Счастливая сигарета

Квартира Джисона, пожалуй, самая атмосферная, если сравнивать с остальными. Конечно, и живет он в ней дольше всех, но и подход к оформлению у него явно отличается. Он всегда считал, что минималистичный стиль это слишком скучно, и именно поэтому квартира представляет собой самое уютное место в мире. Для Джисона по крайней мере точно. Когда парень выбирал цвета интерьера, глаз упал на все пастельное, что только можно было увидеть. Кремового цвета стены, столешницы и кухня из светлого дерева, бежевые диваны, кровати, бледно голубые подушечки и прочие предметы декора. И много, очень много зеркал. Но не потому что Джисон слишком любит себя, просто это выглядело слишком эстетично в его голове. Однако даже со всей этой теплых тонов мебелью всё казалось парню слишком пустым, так что он однажды за один день поставил чуть ли не в каждый угол по горшку с растением. В него словно вселился дух пинтереста. Стены постепенно заполнялись полароидными фотографиями друзей, красивых пейзажей и его самого. Сейчас можно смело заявить, что квартира окутывает теплом каждого пришедшего прямо с порога. И Минхо тоже это почувствовал. Конечно, изначально он немного нервничал, что вообще для него не характерно, но когда дело касается его лучших друзей, Джисона, он просто неосознанно погружается в некое тревожное состояние. Но квартира парня чудесным образом спасла его. Если не полностью, то хотя бы дышать позволила легче. А вкусный латте из навороченной кофемашины - забавно, но всё же - успокоил его сердце. – Ты правда считаешь это хорошей идеей? Джисон нервно ерзает на стуле и случайно обжигает горло, слишком много глотнув за раз. Ему не верится. Это всё кажется сном, происходящее совсем не выглядит реальным, но он не думает, что тыкать Минхо для достоверности является хорошей идеей. Поэтому он просто слишком внимательно рассматривает его максимально расслабленное лицо. Кажется, будто он вот-вот превратится в пиксели и исчезнет. Или станет монстром и съест его вместе с этой чашкой кофе. Но Минхо спокоен как кит. И вовсе он не вымышленный, а совсем даже настоящий. И правда соглашается на эту глупую затею Сынмина прямо сейчас. И более того, считает ее хорошей. Нет, всё это тоже богатая фантазия Джисона. – Да, – Джисон возвращается из своих спутанных мыслей, и теперь просто удивленно смотрит в карие глаза напротив, – по крайней мере, мы ведь можем попытаться. У тебя уже есть идеи? Как можно это провернуть? Минхо кажется слишком заинтересованным. Джисона по-прежнему пугает всё происходящее. Он наконец-то переводит взгляд на свои руки и отмечает, что они немного трясутся. Конечно, он нервничает. Парень его сердца предлагает ему вступить в фиктивные отношения. Джисон боится. Боится заиграться, слишком поверить во всё, а затем снова остаться с ничем. Он ведь прекрасно понимает, что всё может закончиться хуже, чем он может предположить. Быть влюбленным тайно – одно, играть отношения, при этом имея скрытые чувства – совсем, максимально, капитально другое. Если в первой ситуации он живет уже довольно долгое время, то вторая лишь усложнит всё. Он не знает, сможет ли его сердце справиться. – Хей, Джисон? Ты в порядке? Минхо хмурит брови и немного придвигается к чересчур беспокойному парню. Джисон сразу вздергивает голову вверх. Карие глаза наконец смотрят в карие. – Я… нет, не думал об этом, – он натягивает на губы кривую улыбку, – был уверен, что ты не согласишься. – Скажу сразу - я не считаю эту идею самой лучшей в мире, – Джисон незаметно напрягается, – но вариант и правда хорош. Не знаю, можно ли сейчас придумать что-то лучше, а проблему, как я понимаю, лучше бы решить поскорее. Плечи парня падают, он чувствует, как и все тело пронизывает тепло и умиротворение. Минхо сказал именно то, что он хотел услышать. Именно тот аргумент, наиболее подходящий для его успокоения. – Ты прав, да, – парень шумно выдыхает и теперь улыбается более искренне, – но я все равно не понимаю, как мы это провернем. Теперь он спокойно попивает кофе, словно стресса и не было. Минхо удалось убедить его в логичности идеи. Он и сам поверил в правильность решения, совсем позабыв о том, что всё это основано на лжи. Минхо в задумчивости зажимает нижнюю губу двумя пальцами и, немного хмурясь, смотрит на один из горшков с фикусом. Они молчат около двух минут, пока старший внезапно не издает что-то похожее на радостный вопль. – Соцсети, Джисон! Парень непонимающе смотрит ему в глаза и кивком просит объяснить. Тот, кажется, придвигается еще ближе. – Он подписан на тебя в инстаграм? – Кто? Минхо непонимающе вскидывает руки, а затем выхватывает свой телефон из заднего кармана брюк. Он слишком взбудоражен из-за внезапно пришедшей в голову идеи, и это заставляет Джисона тихо усмехнуться себе под нос. – Ыну, Ханни, кто же еще? Смех как рукой снимает. Парень теперь представляет собой самый красный помидор, от