Дорога к мести

Когда сквозь задернутые тёмные шторы пробился первый, яркий луч горячего солнца, будильник своей надоедливой мелодией заполнил всю просторную комнату. Микаса, не открывая глаза, сонно протянула руку к тумбочке, на ощупь, стараясь найти телефон. Попытки, к огромному сожалению, не увенчались успехом, и ей пришлось приподняться, взять телефон в руки и, наконец, отключить раздражающий будильник. Она тяжело вздохнула, размышляя о том, стоило ли ей вообще просыпаться так рано в этом, все ещё незнакомом для неё, доме. Вечером прошлого дня Микаса думала насчёт этого, решив, что спать до обеда, здесь может быть невежливо. Она и Эрен сами пообещали, что Шингекам принесут лишь пользу, а подобное времяпровождение, как сон-еда-сон, лишь испортит и так не самую высокую репутацию. — Почему я размышляю об этом? — Еле слышно произнесла она, наклонив голову в сторону кровати Эрена. Тот все еще спал, укрывшись одеялом чуть ли не с головой, чему Микаса удивилась, ибо ей казалось, что своим будильником она разбудила всех и всё. Аккерман правда не понимала свой необоснованный страх. Все считали её целеустремлённой, уверенной девушкой. В первую очередь — она сама себя считала такой. И сейчас Микасе трудно было поверить, что она не сможет что-либо делать для достижения поставленной цели. Глаза постепенно слипались и Аккерман сама ощущала это. Не засиживаясь на кровати, она подошла к окну и открыла шторы. Солнечный свет моментально заполняет всю комнату, попадает Микасе на лицо, из-за чего она слегка морщится, отворачиваясь от окна. Девушка сладко тянется, еще несколько секунд глядит на Эрена и покидает комнату. Сейчас её главная задача — найти ванную комнату и Микаса сомневается, что в этом огромном доме она одна. К счастью, по пути в гостиную она встречает Смита. — Доброе утро, Эрвин, — Микаса кивает в знак уважения, — Можете подсказать, где здесь ванная комната? — Продолжает она. — Доброго утра, — Он улыбается, — Поднимешься на второй этаж, поворачиваешь направо, три последних двери. И, думаю, со мной можно на «ты». — Хорошо, благодарю, — Микаса слабо улыбается и направляется в сторону лестницы. По пути она про себя подмечает, что большинство людей здесь в шесть утра еще спят, ибо кроме Эрвина, Микаса не встретила абсолютно никого. Даже проходя рядом с комнатами других, она не уловила никаких шорохов, либо шагов за дверями. Безусловно, это было не самым важным для неё, но тем не менее, интересно. Микаса без особого труда находит те самые три двери, расположенные рядом, и проходит в самую ближайшую к ней. Она удивляется, вскидывает брови, когда видит то, как обустроена ванная комната. На самом деле, не было там ничего необычного, но, несмотря на это, она поражала своей красотой и роскошью. В голову невольно лезут мысли о своем родном доме, где все намного скромнее, но до боли уютнее. Микаса тяжело вздыхает и устремляет свой взгляд в потолок, стараясь всеми силами сдержать слёзы. Аккерман крайне редко плакала, что Эрен за все годы проживания с ней, увидел свою сестру в слезах не более десяти раз. Порой, Микаса сама задумывалась почему она не хочет выпускать свои эмоции наружу, держит их чрезвычайно долгое время в себе, а потом срывается, когда находится наедине с собой. Она читала различные книги о человеческих чувствах, но даже так не смогла полностью разобраться в себе, что в какой-то степени нагоняло страх, а еще больше — тоски. Микаса не может удержаться, уголки рта сами тянутся вниз, из глаз одна за другой по щекам скатываются горькие слёзы. Она, словно сдаваясь, медленно опускает голову, смотря себе под ноги. Картина перед глазами моментально становится расплывчатой, и Микаса жмурится, подавляя в себе крайне огромное желание просто разрыдаться. Дыхание сбивается, кислорода недостаточно и становится слышен первый всхлип. Полный горечи, полный тех негативных эмоций и крайне ужасных чувств, что Микаса подавляла в себе. Она на ощупь находит раковину и упёршись в неё руками, смотрит также вниз, продолжая реветь. Изредка