строптивая

У Броуддики было много сомнений. Закрыв за Белларианом дверь, она тут же попыталась вызвать в памяти все гадкие моменты, связанные с Белларианом, чтобы сдвинуть чашу весов к нужному решению. Вроде как правильному решению. Первым делом её память озарила вспышка, датированная их первой встречей.

***

Затаившись среди листвы высокого дерева, стараясь не только не двигаться, но и не дышать, Броуддика смотрела вниз. После столкновения с Стражем ей пришлось покинуть Бросселианд. И то, что ей удалось уйти на своих двоих, стоило считать большой удачей. Жаль только, что небольшой мешок с вещами пришлось бросить, пока удирала от зверя, но он мешал, замедлял её. Так или иначе, от своих планов во что бы то ни стало отыскать Коннала и его спутников, воительница отказываться не собиралась. Перед отбытием Броуддика вверила Логайра Лайете, - девушке, которая была прежде замужем за его другом Наргоном, но, к сожалению, погибшем в бою. Логайр имел с ней связь до замужества, и иногда во время него. Казня себя после. Муки совести. Он и сейчас себя винит наверное за то, что плоть иногда была сильнее дружбы. Но Наргон был никудышным мужем. Товарищем хорошим, но не мужем. Теперь, когда Лайета свободна, Логайр по-прежнему не торопится на ней жениться. Что у него в голове, не понятно. Наверное, не любит. Если бы любил... Лайета его любит, это видно. В лепëшку ради него расшибëтся. Броуддика благодарила высшие силы за то, что сама она ни по кому так не сохла. Влюбиться в того, кто будет держать тебя от случая к случаю? Гадость! Из пелены мыслей её вывели неожиданные гости. Группа эльфов в плащах, идущие по направлению прочь из леса. Что им потребовалось? Броуддика нахмурилась и скривила губы. Эльфы славились своей высокомерностью и горделивостью. Конечно, они были искусными воинами, но настоящее мастерство заключается в том, чтобы не выпячивать его. Неожиданно один из эльфов, вооружённый ростовым луком, вдруг остановился и сбросил капюшон. Броуддика чуть расширила глаза. — Ты можешь не прятаться, человек. — произнëс хриплый голос. Его тон был обманчиво спокоен. «О, боги... », — взволнованно подумала Броуддика, но сдвинуться не спешила. — «Так-так. Он сказал, можно не прятаться. Но и не сказал что нельзя прятаться» — с досадной насмешкой пронеслось у неë в голове. — «Их слишком много. Восемь воинов, да ещë и высоких. Я тоже не метр с шляпой, но я одна... » — Лучше подойди по-хорошему. — добавил тот же эльф, и Броуддика ощутила злобу и бессилие. Бессильную злобу. — Фоморово вымя! Проклятье! — тихо проворчала девушка, и решившись, она легко спрыгнула на землю и предстала перед лучником. — О, рыжая! — хмыкнул один из эльфов, пока она поправляла волосы, убирая их в сторону и за спину, ведь когда она спрыгнула, её волосы упали ей на лицо, закрывая глаза. Голос у того, кто это сказал, был более высоким, чем голос того, кто приказал ей показаться. Резко опустив руки вдоль тела, она с тяжëлым сердцем принялась сверлить эльфов взглядом. Те находились от неё в трëх метрах. Тот, что был посередине, велевший ей спуститься, медленно оглядел её с головы до ног. Броуддика ощутила себя дискомфортно, но не показала этого. Наоборот, она с вызовом чуть вздëрнула подбородок вверх, не разрывая с ним зрительного контакта. Длинные чëрные волосы. Шрам на лице. Может, он не такой и хороший воин что позволил себе такое оставить? Так или иначе он выглядел довольно опасно, и он был не таким как прочие эльфы рядом с ним. Те рассматривали её с холодным любопытством, а он... Это было сложно описать. В каждом движении, шаге, даже малейшем жесте этого эльфа скользила звериная грация матëрого хищника. Грация хладнокровного убийцы. — Кто такая? — требовательно и без церемоний спросил он. Не понравился ей