Кошкин Дом

***

      Работа в поле может сильно изменить любого человека, даже самого сильного. Агент Ли знал это, пожалуй, лучше других.       Это все мог быть чистый адреналин. Фактически — их первый совместный выход в поле, проникновение под прикрытием, побег, и просто слишком много для человека неподготовленного, того, который привык только к учебным тренажерам. Там ведь все не взаправду. Как игра.       — Что я опять здесь делаю?       Он не стал сильно наседать на своего напарника после того, что произошло. Но на всякий случай еще раз проверил его экзаменационные листы — никакой психической нестабильности там отмечено не было. Агент Ли не любил спешить с выводами — это просто был не его стиль. Лишние нервы он тратить тоже не любил, а потому для начала позвал агента Хана на встречу с глазу на глаз в одном из тренировочных тиров агентства. Ему не нужны были лишние уши.       — Хотел увидеть воочию твои потрясающие навыки.       Джисон пришел поздно вечером. Он все еще по пол дня просиживал в отделе разработок. Не потому что он был так уж незаменим, но потому, что сидеть напротив молчаливого, отталкивающего его всем своим видом агента Ли целый день — было просто-таки напросто невыносимо.       — Неужели? А мне вот почему-то кажется, что тебе просто делать нечего. А у меня, знаешь ли, свои дела есть.       — Ну же, агент Хан, неужели Вам не хочется показать мне на что Вы способны.       — Вам, агент Ли, лично мне показывать нечего. То, что произошло — случайность. Ты сам это утверждал перед Чаном.       — Очевидно, как и то, что ты знал, в кого стреляешь.       Тяжелый рюкзак с металлическим стуком свалился на пол. Помимо задания, агентом Ли руководило теперь любопытство — это был чисто азартный интерес. Его чересчур громкое заявление о том, что Джисон отвалится от него уже через неделю — теперь не имело никакой силы. Даже если бы он собрался уходить, Ли не отпустил бы его — продолжил бы следить.       — Чего ты хочешь? — устало проговорил Джисон, — Чтобы я пострелял? То ты отбираешь у меня пистолет, то просишь пострелять для тебя. Хорошо. Пожалуйста. Только не приставай ты ко мне с такими глупостями.       Ли неопределенно кивнул и внимательно наблюдал за тем, как Джисон с тяжелым вздохом берет со стойки пистолет, как надевает наушники, и, к большому его удивлению, снова поворачивается к нему лицом. Он не смотрел на мишень — для него в этом для него не было никакой нужды. Он смотрел Ли прямо в глаза, как тогда, в переулке, в глаза того парня, которого он пристрелил даже не задумываясь.       И в этот момент Ли почувствовал что-то неопределенное. Опыта у него было достаточно — он много чего успел повидать, интуиция редко его подводила — и это точно было похоже на предчувствие. Предчувствие надвигающейся беды.       Джисон, не промахиваясь, не отводя глаз, раз за разом бил прямо в мишень, пока патронов больше не осталось. Магазин с глухим стуком грохнулся со стойки на пол.       — Ну? Теперь ты доволен? — спросил Джисон, опуская пистолет. Он перемахнул через стойку и направился к дальней стене зала. Черный круг мишени был испещрен маленькими сквозными отверстиями. Больше всего — в самом центре, — Веришь теперь, что я не списывал на экзамене?       Ли был более чем доволен.       — Впечатляюще, — ухмыльнулся он, даже не вставая со своего места. Джисон сорвал использованную мишень и кинул ему под ноги. Он подхватил свой рюкзак с пола и ткнул пальцем в Ли.       — В агентстве свет включается в шесть. Сейчас — я иду домой. И я очень надеюсь, что до утра ты найдешь, чем себя занять.       