она старается как можно глубже вдохнуть, чтобы последующие несколько секунд безостановочно выливать весь тяжелый, до ужаса огромный, груз с души. Она не слышит, как дверь аккуратно приоткрывается, как в ванную комнату проходит человек и как он медленно шагает к ней, становясь рядом. Микаса лишь через некоторое время замечает чьи-то ноги по правую сторону от неё. Она всем сердцем не хочет поднимать взгляд, замолкает, с трудом не издавая ни звука, но прекрасно узнаёт пришедшего. Микаса почему-то вздрагивает, когда чувствует, как её осторожно обнимают и прижимают к себе. В этих прикосновениях она ощущает лишь ласку, заботу, а в глубине души чудесное чувство — доверие. Когда её бережно прижимают к себе, аккуратно гладят по голове, Микаса сама понимает, что уже не выдерживает и начинает рыдать навзрыд, уткнувшись в плечо Ханджи. Аккерман крепко обнимает её, словно боясь потерять тётю. Безусловно, так и есть, она не выдержит, потеряв еще одного дорогого человека. — Тш-ш, Микаса, милая, — Ханджи нашёптывает племяннице на ухо успокаивающие слова, продолжая нежно поглаживать её по голове. Через некоторое время они стоят уже в тишине. Микаса ощущает себя опустошённой, но в тоже время прекрасно понимает, что это в какой-то степени лучше, нежели те негативные чувства, переполняющие её с ног до головы. Аккерман всем сердцем не хочет разрывать столь тёплые, греющие душу, объятия с Ханджи, но через силу делает это. — Спасибо, — Тихо произносит Микаса и отводит взгляд, — И извини, что задерживаю тебя, — Дополняет она. От таких слов Ханджи моментально изменяется в лице. — Люблю тебя и не хочу, чтобы ты что страдала. Не смей извиняться, мне никогда не жаль времени на тебя, — Эмоционально произносит Зоэ, стараясь действительно показать то, как дорога ей Микаса. Ханджи волновалась, находясь прямо сейчас с такой племянницей. Само собой, бывали моменты, когда Микаса грустила, обращалась к тёте за советами, но такой выплеск эмоций был чем-то безумно неожиданным. Но Зоэ твердила, что обязана помочь ей чем сможет. — Я тоже тебя люблю, Ханджи, — Микаса кивнула, все еще не поднимая взгляда на Зоэ, — Я думаю, что мне стоит побыть одной. Спасибо тебе, — Она глубоко вдохнула. — Без проблем, если что обращайся. Я всегда открыта для тебя и готова помочь, — Улыбнулась Ханджи и не отчаилась, что Микаса все равно не посмотрит. Она поймёт по интонации. Зато, Зоэ увидела, как приподнялись уголки губ племянницы.

***

Эрен, открыв глаза, первым делом увидел Микасу, сидящую на своей кровати. Та облокотилась на стену, смотря в невидимую точку перед собой. По задумчивому, слегка напряженному лицу Аккерман, было видно, что она о чём-то бурно размышляет. Йегер не хотел мешать ей, продолжая неподвижно лежать на кровати и рассматривать сестру. — Эрен, — Парень вздрогнул от неожиданности. — Что? — Как ни в чём не бывало, спросил Йегер, в поддельном недоумении хлопая ресницами. — Еще чуть-чуть и своим взглядом ты бы прожёг во мне дыру, — Микаса посмотрела на Эрена, но в её взгляде не было ни капли злости, — Нам стоит пойти позавтракать. — Да, но.. — Не успел он договорить, как Микаса, словно прочитав его мысли, перебила. — Я покажу где ванная. За мной, — Она встаёт и жестом приглашает Эрена последовать за собой. Ему не остаётся ничего, как послушно пойти за Микасой. Сейчас Йегер ощущал себя в несколько раз лучше, нежели в предыдущие дни. Как предположил он сам — это после приятного разговора за ужином. И еще хорошее настроение нагоняло отсутствие кошмаров, которые вполне могли сегодня присниться Эрену. — Спасибо, — Потянувшись, поблагодарил Микасу Эрен и прошел в ванную комнату. Та ничего не ответила, молча кивнула и удалилась. После прохладного душа ощущения были куда лучше: усталость сменила бодрость, сна не было ни в одном глазу, и Эрен был определённо готов заняться чем-нибудь полезным. Конечно, сначала стоило бы позавтракать. Эрен, посмотрев на своё отражение, отметил, что выглядит получше, нежели вчера. Как минимум, похож на живого человека.