смущения он опускает взгляд обратно на свои руки. Совсем уже потерялся в мыслях. Хоть бы не забыть главную версию событий, хотя он уже совсем не уверен в своей памяти. – Да, он… периодически отвечает на мои истории. Джисон улавливает мимолетное помутнение в лице Минхо, и теперь все его мысли плавают вокруг этого. Нет, очевидно, сосредоточиться полностью у него сегодня не получится. И всё же, что с Минхо? Стоит ли считать, что он расстроен этим фактом? Если да, то почему? Он тоже ему нравится? Он ревнует? Нет, это совершенно точно неправильный вариант. Минхо скорее удивлен наглости Ыну. Просто беспокоится о друге, как и говорил Сынмин. Нечего придумывать всякие небылицы. Но Джисон не может ничего с собой поделать. – Нам нужно выложить историю с намеком, – спустя еще несколько минут молчания твердо заявляет Минхо, а затем протягивает телефон с открытым инстаграмом младшему. Тот сильно хмурится и смотрит на пустую строку поиска. – Историю с намеком? Минхо вздыхает, будто весь этот разговор и глупости Джисона его утомляют. От этого парню становится еще больше не по себе, и он тратит все оставшиеся силы на то, чтобы начать нормально соображать. С таким потоком совершенно разных мыслей это тяжело. – Мы ведь не можем просто заявить о наших отношениях. Так никто не делает, – максимально спокойным тоном принимается объяснять Минхо, – нам надо намекнуть людям на то, что между нами что-то может быть. Джисон кивает, но ничего не говорит, ожидая, пока старший продолжит. – Сфотографируемся в какой-нибудь а-ля романтической тематике, я выложу это к себе, а ты репостнешь, – он бросает взгляд на свой телефон, – найди мне аккаунт этого Ыну. Он выжидающе и немного нетерпеливо смотрит прямо в глаза напротив. Парень также отмечает его ногу, ходящую ходуном под столом. Что это, нервы? Младший хмурится и еще раз смотрит в телефон парня. – Зачем? – Надо. Услышав чересчур требовательный тон Минхо, Джисон тут же послушно кивает и быстро находит страницу парня, в душе молясь всем богам, чтобы они случайно не вступили в диалог. Он понимает, что Ыну способен на такое, но правда ни в коем случае не должна вскрыться. Особенно не тогда, когда у него появился шанс. А потом в его голову приходит понимание чего-то другого. Он возвращается в реальность. – Подожди, – Джисон резко выгибается в спине, и Минхо тоже поднимает голову, отрывая взгляд от фотографий Ыну. В своей голове он отмечает, что тот вообще не выглядит грубым и дотошным, – ты хочешь заняться этим прямо сейчас? Минхо усмехается и пожимает плечами, откладывая телефон в сторону и сцепляя руки в замок на столе. – А ты ждал, что мы начнем через месяц? – его тон вовсе не звучит издевательски, скорее слишком тепло и терпеливо. Это успокаивает, но Джисон тут же запрещает себе думать об этом. Еще не хватало анализировать все эти мелочи, голова парня такого точно не выдержит. – Я просто не ожидал, – бубнит себе под нос парень, а затем смотрит на маленькое зеркальце, стоящее на углу стола. Как уже было сказано, зеркал здесь и правда уйма. Зачем нужно зеркальце на столе он, если честно, сам себе объяснить не может до сих пор, но сейчас оно наконец-то - должно быть, впервые - действительно пригодилось – нет, ты что? Посмотри на меня, – он хмурится и разглядывает свое лицо со всех сторон, после недовольно морщась, – я не готов ни к каким фотографиям. А затем он внезапно чувствует теплую руку на своем плече, и мгновенно теряется. Благо сил хватает тут же привести себя в норму. «Как одержимая кумиром фанатка» - проносится у него в голове и хмурится еще сильнее. – Мне кажется, ты выглядишь по-домашнему очаровательно, – слишком тепло и мягко начинает Минхо, и морщинки на лице младшего тут же разглаживаются. Теперь он выглядит как выпрашивающий еду щенок, – но если тебе некомфортно, то я могу подождать, пока ты соберешься. Я сегодня ничего больше не планировал. Это снова выбивает землю из-под его и так немного дрожащих ног и заставляет устремить взгляд прямо в глаза напротив. Карие смотрят в карие, и ему кажется, что это происходит слишком долго. Джисон почти считает секунды. Он встряхивает головой и старается запретить себе не делать и это тоже, но у него, если быть до конца честным, это плохо получается. Такое - назовем это так - откровение гораздо сильнее простого «он погрустнел на пару секунд из-за моей фразы о бывшем». Жар приливает к щекам, сердце учащенно бьется, руки будто трясутся еще сильнее, чем раньше. Он воспринимает это как знак наступающего эмоционального шторма и молниеносно поднимается со стула. – Я уложу волосы и вернусь, – тараторит он, а затем специально отворачивается, чтобы парень не видел его уж слишком красных щек. Но Минхо лишь дружелюбно улыбается и кивает. – Можем выйти на улицу. Так будет еще лучше. “Ещё лучше? Должно быть, для фотографии. Не потому что на улице прекрасная погода для романтичной