Скворцы прилетают весной

       Дым заполнил небольшую комнату задрипанной квартирки, где в углах виднелись плохо приклеенные обои. Мастера либо не старались над работой, либо не парились по поводу материалов, выполняя все по принципу «как наляжет, так покатит». Марина просто делала тяжку за тяжкой, играясь с электронной сигаретой в руке, будто настоящий крутой барабанщик умело крутит свои палочки. На барабанах она, конечно, никогда не хотела играть, но вот на электрогитаре... Это уже другое дело. Наслаждаться звуком мелодии, проходясь по струнам каждый раз, пока окна обсуждают план по вылету к чертям, а соседи думают о твоём скорейшем выселении любым способом.        Ну, это так… К слову.        — Ало, гараж. Я-ж просил не делать из комнаты подпольную кальянную, — Игорь опёрся рукой на дверной проход, всем своим видом демонстрируя очередной подход ближайших пиздюлей за косяк, придуманный им самим же.        — Я окно открыла, щас все выветрится. Не бухти лишний раз, тебе бы позитива в жизни побольше, а то, вон, уже седые волосы повылезали из-за стресса.        — Чё, серьезно? — В этом был весь старший. Стоило только узнать о факторе, поганивший твой внешний вид — так можно открывать бутылку мартини в мини баре и запивать горе. Было похоже, что Игорь парился за то, как он выглядит куда больше, чем за что-либо ещё. По этой причине он и полетел в ванную комнату, выискивая на себе частички, выдающие возраст, которые так и не нашел. А смех сестры с другого помещения подтвердил факт неудачной шутки.        — Блять, Марина!        О, да. С ней-то точно нужно будет запастись краской для перекрытия седины, потому что этот год обещает быть весёлым.        Через несколько минут ворчания старшего Скворцова, младшая осталась в компании своей новой вредной привычки и гуляющим сквозь щели сквозняком. Только недавно пришла со школы, а все силы и мотивацию к чему-то высосало шлангом. Социальная батарейка постепенно убавляла процент заряда, а желание снова все бросить и ничего не делать поднималось выше. Не то, чтобы школа была ужасной, люди там являются энергетическими вампирами и прочая лабуда, в которую девушка не особо верила, нет. Просто она стала понимать, что не всегда можно убежать от своих проблем. Нельзя взять билет в другой город, забив на учебу и предков, и просто жить заново, по-новому. Первое время в это было можно поверить, но не сейчас, когда проблема появлялась, казалось, на ещё одной проблеме со шкалой увеличения. Возникало ощущение, словно этот город так влиял. Точь внедрял в каждую клеточку твоего тела свою частичку, такую хмурую и серую. Будто в этих частичках были собраны капли слез жителей, плачущих над случившимся горем. Этот город затягивал, как болото, не давая возможности выбраться, потому что ноги становятся скованными.        А скованны они мыслями, что тянут тебя на дно.        С того самого дня на берегу моря прошло несколько дней. У Марины до сих пор пробегают мурашки, стоит вспомнить происходящее в тот момент. Она ведь отчётливо видела расползающееся красное пятно на боку пострадавшего мужчины. Серьезно. Она даже уловила через расстояние металлический запах крови, что прилип внутри носа. И девушка догадывается, что случилось с тем незнакомцем позже, потому что улавливала много ходящих по школе слушков о неожиданной пропаже режиссера. Как же было страшно. Страшно случайно проболтаться, выдать правду своим поведением или вызвать подозрения. Никто бы не захотел закончить жизнь так, как закончил Спилберг, фамилию которого она тоже узнала из разговоров одноклассников.        Кстати о них. Вполне классическая ребятня из такого захолустья, поэтому Скворцова не удивилась. Можно сказать больше — она даже нашла себе подружку, с которой удалось разболтаться. Рита ей пригляделась сразу, стоило узнать имя и взглянуть на личность. Честно? Она напомнила Марине сестру. Такая же витающая в облаках девчонка, желающая веселиться и кажущая слишком инфантильной, непостоянной. Зато человечности за всем этим своеобразным маскарадом, чтобы подходить под взгляды общества было куда больше, чем в остальных. Обменялись номерами, социальными сетями и сидят за одной партой.        