***

На кухне Эрена встретили приветливые, добрые взгляды. В их числе была и Ханджи, которая мило улыбнулась племяннику, приглашая за стол. Людей здесь было в немного меньше, нежели вчера вечером, но это не смутило Эрена, ибо он прекрасно понимал, что у всех есть личные дела, возможно у кого-то какие поручения, работа и все в этом духе. Не важно количество, важно то, насколько приятны люди сами по себе. Эрен был рад, что сейчас, за завтраком, он будет находится в небольшой, но комфортной компании из Ханджи, Микасы, Саши, Конни и Армина. Хотя, несмотря на это, Йегер все ещё прекрасно ощущал лёгкое волнение и ничего не мог с этим сделать, понимая, что подобные чувства из-за столь резкой смены обстановки. — Эрен, доброе утро! — Саша лучезарно улыбнулась, — Ты что будешь? Смотри, я могу вновь сделать самые лучшие бутерброды на свете, только не такие, как тогда. Наоборот, еще круче! Либо можешь сделать хлопья с молоком, думаю, что Хистория не будет против, — Она тут же сменила выражение лица на более серьёзное и задумчивое. Эрен прослушал практически всё, услышал лишь «хлопья», «бутерброды» и что-то про Хисторию из всего, что протараторила Саша, приковав своё внимание лишь на энергичность и позитив девушки. Подобное поведение человека было для него крайне непривычным, честно, Йегер привык к полной противоположности Саши — Микасе. Нельзя сказать, что ему не нравилась компания Браус, наоборот ему было комфортно с ней, но её манера общения удивляла. — Сделаю себе хлопья, пожалуй, — Тяжело вздохнув, произнёс Эрен. Он направился в сторону холодильника. Открыв его, Йегер еще несколько секунд туда-сюда метал взгляд, старательно пытаясь найти молоко. К счастью, он обнаружил его на верхней полке. Поставив бутылку на стол, Эрен, хмурясь, прошёлся взглядом по огромному количеству кухонных шкафчиков. — Хлопья вон там, — Саша направила указательный палец в сторону верхних шкафчиков. Эрен растерянно посмотрел на неё, и Браус поняла всё по его взгляду. — Саша, кто так показывает вообще, — Конни — парень, с которым вчера практически больше всего общался Эрен, наигранно покачал головой, спрятав лицо в ладонях. — Я, именно я, — Она усмехнулась и, подойдя ближе к Эрену, достала из шкафчика перед ним пачку открытых хлопьев. — Спасибо. Далее последовали самые обычные действия готовки завтрака: достать посуду, высыпать хлопья, залить молоком, перемешать. За трапезой Эрен размышлял о сегодняшнем дне. Он не мог точно представить, что сегодня ему требуется сделать, но пара мыслей всё же мелькали в голове, в основном о тренировке. Желание достичь главной цели было жутко огромным, переполняло с ног до головы, заставляя кровь словно кипеть. И Эрен думал в ключе: чем раньше — тем лучше и быстрее. Но, помимо этого, он не понимал, что будет делать, когда найдёт убийц и отомстит. А получится ли вообще? Невольно в голове всплыла мысль, что не стоило вообще об этом задумываться именно сейчас, теперь эти надоедливые размышления будут терзать сознание целый день, а то и, к сожалению, ночь. Эрен тяжело вздохнул, прикрыв глаза. Микаса, оторвавшись от диалога с Армином, бросила взгляд в сторону Йегера. — Всё в порядке, Эрен? — Обеспокоенно спросила Аккерман. — Да, — Коротко ответил он, отнёс посуду в раковину и направился в сторону гостиной. Эрен вспомнил вопрос переживающей за него Микасы, мысленно ругая себя за избегание проблем. Остановившись около выхода из кухни, он обернулся в сторону стола, где Микаса и Ханджи о чем-то спокойно беседовали. Эрен пристально глядел на сестру, в попытках выбрать: попросить помощи или нет. Порой он задумывался о том, что вечно полагаться на Микасу неправильно, особенно для него, довольно самостоятельного и взрослого парня. И сейчас, словно назло, эти ужасные мысли терзали душу, не давая сдвинуться ни на шаг. Эрен моментально перестал чувствовать себя хорошо. Крепко сжав руки в кулаки, он запрокинул голову и глубоко