Весенний ветер

      Тёплый язык мягко скользнул из-под яичка вниз.       — Стой! — вскрикнул Такемичи, поднявшись на руках. Щёки его на глазах из нежно-розовых становились бордовыми. — Н-не надо.       Шиничиро изумлённо выгнула тонкую бровь, упираясь локтями в матрас между его ног.       — Откуда такая реакция? — спросила с интересом. Такемичи попытался было сесть, но она легко ухватила его за лодыжку.       Накрыв пылающее лицо руками, Такемичи пробормотал:       — Это же грязно…       Густой румянец с его лица сходил яркими красными пятнами на шею.       Шиничиро опешила, уставилась на него. И, не выдержав, расхохоталась. Такемичи смотрел на неё поверх пальцев, пока она смеялась, упираясь лбом в его живот.       — То есть, — начала девушка, утирая проступившие слёзы, — отлизывать мне тебе не «грязно», а так нельзя?       Такемичи глянул на неё с сомнением.       — Тебе же будет неприятно…       Шиничиро, вздохнув, нависла над ним, подтянувшись вперёд. Тронула носом горячую щёку, посоветовала в красное ушко:       — Расслабься, детка, — Такемичи гулко сглотнул. Прикрытые, тёмные от возбуждения глаза смотрели из-под ресниц насмешливо. — Я не делаю то, что мне не нравится, — продолжила Шиничиро. Пряди её волос, выбившиеся из наспех собранного пучка, щекотали Такемичи плечо. — Раздвигай.       Бёдра легко разъехались шире под чужими ладонями, и девушка, тихо усмехнувшись, снова устроилась между его ног.       — Тебе точно нормально? — осторожно переспросил Такемичи, опустив на неё глаза.       Чужое тело, зависшее в соблазнительном изгибе, снова дрогнуло от смеха, и Шиничиро невсерьёз хлопнула его по боку. Поправила волосы и сползшую с плеча розовую лямку. Такемичи тихо ойкнул в ладонь, когда кончик чужого языка легко коснулся нервно сжимающегося колечка мышц.       — Расслабься, — повторила Шиничиро, обдав горячим дыханием, и сильные пальцы, сжав кожу, легко оттянули напряжённые ягодицы. — Мне «точно нормально».