Охота Легавой

      Легавая вошла в подвальный этаж, заранее морщась. Здесь располагался морг, и воздух пропитался запахом хлорки и чего-то ещё с резким запахом. И самое явное — это тишина. Шаги по кафельному полу разносились эхом. Казалось, это был другой мир чуждый жизни и всех её проявлений. Легавая остановилась у одной из дверей и уже подняла руку, чтобы постучать, как та открылась внутрь, и появилась Сара в своём неизменном белоснежном халате. — Ты вовремя, Герда. Идём в зал, — сказала Сара, огибая Легавую и одновременно словно сканируя её пристальным взглядом. — Скажу сразу. Посмотреть есть на что. — Уже интересно, — выдавила Легавая, следуя за Сарой.       Они вошли в зал освещенный яркими лампами. У стеллажей возился невысокий парень, одетый по всем правилам в защитную одежду и респиратор. — Матс, выкати номера три, четыре, семь, девять и десять. А потом можешь быть свободен до часу дня.       Парень послушно кивнул и поспешил исполнить указание Сары. — Студент на практике. Очень вовремя их прислали. — Их? — Легавая покосилась на стол под яркой лампой. Под плотной простыней легко угадывалось тело. — Был еще один, но ему стало плохо, когда привезли одного пациента. Бедняга пролежал пять дней в доме, и крысы успели его погрызть. — Какие неженки идут в судмедэксперты, — пренебрежительно усмехнулась Легавая и пожала плечами на строгий взгляд Сары. — Будешь заноситься, я тебе покажу пациента, которого принесли в жертву поклонники какого-то сатанинского культа. Может, вид копчёных кишок, вылезающих из черепа, тебя впечатлит.       Легавая не успела ответить. Стук падающего тела отвлёк внимание. Сара отреагировала быстро и подбежала на помощь своему подопечному. Студент валялся на полу без движения. — Герда! — Ага. Знаю. — Герда подбежала к шкафчику и достала нюхательную соль. В недавнем прошлом она часто пользовалась ею, когда здесь оказывался Джеймс. — Готова поставить на то, что он ни черта не ел сегодня, — проворчала Сара, возясь со студентом. — Идиотская идея. Сто раз им говорила, что лучше пусть стошнит, чем разбить голову. — Целый хоть? — спросила Легавая ради приличия, с нетерпением наблюдая за тем, как Сара приводит студента в сознание. — Извини. Можешь пока взглянуть на рентгеновские снимки. Тебе есть на что посмотреть.       Снимки головы привлекли внимание следовательницы сразу. Очень похожие повреждения были у жертв из её дела. Это было невероятно, но надежды на совпадение было мало. — Арматура, да? — Именно. Хотя остальные убиты иначе. Один удушен веревкой. Остальные зарезаны и заколоты.       Сара подошла к осмотровому столу, надевая перчатки. Студент, пошатываясь, вышел из зала. Легавая подошла к столу с другой стороны. — Этот умер по дороге в больницу. Я только закончила работу с ним. Ему здорово досталось. Пять колото-резаных в живот не каждый выдержит. Ему не повезло. Была повреждена печень.       Сара открыла тело парня по пояс и указала на раны. Бледный с синевой труп проходил на жуткую куклу. На животе резко выделялись раны. Легавая отметила, что лезвие ножа было широким, наверняка охотничий нож использовался, и если так… — Если и были следы, то мы вряд ли их найдём. Его пытались спасти и о сохранности улик не заботились. Но судя по следам это был не кухонный нож, а следовательно… — Да. Шанс того, что пальцы преступника соскользнули на лезвие, нулевой, — Легавая нахмурилась и чуть наклонилась, разглядывая ноздри трупа. — Анализ крови взяли? — Конечно. Думаешь, это будет иметь значение? — Сара спрашивала серьезно, но Легавой чудился смешок. — Вряд ли у них был шанс против этого урода. — А что если урод был не один? — Я беседовала со свидетельницей, и она утверждала, что видела только одного. — У неё брали анализ крови? Если она была под кайфом… — Ждём результатов. Но истерику она закатила знатную.       