вдохнул, стараясь успокоиться и отогнать как можно дальше эти глупые, но невероятно унижающие мысли. Йегер на миг почувствовал себя слабаком. — Черт, — Прошипел он, резко разворачиваясь и шагая в сторону лестницы. Эрен сам для себя решил, что он никогда не сможет достичь своей цели, если вечно будет просить помощи у Микасы. Желание стать полностью самостоятельным вдруг переместилось, заняв место повыше и, заполнив все сознание. Эрен не мог идти спокойно, он чуть ли не летел по пути к кабинету Ривая. Он сам чувствовал злость, мгновенно зародившуюся где-то глубоко в душе, но крайне хорошо ощутимую: брови сведены к переносице, губы сжаты в две параллельной полоски, дыхание сбилось, став более тяжелее и громче. Перед огромной дверью Йегер остановился в попытках унять в себе внезапный гнев. Стук в дверь, который случайно получился громче и настойчивее, нежели обычно. — Командир Ривай? Могу зайти? — Пробормотал Эрен, приоткрыв дверь. — Зайди, — Не отрываясь от подписания каких-то бумаг, безразлично произнес Леви. Эрен предположил, что пришёл не очень вовремя, но уйти он попросту не имел возможности. Находиться в такой напряжённой обстановке было крайне неудобно и неловко, особенно наедине, без близкого человека рядом. И за подобные мысли Эрен вновь ругает себя, чувствуя укол волнения в груди. Мотнув головой, он закрывает дверь и проходит вперёд, садится на привычный стул, думая как и о чём начать говорить. Йегер метает взгляд по комнате, думает, что это чем-то поможет, но, к сожалению, подобные действия напрасны. Эрен сам чувствует растерянность, невольно начинает стучать пальцами по колену, зная, что так он делает, когда очень волнуется, либо в замешательстве. — Я слушаю. Что ты хотел? — Теперь Ривай отодвигает все свои бумаги, кладёт ручку рядом и отдаёт все свое внимание Эрену. Леви облокачивается на спинку стула, закидывая ногу на ногу, выглядит это, по мнению Эрена, довольно грозно. В лице тот не изменяется, держит привычное серьёзное, для кого-то мрачное, выражение. — Я хотел спросить насчёт тренировок, — Эрен один за другим бросает короткие взгляды на Ривая. Наступает тишина, командир продолжает неотрывно смотреть на Йегера, прожигая в нём дыру. Эрен думает, что сказанное им некорректно, — Точнее, когда они будут? — Тебе уже не терпится? — Леви изогнул бровь. Похоже на насмешку, но Йегер про себя отмечает, что командир полностью прав. — Да, я правда хочу. — Сегодня. После сказанного, Эрен полностью останавливает свой, в миг изменившийся, взгляд на Ривае. Брови приподнялись, глаза расширились и Йегер понимал, что ему никак не скрыть свое удивление. Честно, он не ожидал такого ответа, причём крайне твердого и уверенного. Не такого, чтобы Эрен просто угомонился и спокойно сидел на месте, ожидая, что всё придет само, а действительно правдивого и решительного. Он сам не заметил, как на лице нарисовалась слабая, но прекрасно заметная, улыбка. Ривай, в свою очередь, продолжал безэмоционально, пристально глядеть на Йегера. — Можно еще вопрос, командир? — Нарушил молчание Эрен. — Спрашивай. — А вы можете хотя бы примерно сказать, кто будет обучать меня? — Это действительно интересовало Йегера. Он был бы рад, будь это тот же Эрвин. — Я, — Не задумываясь, уверенно произнес Леви. Эрен ожидал абсолютно любого ответа, но подобного никак нет. Он застыл на месте, неотрывно глядя на Ривая. Рот слегка приоткрылся от шока и буйных чувств, переполняющих Йегера. В мыслях, одна за другой всплывали различные картины предстоящих тренировок, и от волнения вперемешку со страхом сердце забилось в несколько раз быстрее. Эрен прекрасно понимал, что командир крайне строг и, вероятнее всего, занятия будут жутко тяжелыми, а сам Ривай будет выжимать из парня абсолютно все силы, заставляя выполнять различные упражнения как можно лучше. Йегер предполагал, что нагрузка может оказаться тяжелее в несколько раз, чем хотелось бы ему самому. Но в то же