Затерянные в памяти

— Профессор Биннс увольняется. Лиззи в изумлении поворачивает голову от выбранного Ремусом Люпином приветствия, когда он плюхается в кресло рядом с ней, скользя взглядом по дымящейся кружке Эрл Грея. — Извини, ты сказал, что профессор-призрак, которому, казалось, суждено вечно бродить по этим коридорам, увольняется? И я тоже так рада тебя видеть, — шутит Лиззи, слегка толкая друга, прежде чем он подносит свою чашку к губам и криво усмехается. — Я видел тебя на прошлой неделе, Лиз, — напомнил юной ведьме воскресный ужин в конце лета, который он и его муж Сириус устроили в их таунхаусе в Лондоне в прошлые выходные. Закатив глаза, он сдается и кладет руку ей на плечо, крепко сжимая ее. — Добро пожаловать. Ты хорошо провела лето? — Ой, отвали, — смеется Лиззи и воздерживается от ответа, чтобы сделать глоток своего напитка. — Действительно, почему он уволился? Они наняли замену? Прежде чем Ремус успевает ответить, дверь учительской открывается, и в комнату входят другие профессора Хогвартса, в том числе Лили Поттер и Минерва МакГонагалл, которые проходят мимо запасного комода и редких кресел, чтобы присоединиться к Ремусу и Лиззи за их столиком. — Привет, Лили! Профессор, — кивает Лиззи, вежливо улыбаясь своей коллеге-магглорожденной подруге и профессору трансфигурации, которая также была деканом факультета Лиззи, когда она сама когда-то училась в Хогвартсе. — Пожалуйста, мисс Уильямс, я попросила вас называть меня Минервой, — увещевает МакГонагалл, глядя на учительницу маггловедения поверх очков в проволочной оправе. — Только если вы также будете называть нас по именам, — шутит Лиззи, заключая Лили в приветственные объятия. — Я так понимаю, вы обе хорошо устроились? — спрашивает МакГонагалл, когда они садятся. — Ммм, — кивает Лиззи. К счастью, ей было нечего возить с собой в замок, ведь она уже третий год работает профессором Хогвартса и все такое. — Ты переехала, Лили? — О, да! Сегодня рано утром мы с Джеймсом быстро с этим справились, пока Сириус отвел Гарри в Хогсмид. У меня такое чувство, что они запаслись продукцией Зонко, так что я заранее извиняюсь, — вздохнула она, забавно покачав головой от шутливого влияния крестного отца Гарри на него. — Я уже сказал Сириусу, что будут последствия, если я обнаружу, что у Гарри есть запрещенные предметы, — пытается успокоить стол Ремус. — Я поверю, когда увижу, мистер Люпин. Я не забыла всех трюков, которые ты проворачивал, когда был студентом, — замечает МакГонагалл, настороженно глядя на Ремуса. — Я уверен, что не имею ни малейшего представления о том, что вы говорите, — подмигивает он, посылая ей свою лучшую невинную ухмылку. — Гарри взволнован своим первым годом? — спрашивает Минерва у Лили, взмахивая палочкой. Она вызывает тарелки с печеньем и отправляет чайник, наполняя чашки Лиззи и Ремуса, прежде чем налить себе и Лили. — Честно говоря, я не уверена, кто больше взволнован между Гарри и Джеймсом, — смеется Лили, нежно улыбаясь при упоминании о сыне и муже. — Я не знаю. Джеймс казался очень расстроенным в прошлые выходные, когда до него наконец дошло, что Гарри больше не будет рядом каждый день, — вспоминает Лиззи, представляя себе Джеймса со слезами на глазах в саду Ремуса и Сириуса после слишком большого количества огневиски. — Это было до того, как он вспомнил, что может приходить в гости практически каждую ночь, если захочет, — констатирует Лили, закатывая глаза. — Гарри согласился ужинать по средам в моей комнате, так что он будет видеться с ним по крайней мере раз в неделю. К счастью, преподавателям