Блатная работа

      Порой в жизни каждого человека чередуются взлёты и падения, яркие эмоции, насыщенные событиями дни. Но также иногда кажется, что жизнь достигла своего предела, застыла на месте, и каждый день становится похож на предыдущий. Попадение в серую зону грозит окрасить каждого в свой цвет, заставит слиться со всем тем, что происходит вокруг. Именно таким раздумьям предавался Джисон в последнее время.       — У него нет основания утверждать, что фирмой плохо руководят, известно только, что её акции упали в цене. Это — ошибка отклонения в сторону результата с ретроспективным искажением. — На удивление не только вам, но и самому Хану, к вечеру из его головы, а точнее с губ, что лениво и не особо старательно пытались выговаривать слова, всё ещё могут вылетать разные разумные мысли и заумные словечки. Этот «профессионально-психологический сленг», как назвал это Хан, когда Чану пришлось это услышать, он употреблял только со своими коллегами по работе, разумеется, телохранитель в этот список не входил, так как считался человеком не столь образованным по ясным для босса причинам.       Поэтому в обычное нерабочее время его лимит «красноречивых» словосочетаний иссякает, и бывает даже, что простое и всем известное слово, состоящее из трех букв, даётся ему с трудом (но не значит, что не даётся совсем). Именно поэтому на работе он очень продуктивен, не только на словах, но и на деле, продолжая раздавать указания своим сотрудникам.       — Так что не теряем бдительности, этот критик имеет способность ошибаться, но он всё ещё человек с большим авторитетом и к его мнению прислушиваются… — его усталый тон и отсутствие живого блеска в глазах в очередной раз напоминает о том, что кто-то давно не чувствовал вкус тропического алкогольного шота и не видел перед собой побережье лазурного океана.       Ну и, может быть, пару девиц в бикини, плескающимися в воде перед его глазами. Или не девиц? Может быть, он взял бы с собой Чана и даже, возможно, Ли, но об этом он подумает определённо позже.       — …Да, через неделю собрание акционеров, не забудьте… — уже думая наперёд о предстоящей встрече, он, как всегда, нахмурил брови.       Одинокий вздох, говорящий о том, насколько же он устал, слышится в просторном кабинете, когда Хан провожает взглядом работников, покидающих зал, оставляя Джисона сидеть в своём кресле за длинным столом с его же собственной головной болью на том конце. Казалось, будто это место было всегда занято ею, когда Хан появлялся в офисе — с самого начала недели и до вечера субботы.       Последнее, что он помнит от того дня, это временно нетронутую бутылку рома «BACARDI 8», которая досталась ему в качестве подарка при последней встрече с акционерами. Хан помнит, как задержал на ней пристальный и, возможно, даже изголодавшийся по веселью взгляд, думая о том, что у него ещё куча дел этим вечером…