Сара усмехнулась и покачала головой. Они перешли к другому телу. — Видишь эту борозду на шее? Судя по следу, убийца был уверен и силён. Полоса одна, то есть он схватил и не отпускал до конца. — Мы проверяем военных, но знаешь, как это, — Легавая поморщилась, и Сара сочувственно кивнула. — Нашли из кого святых делать. — Сомневаюсь, если честно, в боевых навыках убийцы, — сказала Сара, переходя к другому трупу. Она откинула простыню и указала на длинный порез на боку. — Похоже, что целью было не убить, а заставить мучиться жертву. Профессионал на его месте перерезал бы горло или ударил в сердце, или метил бы в брюшную аорту. А этот вёл себя совсем неразумно. Возможно, запаниковал. — Интересная деталь, — Легавая молча разглядывала щель раны, прикидывая в уме. — Какого роста был преступник? — Точно не скажу, но примерно чуть ниже среднего, — Сара двинулась к следующему. На шее трупа глубокая рана с чуть рваными краями, — А здесь он уже был спокоен. Просто ткнул и пошёл дальше. Но удачно ткнул. Перерезал сонную артерию. — Я его понять не могу. Если это всё-таки Карасик… — Легавая поморщилась и сглотнула, стараясь не смотреть на Сару. — Какого дьявола он так резко сменил цель и метод?! А если не он, то кто? Вряд ли такое могла сотворить подружка кого-то из парней. То что кто-то только из мести мог убить, тоже вряд ли. Иначе использовали бы огнестрел. Его достать довольно просто. — А что свидетельница? — Напугана до смерти. Она считает, что убийца не убил её, только случайно узнав что, является девушкой. Даже изнасиловать не пытался. Только срезал её одежду и облапал грудь. — То есть… Постой, — Сара помахала рукой, привлекая внимание Легавой, и уточнила, — Карась обращал внимание на свидетельниц? — Не трогал. Последней пальцем погрозил и ушёл. Думаешь, его стали одолевать фантазии о том, чтобы… — Ты не думаешь, что он теперь хочет занять место тех, кого убивает? — Звучит бредово, но такой шанс исключать нельзя. — Я думала, он кто-то вроде мстителя. — Я копаю в этом направлении, но пока глухо. Самое забавное знаешь что? — Легавая фыркнула и откашлялась. Сара терпеливо ожидала ответа, рассматривая труп. — До того, как он принялся за девчонку, он вряд ли знал, что она девчонка. Она была одета как парень и даже грудь перетянула эластичными бинтами. — Это какое-то повальное помешательство! — Сара тяжело вздохнула, перешла и встала между двумя последними телами. — Значит, всё-таки Карась. Парни они молодые. Наверняка не брезговали связываться с проститутками. И ты только посмотри на это!       Сара открыла тело по грудь, а затем повернулась и так же открыла последнее. Легавая отвернулась от последнего и уставилась на ближайшее к ней. У этой жертвы была уже привычно разбитая голова. Левая сторона черепа разбита, острые осколки торчали в вперемешку с мозгами, в обрамлении коротко стриженных волос. — Здесь чистая работа Карася, — сказала Легавая, с преувеличенным вниманием разглядывая голову трупа. Сара обратила внимание на последний. Он упал головой в костёр. Затылок успел обуглиться, но лицо почти уцелело — его покрывали пузыри от ожогов. — Кстати, этому не повезло совсем. Он был жив, когда упал в огонь. Но вряд ли оставался в сознании. Удар был достаточно сильным, чтобы проломить череп. — И что мне его матери говорить? — Легавая выругалась под нос и отошла от трупов. — Когда я поймаю этого ублюдка, отправлю его кататься по всем кругам ада. — Не сомневаюсь. Все отчёты можешь взять со стола в синей папке, — Сара махнула в сторону письменного стола у входа.       Легавая кивнула и больше ни сказав ни слова ушла.