прогулки. Да, конечно, он говорил об истории. Соберись, Джисон” - проносится в голове парня, пока он слишком быстро идет в сторону своей комнаты. Прогулка для фото, прогулка для фото, прогулка для фото. Позлить бывшего изменника. Он держит это в голове, а потом понимает, что в таком случае ему нужно еще и переодеться. Но прямо сейчас он позволяет себе прижаться лбом к закрытой двери и осознать наконец, что все, о чем он может думать это то, как быстро бьется его пульс. *** Погода позволяет Джисону надеть пальто, чему тот невероятно рад. Он уже в пятнадцатый раз возвращается к одному из огромных зеркал, чтобы посмотреть на себя в полный рост. Бежевая рубашка и темно коричневые брюки - чуть ли не один из лучших его образов. Парень еще решается надеть цепочку на тонкую шею. В процессе приготовления чересчур нервный Джисон даже делает пару фотографий и незамедлительно отправляет их Сынмину, на что тот отвечает кучей кокетливых стикеров. Очевидно, так он показывает свое восхищение, это снижает уровень стресса. Парень теперь хотя бы уверен в том, что не одному ему нравится образ. Теперь же в последний раз - он обещает это самому себе уже несколько минут - он поправляет и без того идеально лежащие волосы, и наконец выходит из комнаты. Джисон очень надеется, что его исчезновение на целых полчаса никак не ухудшило и без того неловкую ситуацию. Хотя он почти на сто процентов уверен, что неловкой она является только для него, ведь про Минхо вообще такое сказать язык не поворачивается. – Оу, ты правда принарядился, – первое, что говорит старший, когда видит на пороге кухни Джисона. Тот мгновенно покрывается сильным румянцем. Ему уже не нравится краснеть буквально от каждой реплики парня, но как будто это то, на что он вообще может повлиять. Точно одержимая фанатка, – идем? Тут недалеко есть парк, кажется, парочки обычно кормят там уточек. Джисон смущенно соглашается на предложение и на по-прежнему трясущихся ногах идет в коридор. Он боится, что со стороны это может выглядеть, будто он избегает любых диалогов. Однако Минхо всё также спокойно следует за ним, но внезапно останавливается на полпути из-за внезапного телефонного звонка. Парень тут же хмурится, смотря на имя контакта. – Обувайся, я буквально на пару минут, – уже не с такой теплой улыбкой на губах проговаривает он, многозначительно взглянув на младшего, а затем исчезает в одной из комнат. Джисон протяжно вздыхает и присаживается на стул, чтобы натянуть свои любимые - и всегда приносящие удачу - ботинки. Он уже почти зашнуровывает один, зачем-то слишком сильно стараясь сделать всё максимально ровно, когда Минхо возвращается к нему. Младший тут же отмечает, что он больше не улыбается, да и вообще выглядит напряженнее, чем до этого. Джисон мгновенно хмурится и неприятное чувство постепенно увеличивается у него в груди. – Я… мне правда жаль, экстренно вызывают на работу, – со слышимыми нотками стыда медленно и тягуче проговаривает Минхо, а после закусывает нижнюю губу и виновато смотрит на то, как меняется лицо младшего, – возможно, я освобожусь ближе к вечеру, но я правда не могу быть уверен. Давай будем на связи? – он шумно выдыхает и быстро натягивает ботинки. Они утопают в молчании. Джисон не может выдавить из себя и слова, волна грусти охватывает его с головой, и он просто коротко кивает. Парень всеми силами старается убрать разочарованное выражение с лица, и у него, на удивление, получается, так что теперь оно выглядит просто безэмоциональным. Но Минхо это считывает, и ему это совсем не нравится. Он хочет возразить, извиниться еще несколько сотен раз, попросить не скрывать эмоции, но на деле не говорит ничего. Вместо этого быстро накидывает пальто и спешно обнимает парня, попутно схватившись за ручку двери. Как будто он торопится настолько, что не может больше медлить. Чувство стыда подкатывает к горлу, когда он видит до невозможности грустные глаза напротив. Минхо не знает, не понимает, почему ведет себя так, но и сказать, объяснить что-то тоже не может. – Прости меня, Джисон, – тихим голосом, почти шепотом проговаривает он вместо огромной тирады, бегущей строкой проносящейся перед глазами. Получив точно такой же слабый кивок, он с тяжелым камнем на сердце покидает квартиру. Джисон остается один. Так и одна слеза капает на его бежевое пальто. Он пытается объяснить все самому себе, дабы избежать этой внезапно нахлынувшей истерики. “Мы ничего друг другу не обещали, Минхо нужен на работе, он ни в чем не виноват, и ничего ужасного не произошло”. Эта фраза крутится у парня в голове, но, к сожалению, совсем не помогает справиться с потоком слез. Эмоции побеждают. Сердце бросает в нокаут разум. Он чувствует, будто все хорошее ушло вместе с Минхо, а он снова остался наедине со всеми своими тяжелыми мыслями. Они одолели его, и теперь стоят с призовым кубком на пьедестале. А Джисон так и остается сидеть в коридоре.