Агент Ли улыбнулся.       — За такое представление не грех и поработать.       Джисон закатил глаза, цокнул языком раздраженно, и задумчивое: «Доброй ночи», потонуло в тяжелом лязге захлопнувшейся металлической двери.       Ли медленно встал, подошел к стойке, взял в руки оставленный Джисоном пистолет, взял пару отпечатков пальцев, еще один магазин с полки, стал напротив нетронутой мишени и прицелился.       Все это не давало ему покоя.       Отрицать навыки Джисона, его подготовку — не было никакого смысла, как и то, что основания для серьезных подозрений — не было никаких. И тем не менее, агент Ли решил не предпринимать каких-то серьезных действий. По крайней мере пока что.       Пока что, он решил просто понаблюдать.       Проследить за Джисоном так, чтобы он ничего не заподозрил — не составило большого труда — парень вообще редко когда по сторонам смотрел, вечно витая где-то в облаках. Так что к концу недели агент Ли уже досконально знал его путь от агентства до казенной квартиры, знал его привычку переходить на светофоре, наступая только на белые полосы пешеходного перехода, и любимые забегаловки по пути, но так и не заметил ничего подозрительного в его поведении. Возможно, конечно, он все это делал в пол силы.       И только в день, который у обычных людей в календаре значился, как выходной, Джисон сбился со своего обычного маршрута. Агент Ли, следовавший за ним на машине, очутился вдруг не у ночного клуба, и не у жилой многоэтажки, где мог жить кто-то из друзей, но у старого спортивного центра, стоявшего на своем месте столько, сколько Ли себя помнил. В окрестностях его не было ничего примечательного — ни торговых центров, ни даже самых задрипанных кафешек, которые могли бы привлечь внимание такого молодого парня, как Джисон. Да и сам спортивный центр, судя по объявлению на воротах, был закрыт на реставрацию.       И тем не менее, на втором этаже горел свет, а дверь черного хода, при первом же рассмотрении, оказалась не заперта.       Ли не стал брать с собой пистолет — не посчитал нужным. Через гору стройматериалов, по следам на просыпанной штукатурке, он бесшумно поднялся по лестнице и пошел на свет. Картина, открывшаяся перед ним в просторном холле оправдывала, пожалуй, его самые худшие его ожидания.       — И чем это мы тут занимаемся?       Он слышал голоса — ему казалось, что он даже слышит голос Джисона. Но человек, привязанный к пластиковому стулу посреди провонявшей хлоркой кафельной чистоты на Джисона даже отдаленно похож не был. Но у него лицо было разбито в кровь, один глаз заплыл, а куртка была вся в грязи.       — Ну что ты тут делаешь? — вздохнул Джисон. Он стоял спиной к дверям, и кажется, совсем не удивился знакомому голосу, возясь с чем-то на столе, — Ты можешь оставить меня в покое хотя бы на один вечер?       — Что ты, я тебя даже в твоих снах никогда не оставлю, — агент Ли медленно шагнул за порог. Парень на стуле заорал что-то нечленораздельное, — Что происходит?       — Ничего такого, о чем тебе бы стоило беспокоиться. Тем более — всюду ездить за мной по пятам.       Выходит, Джисон знал. Знал прекрасно, что его вели каждый вечер. Он мог запросто отвлечь внимание Ли. Например, от того, что теперь перед ним на столе стояла, явно стащенная из подсобки, бадья хлорки, и еще каки-то примочки, стащенные если не из Отдела Разработок, то из ближайшей аптеки — точно. По крайней мере, агент Ли точно видел там шприц.       — Эй, парень! Эй, помоги мне, а? Он — он сумасшедший! Я ничего ему не сделал, клянусь!!!       — Закрой пасть! — рявкнул Джисон, тут же впериваясь в Ли злобным прищуром, — Почему бы тебе просто не уйти?       — Джисон, когда ты пристрелил того парня в переулке — я не стал спрашивать, подумал, что у тебя просто рефлексы сработали — первый раз, у каждого может случиться. Но на твое счастье — и на мою голову — Йенни раскопал на него достаточно. Но это… Джисон, это уже слишком.       — Свали — я тебя по-хорошему прошу.       И что-то в глазах его напарника подсказало Ли, если что — по-плохому будет действительно по-плохому. Хорошо, что его это ни капельки не пугало. Джисон раздраженно вздохнул, вытащил из-за пояса пистолет и отвернулся от Ли, вытягивая руку так, чтобы дуло было направленно ровно в чужой лоб. Парень на стуле задергался и завыл.       — Я не намерен упрашивать тебя. Хочешь — оставайся и смотри.       Но Лино обошел его, встал, закрывая цель Джисона собой.       — Джисон, остановись.       Если бы Джисона не сжирала изнутри жгучая ненависть, он бы, наверное, обратил внимание, что того агента Ли, которого он знал, который спускался к нему на этаж по делу и без, который хохмил на каждое слово — больше не было. Ни намека на ухмылочку, ни озорного блеска в глазах. Перед ним стоял, пожалуй, тот, о ком все говорили, тот самый — лучший из лучших.       — Если бы я знал, что ты будешь так распоряжаться своим табельным оружием, я бы попросил, чтобы тебе его не выдавали.       — Да уйди же ты с дороги, мать твою!       Но пока агент Ли пытался, шаг за шагом, успокоить Джисона хотя бы немного, образумить его, пленник сумел выпутаться. Джисон явно не был спецом в таких делах — веревка была на крюках, снятая со связки со стройматериалами. Он вскочил, толкнул Ли под ребра на пол и рванул прочь.       — Дьявол!              Джисон бросился за ним. Лино выругался себе под нос и побежал следом. Но не за парнем, а за Джисоном. Чтобы не натворил делов.       — Джисон, стой!       В том спортивном комплексе, как хорошему спортивному комплексу и полагается, был бассейн, находившийся в отдельном крыле, и затянутый на время реставрации тентом. К нему вел длинный коридор, выложенный такой же плиткой, что и весь бассейн — от нее топот ног и выстрелы отражался особенно громко. В зале — темно, только блики воды плясали по потолку и стенам. Там были даже трамплины были для соревнований, со скользкими и узкими лестницами, ведущими к ним.       Джисон не совсем еще спятил и успел затормозить вовремя — схватился за перила и с трудом остановился. Ли не стал карабкаться следом, в этом не было смысла, и с другой стороны бассейна он мог с ужасом смотреть, как беглец оскальзывается на мокром полу и летит вниз со ступеней. Но до воды он так и не долетел — не успел отбежать достаточно, его лицо встретилось с кафельным острым бортиком бассейна.       Все произошло слишком быстро. Короткий вскрик, и по голубой хлорке воды расплывалась темное, бордовое пятно.       Резко стало очень тихо. Агент Ли смотрел через пропасть на обескураженное, освещенное лишь бликами, лицо своего напарника — казалось он не до конца понимал что произошло и как такое вообще могло произойти. Он выглядел потерянным, если не сказать разочарованным. Он смотрел на пистолет в своих руках, как будто не узнавал. Тело внизу медленно покачивалось. Оно не утонуло, так и осталось лежать на брезентовом тенте. Агенту Ли необходимо было оставаться спокойным.       Все резко стало куда серьезнее.       — Агент Хан. Сдайте мне свое оружие.