Что было самым ожидаемым, но нежданным для нее — встреча с ним. Черт, это было как в дешёвых сериалах про любовь и подростков, когда они случайно встретились на лестнице. Молчали, ничего не говорили и через пару секунд прошли дальше своими путями, будто ничего не происходило. Но взгляды говорили другое. Эта палитра из разных чувств и эмоций во взгляде каждого вынуждала сердце сделать тройное сальто.        В тот момент они держали лямку от рюкзака на своем плече, но мысленно целились друг в друга из тех самых дуэльных пистолетов, держа на мушке.        Сделай ты только один неверный шаг и падешь в пропасть, где очень холодно. И мокро.        — Да не буду я пить твой ссаный кофе, Игорь. Тебе вообще не кажется, что он по вкусу реально такой, будто туда кошки в туалет сходили? — Утро начинается с кофе, только без похвалы в его сторону. Появились мысли по поводу того, как в бар, где работает брат, до сих пор приходят клиенты.        — У нас кошек нет. Хотя по поведению заселилась одна, вечно орущая от недовольства, как в весенний период. Мужика себе когда нормального найдешь, чтобы мне мозг не выносить?        — Сразу после того, как ты этот мозг себе приобретешь, — Саркастично протянула Марина, осуждающе сузив карие глаза и поднявшись со стула.        — Я ушла, — Эффектно оставила она Игоря одного, закидывая рюкзак на плечо и хлопая дверью, чтобы потом опять послушать возмущения хозяина квартиры и покривляться в ответ.        Распростёртыми объятиями встречает не школа, а Ритка, которая накинулась на подругу с желанием рассказать как можно больше нового, да пообсуждать разные сплетни, на которые Марина будет ожидаемо делать разного рода вставки, поддерживая диалог.        — У нас сегодня вечером тусняк намечается. Пойдешь? — Взяв брюнетку под руку, прилипла одноклассница.        — По интонации можно сделать вывод, что ты поставила меня перед фактом без шанса на выбор, — Улыбнулась старшеклассница, на что получила лёгкий удар в бок.        — Ну, ты права.        Урок проходил… Совсем не волшебно. Было до дури скучно. Хотелось встать по середине класса и начать напевать какую-нибудь матерную частушку или просто сделать что-нибудь такое, за что будет стыдно, но весело вспоминать. Иногда Марина ловила смешинки, когда краем уха слышала сказанные соседями мысли вслух. Шепотом заебанное «ебучий Толстой, для какой цели надо было столько писать эту войну-мир» казалось очень забавным. Особенно, когда учитель и остальные присутствующие делали вид, что ничего не слышали, чтобы занятие прошло нормальным образом. Да и для преподавательского состава это не было чем-то оскорбительным или неуважительным. Скорее привычным, как думала девушка.        Чернявая отсчитывала секунды до ближайшей вечеринки, о которой говорила Рита. Упомянула, что должно быть интересно, а Марине не помешает развеяться и влиться в здешние компашки, чтобы хотя бы просто быть знакомой для множества. Городок-то малый, и это не помеха, лишь бы не связаться с людьми похуже и не вставлять свои палки в колеса, чтобы тебя потом этими палками не отмудохали за ближайшими гаражами.        Зато работающий стимул держать язык за зубами и вовремя прикрывать хайло.        Договор заключался в том, чтобы переконтавать свободное время у Риты и найти пару подходящих шмоток для «светского» мероприятия. Потому что сама Скворцова может похвастаться только отсутствием этих вещей. Одежды у нее с собой, как гулькин хер, но есть любимая панама черного цвета, которую она носит и летом, и зимой. Тут же нужно что-нибудь яркое, выделяющееся. Только не сильно, чтобы не быть ходячим знаком даже для слепых с табличкой «нажрусь в соло, но могу помочь и вам» в руках. Выбор остановился на черном свитере без горла с фиолетовым принтом, рваных приталенных джинсах и джинсовке с тряпочным капюшоном. Модно, стильно, молодежно, а главное, что можно застудить все, что не попади. Вот они, веселые подростковые гулянки, чтобы было что потом внукам рассказать.        — Может, ты покроешься? Монашка херова, — Рита была явно огорчена тем фактом, что её предложение надеть что-то более открытое сотню раз продинамили.        — Бесплатно упокою за тебя свечку в храме, если что. Связи же нужны, — Пошутила Марина.        — Ага, я посмотрю за кого ещё придется свечку ставить после того, как ты нахрюкаешься.        А это уже больше похоже на правду.        Громкая музыка, яркий свет. Разные цвета мелькали в помещении, так и желая вызвать у кого-нибудь приступ эпилепсии. До дури пасло сигаретами и перегаром, не говоря уже о энергично пляшущих людях, некоторые из которых не были похожи на просто пьяных. Под кайфом явно. Заезжанная пошлая молли била по ушам. Радовало то, что Марина знала песни, иначе бы совсем чувствовала себя отстающей.        — Вот, держи, — Повышенным тоном сказала блондинка, протягивая открытую бутылку шампанского. Кто-то из нее уже явно попил. Ну и хер с ним.        — А ты уверена, что там ничего не намешано? — Пришлось подвинуться ближе, чтобы быть услышанной.        — Нет, — Так спокойно ответила Рита, что это спокойствие одновременно усмирило и забеспокоило. — Но повезет, если закинутое будет не палью.        Действительно, Марина. Ты же не в Москве, здесь это база.        И оставалось только смириться, выжирая алкоголь прямо из бутылки, забыв о передаче турбекулеза и остальных болячек.        Ещё одна за другой. Разум туманится, стеснение пропадает, энергия растет. Хочется веселиться, танцевать, а ещё безбашенно целоваться с каким-то ноунеймом. То ли в алкоголь было что-то подмешано, то ли Игорь был прав в том, что девушке нужен хер для успокоения.        И вечно он оказывается прав.        Рита не хотела оставлять подругу в одиночестве, но симпатичный парнишка увел ее из-под носа. Конечно, Марина не стала уговаривать остаться, а сказала веселиться и упомянула, что одноклассница не обязана быть ей мамочкой, и она справится сама. В целом получалось не так плохо. Идти длинноногая могла, причем достаточно ровной походкой, а желание танцевать никуда не пропало, поэтому повело ее ближе к кругу танцующих.        Оторваться до дрожи в теле было самой крутой идеей за последнее время. Девушка чувствовала себя прекрасно, по крайней мере пока что. Позже ей точно нужно будет держать волосы, сидя в уборной и вытаскивая из себя недавно выпитое в любимого белого друга, а позже выводить на улицу. Но сейчас это ни коим образом не волновало. Только музыка, милькающий свет перед глазами и резвые движения под треки. Стало жарко. Не только потому что Марина вытрачивала последние силы на танцы, а ибо в это время к ней присоединился какой-то юноша, вплотную пристраиваясь сзади. Руки исследовали тело, останавливаясь на линиях форм шаловливыми пальцами. Девушка не сопротивлялась, откидывая голову назад и поддаваясь движениям, будучи пьяной и не думающей, как это выглядит со стороны. Знала только то, что на следующий день жалеть об этом не станет. Наверное.        Она поворачивается к парню лицом, положив руки на плечи. И, о боже...        — Ты? — Марина не до конца поняла, кто перед ней стоит. В глазах двоилось моментами из-за чего пришлось немного сузить глаза, дабы рассмотреть получше.        — О, — Неожиданная реакция. — Так это-ж ты, да?        Разговор двух гениев. В таких обстоятельствах адекватные люди действуют совершенно иначе. Например, отталкивают и уходят, чувствуют себя неловко или даже испытывают страх. Но эти индивидумы продолжили танец, бухие в дрова, а второй и вообще чего-то наглотался.        Марина только прижалась ближе, прикрыв глаза.        — Как тебя зовут-то? — Решила поинтересоваться она, раз такой момент подкрался. Она знала, как его отзывают со школы, но ради своеобразного уважения, что ли…        — Иван, но кличат Кисой. Тебе тоже советую, — Шатен тоже не отстранялся. Отпустив хватку на женской талии, парень сунул руку в карман, доставая что-то похожее на таблетку, которую засунул в рот, совершенно не стесняясь осуждения и прочего. — Будешь?        — А давай.        И это было самым глупым решением в ее жизни. С этим не сравнится и ее внезапный переезд в жопу мира. И Киса, как обозначил себя школьник, не просто достал ещё одну таблетку, а полез к ней с поцелуем, сплетая языки, тем самым перетаскивая таблетку изо рта в рот.        Сосаться на тусе с не просто левым человеком, а соучастником незаконных дел? Конечно, да! В подсознании уже был устроен бунт, потому что отголоски норовили остановиться и сбежать к чертовой матери, которая бы подобное никогда в жизни не простила, посчитав, что дочь скатилась окончательно. Про отца и вовсе можно промолчать, он бы забыл, что у него была дочь.        Мужская рука на ее шее немного отрезвляла. Не на столько, чтобы включить мозги, но на ногах держится. Это уже хорошо. Поцелуй вышел мокрым, грязным, но, черт возьми, крутым и желанным. Эффект от таблетки только потихоньку начал действовать, да и Ваня тоже был довольным.        — У тебя чё, язык проколот? — С удивлением сказал он, на что Марина продемонстрировала проколол, вытащив язык. — Охренеть! И чё, типа, больно было?        — Как язык прикусываешь, только в пару раз больнее.        Кудрявый в ответ покивал головой, сжав губы, глядя с неким восхищением, после чего подвинулся к уху.        — Круто, мне нравится, — Громким голосом сказал он. — Хочу ещё.        И могла ли Марина отказаться, целуя парня снова? Могла ли остановиться, когда поцелуи переходили на ее тонкую шею, а руки цеплялись за темные кудряшки, пока мужские ладони забрались под джинсовку. Музыка стала затихать, означая воздействие наркотического вещества, которое здорово дало по шарам.        И она не помнит, что было после. В голове мелькали только секундные моменты, в промежутках, как ее находит Рита в туалете в компании Кисы, который держал черные волосы, пока девушка очищала желудок, сидя на коленях. Как они до туда дошли, что было до и почему Киса просто не избавился от свидетеля, остаётся загадкой. Хотя нет.        Он же тоже был в дерьмо.        На следующий день Марина не понимала, как добралась до дома, как ей удалось переодеться в домашнюю футболку и кто оставил ей стакан воды на прикроватной тумбе. Голова трещала, готовая взорваться. Виски пульсировало, а во рту и без кофе Игоря, будто кошки в туалет сходили. Шея болела, но причины этому она ещё не увидела. На телефоне куча непрочитанных сообщений от Игоря, Риты и ещё неизвестного, который был странно подписан как «Кот».        И кого же она зацепила на вчерашней тусовке?        Дневной свет не проникал в комнату из-за зашторенных окон. Кто-то точно позаботился о ее покое, будучи знакомым с утренним состоянием с бадуна. Скорее всего, это был Игорь. На других пока подозрений не падало, потому что Марина была настолько уверена в своих возможностях, что не пустила бы домой никого чужого, даже в том бывалом состоянии.        Да, наивная, хах.        Девушка берет в руки телефон, решая проверить социальные сети в надежде, что Рита расскажет о произошедшем. И неважно, что она проспала первые два урока. Идти сегодня в школу было бы плохой идеей.        [+1 Сообщение от Ритусик]        Напиши, как проснешься. Я переживаю.        Стало любопытно прочитать сообщение от контакта, которого она даже не помнит.        [+2 Сообщение от Кот]        Я ебал тебя тащить, должна будешь.        И подруге своей передай, что не было у нас ничего, кроме эффектного похода в толкан под ручку.        [Ответ]        Первые три слова заставили напрячься, но хочу себе напомнить. Ты кто?        Ответ пришел через пару минут после того, как Марина уже стала материть незнакомца, увидев свое отражение в экране телефона, а точнее шею, которая была покрыта красными и фиолетовыми отметинами.        Да это не кот, а настоящая собака.        [+2 Сообщение от Кот]        Восставший из мертвых Пушкин, блять.        Киса я.        Сука.