***

      — Да, мы просим прощения ещё раз, это непредвиденные обстоятельства… До свидания… — Бан Чан сбрасывает очередной звонок с телефона босса, отменяя встречи, назначенные на сегодняшний вечер. Например, последняя должна была пройти прямо сейчас, но её организатор не то чтобы про неё забыл, мягко говоря, он положил огромный болт на эту встречу.       Чан переводит раздражённый взгляд на Хана, который, распластавшись у себя в кресле рабочего кабинета, бесстыдно хлещет текилу из горла. Та бутылка рома давным-давно валяется на полу, похоже, кто-то опустошил её с высокой скоростью. И это было не единственным, что удивило Бана — босс каким-то невероятным образом смог добраться до дома, пока телохранитель уезжал по собственным делам.       — Что ж с вами такое-то сегодня…? — спрашивает Чан напряжённым тоном, пытаясь отобрать бутылку у босса, на что слышит недовольный стон и, конечно же, получает обратную реакцию — удар ботинком по ноге.       — …Чан, я тебя лишу премии… И уволю. — с большими паузами отвечает Джисон, крепко держа бутылку в руках. Его взгляд поплыл, и тому приходилось прилагать усилия, чтобы удержать его на Чане.       — Конечно, как же…! — Телохранителю всё же удаётся отобрать алкоголь у босса и с громким агрессивным стуком поставить практически пустую бутылку на стол.       — Ты мне не веришь…? — на этот раз он ставит руки на подлокотники кресла и, приподнимаясь, встает с него, пытаясь удержаться на ногах, чтобы соответствовать росту Бана и смотреть тому в глаза. Правда, это совсем не помогает, ведь его подчинённый видит перед собой месиво, которое неспособно проводить ни одну сделку этим вечером и ведёт себя так развязанно, что Бан еле сдерживает себя оттого, чтобы сильно не гневаться. И как бы этого не хотел Хан, но сильный запах алкоголя, как и его вид в целом, уж точно не внушает страха и опасения.       Джисон умеет пить, вы не подумайте. Иначе как бы ему удавалось вертеться в этой безумной карусели, где каждый пытается выбить почву из-под его ног. Но он тоже человек. Как говорится, выбравший быть счастливым этим вечером и ни в чём себе не отказывать.       Сегодня, опустошая бутылку за бутылкой, он решил бросить всё на произвол судьбы и впервые за долгое время дать себе плыть по течению. Хотя бы в этот вечер дать возможность обстоятельствам выбить его из этого замкнутого круга повторяющихся дней.       — Я бываю жестоким, ты знаешь… — Хан хмурит брови, делая грозный вид. — Я плохой парень. — заявляет тот с гордостью, а после расплывается в широкой пьяной улыбке и напевает: — Bad boys, bad boys, whatcha gonna do? Whatcha gonna do when they come for you?       На что Джисон получает раздраженный вздох и взгляд напротив, когда он же сам не в силах устоять на ногах хватается за плечи Чана.       — …Я тебя уволю, ты больше не сможешь найти работу… — он тычет пальцем в грудь Бан Чана, говоря раздражённым тоном, — …А знаешь почему? Потому что все узнают твой секрет, Кристофер! — бесстыдно ухмыляясь, произносит тот, смотря в глаза своему телохранителю. Но тут уже Бан не выдержал и с силой оттолкнул его от себя, что тот с грохотом падает в кресло.       — Это уже слишком, Джисон. — гневным, но на удивление всё ещё сдержанным тоном отвечает Бан. Поведение босса начинало выводить из себя, желание сдерживаться становилось всё меньше и слабее.       Его желваки вздулись, когда Чан сжал челюсть, а руки привычно сжались в кулаки, будто бы готовясь к тому, что придётся применить физическую силу, хотя это то, что он бы никогда не сделал.       Джисон сумел пробудить в нём те воспоминания, которые Бан пытался забыть последние годы. Но Чан знал, что это провокация. Потому-то он шумно выдыхает, пытаясь избавиться от бушующего гнева внутри. Бан отряхивает свой костюм от невидимой пыли, говоря теперь строгим голосом: — …И я сдерживаюсь только потому, что знаю, что на утро вы будете жалеть о своих словах.       Он снова опускает взор на босса, что смотрит на него снизу вверх, лениво улыбаясь, довольный тем, какую реакцию вызвал у своего подчинённого. Чан не знает, насколько можно верить в то, что Хан делает это нарочно, будто бы манипулирует его эмоциями, заставляя его злиться, ведь сейчас он совсем не трезв. А Чан знает, каково это быть вне трезвости…       Смягчившись, он снова обращается к боссу:       —… Ну и что заставило вас напиться? — вернувшись взглядом к Джисону и скрещивая руки на груди, так будто сейчас будет отчитывать своего же начальника, интересуется Чан.       Поплывший взгляд напротив нашел подчинённого, а после губы дрогнули в более привычной хитрой улыбке. Хан укладывает руки за головой, деловито говоря:       — Я пью, чтобы окружающие меня люди становились интереснее… — он пьяно хохотнул, беззаботно прикрывая глаза, на что получил уставший вздох напротив.       — Вы бываете очень бестолковым… — с оправданным недовольством комментирует Чан, наблюдая за тем, как в расплывшейся по креслу фигуре вдруг возникает лёгкое удивление и, возможно, снова гнев.       — Это я бестолковый, ты мне это говоришь, сволочь…?! — уже начиная приподниматься с кресла, отвечает Хан гневным тоном, собираясь припомнить всё, что было раньше с парнем и благодаря кому он здесь, а не в какой-нибудь тюрьме Австралии, но Чан успевает среагировать.       — Тихо, тихо… — Бан прижимает того обратно к креслу за плечи, направляя на него уставший взгляд.       Телохранитель молчит пару мгновений, смотря в пьяные глаза. — Да, босс, я сволочь, кретин и тому подобное, ладно. — Решение смягчиться и ответить здесь как единственный трезвый человек было хорошим, потому что Хан даже немного оживился и успокоился. — Почему вы пили?       Хан вздыхает и прикрывает глаза, отвечая более спокойным тоном: «Не знаю…», — будто бы на мгновение ловя волну трезвости, тот задумывается: «…Я не справляюсь, поэтому».       Чан снова выпускает вздох, начиная понимать ситуацию. — Должен ли я напоминать вам, что алкоголь не решение данной проблемы?       — Нет, я знаю… — всё ещё пьяным голосом, но будто трезвой головой отвечает Джисон. Он поднимает взгляд, даже более адекватный, на удивление Чана, задумчивый. — Просто момент слабости… Ты должен меня понять… — говорит он, слегка дотрагиваясь до рук Чана на своих плечах.       Глаза Бана показали молчаливое согласие, и в этот момент Джисон снова вспомнил, почему этот парень до сих пор рядом с ним, даже тогда, когда он сам выглядит не лучше вечно пьяного бомжа. И Хан точно знал, что дело не в деньгах.       Чан выдохнул, переводя взгляд в сторону.       — Кто-то явно нуждается в отпуске…?       Напротив слышится хмыканье с лёгким намёком на улыбку.       — Найди мне такую возможность…       Чан ухмыльнулся, прекрасно понимая, какой забитый график у его босса.       — Хотя… Возможно, я могу выделить этому пару дней…       —… Встать босиком на землю и обнять дерево?       Хан хохотнул, представляя это и не упуская в очередной раз возможности постебать своего телохранителя.       — С таким же успехом я могу обнять и тебя, для этого мне не нужно уезжать за город.       — Идите вы лесом. — Чан привычно ухмыльнулся, довольный тем, что Хану становится лучше.