время, в самой глубине души, Эрен был благодарен. Благодарен, ведь такие стойкие и строгие люди, как Ривай, смогут сделать из него физически сильного и отлично подготовленного человека. — Спасибо, командир Ривай, — Эрен кивнул, собираясь покинуть кабинет. — Стоять, — Бросил Леви, когда Йегер уже собрался открыть дверь. Парень резко обернулся, испугавшись такого приказного тона. Но он послушно остановился, в недоумении глядя на командира. — Сегодня ближе к вечеру, вместе с Микасой, — Дождавшись кивка Эрена, Леви продолжил, — Иди. И Йегер пулей вылетел из кабинета. Огромная буря чувств переполняла его: и радость, и гордость, и, постепенно уходящее, волнение. По дороге Эрен прокручивал в голове сказанное командиром, постоянно меняясь в лице: то нелепо улыбался, то удивленно вскидывал брови, то хмурился и задумчиво глядел в пол. Йегер, еще находясь в кабинете, сам прекрасно осознал, что выглядел невероятно глупо и, вероятнее всего, Ривай отлично заметил, как он испугался, словно маленький ребёнок. Но в столь волнующий момент это не было самым важным для Эрена, так что, к счастью, он отпустил подобные мысли так же быстро, как и поймал.

***

Время шло очень медленно, и порой, Эрену казалось, что он попросту не доживёт до обещанного вечера. Он первым делом поделился новостью с Микасой, выплеснув практически все эмоции и чувства, что были на душе. Безусловно, после этого Эрен ощущал себя намного лучше и легче, нежели до этого. Но стоило ему вспомнить о тренировке, сердце начинало стучать в несколько раз быстрее, а кровь в жилах закипала. И он не понимал почему он боится, почему настолько переживает. Микаса была удивлена, увидев такого распереживающегося Йегера, всё оставшееся время бросала на него обеспокоенные, порой недоверчивые взгляды. Громкий и настойчивый стук в дверь комнаты прервал эту комнатную тишину. В тот же момент она открылась, в проёме показался Ривай. Только уже не в том привычном строгом деловом костюме, а в тёмной майке с оголёнными плечами и в спортивных штанах. В такой одежде Эрен мог прекрасно разглядеть его мускулы: накаченные мышцы и слегка проступающие вены. Безусловно, Йегер понимал, что Ривай, попросту потому что он командир столь опасной группировки, будет в прекрасной физической форме. Но не скрыть тех чувств, того яркого удивления, что сейчас испытал Эрен. Желание добиться такого же успеха мгновенно возросло в разы. — Переоденетесь в удобную форму и идите на задний двор, — Леви облокотился на дверной косяк, бросая вопрошающий взгляд то на Микасу, то на Эрена, — Ясно? — Да, — Одновременно ответили подростки. Ривай кивнул и удалился, не забыв закрыть за собой дверь. Хлопок, и в комнате снова повисла абсолютная тишина. Давящая, до ужаса нелюбимая Эреном, тишина. Он, напоследок глянув на Микасу, направился в сторону шкафа, перебирая стопки сложенной одежды, в надежде найти что-то более-менее спортивное и удобное. К огромному счастью, практически в самом низу, под всеми вещами, Эрен обнаружил красную, ближе к бордовому цвету, майку, а там рядом лежали сложенные чёрные штаны, которые, как посчитал Йегер, отлично подходили. Не жмут, не через чур длинные, не короткие, — в самый раз. Погода сегодня была крайне тёплая, даже жаркая: солнце пекло во всю и обжигало все подряд своими горячими лучами. Как предположила Микаса, на улице было не ниже плюс двадцати. Застать такое в апреле было невероятной редкостью, но сейчас подобная погода даже к лучшему. Микаса переоделась вслед за Эреном, надев спортивный серый топ вместе со штанами, и оба направились в указанное место. По пути быстро перекинулись парой слов с некоторыми людьми, которых встретили, стараясь не выглядеть так взволнованно. Если быть точнее — пытался именно Эрен, а Микаса, как и обычно, сохраняла невозмутимое выражение лица, но сама она чувствовала, как эмоции зашкаливают, переполняют с ног до головы. Неизвестность, восторг, волнение — всё, абсолютно. — Долго вы, — Ривай встретил их холодным, презирающим взглядом. Но всё внимание Эрена переключилось именно на то, что находилось за домом: множество различных турников, пара боксёрских груш, несколько каких-то перекладин, как назвал эти неизвестные сооружения Йегер, и несколько свёрнутых матов, лежащих около дома на газоне. Еще один был около одного из турников. Сама спортивная площадка располагалась на специальном покрытии. Благодаря крыше дома, задний двор наполовину находился в тени, что крайне радовало. Но, несмотря на это, высокая температура здорово ощущалась на теле. Эрен понял, что после тренировки его можно будет выжимать, как мокрую тряпку. Сам Ривай стоял, облокотившись на один из турников, и, сложа руки на груди в замок. Не обошлось без того испытующего взгляда, ощущаемого, как огромный и тяжелый груз, который, как бы не хотелось, никак не сбросишь. Командир, дождавшись, когда две пары ошеломлённых глаз прекратят рассматривать всё подряд и устремят свой взгляд на него, начал говорить: — Начнём с разминки, — Ривай подошёл ближе к подросткам. Троица встала напротив друг друга, образовав тем самым некий треугольник. Не происходило ничего примечательного, Леви показывал различные упражнения, иногда выкидывая пару слов и рекомендаций о правильном выполнении, а Микаса с Эреном повторяли за ним. Йегер чувствовал, как начинает ощущать себя лучше, как мышцы постепенно разогреваются, что очень приятно и крайне расслабляет. Иногда мельком поглядывал на Микасу, мысленно интересуясь её состоянием. Он предполагал, что для неё тренировки будут легче из-за регулярных занятий спортом, несмотря на то, что это было в прошлом. Даже сейчас, посмотрев на Микасу, можно было сказать, что девушка в замечательной форме: руки не слабые, стоит ей напрячься, как бицепсы становится отчётливо видно. Аккерман иногда сама занималась дома, что доказывали её очаровательные шесть кубиков пресса, да, не слишком рельефные, но вполне заметные. Эрен восхищался своей сестрой. — Достаточно, — Ривай глубоко вдохнул, — Сейчас научу вас нескольким приёмам, а после выполните физические упражнения со снарядами и будете свободны. Оба кивнули, ожидая дальнейших указаний от командира. Леви принёс небольшой черный мат, до этого свёрнутый в трубочку около турника и, расправив, положил перед Микасой и Эреном. — Первый приём называется броском через бедро вперёд. Слышал кто-нибудь об этом? — Ривай вопросительно изогнул бровь. — Я знаю про него, — Кивнула Микаса, глядя на командира. Для Эрена название прозвучало знакомо, и он попытался вспомнить каким приёмам обучала его сестра, ибо что-то похожее там явно было. Он бросил взгляд на Микасу, которая, в свою очередь, спокойно смотрела на Ривая. Ничего, к сожалению, не вспомнилось. — Сможешь ли показать на мне? — Леви прищурился, но Микаса продолжала пристально глядеть на него. — Да, — Несколько секунд тишины и наконец её короткий, но уверенный ответ. Ривай еле заметно кивнул, встал перед матом, взглядом приглашая Микасу встать перед ним. Та, всё поняв, шагнула вперёд, повернулась спиной к командиру. Эрен внимательно наблюдал за обоими, про себя отметив, что Аккерман слегка насторожилась. Микаса расправила плечи, выпрямила спину, смотря прямо перед собой, и, ожидая дальнейших действиях от Ривая. Тот, спустя пару секунд, несильно обхватил одной рукой шею Микасы, собираясь схватить ладонь этой же руки бицепсом другой. Но девушка, отлично среагировав, быстро схватила запястье свободной руки командира и, потянув, не без труда бросила его через корпус, к счастью, попадая прямо на мат. Эрен всё это время завороженно глядел на свою сестру, не издав ни звука, но мысленно крича от гордости. Она действительно была сильна. — Хорошо, — Встав, похвалил Микасу Ривай. Та ничего не ответила, лишь кивнула, слабо улыбнувшись, — Объясняю теперь тебе, Эрен.. — Йегер мгновенно сосредоточился, внимательно слушая командира.