Хогвартса не нужно проводить каждую ночь в замке, а это означает, что Джеймс не будет слишком долго не видеться со своей женой, и, в свою очередь, он сможет навещать своего сына в те несколько ночей, которые Лили остается в школе. — Знаешь, — говорит МакГонагалл, с любопытством наблюдая за Лили. — В этом году нам понадобится ловец. Бьюсь об заклад, молодой Гарри идеально подошел бы для команды Гриффиндора. — Мерлин, не вы туда же, — нерешительно стонет Лили. — Ему 11 лет. Клянусь, Джеймс заставляет Гарри тренироваться в саду каждый день, когда он свободен. Я постоянно напоминаю ему, что первокурсникам нельзя играть в командах дома по квиддичу! — Я была бы готова не обращать внимания на тот факт, что он первокурсник, если бы он был так же хорош, как его отец в этом возрасте. — МакГонагалл пожимает плечами с озорным блеском в глазах, как думает Лиззи. — Минерва просто не может смириться с мыслью о том, что Гриффиндор проигрывает Слизерину еще год подряд, — поддразнивает Ремус, беря печенье с тарелки Лиззи. — Ой, тише, мистер Люпин, — ругает МакГонагалл. — Мы даже не знаем, на какой факультет его распределят, — продолжает Лили под мгновенный смех за столом. — О, не делай вид, что мы не знаем, что скажет распределяющая шляпа, — фыркает Лиззи, пытаясь представить молодого, общительного и сострадательного Гарри, идеальное сочетание его обожающих родителей, в доме, отличном от Гриффиндора. — Джеймс взял с меня обещание провести его через камин, как только пир закончится. Как долго, по-вашему, я смогу убеждать его, что Гарри на Слизерине? — ухмылка, пугающе похожая на улыбку ее мужа, широко расползается по ее лицу. Когда смех стихает, Лиззи наклоняется и вставляет: — Итак, Минерва, Ремус говорит мне, что профессор Биннс ушел на пенсию. Это не может быть правдой, не так ли? — она отчаянно пытается узнать, почему призрак, который, как понимает Лиззи, продолжал преподавать еще долго после того, как ушел, как ни в чем не бывало, внезапно уходит на пенсию. — Это так, на самом деле. По-видимому, профессор Биннс довольно внезапно решил, что желает в своей загробной жизни большего, чем преподавание. Я не совсем уверена, каковы его планы, но пару дней назад он сообщил Дамблдору, что с немедленным вступлением в силу он больше не будет профессором Хогвартса. — Шотландка выглядит раздраженной, как будто у нее нет времени пытаться понять, что могло спровоцировать эту легкомысленную идею. — Нашли замену? — спрашивает Лили. — Я полагаю, что директор встречался с кем-то вчера по поводу этой должности. Я не слышала, принял они этого человека или нет, но думаю, мы скоро узнаем, — отвечает МакГонагалл, склоняя голову к двери, через которую только что вошел Дамблдор. — Тогда откуда ты уже знаешь об этом? — спрашивает Лиззи у Ремуса, щурясь на коллегу. — Потому что… Прежде чем Ремус успевает закончить, в учительскую входит еще одна фигура и быстро садится на первое свободное место, ближайшее к двери. — Нет, — ошеломленно шепчет Лиззи. — Ты, должно быть, шутишь, — продолжает она, глядя на Ремуса так, словно назначение нового профессора Истории Магии произошло по его вине. — Это Регулус? — спрашивает Лили, оглядывая их столик, чтобы хорошенько разглядеть младшего брата Сириуса. Лиззи снова поворачивается к двери, чтобы подтвердить, что да, на самом деле новейшее пополнение в штате Хогвартса в этом году — не кто иной, как Регулус Блэк, младший брат Сириуса. Регулус, кажется, не замечает пар глаз, устремленных на него, или намеренно игнорирует их, вместо этого глядя прямо перед собой на