Клуб Поттера (Club Potter)

— Ух ты, какие у меня интересные сны, — прошептала Джинни, взглянув через приоткрытую дверь ванной и ожидая увидеть одного Гарри, однако он был не один. Нет, Гермиона была вместе с ним, и стоя на коленях, она использовала свой… свой рот. От этого невероятного зрелища ее тело начало гореть. После такого у нее не осталось сомнений в том, что это сон, ведь Гермиона никогда бы не сделала что-то подобное. Однако абсурдность плодов ее воображения не мешала ей по-настоящему наслаждаться шоу. Она даже не чувствовала никакой вины, учитывая, что это было совершенно непохоже на Гермиону. Джинни присела на колени, чтобы убедиться, что она не упадет из-за раскачивания корабля —было неприятно, что корабль так шатался даже во сне — прежде чем снова обратить взор на происходящее. Она наблюдала, как Гермиона из сна подалась вперед, взяв в рот член Гарри. Еще один признак того, что это был сон. Мало того, что у мужчин не бывало настолько больших, но, если такие и существовали, женщина никогда не смогла бы заглотить его настолько глубоко. И это явно не было про «мисс идеальный книжный червь». Тем не менее, она не только взяла его полностью в свое горло, но и не жаловалась, когда Гарри из сна схватил ее за волосы и потянул. Она даже не возражала, когда он назвал ее непослушной секретаршей, которую нужно проучить. Как будто Гермиона согласилась бы стать секретарем. Джинни наслаждалась своим сном, раздумывая, стоит ли ей просто открыть дверь и получить удовольствие, но как только она хотела сделать это, Гарри поймал ее взгляд с жестким выражением лица. Она восприняла это как предупреждение. Если бы она попыталась зайти, сон бы закончился. Вместо этого она наслаждалась видом, когда он подался назад. — Давай сделаем перерыв, — приказал он. — С-сейчас? , — выдохнула эта Гермиона. — Да, станцуешь для меня, — приказал он еще одну вещь, на которую настоящая Гермиона никогда бы не пошла. Тем не менее, версия из ее сна сразу же исполнила его приказ: стоя под душем, она начала танцевать, причем намного плавнее, чем она могла бы сделать в реальности. Гермиона из ее сна была возбужденной шлюшкой. Джинни наблюдала, как ее воображение преподносит ей прекрасное представление. Гермиона покачивалась под водой с закрытыми глазами, ее мокрая кожа блестела под светом, не обращая внимания на происходящее вокруг. Вскоре она начала покачивать бедрами так, как Джинни раньше считала невозможным, что заставило Гарри полностью сосредоточиться на ней, не обращая внимания на Джинни. Та в свою очередь залезла под свою новую ночную рубашку и начала играть сама с собой. Сон это был, или нет, но она не собиралась пропускать шоу. Шоу, где Гермиона танцует обнаженной, пока Гарри Поттер играет со своим огромным членом, было слишком красивым, чтобы его можно было игнорировать. Затем все стало еще лучше, когда она прижалась к Гарри задницей, которая крутилась не останавливаясь. Должно быть, это было приятно, ведь улыбка Гарри стала еще шире. Прежде чем Джинни смогла привыкнуть к новому зрелищу, оно снова изменилось. Пальцы Гермионы словно двигались независимо от остального тела. Она повернулась к Гарри лицом и начала поглаживать себя сначала по рукам, а затем по волосам, превращая каждое движение в сексуальную бомбу. Однако она недолго задействовала только свое тело. Она сделала шаг вперед, и вскоре ее руки ласкали его обнаженные мышцы, пока она эротически раскачивалась. Джинни пришлось признать, что версии Гермионы и Гарри из ее сна выглядели невероятно, достаточно, чтобы вызвать у той легкую жалость. Гермиона в реальности бы отдала все, если бы Рон смог достичь хотя бы половины этого в реальной жизни. А если, только если у настоящего Гарри тело хоть немного похоже на такое, Джинни бы сама хотела его себе. В конце концов, наградить их героя было ее миссией. Не в силах поверить, куда завел ее сон (обычно ее воображение просто превращалось в хаос), она ограничилась удовольствием от шоу. Оно стало еще лучше, когда Гарри начал ласкать грудь Гермиону, заставив ту застонать. После чего Гермиона из сна потеряла контроль. Она сделала шаг вперед, прекратив танец и прижавшись к нему всем своим телом, сосредоточившись на получении удовольствия. Он действовал еще смелее, протянув руку и обхватив ее задницу настолько сильно, что его пальцы исчезли. Гермиона не произнесла ни слова, вместо этого наклонившись и начав его целовать. Это не был невинный поцелуй. Это было настоящее эротическое шоу, которому каким-то образом удалось сразу затмить их наготу. По крайней мере, пока его руки не поднялись и не схватили ее за талию. Тело Гермионы поднялось, а когда она опустилась… заставив определенную часть его тела исчезнуть… — Невероятно, — прошептала Джинни, начиная ласкать себя еще сильнее и потрясенная тем, что сон может быть таким