И звезды выглядят совсем иначе.

Проснувшись раньше всех, я лениво лежала в своей кровати, сладко потягиваясь и наслаждаясь мягкой дремотой. Подниматься с постели совсем не хотелось — тело еще окутывал легкий туман сна, а уютная дрема словно обволакивала меня теплом. Однако понимала, что пора вставать. Умывшись холодной водой и одевшись в спортивный костюм, я решила устроить себе утреннюю пробежку — нужно укреплять тело и развивать выносливость.

Выйдя на улицу, я вдохнула морозный воздух полной грудью, словно смывая остатки сна. Снег укрыл землю, наметая небольшие сугробы. После короткой разминки я начала пробежку по школьной территории. Минут сорок спустя, уставшая и продрогшая от пота, я вернулась, чтобы принять душ и подготовиться к учебе. Под теплыми струями воды я вспомнила ночь с Драко. Мои руки скользили по коже, повторяя его прикосновения. Закусив губу, я представляла, что он рядом. Но мои фантазии были жестоко прерваны. Ненавижу общие ванные комнаты, где нет места уединению. Сделав воду прохладнее, я постаралась успокоиться. Вернувшись в комнату, я надела школьную форму, собрала учебники и направилась на занятия. Завтрак пришлось пропустить, я слишком задержалась в ванной. Закутавшись потеплее, я пробиралась по сугробам к опушке леса, где должен был проходить урок по уходу за магическими существами, который вел новый преподаватель. Приблизившись, я увидела нового учителя. Получеловек, полувеликан, чем-то напоминавший мадам Максим, но немного ниже. Его лицо украшали длинная борода и волосы, а также множество синяков и ссадин, окрашенных в зеленые и желтые тона, а некоторые раны кровоточили. В довершение картины на его плече лежало нечто, напоминающее половину коровьей туши. Рядом с ним стояли гриффиндорцы и оживленно беседовали, казалось, они были хорошо знакомы. Пока остальные ученики собирались, я подошла поздороваться с ними.

— Bonjour, les amis, — приветливо обратилась я, взглянув на нового преподавателя. — Здравствуйте, сэр.

— Привет, Элис, — ответил Гарри, и ребята тоже поздоровались.

— Сэр…? А она мне уже нравится, — произнес великан, обращаясь к ребятам. — Так это ты у нас новенькая из Шармбатона?

— Да, меня зовут Элис Рэкхем, — представилась я.

— Рубеус Хагрид, — представился преподаватель. — Ну что ж, пора начинать урок.

Я огляделась вокруг в поисках знакомых лиц среди учеников: хотелось бы увидеть Малфоя или хотя бы Забини. Первый человек, попавший в мое поле зрения, был Блейз — он стоял чуть поодаль. Драко же я так и не заметила. Не теряя времени, я подошла и встала рядом с Блейзом.

— Привет! — улыбнулась я ему чуть ли не во все зубы.

— Ты себя как чувствуешь? — Забини пытался завернуться в мантию как можно сильнее, ему казалось, что от этого будет теплее.

— Да вроде всё хорошо, ничего не болит, — сообщила я ему.

— Тебя просто не было на завтраке, вот мы и начали переживать, — из его рта шел холодный пар.

— Я была на пробежке, а там знаешь, пока душ приняла, пока собралась… — Блейз не дал договорить.

— Типичная девушка… вы вечно собираетесь по три часа, — он отбивал ногу об другую ногу. — Чего же так холодно-то сегодня?

— Сегодня занимаемся здесь! — радостно встретил Хагрид учеников, кивнув головой в сторону темных деревьев. — Поукромнее будет. Да и они больше любят темноту.

— Кто это там любит темноту? — услышала я голос Малфоя. Он обращался к Крэббу и Гойлу. — Кто, он сказал, любит темноту — не слышали? — Я наконец-то нашла его глазами. Он стоял справа от нас, среди своих подручных, да еще и Пэнси возле него терлась, пытаясь прижаться к нему все ближе. Я готова была вспыхнуть от злости, увидев ее рядом с Драко, но меня отвлек голос Хагрида.

— Готовы? — весело спросил Хагрид, обводя взглядом учеников. — Лесную прогулку приберегал для вашего шестого года. Ну, теперь пойдем посмотрим на этих животных в естественной среде обитания. Значит, кого мы изучаем сегодня, — они довольно редкие. Я, думается, только один в Британии сумел их приручить.

— А вы уверены, что приручили? — совсем уже испугано спросил Малфой, откуда-то сзади, из-за моей спины. — А то ведь вы не раз уже давали нам диких животных. — Среди слизеринцев прошел одобрительный шумок, а у некоторых гриффиндорских было такое выражение лица, как будто Малфой высказал их опасения.

— А что было? — тихо спросила я, Блейза.

— На третьем курсе, когда Хагрид только занял пост преподавателя, на первом же уроке, на Драко напал гиппогриф. Хорошо, что повредил только руку, — прошептал мне Блейз.

— Оу… — испугано произнесла я.

— Конечно, приручил, — насупясь, сказал Хагрид и поправил на плече сползшую коровью тушу.

— Что же тогда у вас с лицом? — допытывался Малфой.

— Не твое дело! — рявкнул Хагрид. — Если кончили с дурацкими вопросами, идите за мной. Он повернулся и зашагал в лес. Ребята явно не горели желанием следовать за ним. Вся толпа двинулись за Хагридом. Шли минут десять и остановились перед чащей, такой густой, что под деревьями царили вечные сумерки и совсем не было снега. Крякнув, Хагрид свалил тушу на землю, отступил назад и повернулся лицом к ребятам. Многие еще плелись, переходя от дерева к дереву, и нервно озирались, словно в любую минуту на них могли напасть, мы же шли в самом конце с Блейзом.