Дамблдора, ожидая начала встречи. Он сидит с идеальной осанкой, которой могла бы гордиться любая мать, одетый в новенькую, как смоль, черную мантию. Лиззи не может не смотреть, как он поднимает руку, чтобы расчесать свои темные волнистые волосы, откидывая назад пару выбившихся прядей, упавших ему на лоб. Он определенно больше не тот неуклюжий подросток, которого помнит Лиззи. Он немного пополнел с тех пор, как она видела его в последний раз когда? Двенадцать лет назад? Но его темные глаза такие же круглые и разрушительные, как всегда, и так отличаются от озорных, бурных серых глаз Сириуса. Лиззи торопливо разворачивается на своем месте прочь от Регулуса, когда ее предательский разум на мгновение подсказывает, что он в хорошей форме. Лиззи обычно первой указывает своим друзьям, что у нее есть типаж, а Регулус Блэк, к сожалению, не соответствует ему. — Ммм, — кивает Ремус в подтверждение вопроса Лили, извиняясь и улыбаясь Лиззи, прежде чем наклониться, чтобы прошептать им. — Сегодня утром Редж позвонил Сириусу и сказал, что Дамблдор предложил ему эту должность. — Я уверена, что Орион и Вальбурга были рады это услышать, — фыркает Лили. — Угу, это значит, что он будет с нами на первом этаже, — жалуется Лиззи, запрокинув голову в стоне. — Разве вы оба не были в одном и том же году? — вспоминает Лили, глядя на Лиззи в поисках подтверждения. — К сожалению, — бормочет Лиззи, вызывающе скрестив руки на груди. — Знаешь, ты так и не сказала мне, почему так сильно его ненавидишь, — заявляет Ремус, критически глядя на свою подругу. — Потому что он — осел, о! Извините, профессор. — Лиззи вздрагивает, внезапно вспомнив, что заместитель директора сидела напротив нее. Лиззи чувствует, что Минерва сдерживает смех над вспышкой молодой женщины, несмотря на все ее попытки казаться иначе. — Вам не обязательно должен нравиться каждый член персонала, мисс Уильямс, — говорит МакГонагалл, убирая легкий приподнятый тик, который появился на ее улыбке после ругательств Лиззи. — Но мы ожидаем, что вы будете сердечны, особенно перед студентами. — Да, конечно, профессор, — соглашается Лиззи, чувствуя себя должным образом наказанной. Ей не хотелось бы, чтобы эта новость заставила кого-то из персонала увидеть ее по-другому. Лиззи усердно работает как бывшая студентка, чтобы другие профессора, большинство из которых учили ее, пока она была студенткой, видели ее как профессионала. И она отказывается позволить Регулусу Блэку это изменить. — Но почему это должен быть он? — Лиззи ноет про себя. Она боится провести весь год через зал от такого напыщенного, аристократичного, невыносимого придурка. Годрик, если и был на планете хоть один человек, которого Лиззи Уильямс терпеть не могла, так это Регулус Блэк. Она не видела его лично с тех пор, как они покинули Хогвартс, лишь изредка получая информацию о нем от Сириуса и Ремуса, поскольку они стали друзьями, и она была счастлива, что так и осталось. Она чудесным образом избегала его на любых собраниях Сириуса, так как два брата заделали разрыв, образовавшийся в подростковом возрасте, когда их распределили по разным факультетам. Если кто-то и спросил прямо, она не избегала его намеренно. Просто повезло, что в то время, когда он мог присутствовать, Лиззи была занята. Но теперь ей придется провести год через холл, любезничая с этим придурком. Мерлин, может ли быть еще хуже? Глубоко вздохнув, Лиззи выпрямляет спину и настраивается на речь Дамблдора перед профессорами в начале семестра, отбрасывая мысли о том, чтобы снова пообщаться с Регулусом Блэком, далеко от ее разума.