***

Через примерно сорок минут, Эрен с Микасой усвоили для себя не менее пяти различных приёмов по самообороне и нападении. Йегеру даже удалось попрактиковаться с самим Риваем, что было чем-то невероятно замечательным для него. Особенно Эрен был невероятно рад, когда командир похвалил его, сказав, что у него неплохо получается. Это не «отлично» и даже не «хорошо», но Йегер всё равно был крайне доволен собой, хоть и порой у него не получалось словить новую информацию с первого раза. И он смог ощутить то прекрасное, долгожданное чувство надежды. Самой настоящей и душевной. — На сегодня с этим закончим, сейчас выполните физическую подготовку и будете свободны, — Вытерев пот со лба, произнёс Леви, — За мной. Подростки послушно прошли за Риваем, как оказалось, именно к той неизвестной двери, что так и манила заглянуть туда, детально рассмотрев все предметы. Пошарив в кармане штанов, он достал связку ключей, один из которых использовал для открытия прохода. В комнате было ужасно темно, солнце было совсем на другой стороне за домом, и разглядеть что-либо было практически невозможно. Ривай без опаски прошел внутрь, протянул руку налево и, нащупав включатель света, нажал на кнопку. Моментально комнату осветило несколько вставных в потолок круглых, ярких лампочек. В помещении находилось множество различных коробок, некоторые были даже открыты, и Эрен заметил там гири вместе с гантелями. Помимо этого, вдоль правой стены тянулось несколько полок, на которых находились самые разные предметы из спортивного инвентаря: боксёрские перчатки, опять же гири и гантели, только меньше размером, скакалки и много-много всего. Эрен изменился в лице, оглядывая помещение с распахнутыми от удивления глазами. От столь занимательного дела Йегера отвлекла Микаса, потянувшая его за собой. Эрен мотнул головой, не поняв куда ведет его сестра, но заметил идущего впереди Ривая. Он тихо вздохнул, стараясь сосредоточиться и отбросить ненужные мысли. — Микаса, — Разбавил тишину своим низким голосом командир. Тот протянул ей две небольших гантели. Аккерман попробовала несколько раз согнуть руку с грузом, что ей удалось сделать. Безусловно, не было слишком легко, но и сложно тоже нет — золотая середина. — Эрен, — Теперь Ривай дал две гантели Йегеру. Тот без особого труда взял их в руки. Командир, взяв и груз себе, кивком пригласил следовать вновь за ним. Втроём они вновь оказались на улице, что было буквально облегчением. В том замкнутом помещении было катастрофически душно, а оказаться на свежем воздухе — невероятное облегчение. — Начнем с самого простого, подъемы гантелей на бицепс, — Расправив плечи, начал Ривай, — Ладони наружу, гантелями почти касаться плеч. Руки полностью не разгибать, лишние травмы никому не нужны, — Дополнил он. Леви, в первую очередь, показал технику упражнения. Поставив ноги примерно на ширине плеч и выпрямив спину, Ривай крепче взял гантели, как ранее сказал сам, повернул руки ладонями вверх и согнул руки в локтях. Эрен сам не понимал, наблюдает он за рекомендацией по выполнению упражнения или откровенно рассматривает очаровательные руки командира. То, как они напрягаются при поднятии снаряда, как становятся более отчётливее видны мышцы, какой крепкой, мужественной хваткой он держит гантели. — Два подхода по двадцать раз, — Ривай оглядел обоих, прищурился, зациклив внимание на Эрене, который был сейчас словно в своём отдельном мире. К счастью, Йегер быстро ощутил на себе прожигающий