***

      Никто этого не знал, да никому и не нужно было знать, что у агента Ли в нижнем, запертом на ключ ящике его стола, под пустой деревянной рамкой лежала тонюсенькая папочка всего-навсего о двух листах. На ней не было никаких пометок или обозначений — она была новенькой и чистенькой — только-только из упаковки достали. На самих листах тоже ничего примечательного не было: имя, кое-какие стандартные данные и отличительные приметы, да черно-белая фотография — такая же, как у всех. На втором листе — тоже ничего интересного: года работы и цифры и проценты в таблице, понятные только опытному глазу.       Агент Ли задумчиво крутился на своем стуле в опустевшем офисе. Перед ним на столе лежал пистолет. Чужой пистолет. За блеклыми полосками жалюзи — глубокая ночь. На коленях — раскрытая тонкая картонная папка. В голове — слишком много мыслей.       Агент Ли снова поднял руки и поднес папку к глазам. Он несколько раз пробежался по строчкам таблицы.       — Хан Джисон…       Рядом с фотографией молодого человека в очках и в пиджаке, наспех наброшенном на футболку, рядом с аббревиатурой их агентства простое и короткое:       «Хан Джисон»       «25 лет»       Сначала он думал, что директор просто плохо пошутил над ним. Потом он подумал, что это у Чана отвратительное чувство юмора и они с Саном втихую сговорились. Но это новое задание совместно с Джисоном значительно облегчало повешенную на него слежку, хоть и усложняло жизнь. Он думал, что это все фарс и просто очередная вошь под мантией руководства. Теперь же он и вовсе не знал, что думать.       Он не верил в совпадения.       Он не верил никому, и Джисону — в первую очередь. И все же ему казалось — отчаянно хотелось верить, — что это, если и не ошибка, то не его вина. Говорила ли эта спятившее шестое чувство агента, или же какое-то особое взаимопонимание, которые Ли еще сам не до конца осознал — он не мог сказать.       Но чтобы узнать точнее, ему нужна была помощь.       Папка с громким шлепком опустилась рядом с пистолетом на стол.       — Эй, Йенни!       В динамике прямо в ухо свистел ветер, но тем не менее Ли слышал каждое слово очень отчетливо.       — И тебе не хворать, хен.       — Слушай, я знаю, что начинать просьбу к тебе со слов «можешь ли ты» — чистой воды оскорбление, но все же — мне нужно одного человечка пробить по базе. Сможешь?       — По какой хоть?       — Да по всем.       — О чем речь, босс. Любой каприз за ваши деньги.       I.N. (которой сам же себе это имя выбрал и сам же просил всех, чтобы его так ни в коем случае не называли) был полезен не только тем, что у него были глаза и уши там, где, казалось бы, человеку смертному было бы не достать, но и тем, что он не задавал вопросов, когда надо было что-то сделать. И даже после того, как он это что-то сделает — просто к тому времени он уже будет знать все, что ему нужно, и даже больше.       Одним словом — это был самый надежный человек в агентстве после Чана. Ему можно было доверять — он даже бровью не повел, когда Ли назвал ему имя своего напарника. Чану же агент Ли не рассказал ничего только потому, что тот с самого утра сидел на совещаниях, которые ему, кстати говоря, порядком осточертели. У него и без этих совещаний хватало забот.       — Это по работе.       Тяжелая дверь такого же бежево-кофейного, как и все остальное кругом, конференц-зала открылась, как только в кармане завибрировал телефон, и мужчина в офисном костюме вышел в коридор. Быстрым шагом и — на открытый балкон. Смахнул горевший входящим вызовом экран телефона — успел.       — Слушаю Вас очень внимательно.       — Привет любимый, — Чан вдохнул полной грудью и немного ослабил галстук, — Как ты? Сегодня домой?       — Так точно.       — Тогда тебя там ждет просто куча еды на плите. А, нет, в холодильник тоже загляни — тебе понравится.       — Вас понял четко и ясно, — и Чан воровато оглянулся и шепотом добавил, — Спасибо.       Голос рассмеялся. Только не так звонко и заливисто, как Чан любил, а тихо, стараясь производить как меньше шума.              — Я только из дома — на две смены. Заберешь меня завтра вечером? Не думаю, что буду в состоянии сесть за руль.       — Конечно. То есть — будет сделано. Да.       — Тогда до завтра. Целую.       — Удачи.