***

После их встречи Ремус ведет Лиззи на первый этаж. К счастью, Регулус остался, чтобы поговорить с Дамблдором, предоставив Лиззи возможность допросить Ремуса по поводу сообщения Регулуса. — Честно говоря, у него вообще есть какая-то квалификация для этой роли? Или он просто помахал мешком галеонов перед носом у Дамблдора? — Лиззи усмехается, совершенно сбитая с толку мыслью о том, что она будет коллегой Регулуса. Ремус краем глаза наблюдает за ее дикими жестами и надутым лицом, прежде чем ответить. — Ты так и не ответила на мой вопрос. Что он такого сделал, что ты его ненавидишь? — Я не ненавижу его. Это означало бы, что я трачу немного своей энергии, думая о нем, чего я не делаю. — настаивает она, скрестив руки на груди. Они выходят из класса маггловедения без промедления, так как это всего лишь короткая прогулка и один лестничный пролет от учительской. Ремус невозмутимо смотрит на свою подругу, ничуть ей не веря. — В школе он был для меня придурком. И слизеринец, вдобавок. Мне просто не нравится этот парень, понятно? — она отвечает, избегая взгляда Ремуса и заглядывая в свой класс. Ремус поднимает руки, сдаваясь. — Хорошо. Я просто не знал, что ты достаточно общалась с ним, чтобы иметь о нем такое мнение. — Ну, мы с тобой не были особо близки в Хогвартсе, не так ли? Лиззи, будучи на год младше Ремуса, никогда не проводила много времени ни с ним, ни с его друзьями. Конечно, они жили в одной общей комнате шесть лет, но Мародеры были популярны. Лиззи нравилось оставаться со своей сплоченной группой соседей по общежитию, ставя перед собой задачу избегать Мародеров, чтобы не стать жертвой одной из их печально известных розыгрышей. Теперь, когда она и Ремус работают вместе, она неожиданно считает четверых парней и Лили одними из своих самых близких друзей. — Он действительно стал намного лучше за последние несколько лет, — признает Ремус. — В последнее время он и Сириус добились действительно больших успехов. Этим летом он даже несколько раз приходил на ужин. — Это мило… — замолкает Лиззи, чувствуя себя немного виноватой за то, что сразу же выразила свою безмерную неприязнь к парню. Может быть, он изменился со школьных лет. Прошло довольно много времени с тех пор, как она разговаривала с ним, и она выросла и повзрослела за это время, не так ли? Вполне вероятно, что и Регулус тоже. И из-за этого должно казаться, что она думает о нем постоянно, хотя на самом деле это не так. — Ты прав, — продолжает Лиззи, решительно кивая. — Я должна дать ему шанс, прежде чем я начну болтать. Трудно поверить, но когда-то в жизни Лиззи был период, когда она не так сильно переживала за младшего брата Сириуса. На самом деле она чувствовала как раз обратное. Летом после шестого года обучения в Хогвартсе Лиззи представилась фантастическая возможность пройти стажировку в Департаменте магических происшествий и катастроф Министерства магии. К счастью, не было такого количества предубеждений против маглорожденных, как было пятьдесят с лишним лет назад, но переход в Волшебный мир из маггловского мира все еще был сложным для магглорожденных. Лиззи была чрезвычайно благодарна профессору МакГонагалл за то, что она замолвила за нее словечко в отделе по связям с магглами, поскольку она не была посвящена в связи, к которым привыкли многие чистокровные и полукровные ведьмы и волшебники. Когда Лиззи прибыла на третий уровень в свой первый день, она с удивлением обнаружила, что помимо нее в отделе работает еще один стажер. Перед ней стоял высокий Регулус Блэк, его волосы ниспадали великолепными волнами, идеально обрамляя его бледное лицо и темные миндалевидные глаза, и в то же время выглядел как хрестоматийный образ богатого высококлассного волшебника. Этим летом Регулус также будет работать в ДМПК. В то время как Лиззи будет отчитываться перед Управлением по связям с маглами и Комитетом по оправданию магглов, Регулус будет помогать штаб-квартире Обливиатора, Целевой группе по невидимости и Отряду по обращению со случайной магией. Арнольд Пизгуд провел утро, проводя для двух студентов экскурсию по офису, знакомя их с различными командами, а затем оставляя их с уже растущими списками дел. Столы Лиззи и Регулуса стояли в том, что можно было бы назвать скорее шкафом для метел, чем кабинетом, но они обходились тем, что почти не проводили там вместе времени. Первые