***

      — Что? Отменил встречу?       По голосу Ли было понятно, что тот был весьма удивлён таким решением Хана, но ничуть не расстроен. Никакого искреннего сочувствия он, конечно, не испытывал, скорее радость, что лишний вечер останется дома.       «Да… Некоторые неожиданные обстоятельства…» На той стороне связи послышался тяжёлый вздох Бана, что указывал не на самую лучшую ситуацию, но Ли не стал нагружать того расспросами из личной солидарности, зная, каково это работать с очевидно свихнувшимся богатеем.       Вечер оказался неожиданно спокойным, как и расположение духа Минхо, после этого разговора. Тот, присев на диван в гостиной, уставился в экран телевизора, замечая лёгкое чувство дежавю.       Атмосфера вдруг напомнила ему о времени, проведённом перед телевизором в детстве, когда по телеку показывали «Черепашек-ниндзя» или «Трансформеров». Минхо тогда сидел на полу перед экраном телевизора, круглыми глазами с восторгом смотря очередную серию, держа в руках маленькие игрушки персонажей из мультиков. Они появлялись у него из киндеров, которые он любил за вкусный молочный шоколад и чувство радости и предвкушения от сюрприза, который его ожидал. В то время у него была большая коллекция этих фигурок…       Тогда и вечера были теплые, солнце уже заходило, и небо становилось оранжевым на фоне облаков, а мама приходила и портила всё веселье, заботясь о том, что другие дети уже давным-давно лежат в своих кроватях, в отличие от Ли…       Сейчас же всё веселье портит задница Бина, то и дело крутящаяся перед экраном плазмы. Тому, видимо, мало посещения зала практически каждый день, он ещё решил и дома покачать свою задницу, пока смотрел какую-то дораму.       — Что в итоге…? — Тот оборачивается, соизволив показать свою переднюю часть тела. — Встреча отменяется?       — Как видишь. — Минхо сидел, развалившись на диване в отпаренном швейцарском костюме, что был оставлен ему «в качестве подарка». Он вздыхает, слегка нахмурив брови, и, потянувшись рукой к галстуку, расслабляет его, давая себе возможность дышать свободнее. Пытаясь увидеть за фигурой Бина то, что было на экране, он продолжил: — Так что будь любезен, качай свой мускульный зад чуть дальше экрана. Например, в зале…       Тот цокает языком, закатив глаза, и отходит в сторону от экрана, приговаривая: — В зале этим занимаются дамы, если ты не в курсе.       Минхо еле сдерживает себя, чтобы не повторяться за Бином, выражая своё негодование: — А тебе стрёмно встать под штангу и приседать? Боишься, что какой-нибудь перекаченный альфа-самец примет тебя за свою добычу и схватит за твою сочную задницу? — С саркастичной улыбкой поддразнивает Ли, смотря за персонажами на экране. — …Мен, да и нахрен ты вообще качаешь задницу? Ты что, мыло ей в душе поднимать собираешься… — Минхо переводит взгляд на друга. В его голосе слышится не только непонимание, но и наигранная брезгливость.       — Чтобы сидеть в розовом «Хендае» было мягче, ублюдок. — Саркастично язвит тот, понимая, о каком контексте подумал этот недоразвитый. Чанбин, вспомнив что-то, неожиданно удалился в другую комнату, к радости Ли. Тот наконец расслабился, ведь мог спокойно посмотреть дораму, но, как оказалось, недолго, ведь уже через минуту Со, внезапно оказавшись рядом, кинул в приятеля какие-то трусы.       — Блять, Морж, это уже верх наглости! — отбросив непонятные трусы-шорты в сторону, Ли вызывает лёгкий смех у Бина.       — Они чистые, просто по размеру не подошли.       — Поэтому ты решил, что на меня они налезут. — Когда Минхо попытался надеть синие шорты поверх брюк, на его лице снова появилась саркастическая улыбка. — Ну конечно, я же жопу не качаю, пытаясь стать Кардашьян… — Снова поддразнивает тот, понимая, что шорты, на удивление, действительно оказались по размеру.       Чанбин бросил на друга раздражённый взгляд и продолжил заниматься спортом, а Ли тихо рассмеялся.