***

      Утром следующего дня я сажусь в машину и еду к полицейскому участку. Устраиваюсь за углом и жду.       Через несколько минут появляется один знакомый мужик. Он часто трётся около следовательницы. Из газет удалось узнать, что её зовут Герда Ягар. Её фамилия меня повеселила. Если это не специально изменённая фамилия, то ей сама судьба приказала выбрать такую профессию.       Не торопясь, её прихвостень выходит из машины и идёт в здание. Через полчаса выходит в компании самой Герды Ягар.       Я пригибаюсь к рулю, когда она осматривается. Меня начинает потряхивать от азарта и предвкушения. Конечно, никакого страха у меня нет. С чего бы? После меня не осталось следа, по которому она смогла бы пойти. Они говорят о чём-то и расходятся. Она возвращается в участок. Парень садится в машину и уезжает. Я еду следом. Всё-таки он тоже может быть полезен, а вот она определённо слишком опасна.       Целый день этот недоумок катается по городу, а я мотаюсь за ним — ничего интересного так и не узнаю. Похоже, он всё свидетелей ищет. Вряд ли девки могут что-то толковое им сказать. Во всяком случае, избавляться от них не вариант.       Это тупое занятие меня сильно раздражает. В конце дня этот идиот возвращается в отделение и проводит там около часа. Затем выходит и курит с двумя другими полицейскими, а потом уезжает. Я продолжаю слежку. Сейчас я голодное и злое чудовище. Замечаю, что едем мы по хорошо знакомой мне улице. Он останавливается у гостиницы «Небесные девы». Знаю это место. Каков подарок судьбы. Теперь он мой! Наблюдаю, как он заходит внутрь, а затем я спокойно уезжаю купить еды.       Уплетая заслуженный ужин, я неотрывно наблюдаю за входом. Вижу всё: и работниц с внешностью топ моделей, и посетителей на дорогих машинах, увешанных золотыми цепями.       Наконец, появляется этот борец с преступностью. И не один, а с какой-то красоткой. Не иначе хочет дать ей работы на дом. Я следую за ними и жду удобный момент. Когда выезжаем за город, приходит отличная мысль. Пустынная трасса то, что надо. Не сильно задумываясь о том, куда они едут, я вытаскиваю из-под сиденья арматуру и прячу её в рукаве. Да… Мой любимый туз.       Догоняю его и, подрезая, цепляю его машину. Как нехорошо получилось. Торможу на обочине и выхожу на дорогу. Он останавливается за моей машиной. Я осматриваю ущерб. У меня небольшая вмятина. Он, словно в зад ужаленный, подбегает ко мне и орёт. Я мямлю извинения и чешу затылок. Он нагибается к своей машине. Его пассажирка с безразличным видом пялится в экран телефона. Из рукава арматура легко скользит в руку. Я снова поднимаю руку к затылку, он проводит пальцем по царапине. Чуть сдерживаясь, бью его по голове. Он валится лицом в гравий. Я подхватываю его и закидываю в свою машину на заднее сиденье. Только сейчас шлюха обращает на нас внимание.       Быстро подхожу к его машине и грожу ей оружием. Для наглядности бью пару раз по лобовому стеклу. Оно покрывается трещинами. Шлюха визжит в ужасе. Прыгаю в свою машину и быстро уезжаю. Долго петляю по небольшим дорогам, проезжаю пару грунтовых, пока не оказываюсь в знакомых местах. Когда-то здесь жила знакомая моей бабушки. Но после того как дом сгорел, тут никого нет на несколько километров вокруг. Выхожу и осматриваюсь. Стены дома и сарай уцелели. Заглядываю в сарай. Он забит хламом, но немного свободного места есть.       Возвращаюсь за недобитой падалью. Останавливаюсь у машины и оглядываюсь. Темнота и тишина. Всё в порядке и под контролем. Распахиваю заднюю дверь, и удар в грудь отбрасывает меня на несколько шагов. Я скольжу по влажной траве, пытаясь вдохнуть.       Не замечаю, как опер подходит, и вот я под ним. Удары у него сильные. От одного в голове помутилось. Всё, что могу, это закрываться руками. Кажется, это его разозлило. Он хватает меня за куртку и встряхивает. Вслепую отчаянно бью ему в лицо. Удар слабый, но слышу хруст, и он, заорав, падает на бок. Не теряя времени, вытаскиваю из нож и всаживаю в него. Много раз. Он уже перестал двигаться, а я все колю его и режу. Наконец, силы заканчиваются. Ужасно болит голова. Со второй попытки встаю на ноги и, сдерживая тошноту, думаю, что делать дальше.       С трудом добираюсь до машины и беру фонарик. Осматриваю труп. Вот тебе и источник информации. Выключаю фонарик. Темнота вокруг гудит, как трансформаторная будка. Что имеем в конечном итоге? Труп. Да не простой, а ментовской. Самое лучшее — это избавиться от него и надеяться на лучшее. Но дьявол, выросший и окрепший от безнаказанности, предлагает иное. А, впрочем, почему бы и нет? Громко смеюсь в ослепляющей темноте над трупом. Жутко и смешно.