динамичным. Ощущение было просто невероятным, почти таким же приятным, как зрелище Гермионы, виляющей задницей каждый раз, когда он пронзал ее. Джинни быстро приближалась к кульминации, наблюдая, как Гарри поглаживает Гермиону по заду, снова и снова входя в ее киску, что уже превращало эротический сон в порнушный. Гермиона из снов явно была отражением возбуждения Джинни, поскольку женщина не может стонать от удовольствия, когда в нее вторгся такой монстр. По крайней мере, так думала Джинни. Не то чтобы у нее был какой-то практический опыт. Гермиона из снов просто хныкала, когда ее тренировали. Джинни погрузила пальцы глубже, не в силах пошевелиться, наслаждаясь своим сном, который случается раз в жизни. Но не то чтобы ей хотелось двигаться, наблюдая, как Гарри проникает в Гермиону до самых яиц, а та только чувственно стонет с каждым его движением. Джинни почувствовала, как ее пальцы замедлились вместе с накатывающей волной удовольствия. После пришло истощение, и она почувствовала, что вот-вот упадет в обморок. И все же, прежде чем она упала в обморок, Гарри указал на нее пустой рукой, и она полетела к своей кровати… Самое большое доказательство того, что это был сон. Магия без палочки уже была почти невозможна, а тут еще нужно наложить заклинание на другого мага, что было так же сложно, даже с палочкой. Врожденная магия цели будет бороться с заклинанием. Джинни в свою очередь пролетела до кровати без проблем. Но это ее не шокировало… Ведь это был сон…. ~~~ Проснувшись, Джинни почувствовала напряжение. Сначала воспоминания о пьяной сцене настигли ее — вместе с ужасным похмельем — и ей стало стыдно. Затем случилось кое что похуже. Паника затмила ее стыд, когда она вспомнила, что увидела, прежде чем заснуть. Гермиона в душе с Гарри. Она шевельнулась, почувствовав, как толстая ткань пижамы трётся о её кожу, напоминая ещё об одной важной детали. Все же это было сном. — Слава Мерлину, — выдохнула она, открыв глаза. — Интересный способ проснуться, — сказал мужской голос, напоминая ей, что она не одна в своей комнате. К счастью, на этот раз она пришла в себя быстрее, поняв, что это был Гарри Поттер. Она повернулась к источнику голоса и увидела, что он сидит на стуле с несколькими открытыми книгами. С очень продвинутыми книгами по чарам, если она правильно поняла названия. Она вспомнила, что так и не спросила, проходил ли он магическое обучение. Теперь же подобные материалы для чтения показали, что он все-таки учился магии. Джинни надеялась, что он сильный. Не настолько сильным конечно, как в ее сне, бросающий беспалочковые чары без малейшего напряжения, что было физически невозможно. И все же Джинни надеялась, что он силен. Ей хотелось спросить об этом, но она сдержалась, ведь проверить его ответ на корабле она не могла… не потопив его. — Привычка, — сказала она, отвечая на свой предыдущий вопрос, — извини за вчерашнюю ночь. Возможно, я… перестаралась. — Не волнуйся об этом. Из всех пьяниц, которых мне приходилось нести, ты была самой красивой, — ответил он, и Джинни покраснела. — На прикроватной тумбочке лежит противопохмельное зелье, и я уверен, что тебе нужен душ — Спасибо, — ответила Джинни, хватая и агрессивно выпивая напиток. Вкус, ожидаемо, был ужасен, но исчезновение головной боли того стоило. Однако, когда головная боль наконец исчезла, она покраснела, заметив кое-что. Причиной была ночная рубашка, которую она увидела в приоткрытом ящике. Та самая, которую она носила во сне… что обьясняло, откуда она взяла вдохновение. Она схватилась за ящик и запаниковала… осознав свою ошибку только тогда, когда Гарри снова посмотрел на нее. Почему она настолько сильно испугалась? Не то чтобы Гарри мог заглянуть внутрь ящика. — Все хорошо? — спросил он. — Да, просто готовлюсь к душу, — ответила Джинни. — Если хочешь, я пока выйду из комнаты. Джинни благодарно улыбнулась в ответ на его хороший жест. — Спасибо за предложение, ты очень мил, но я просто переоденусь в ванной, это не проблема, — объяснила она, проскакивая в ванную. Лишь на полпути она осознала, что ночная рубашка все еще у нее в руке, но было уже слишком поздно возвращаться и оставлять ее. Она взяла ее с собой. Отвлеченная своей ошибкой, ей потребовалось некоторое время, чтобы осознать еще одну вещь. Ванная была такой, как и во сне, что было странно, ведь она ее никогда не видела. Был ли сон и правда сном, подумала она, проводя пальцем по стеклу, тому самому стеклу, к которому была прижата Гермиона… — Нет, это невозможно, — последовала мысль вскоре после этого, — но откуда я узнала, как выглядит ванная… Но затем ее осенило. Гермиона, вероятно, помогла ей сходить в ванную, когда переодевала ее, что она могла забыть. Быть пьяной — отстой. В дальнейшем нужно быть более внимательной. — По крайней мере, теперь все ясно, — пробормотала она, быстро раздеваясь…