      

Но веселье длится недолго.

На телефон Минхо неожиданно приходит сообщение от босса:       «Ли, мы едем завтра на кемпинг, и ты берёшь своего друга, иначе останешься без премии после поездки. Это предупреждение, а не угроза. P. S. Другу заплачу, если откажется»       За этим сообщением от Минхо вырвался недовольный вздох. Он уже настроился отдыхать и следующий день, ведь, когда случаются «непредвиденные обстоятельства», это может быть связано напрямую с самочувствием босса. И было удивительно подумать, что если тот находился не в полном здравии в этот вечер, завтра будет готов с самого утра рыбачить да колоть дрова, но видимо Минхо просто не знает, что Хан ещё тот богатырь.       Ли переводит взгляд на Чанбина, думая о том, что и в этой ситуации есть доля определённой выгоды.       — Эй, Ким? — Минхо слегка ухмыльнулся, задумывая хитрый план.       Бин снова шумно выдыхает, устав прирываться от спорта. — Слушай, Ли, ты помнишь? Когда я однажды пообещал наполнить твои кроссы кошачьим говном, если ты мне не вернёшь грёбаные деньги? Ты помнишь это, приятель?       Минхо разразился смехом: — Чувак, от меня весь день воняло из-за тебя!       Тот слегка улыбнулся, но снова вернул себе серьёзный вид, продолжая говорить при этом не менее угрожающе: — Стоит ли мне говорить, что если это опять что-то не важное, я клянусь, эти гантели тебе… — Угрожающе сжимает одну из них.       — Я тебе долг верну.       — Че? — с недоумением прищуривается Со. Ему даже показалось, что он ослышался.       — Да, только если поедешь со мной на кемпинг. — Минхо самодовольно улыбнулся.       План был идеален в случае согласия Бина, ведь Ли хорошо известно, что тот ни за что в жизни не согласится провести время с «бурундуком». И, конечно, это первая и единственная важная причина такого обмана, не то чтобы Минхо решил воспользоваться обстоятельствами, ища личную выгоду, нет, что вы.       Но ситуация обещала поймать двух зайцев одновременно.       — С дуба рухнул?       — Ты рухнешь, мать твою. Деньги хочешь или нет? — Минхо, конечно, ожидал сопротивления и был готов к нему.       — С чего бы вдруг, Минхо? Ты уже успел налутать себе бабла у этого бурундука, и я об этом ничего не знаю? Вот это я называю дружбой, мен? — Очевидно, с претензиями спрашивает тот, отбрасывая гантели в сторону. Те с грохотом ударяются об пол, заставляя Минхо прищуриться, думая о том какого же их соседям сейчас.       Чанбин не замечает подвоха, думает об этом всерьёз. Ведь шутки шутками, но Бин бы не позволил Ли, что бы тому ни ударило в голову, заниматься проституцией или чем-то подобным. Не то чтобы Чанбин думал об этом в серьёз всё время, но иногда и в его голову закрадывались такие мысли, ведь обезумить с таким другом проще простого.       — Если бы это было бы так, ты бы качал свою задницу в полном одиночестве в этот вечер, Бин. Потому что я бы купил себе чёртов пентхаус. — Но Хан обещал двойную премию в конце месяца, а не в середине.       — …И даже не пригласил бы на вечеринку в честь новоселья? — Губы растянулись в саркастичной улыбке.       — Придурок… — С лёгким смешком отвечает тот, поднимаясь с дивана и направляясь на выход из комнаты. — В общем, завтра в первой половине дня организуй побег из офиса.       — Оплачиваемый кемпинг — это не так уж и плохо, я согласен.

Продолжение следует...