взгляд, тут же пару раз кивая и стараясь вспомнить что именно говорил и показывал командир. В мыслях всплыли картинки, и Эрен облегчённо выдохнул, благодаря самого себя, что не прослушал абсолютно всё. Леви, отложив гантели, присел на один из турников, иногда поглядывая на подростков. Из кармана достал слегка помятую пачку сигарет и зажигалку. Эрен толком не смотрел на командира, стараясь сосредоточиться лишь на правильной технике выполнения упражнения. Он обратил внимание на Ривая, лишь услышав звук чирканья зажигалки. Тот, упёршись локтями в колени, поднес зажатую между указательным и средним пальцем сигарету и глубоко затянулся, продолжая время от времени поглядывать на Микасу и Эрена. Сделав еще множество различных упражнений с гантелями и без, Йегер почувствовал, как постепенно приятные ощущения сменяют не самые лучшие: мышцы напряжены, кислорода поступает словно в пару раз меньше, из-за чего дыхание учащается, становится намного жарче, внутри всё словно закипает. Лоб уже довольно влажный, пот: капля за каплей стекал по лицу, неприятно переходя на шею. Но Эрен ещё был готов заниматься и усовершенствоваться, несмотря на тянущие мышцы и жуткую жару. — Тренировка окончена, — Разминая руки, произнёс Ривай. Эрен, положив гантели, плюхнулся на лавочку, глубоко вдыхая. Микаса присела рядом с ним и, открыв бутылку воды, жадно припала к горлышку, глотая прохладную жидкость. Оба жутко устали, вспотели и чувствовали себя намного хуже. Но, несмотря на сильную утомлённость, Микаса и Эрен были довольны собой. Особенно Йегер невероятно рад, что смог выложиться по полной. И он понимал, что если устал — значит отлично старался, и даже в такой момент это давало мотивации и желания продвигаться лишь вперёд. — Снаряды на склад и можете идти, — Бросил Ривай и, встав, направился в сторону указанного места.

***

Тренировка, душ, перекус и, наконец, отдых. И Эрен, и Микаса ощущали себя до ужаса вымотанными. Но, самое главное — они сделали это и должны продолжать, ни за что не забрасывая тренировки. Как минимум, это усовершенствование самого себя и стремление к поставленной цели. Это то, что направит их на путь, ради которого они здесь. На улице уже заметно стемнело. Эрен с Микасой в гробовой тишине, каждый думая о своём, лежали на кроватях в комнате. Блаженство — мягкая постель после тяжёлого дня. Как заметил Йегер, тренировка помогла выплеснуть негативные эмоции. Он не чувствовал никакой тревоги, особой печали, мысли были забиты лишь положительными вещами, а сам он был полностью расслаблен. Причин для волнения толком не было, Эрен, спустя долгое время, смог собрать мысли в единую кучу, думая лишь о том, о чём хочется самому. Услышав стук в дверь, он, от неожиданности, вздрогнул, поднимая взгляд. — Микаса? Эрен? — Ханджи аккуратно приоткрыла дверь, оглядывая её, — Не помешаю? — Нет, проходи, — Честно ответил Йегер. Компания тёти всегда была приятна. Та очаровательно улыбнулась, проходя в комнату. В руках у неё находился небольшого размера бутылёк с какой-то очень густой жидкостью. Эрену стало мгновенно интересно что же это такое, но Ханджи словно прочла его мысли. — Я принесла мазь, — Она поставила сосуд на тумбочку, — Завтра у вас, вероятнее всего, будут болеть мышцы. Чтобы не было сильной боли, помажьте ею ноги и руки перед сном. Завтра тоже советую, — Зоэ, как и всегда, переживала за состояние племенников. — Спасибо огромное, Ханджи, — Микаса слабо улыбнулась. — Да, спасибо тебе, — Добавил Эрен.