пару недель они с Регулусом видели друг друга только мимоходом, заходя в «офис» и обратно или в комнате отдыха во время обеда. Поскольку в конце лета приближался чемпионат мира по квиддичу, в отделе постоянно кипела работа. Лиззи казалось, что она без конца пишет заметки, наполняет чашки и выбегает на поле вслед за своими начальниками, когда время требует установления связи между другими отделами и магглами, с которыми они взаимодействуют, слишком тесно для Статута о секретности. Во время одной из таких экскурсий Лиззи и Регулус присоединились к своим начальникам, чтобы справиться с забвением магла, который подошел слишком близко к месту, выбранному для матча по квиддичу. Департаменту еще предстояло наложить все обереги и магглоотталкивающие чары, необходимые для того, чтобы сделать место необнаружимым. Им больше нечего было делать, кроме как наблюдать, и Лиззи быстро обнаружила, что изо всех сил старается сохранять невозмутимое выражение лица, пока Регулус беспрестанно бормотал что-то об их начальниках своему коллеге-стажеру. Если бы кто-то спросил ее раньше, она бы никогда не сказала, что Регулус очень приятный, не говоря уже о смешном. Конечно, Лиззи знала, объективно говоря, что Регулус привлекателен. Опять же, на бумаге он был очень похож на нее. Но он был напорист и, казалось, никогда не замечал никого, кто не входил в его основную группу друзей-слизеринцев. Регулус и Лиззи учились на одном курсе с первого года обучения в Хогвартсе, но каждый придерживался своей группировки. Конечно, в наши дни между чистокровными, полукровками и магглорожденными было меньше напряженности, но студенты все еще не слишком часто смешивались с другими домами. Но Регулус весь день старался рассмешить Лиззи, а потом еще больше удивил ее, пригласив выпить после работы. В дальнем углу Дырявого котла они нашли кабинку, где обменивались министерскими историями за рыбой, чипсами и огневиски. Однажды вечер превратился в почти ежедневный ужин и выпивку в их дальней кабинке. Ночь за ночью расстояние между ними сокращалось все больше и больше, пока, прежде чем Лиззи это осознала, вечера закончились дерзкими поцелуями, прижатыми к грубым кирпичным стенам в тускло освещенных переулках. В первый раз, когда Регулус поцеловал ее, едва они начали долгий путь к ее станции метро, ​​как он скользнул своей теплой рукой в ​​ее маленькую, остановил ее за телефонной будкой и поднес другую руку к ее щеке. Его темные глаза, казалось, смотрели ей в душу, когда он спросил хриплым тоном, может ли он поцеловать ее. Они даже встречались несколько раз в выходные дни, держась за руки, делая покупки в маггловском Лондоне или летая к уединенному озеру, которое Регулус нашел в нескольких милях от города. Они поделились своей последней субботой после того, как их стажировка закончилась вместе на озере, впитывая теплое солнце конца лета с корзиной еды и напитков, которую Регулус принес под охлаждающим заклинанием. Они перекусывали сыром и крекерами, окунули пальцы ног в освежающую воду и благоговейно говорили о предстоящем последнем году обучения в Хогвартсе. И когда Регулус нежно усадил ее обратно на одеяло, которое он задумчиво расстелил, страстно снимая слои одежды, пока над головой жужжали пчелы, Лиззи пришла в себя от блаженства. Но все резко рухнуло, когда Лиззи оказалась в купе Хогвартс-Экспресса на обратном пути на седьмой курс. Она не видела Регулуса ни на платформе, ни когда садилась в поезд, и они не разговаривали с того дня на озере, оба потратили неделю до первого сентября, чтобы подготовиться к последнему году обучения. Но вдруг Лиззи увидела, как его долговязое тело прошло мимо купе, которое она делила со своими товарищами по Гриффиндору. Выйдя в коридор, она с ужасом наблюдала, как он провожает Эмму Вэнити, слизеринку их курса, под руку к ее купе. Лиззи, конечно, думала, что ее воображение играет с ней злую шутку, пока Регулус не остановился через несколько купе и внезапно толкнул Эмму к двери, не теряя времени даром и жадно прильнув к ее губам. Он обнял тело Эммы, крепко схватив ее за талию, выгибая ей спину, словно пытаясь поглотить ее. Лиззи почувствовала его фантомное прикосновение к своей талии, хорошо зная это чувство, оказавшись в одном и том же положении бесчисленное количество ночей этим летом. Лиззи казалось, что она впервые аппарирует. Ее внезапно