул в духовку кальцоне, извлеченные из холодильника, поставил на стол пару коробок с салатом и отдал несколько команд Пятнице, которая озаботилась подогревом еды, настраиванием нужной степени освещения и подбором подходящей к ужину музыки. Когда они сели за стол, Питер уже был так голоден, что набросился на свою порцию без лишних стеснений, пока Тони, посмеиваясь, медленно устраивался поудобнее, выковыривал оливки из своего салата и отрывался от нарезания пирога, чтобы подлить себе виски в пузатый бокал. — Вкусно. А почему было просто в микроволновке не погреть? — дожевав кусок, спросил Питер. — Это неуважение к работе шеф-повара — разогревать его труды в микроволновке, парень, — отозвался мужчина. — Мне, честно говоря, разницы никакой, но Пепс предпочитает именно так, так что это уже привычка. — А где, кстати, мисс Поттс? — задал давно волнующий его вопрос Пит. Если пара так близка, что собирается растить вместе детей, то почему он еще ни разу за три визита в башню не пересекался с ней? — В командировке в Китае, утром возвращается. Прекрасная женщина. Только благодаря её участию в делах компании я могу позволить себе всякие радости жизни, вроде борьбы с террористами или пошив высокотехнологичных костюмов, — подмигнув, ответил Старк. Питер, в очередной раз набивший рот полностью, смущенно улыбнулся, выражением глаз извиняясь за то, что не может ответить. — Так какие планы на будущее, малой? Собираешься получать образование, или в подражание Кэпу ограничишься средней школой? Хотя нет, прости, я же видел твои наработки, ты уже в любом случае не сможешь оказаться на одном уровне с Роджерсом, — ехидно хмыкнул Тони. Питер округлил глаза. Ему и в голову не приходило, что можно так непочтительно отзываться о главном национальном герое Америки. То есть ему самому, конечно, всю жизнь нравился именно Железный человек, но Капитаном, как и прочими Мстителям, он трепетно восхищался. Считав эту мысль с его лица, Тони закатил глаза. — Да-да, парень, тебе еще предстоит разочароваться в своих кумирах при более тесном знакомстве. Шутки позапрошлого века от Беннера ты уже слышал, со мной вот тоже, — Тони указал большими пальцами на себя, а потом чуть развел руками, как бы извиняясь за несоответствие ожиданиям, — … познакомился чуть ближе. Реальность сурова. Питер посмотрел на мужчину, скопировав один из его насмешливых взглядов. — Вот чего вы кокетничаете, а? Сами же знаете, что в жизни даже круче, чем на экране. Тони будто ударила в лицо тепловая пушка. Он привык, разумеется, к лести во всех её формах, а также был абсолютно уверен в своей неподражаемости, но расположить к себе этого пацана почему-то было для него, как оказалось, принципиально важным. И когда тот подтвердил успех мероприятия с такой детской непосредственностью, Старк просто растаял, попробовав, разумеется, скрыть довольное лицо за ширмой застольной суеты. — Я тебе сейчас еще и мороженого положу, чтобы баллов добрать — у Бартона трое дочерей, и я отрабатывал эту тактику на них — девчонки меня обожают, — высунулся из-за створки холодильника Старк. — Какое будешь — орехи с карамелью или вишня? — М-м-м, — задумчиво протянул Питер, — давайте… эм-м… — Я понял, кладу оба. На лице у парня расплылась широкая улыбка. — Спасибо, мистер Старк. Пока Тони пил свой американо, а Питер приканчивал огромную порцию мороженого, они успели обсудить университеты Нью-Йорка, сложности расположения микросхем в местах с сильным магнитным полем, расположение шутеров на новом костюме Человека-Паука и целесообразность их добавления еще и на ноги. Сыто откинувшийся на барном стуле Питер уже начал моргать намного медленнее, когда Тони окинул его снисходительным взглядом и предложил отвезти домой. — Нет, ну что вы, я сам доеду, — вяло отнекивался Питер. — Да ладно, неужели не хочешь прокатиться на Ламборгини, как любой нормальный шестнадцатилетний?.. — Не совсем нормальный и уже семнадцатилетний, между прочим. К тому же, в нашем районе такая машина привлечет слишком много внимания, кто-то обязательно доложит Мэй, что видел меня рядом, а я еще не продумал стратегию разговора. Не очень хочется начинать сразу с объяснений, как я оказался в Ламборгини с номерами «STARK 911». Сговорившись на такси, которое вызвал для мальчишки Тони, они на прощание пожали руки, договорились о следующей встрече и разошлись, весьма довольные собой и прошедшим вечером, нимало не задумываясь о том, насколько он был похож на настоящее свидание.
