Последняя капля Магии

Рассказ хранителей оставил огромную тяжесть. - Но причем здесь я? - Меня начало трясти от нахлынувших эмоций. - А это уже другая часть истории. - Агния заметила мое состояние и обеспокоенно коснулась руки, чтобы проверить не поднимается ли у меня жар. - У Кьярваля осталась дочь, только вошедшая в пору совершеннолетия. Она приняла власть в свои руки и почти год княжеский Совет отражал нападки из Надира. Из-за нестабильной магии перенестись в тот мир было невозможно, хотя мы пытались… Вести из Ванахейма пришли с огромным опозданием: от Надира остался только бескрайний мертвый лес, а Гектор был разгромлен и лишен всей магии. Княжна Сольвейг вобрала в себя всю магию Надира, но Бриарей, который стоял во главе войска вместе с Гектором, убил её и исчез. Ходил слух, что Сольвейг была беременна, и судя по всему родила она до последней битвы… По всем признакам: возрасту, твоему дару, схожими чертами - ты ее дочь. Не знаю почему я не упала в обморок, по мне так самое время. Конечно я давно знала что меня удочерили, мне рассказали об этом в двенадцать, но я не чувствовала себя обманутой, брошенной… У нас с родителями всегда были непростые отношения. Они честно пытались меня полюбить как родную, баловали, покупали дорогие подарки, но преграда между нами не рушилась. Я тоже не смогла их полюбить. Безусловно, такие родители как мои были настоящей редкостью: добрые, умные, спокойные. Они мне нравились, как люди, но дальше симпатии чувства не ушли. В шестнадцать, когда я уехала учиться в другой город, мы старались поддерживать связь, пару раз на праздники мы даже летали друг к другу, но с каждым годом встречи становились всё реже. В последнее время мы практически перестали общаться, разве что по праздникам все еще созванивались. Я привыкла к таким чувствам, всё было спокойно, размеренно, а ярких эмоций мне хватало в дружбе. С Ланой и её семьей мне было весело, и жизнь меня в целом устраивала. - Вы сказали, что это только вероятность? - В твоем теле спит мощь целого мира, поэтому ты либо дочь Сольвейг, либо еще один Бог. - Сельванс хмыкнул, - но как мы знаем, за последние две тысячи лет родился только один. А ещё, инквизиторы схватили именно тебя, потому что почувствовали магию своего мира. - Но если я родилась до битвы, то откуда у меня эта магия? Агния все еще держала меня за руку, и мне даже показалось, что ее ладонь немного сияет. Но задуматься над этим мне не дали. - Дело в… твоём отце. Он перенес тебя в мир, в котором ты жила, и запечатал магию матери в твоём теле. Это одновременно и защищало тебя, и подвергло опасности. Как это всё сложно! Мозг уже давно вскипел, огромный пласт информации никак не хотел усваиваться, но каждый новый факт порождал новые вопросы. - Мне нужно многое обдумать, вы позволите мне немного прогуляться? - Конечно, но прошу, не уходи далеко. Я встала из-за стола и, не оборачиваясь на своих собеседников, вышла из избы. Весь день прошел за разговорами, солнце уже пряталось между деревьями, лишь изредка показывая алые закатные лучи. А небо становилось все темнее, тяжелее, но будто спокойнее. Мне не удалось осмотреть поляну днем, но пока всё еще видно я решила осмотреться, заодно и мысли отдохнут. С маленького крыльца вид открылся чудесный: свежая трава в сумерках казалась изумрудной, тропинки, как змеи, уползали к маленькому ручью, который тихо журчал, величественные березы возвышались над домиком, а маленькие елки расположились по периметру поляны, как “живая” изгородь. Я сошла с крыльца и прошлась по траве. На меня вновь обрушились все переполняющие душу эмоции: усталость, (из спокойных предсказуемых будней меня выбросило в водоворот событий), злость, (на саму себя, на новообретенных родителей, на обстоятельства), а самое страшное - бессилие. «Что я могу вообще сделать?! Для какой-то там силы я просто вместилище, домой вернуться не могу, а почему - мне говорить не торопятся, остаться здесь тоже не вариант!» Погруженная в мысли, я не заметила, как начала беспорядочно ходить туда-сюда, пока не вскрикнула от боли, когда наступила на что-то острое и зашипела, скача на одной ноге, проклиная весь свет. Когда боль отступила, мне удалось осмотреть место ранения, крови, благо, не было. Боль вообще на удивление быстро отрезвила разум, например за весь день впервые обратила внимание на то, во что я одета. Светло-серая плотная льняная рубаха едва доходила до колен, но остальное тело скрывала отлично, хотя под ней, оказалось, что я абсолютно обнажена. Босые ноги органично дополняли этот ансамбль, этакая “майская утопленница”, разве что венка на голове не хватает. Сумерки сгущались, мысли все скакали в моей бедовой головушке как ужаленные, но общее состояние стабилизировалось. Бродить