охватила тошнота при виде того, кого она ошибочно приняла за своего парня, целующегося с другой девушкой. За считанные секунды ее мысли переключился от представления о годе, проведенном рядом с Регулусом, в то, что ее выбросили. Ковер вырвался из-под нее, отбросив ее на задницу и обратно на Землю. Она смотрела, завороженная, как Регулус медленно отделялся от Эммы. Он запечатлел еще один, довольно целомудренный по сравнению с ней, поцелуй в ее губы, прежде чем зашагал вниз по поезду в противоположном направлении от Лиззи, не щадя Эмму или гриффиндорку, потрясенную в коридоре, с прощальным взглядом. Словно под действием проклятия Империус, Лиззи медленно открыла дверь своего купе и уныло откинулась на спинку сиденья. Ее друзья Доркас Медоуз и Эммелин Вэнс странно посмотрели на ее быстрое изменение поведения, но она отмахнулась от них, списав сердечную боль на укачивание. Она вложила всю свою энергию в то, чтобы заглушить боль и молиться самому Годрику, чтобы он сдержал слезы, пока она не найдет минутку наедине. Лиззи не упоминала своим друзьям в их переписке, что большую часть ночей она проводила с языком Регулуса Блэка в ее рту, наслаждаясь тем, что у нее есть этот особый секрет, который она может назвать своим. Лиззи надеялась поделиться этой новостью с Доркас и Эммелин, как только они вернутся в Хогвартс, может быть, в их общежитии после приветственного пира или перед тем, как улизнуть, чтобы встретиться с Регулусом в пустынном коридоре или чулане для метел. Но этого так и не произошло, поэтому Лиззи оставила свою летнюю интрижку с золотым мальчиком Слизерина при себе, бросая вызов коридорам замка и притворяясь, что мальчика не существует, когда их пути пересекались. Регулус так и не прояснил статус их «отношений», и, возможно, Лиззи была слишком наивна, чтобы предположить, что лето, проведенное привязанной к бедру, означает, что она вернется в Хогвартс с бойфрендом. Но она не думает, что была слишком не в порядке для такого предположения. Но Регулус быстро разрушил все надежды провести свой последний год в Хогвартсе рядом с ним. И она не позволяла ему думать, что у него есть какая-то власть над ней. Итак, Лиззи подавила свои чувства так глубоко, как только могла, и продолжила свою жизнь. В свою очередь, тридцатилетняя Лиззи, полностью избавившаяся от своего первого серьезного горя, совершенно не желает снова быть коллегой Регулуса Блэка. Не то чтобы она все еще думала о нем или что он был ее единственными отношениями. С тех пор она встречалась со многими. Ничто не было очень долгосрочным, и она не нашла ни одного хорошего парня, чтобы привести его в семью, но она не соблюдала целомудрие последние тринадцать лет. Но все же Лиззи думает, что это будет холодный день в аду, прежде чем она снова доверится Регулусу. Отбросив в сторону эти чувства, которые она не выкапывала уже несколько лет, Лиззи намеревается сменить тему разговора со своего бывшего, если он вообще так классифицируется, и спросить Ремуса о его предстоящих планах в отношении студентов Защиты. — В любом случае, ты внес какие-либо изменения в свои планы уроков на год? — Они у меня есть, да. Я научу своих семикурсников создавать Патронуса. — Ремус улыбается, думая о своих учениках. Он действительно замечательный учитель. — Ух ты. Тебе не кажется, что это будет слишком продвинуто? — Эх, трудно сказать. В прошлом году у меня была пара студентов, которые спросили меня об этом, и авроры начали использовать их для отправки сообщений. Я знаю нескольких студентов, заинтересованных в участии в программе, поэтому было бы полезно познакомить их с этой концепцией. Я уверен, что не все из них справятся с этим, но бросить им вызов — это хорошо. Держи их занятыми. — Да, это заняло бы у меня целую вечность. Но использовать его для общения? Тебе придется научить меня этому, — дразнит она, толкаясь с ним плечами. Лиззи протягивает руку, чтобы открыть дверь своего класса, приглашая Ремуса войти, и плюхается на парту. — А ты? — спрашивает он, прислоняясь спиной к одному из студенческих столов напротив нее. — Что нового ты добавила за лето? — Я купила Game Boy! Не уверена, что это сработает здесь, но я подумала, что некоторым студентам, которые никогда не видели игровой системы, было бы неплохо использовать портативную систему. — Великолепно! Магглорожденным это понравится. И если