Весенний ветер

      — Теперь мне кажется, что это было не такой уж классной идеей… — пробормотал Такемичи, нервно улыбаясь. Шиничиро, устроившись между его ног, отмахнулась и с тихим шлепком натянула на вторую руку чёрную медицинскую перчатку, плотно обхватившую её пальцы. — Откуда у тебя вообще эта штука?       — Оттуда же, откуда резиновые члены, — девушка усмехнулась, приподняв уголок рта. — И «эта штука» называется буж. Этот, кстати, тонкий. Тебе самое то.       Такемичи не понял, было это простым фактом или своеобразным комплиментом. На тонкую металлическую палочку — ладно, буж — в чужой руке он смотрел с крайней опаской. Хотя до этого уже согласился. На его памяти ещё ни один эксперимент Шиничиро не заканчивался ничем, кроме удовольствия, потому отказываться было немного глупо, но одно дело — позволить затолкать себе что-то в зад, другое — прямо в член! В него! Внутрь!       Девушка, вылив на ладонь вязкую жидкость из тюбика, медленно растёрла её по полувставшему члену. Такемичи, гулко сглотнув, сел в кресле удобнее и устроил, наконец, ноги на подлокотниках.       Шиничиро, погладив увитый вздувшимися венами ствол, отпустила и надавила пальцами на плотно сжатую дырочку. Помассировала, протолкнув внутрь немного смазки. Такемичи, закусив губу, наблюдал за её движениями.       Когда в обхваченный узкой ладонью член ткнулся закруглённый наконечник, глаза захотелось закрыть.       — А ты раньше это делала? — некстати спросил он. Шиничиро подняла на него чёрные глаза.       — Да, не один раз. И успокойся, а то мозг из ушей потечёт.       Тёплый металл входил медленно. Девушка сдвигала то сам буж, то руку. Такемичи, прикусив губу и не в силах оторваться от этого зрелища, тяжело дышал.       — Всё? — выдавил он, когда небольшое кольцо на другом конце палочки коснулось ставшего странно широким тёмного входа. Из глаз едва не шли слёзы от напряжения.       — Всё-всё, — мурлыкнула Шиничиро, укладывая руку на его то и дело подрагивающий твёрдый живот и разминая закаменевшие мышцы. Другая её рука, оставив будто распирающий член изнутри буж, опустилась вниз.       Раздался щелчок, и из раскрытой баночки вязкая прохладная смазка полилась на набухшую мошонку. Такемичи едва не подпрыгнул на месте, и от копчика вверх стрельнула волна мурашек.       Тонкие пальцы, обтянутые перчаткой, преодолев небольшое сопротивление, глубоко проникли в розовое, влажно блестящее колечко мышц. Шиничиро, подцепив кольцо, слегка потянула игрушку вверх, и чуть ребристая поверхность прошлась по узкой уретре снова. Смерив его задумчивым взглядом, девушка слегка покрутила член из стороны в сторону. Так повторилось ещё несколько раз: вверх, вниз, а затем покругу. Такемичи, охнув, сжал колени руками.       — Так хорошо? — уточнила Шиничиро, согнув в нём пальцы, и по тому, как быстро ему пришлось накрыть рот рукой, поняла, что не ошиблась. Сказала: — Чудно, — и снова надавила на влажный от смазки буж, наверняка чувствуя, с какой силой Такемичи на каждом таком толчке сжимается вокруг её пальцев.