босиком, как выяснилось, очень приятная и умиротворяющая процедура, чем-то похожая на медитацию, своего рода обмен энергией с природой. Мягкая зелёная трава была мягкая, как махровый ковер, ножки утопали в изумрудном покрывале и это приводило в неописуемый восторг. Хотелось бегать и прыгать по траве, как ребенок, но общая усталость и некоторая неуместность мне этого не позволили. Незаметно для самой себя я добрела до ручья. Здесь была спокойная заводь, которая образовала небольшой бассейн. Водная гладь в темноте казалась черным зеркалом, которое так и манило коснуться себя. Не устояв перед соблазном, я шагнула в воду. Постепенно погружаясь все глубже я испытала неописуемый восторг. Вода за день нагрелась, а воздух начал остывать во тьме, и это был такой яркий контраст, что тело прошибло дрожью и я окончательно расслабилась. Подол рубахи намок и стал прилипать к бедрам, проходить дальше в воду я не стала, так и осталась стоять по колено. Вдыхая прохладный воздух, я начала вслушиваться в жизнь леса. Жучки весело стрекотали, можно подумать рассказывая, что у них сегодня произошло. Птицы, поющие днем, постепенно затихали, передавая эстафету ночным собратьям, даже сам лес шептался все тише, словно засыпая. Ночь полностью вошла в свои права. На мгновение вся природа затихла, я даже услышала свое сердцебиение, и в этот момент над водой начали загораться маленькие золотые огоньки. Они все зажигались и зажигались, мириады маленьких точек пришли в движение. Я завороженно наблюдала за тем как светлячки собирались в разные узоры, казалось что в воздухе потекли золотые реки - вот она, настоящая магия! Так бы стояла и любовалась, но волшебный миг разрушился, стоило мне только учуять запах мясного жаркого, который доносился из домика, как живот громко заурчал. Мне было приятно, что мое уединение хранители не прерывали и дали успокоиться и обдумать некоторые вещи, но расползающийся по поляне аромат еды я восприняла как зов обратно в дом. Ужин подоспел весьма своевременно, потому что когда очарование момента спало, стало понятно, что вода совсем остыла и я начала замерзать. Едва моя нога ступила на берег поднялся ощутимый ветерок, он окончательно растрепал мои волосы, собранные в подобие хвоста, и оставил их распущенными. Теперь я точно была похожа на русалку-утопленницу из старых сказок, мокрая, бледная, с синими губами и водопадом темно-русых волос. Мурашки бегали по телу, доставляя недюжинный дискомфорт, поэтому я поскорее устремилась в теплую избушку. Дверь домика была приоткрыта, из неё лился свет, освещая часть крыльца, мне оставалось пару шагов до двери, но я остановилась, потому что стала невольной свидетельницей сцены, предназначенной не для моих глаз. Сельванс крепко обнимал супругу со спины и шептал ей какие-то милые глупости, прерываясь на поцелуи, а Агния счастливо смеялась, утопая в нежности своего мужа. Они сияли когда были вместе, между ними вспыхивали почти осязаемые искорки, как светляки у реки, и это выглядело по-настоящему чудесно. На один миг я даже начала завидовать им, но это чувство быстро затонуло, в радости, за любящих друг друга людей. Мне показалось, что прерывать супругов будет ужасным кощунством, поэтому я тихо отошла от домика и решила полюбоваться ночным небом. Прошло несколько минут, прежде чем дверь тихонько скрипнула и Агния выглянула во двор. - Ева! Пойдем ужинать, еда уже стынет! Вечерняя трапеза прошла очень спокойно, мы шутили, делились маленькими историями, это было похоже на беседу старых друзей, но впереди нас ждало продолжение тяжёлого разговора. Когда тарелки опустели, а на столе появился отвар из ароматных трав, я заговорила первая: - Кто мой отец? - Милая, увы, но всё что мы знаем, что это был бог Ньёрд. Но он исчез после того, как перенес тебя, мы даже его силу не чувствуем. Так что любые вопросы о нем останутся без ответа. - Агния выглядела расстроенной, потому что не смогла мне ответить, но это не имело значения, прожила без этих родителей всю жизнь - проживу и дальше. Моя главная задача - вернуться домой. - Хорошо. Как я могу вернуться домой? На этот раз ответил Сельванс. - Сила, что дремлет в тебе, должна восстановить Ванахейм, навеки уничтожив Надир, если этого не сделать, начнут рушиться и остальные миры. - Но ведь Надир запечатан? - Мы тоже так думали, пока ты у нас не появилась… ты была в Надире, инквизиторы притащили тебя именно туда, но ты сбежала, пройдя сквозь два мира. - Н-но как? - моему удивлению небыло предела, если я ещё и сквозь миры могу ходить… - Если я могу ходить сквозь миры, значит я могу вернуться? - Всё не так просто, милая. - на лице Агнии появилась грустная улыбка. - Ванахейм зовёт тебя к себе, но он не отпустит просто так. Тебе придется помочь ему.