Великан повернулся, тряхнул косматой головой, чтобы отбросить волосы с лица, и издал странный пронзительный вопль, огласивший дебри, словно крик какой-то чудовищной птицы. Никто не засмеялся, большинство ребят просто онемели от испуга. Хагрид снова завопил. Ребята робко озирались, заглядывали за деревья, ожидая появления чего-то неведомого.

У меня было недоуменное и настороженное выражение лица, как и у большей части учеников. Я ничего не видела, кроме того как от тушки коровы отрываются куски и куда-то пропадают. Толкнув Блейза, я показала ему на это. Он тоже стоял в недоумении, страх читался на его лице. Мы стояли как парализованные, не в силах двинуться или что-то сказать. Вся атмосфера вокруг стала напряженной, и я чувствовала, как сердце бьется быстрее от тревоги.

— А вот идет еще один! — с гордостью объявил Хагрид, я пыталась разглядеть, кто там еще мог идти, но ни кого не было. — Ну-ка, поднимите руки, кто их видит! — Руку поднял Гарри. — Да… да, я знал, что ты увидишь. И ты тоже, Невилл, да? И…

— Извините, — злобно сказал Малфой, — но что именно, по-вашему, мы должны увидеть? — Вместо ответа Хагрид показал на коровью тушу. Несколько секунд все смотрели на нее, потом кто-то ахнул, а Парвати завизжала, я понимала почему. Куски мяса отрывались от костей и растворялись в воздухе — картина действительно необычная.

— Отчего это происходит? — Парвати в ужасе отступила за ближайшее дерево.

— Кто его ест? — Фестралы, — гордо сказал Хагрид,

— Они же очень, очень несчастливые! — перебила его испуганная Парвати. — Приносят всякие ужасные несчастья тем, кто их увидел. Профессор Трелони сказала мне однажды… — Хагрид усмехнулся.

— Нет, нет, нет, это просто суеверие, не приносят они несчастья, они страсть какие умные. И полезные! Конечно, эта порода не очень-то рабочая, только школьные кареты возить туда-сюда. Да если Дамблдору надо куда-то подальше, а переноситься не хочет… Глядите, вот еще пара… — Хагрит указал в мою сторону, а у меня аж по телу пробежался холод. Потому что, только что, кто-то коснулся кисти моей руки. Я быстро отошла с этого места, спрятавшись за Блейзом.

— Ты не бойся, он тебя не обидит, — терпеливо сказал Хагрид. — А теперь кто мне скажет, почему одни их видят, а другие — нет?

Гермиона подняла руку. — Ну, говори, — обрадовался Хагрид.

— Фестралов могут видеть только те, кто видел смерть. — отвтеила Гермиона.

— Правильно, молодец, — торжественно произнес Хагрид. — Десять очков Гриффиндору. Фестралы, значит…

— Кхе-кхе. — от одного лишь звука, я поняла, что это Амбридж. В моей голове щас была мысль, кого я больше боюсь, того что не вижу или Амбридж.

— А, здрасьте! — с улыбкой сказал Хагрид, обнаружив источник звука.

— Вы получили записку, которую я послала утром к вам на дом? — как и в прошлый раз, громко и раздельно произнесла Амбридж, словно обращалась к иностранцу, причем тупому. — С уведомлением, что буду инспектировать ваше занятие? — Мы наблюдали, как Амбридж, задает свои вопросы, бедному Хагриду. Пэнси и Малфой стояли и смеялись безумным смехом. Драко начал смотреть по сторонам, при этом продолжая смеяться. Увидев меня, я лишь метнула на него злой взгляд и показав всем своим видом, что это отвратительно, улыбка с его лица сошла. А я же отвернулась от него, вот зачем он ведет себя как последний мудак? — задала я сама себе вопрос.

— Подлая, лживая, старая горгулья, — бушевала Гермиона, когда мы все вместе возвращались в замок по коридорам.

— Воу… не знала, что ты можешь быть на столько злой, — слегка улыбнулась уголками губ, а она метнула на меня свой злой взгляд. — Поняла, молчу. — Когда она отвернулась, я все равно улыбнулась, когда она не видела. Лучше ее не злить, промелькнула мысль.

— Вы поняли, к чему она клонит? Это ее помешательство на полукровках — хочет представить Хагрида каким-то безмозглым троллем, а все потому, что у него мать была великанша… Нечестно — урок был совсем не плохой… Конечно, если бы опять соплохвосты… а фестралы славные — в смысле, для урока то, что надо. — Протараторила Гермиона.

— Я бы посмотрела на Амбридж, если бы она пыталась такое с мадам Максим сделать, — сказала я с легкой усмешкой. — Я уже представила эту картину у себя в голове: как мадам Максим лишь одним ударом ладошки впечатывает эту жабу в стену.

— Я удивляюсь, сколько народу фестрал видит, — сказал Рон. — Смотрите, на нашем факультете уже трое. — не успел он договорить как его прервали.

— И мы удивляемся, Уизли, — раздался позади злорадный голос. Неслышно ступая по снегу, позади нас шли Малфой, Крэбб и Гойл. — Если бы при тебе кто откинул копыта, может, ты и квоффл увидел бы? — они с гоготом прошли вперед и через несколько минут затянули: «Уизли — наш король». Уши у Рона стали алыми.

— Не обращай внимания, — приговаривала Гермиона.

Я же побежала вперед. Оставив ребят в недоумении.

— Драко! — отозвала его я. Он только повернулся ко мне, как я влепила ему смачную, звонкую пощечину. — НЕ СМЕЙ… БОЛЬШЕ ПЕТЬ ЭТУ ПЕСНЮ! — Я обошла их стороной и пошла дальше. А друзья из Гриффиндора стояли в шоке от моего поступка.