это доставляет тебе неприятности, я мог бы настроить его. Мне удалось заставить мой Walkman работать здесь. — Спасибо! Я дам тебе знать. Но кроме этого, я оставила все так же, как и в прошлом году. Студенты, похоже, действительно выиграли от изменений, которые я сделал раньше, поэтому я не думаю, что мне нужно слишком много изобретать велосипед. Внезапно Лиззи слышит шаги за пределами своего класса. Прежде чем она успевает подготовиться, из-за угла высовывается копна темных волос, и в дверях появляется Регулус Блэк. Он поднимает руку и вежливо стучит в ее дверь, прежде чем переступить порог, чтобы поприветствовать их. — Ремус, — здоровается Регулус, выпрямляясь и протягивая руку, чтобы официально пожать зятю руку. — Привет, Рег, — тепло приветствует Ремус, хватая Регулуса за руку и притягивая к себе для быстрого объятия, добродушно похлопывая его по спине. — Поздравляю с должностью. Мы рады видеть тебя. — Спасибо, — слегка улыбается ему Регулус, прежде чем обратить внимание на Лиззи. Теплота, безошибочно присутствующая в его глазах, когда он приветствовал Ремуса, сменилась отчужденным безразличием, когда он встретился взглядом с Лиззи. Она чувствует себя незначительной под его отстраненным взглядом, и ей требуется немало усилий, чтобы изобразить легкую улыбку. — Привет, я не думаю, что мы встречались. Я Регулус Блэк, новый профессор истории магии. Улыбка Лиззи исчезает с ее лица, и она смотрит на руку Регулуса, неловко парящую перед ней. Ее взгляд скользит по его руке к невероятно красивому телу, и она едва сдерживается, чтобы не выпалить: «Ты что, черт возьми, издеваешься?» — Я знаю? — Лиззи ненавидит пронзительный, высокий тон, который приобретает ее голос, но она совершенно поражена тем, что Регулус притворяется, будто не помнит ее. Лиззи не может поверить, что он забыл, кто она такая. Она немедленно отказывается от любых обещаний, которые она дала себе, чтобы дать ему презумпцию невиновности. — Мы учились в одном году в Хогвартсе. — она ошеломленно продолжает, решив, что не хочет упоминать об их стажировке, не говоря уже о том, что они буквально спали вместе. — О, — отвечает Регулус, даже не имея приличия выглядеть смущенным из-за того, что его поймали. Как будто он ожидал, что Лиззи согласится с его глупой попыткой отмахнуться от нее. Он опускает руку и засовывает их глубоко в карманы мантии. Честно говоря, какого черта он здесь играет? Он забыл сюжет, или он просто мудак? Прежде чем он успевает разозлить ее еще больше, спрашивая ее имя, Ремус сообщает его. — Это профессор Уильямс, — представляет он, излишне указывая туда, где Лиззи сидит на своем столе. — Она профессор маггловедения. — Уильямс? — повторяет Регулус, сморщивая лицо, словно пытаясь определить, откуда он знает это имя. — Элизабет, верно? — Ммм, — кивает Лиззи, делая глубокий успокаивающий вдох, прежде чем добавить: — Меня зовут Лиззи. — Лиззи, — мягко говорит он, кивая, и Лиззи требуется вся сила, чтобы не вздрогнуть при напоминании о том, как похоже это звучит на то, как он выдохнул ей на ухо ее имя тем летом. — Приятно видеть вас снова. — когда он, кажется, понимает, что у Лиззи нет ответа на это, он добавляет: — Похоже, мы втроем будем дальше по коридору друг от друга. Класс защиты от темных искусств технически находится за углом от кабинетов Регулуса и Лиззи, но только у них есть классы на первом этаже. Профессор Биннс раньше мало общался с другими сотрудниками, поэтому Лиззи и Ремус держались вместе. Они присматривают друг за другом в классах, если это необходимо, у них часто есть перерывы, и они вместе патрулируют. И теперь, с Регулусом в качестве дополнения, Лиззи не нужно, чтобы профессор Трелони говорила ей, что в этом году она, вероятно, будет чаще встречаться с профессором истории магии. Ремус кивает на заявление Регулуса и советует ему обратиться, если понадобится помощь. — Наверное, я должен закончить обустройство своего класса и офиса перед приветственным праздником сегодня вечером, — продолжает Ремус, махая Регулусу и Лиззи, прежде чем отправиться по коридору в класс Защиты от темных искусств. — Что ж, — говорит Регулус в сторону удаляющейся фигуры Ремуса, застывшей и неловкой после того, как Ремус ушел. — Увидимся, профессор Уильямс. — не дав ей даже кивка в знак подтверждения, Регулус выходит из класса Лиззи так же быстро, как и пришел.