***

      Они сидели в машине в полном молчании — ни радио не играло, ни дурацких ютуб-геймплеев Джисона. Утро выдалось синим и туманным — предсказавшее очень скоро вышедшее яркое солнце. Мимо них уже дважды проехала уборочная машина, собирая кучки опавших желтых листьев, сбившихся под бордюрами.       У агента Ли этот Джисон всю ночь из головы не шел. Выражение его лица, когда он смотрел на тех парней, что-то в его глазах было знакомое, что-то очень близкое. Чувство, гложущее Джисона изнутри — то же чувство, гложило однажды самого Ли.       Он вздохнул, по старой привычке грызя ноготь большого пальца.       — Кто это был? Вчера?              — А то ж ты еще не выяснил.       — Представь себе — нет.       — Это не твое дело.       Голос Джисона хриплый — это его первые слова с того момента, как он встал с постели.       — Ну уж нет, дорогой мой, — ухмыльнулся проезжавшей мимо них машине Ли, — Ты сам этого хотел, и — вуаля — теперь мы напарники. Так что теперь это наше дело. Будь добр, поделись.       Джисон правда собирался молчать до того момента, пока их дежурство на сегодня не закончится, но, черт, он открыл для себя, что агент Ли умел доводить людей не только своей непрекращающейся болтовней, но и отточенным тяжелым молчанием.       — Нет, — буркнул Джисон, отвернувшись к своему окну, — Это… так. Пешка.       — Если ты надеешься, что так — что-то изменится, Джисон, то, поверь, ты ошибаешься. Легче не станет.       — Станет.       — Нет, не станет, — повысил голос Ли. Джисон оглянулся на него — холодные глаза были прикованы к выходу из здания, кровь отлила от щек и от сжатых на коже руля пальцах.       — Все равно уже поздно, — все же сказал Джисон. Он никогда не чувствовал потребностью поделиться тем, чем всегда занимался в одиночку, с кем-то еще. Но как уже выяснилось — Ли умел доводить, — И нечего мне нотации читать. Я слишком долго к этому шел.              — И что же ты в таком случае намерен делать? Всех их угостишь стаканчиком хлорки, как ты хотел давеча сделать это со своим милым другом?       — Ты от этой хлорки отцепишься когда-нибудь, или нет? — огрызнулся Джисон.       Но тут агент Ли шикнул на него, и еще до того, как Джисон успел возмутиться — из стеклянных дверей здания, как по команде и точно по часам вышли мужчина и женщина. Мужчина обернулся, кивнул и сел в подъехавшую к широкому крыльцу тонированную машину. Женщина проводила ее глазами, развернулась, и, как и всегда перед тем, как исчезнуть — спокойно пошла вниз по улице.       Но агент Ли вдруг вздрогнул, — на мгновение ему показалось, что холодные глаза взглянули прямо на него. Ледяной коготь цепнул воздух в миллиметре от его лица.       — Идем.       Как и всегда, как каждый Божий день — они вышли из машины и направились по другой стороне улицы. Как и всегда — девушка остановилась у булочной и вошла внутрь. Как и каждый день — агент Ли и Хан перешли дорогу и вошли вслед за ней.       Но на этот раз — она никуда не исчезла. Девушка стояла на кассе и с очаровательной улыбкой выбирала себе десерт.       — И что теперь? — шепнул Джисон       Девушка забрала свой достаточно простой заказ и села за дальним столиком.       — Возьмем кофе.       Если бы Джисон не знал лучшего ответа, он бы сказал, что девушка ждала если не конкретно их, то точно — кого-то. И испортил ли его напарник ее планы на ланч, или нет — его интересовало это в последнюю очередь.       — Здесь не занято?       Девушка подняла взгляд от черного экрана телефона, внимательно оглядела двоих мужчин перед собой и убрала сумочку со столешницы. Агент Ли и Хан придвинули пластиковые стулья к ее столику.       — Надеюсь, мы не помешаем, — Джисон неловко огляделся по сторонам, но на него никто не обратил внимание.       Напряжение тонкой струной натянулось в воздухе, стоило взглядам пересечься. Оно растянулось по углам и между столов, стреножило ноги, паутиной оплело все помещение. Теперь уж Джисон был абсолютно точно уверен, что она ждала именно их, что она заметила их, возможно, еще в самый первый день, что она действительно смотрела. Девушка, не обращая никакого внимания на Джисона, словно его тут и не было, наклонила голову на бок, внимательно рассматривая агента Ли, сидевшего ровно напротив нее через стол.       — У тебя знакомое лицо.       Ли рассматривал ее с ничуть не меньшим интересом.       — Может в метро виделись?       Девушка усмехнулась, все еще не отрывая внимательных глаз от агента, сидевшего напротив нее.       — Может.       За окном, уставленным зелеными цветами — желтый листопад. Красивее снега, красивее дождя, но также недолговечно. Ветер поднялся и тут же стих, собрав дань приближавшейся зиме. Красота ушла, так и оставшись никем не замеченной.       — Ах, но я, кажется, начинаю припоминать.       Лино прищурился. Он невольно наклонился ближе, будто надеясь так услышать и понять больше.       — Как же он звал тебя? Черт, как быстро забываются такие моменты. По-моему, пошлятина та еще, конечно, но для вас двоих это точно что-то, да значило. Но, кажется… что-то вроде «котенка», разве нет?       В уставленном пластиковыми столами, и насквозь пропахшем кофе, помещении раздался грохот упавшего стула. Джисон в испуге поднял глаза на своего напарника и не узнал его вдруг. Вчера — это был лучший агент разведки, которого в агентстве знал каждый. Сегодня — это был просто человек. И этот человек был напуган. Этот человек был в ужасе.       — Ох, ты был таким славным маленьким котенком. Инстинкта самосохранения — напрочь никакого. Вечно ввязывался в то, что не надо. Не мудрено, что расплачиваться приходилось другим. И только посмотри на себя теперь — какой хищный вырос кот.       — Кто ты такая?       — Это было так давно. Как же быстро летит время, уму непостижимо.       — Как тебя зовут?       — Ты знаешь.       — Ты так уверена?       — Ты узнал мое лицо по очень сомнительной плохой фотографии, сделанной с пятисот метров, вот и не можешь осознать, что это действительно — я, — Лино бегал глазами по чужому лицу, пытаясь найти ответ хотя бы в одной черточке, в одной морщинке. Но лицо было гладким, маска — неприступной, а улыбка — холодной как лед, — Ну же, малыш. У тебя же фотографическая память.       — Прекрати.       — Ах, мужчины так ненаблюдательны. Это ничто не изменит. Даже будь он действительно агентом спецразведки — все равно не заметит и крыльев за твоей спиной. Ты ведь не видишь их? Не видишь мои крылья? Не видишь перьев, склеенных воском? — зашептала вдруг девушка, нагнувшись низко над столешницей и смотря на Лино снизу вверх такими глазами, что не грех было бы воспламениться и сгореть на месте, — Еще один взмах, и я — упаду.       — Ты…       Девушка выпрямилась, поправила пиджак на плечах и аккуратно отпила кофе из своего стаканчика. Кажется, она была очень довольна эффектом, который произвели ее слова.       — Ты — Икар.       — Я всегда в тебя верила, — девушка улыбнулась, — Да, но какая же судьба все-таки сука, а? Он гонялся за мной столько лет, а нашел меня в итоге — ты.       Агент Ли оглянулся кругом, поправил галстук и медленно опустился обратно на свое место. Он смог взять себя в руки.       — Но раз ты — здесь, и сидишь с нами за одним столом — значит мне не долго осталось, я прав?       — Ну что ты. Я вовсе не такая кровожадная, какой меня все рисуют.       — Неужели? Верить, знаешь, ли не приходится.       Девушка улыбнулась и снова вперилась своими огненными глазами Лино в душу.       — Но тебе ведь не я нужна. Ты пошел за знакомым лицом — вот и все. Но я — я тебе не нужна.       — Разумеется. Мне нужен твой босс.       — Мой босс, который только что уехал на встречу с поставщиками, или, — и она выразительно изогнула брови, — тот мой босс, который отдает приказы?       — Не ерничай.       — А зачем он тебе?       — Поговорить хочу. По душам.       — Ты же понимаешь, что от твоего ответа сейчас, зависит — дам я вам хоть какую-то информацию или нет.       — Это зависит исключительно от твоего настроения, разве нет?       — Не на этот раз, — усмехнулась девушка и замолчала. Джисону было впору думать, что ей предлагать в обмен на информацию, сколько нулей додумывать и, вообще, не пора ли им уже идти, но тут, внимательно разглядывая черный омут у себя в картонном стаканчике, девушка вдруг медленно проговорила, — Тут банкет собирается быть по случаю одной очень удачной сделки. Может быть, вам там что-то услышать получится. Хотя, кто знает? Может и нет. За стуком фишек — мало что услышишь.       Агент Ли криво усмехнулся.       — Ни за что не поверю в то, что ты отдаешь мне такую информацию за просто так.       Икар поднялась со своего места и сунула руку в рукав пальто.       — Считай, что у нас с тобой тоже очень даже удачная сделка намечается. А это — всего лишь аванс.       Джисон подал голос только после того, как Икар ушла, оставив за собой шлейф цитрусового парфюма и недопитый черный кофе в стаканчике с отпечатком темной помады на ободке. Он развернулся к агенту Ли:       — И что это сейчас было?       Ли не хотел отвечать. Он вообще не хотел разговаривать — и это было видно не только по его хмурому выражению лица и складке, залегшей между бровей — это было видно по всей его скованной позе, по тому, как он бездумно мешал палочкой свой очень сладкий кофе уже которую минуту, все глядя на оставленный отпечаток помады.       — Старая знакомая.       — По тебе не скажешь, что вы с ней так уж хорошо знакомы.       Минхо промычал что-то, потом неожиданно взял чужой стаканчик, незаметно выплеснул содержимое в давно слежавшуюся землю ближайшего удивительно зеленого цветка и сложил стаканчик пополам, стараясь не смазать помаду.       — Это было заочное знакомство, — коротко бросил он и поднялся со стула, залпом допивая давным-давно остывший кофе, — Пойдем.       — Мы же не собираемся идти на этот званый ужин, правда? — но Джисону никто не ответил, и он не на шутку забеспокоился о разумности действий своего напарника, — Лино-хен, с чего ты взял, что ей можно доверять? Слишком уж быстро мы ее нашли.       — С того же, с чего ты вдруг стал звать меня хеном. И это она нашла меня, а не наоборот. И ей что-то нужно.       — Конечно нужно — поскорее убрать нас, чтобы мы не лезли в это дело.       — Нет. Нет, думаю, ей как раз-таки очень надо, чтобы мы влезли в это дело.       — Зачем это?       — Она готова делиться информацией. Думаю, стоит сыграть по ее правилам — и мы сможем узнать то, что нам нужно. В конце концов, она тоже будет на этом вечере — а мне очень интересно посмотреть, что же она будет там делать.

***

      Одинокие вечера в темном пустом агентстве, ставшие уже привычкой, теперь до краев были наполнены сомнениями и невеселыми мыслями. Так, на самом деле, выглядел каждый его вечер, но здесь — он хотя бы чувствовал себя в своей тарелке. Еще немного помогало знание того, что где-то там, наверху, на крыше, сидел кто-то, кто наверняка знал все то же, что и он, но такими мыслями совершенно не мучился. И, кстати, о нем:       Агент Ли провел пальцем по экрану, таща за собой зеленый кружочек.       — Привет всем полуночникам. У тебя есть чем меня порадовать?       — Слушай, Лино-хен, тут такое дело… — протянул голос в динамике.       — Только не начинай выклянчивать у меня что-то опять. Говори — что нашел?       — Так в том-то и дело, что ничего.       — Что, совсем ничего?       — Все кристально чисто, — в динамике раздалось откровенное чавканье.       — Чисто в плане «совсем чисто», или чисто в плане «кто-то это почистил»?       — М-м. И причем очень умело.       — Вот как.       — Ну просто у него тут громадная такая дыра в деле — как будто его инопланетяне с планеты похитили, или что-то вроде того. Прописка стоит, но и только-то.       — Что, не веришь, что человек мог жить спокойно? — усмехнулся Ли.       — Ни разу.       — Ладненько, я понял, Йенни. Спасибо.       — Спасибо в карман не положишь, — съязвил с набитым ртом Айен.       На лице агента Ли невольно расцвела улыбка. Ох уж эти младшенькие.       — Ну, говори, чего ты хочешь?       — Купи мне ужи-ин.       — Ты собираешься напихать карманы чанджанменом? Сделай эгье, тогда подумаю.       — Я тебя запихаю на гриль, будешь так со мной разговаривать. Ты мой должник, хен.       — Я учту.

***