его тон. Такой... Немного надменный, будто она девка трактирная. Таким тоном их подзывают чтобы они побыстрее принесли и налили. Броуддика осуждающе едва мотнула головой. — Я пришла по делу. — твëрдо произнесла она, постаравшись убрать из голоса высокие нотки, потому что первым побуждением было ответить ему хамским тоном. — Куда ты пришла по делу? На дерево? — без пауз, без улыбки, и без насмешливых ноток практически тут же уточнил он. Двое из эльфов сдержанно усмехнулись. Броуддика угрюмо сжала губы. — Назовись. — потребовал он с мрачным спокойствием. Он смотрел на неё упор, и ни разу не моргнул. За всë это время. — Броуддика. — неохотно представилась девушка, и с большим напряжением осознала,что эльфы потихоньку принялись окружать её. Трое медленно двинулись слева от неё, и четверо справа. Она медленно сделала шаг назад, вытягивая меч из ножен. — Ну а ты? Кто ты? — грубо спросила она, сильнее сжимая рукоять меча. — Ты уверена, что знаешь как им пользоваться, смертная? — немного снисходительно поинтересовался он. Броуддика придирчиво посмотрела в его лицо, ища там ухмылку, но еë там не было. — А ты уверен что можешь бороться в одиночку, а не в стае? — с показной ехидцей протянула рыжеволосая, надеясь, что он клюнет на слабо. Сражаться с одним лучше, чем сражаться с восьмью. Так хотя бы шанс есть. — Сделаю тебе одолжение, женщина, так что послушай. — почти чеканил он, и жилка на лбу Броуддики даже запульсировала. — Опусти свой меч, и мы решим где расходятся наши дороги. Я чувствую на тебе запах того, кто нам нужен. — Коннал Кëрн. Знаешь такого? — нагло спросил эльф слева. Броуддика сомкнула губы. — Ну? Знаешь такого? — повторил другой эльф, тоже слева. — Знаю то, что вы кучка шакалов, которые могут нападать лишь группой. — произнесла Броуддика, и немного пожалела. Но так хотелось их укусить! Выживет ли она в принципе? Так хоть не скуля помирать. — Мне не нужны другие воины, чтобы поставить тебя на колени, и заставить поплатиться за длинный язык. — спокойно произнëс своим низким голосом эльф со шрамом, обнажив свой меч. “Да помогут мне боги," — мысленно произнесла она. Спустя непродолжительную схватку, он отшвырнул её меч, и она рефлекторно попятилась. Мужчина почти прыжком приблизился к ней, схватив еë за волосы. Броуддика твëрдо решила, что никакого страха она этим упырям не покажет. Мужчина засунул свой меч в ножны и сардонически хмыкнул. — Если я в ближайшие пару минут услышу извинения, то в таком случае я не буду тебя связывать тебе на ночь ноги. — Зачем меня вообще связывать? — проигнорировала она его основную мысль. — Я ищу иномирянку по имени Гвен. — Может быть. — согласился он, и бесцеремонно начал еë ощупывать. — Эй, лапы убери, отморозок! — Заткнись, и я сделаю это быстро. — парировал он, всë ещë держа еë одной рукой за волосы. Он искал на ней спрятанное оружие.

***

Броуддика хохотала, проводя время с братом. Они без конца придавались воспоминаниям из детства или просто смешным случаям. — А помнишь как в детстве ты вознамерился пойти поход с отцом , и ты забрался в его походную сумку, но отец вычислил тебя по тому, что тяжесть сумки была другой? — смеялась Броуддика. — Да! — улыбаясь, кивнул брат. — А помнишь как мы решили с тобой побороться в рукоборстве, и я тебе проиграл, но потом ты сама призналась, что выпила тогда друидское снадобье, и поэтому была так сильна в тот день? — Конечно помню. Ведь ты три дня после этого кручинился, и я сжалилась над тобой после того, как ты захотел признать меня главной в оппидуме! А помнишь как ты развел костёр в спальне родителей, потому что воображал себя эльфом, тебя якобы привлëк лесной орнамент на ковре? Логайр рассмеялся. — Раз ты вспомнила про эльфов... — начал он, и сестра перестала улыбаться. — Что у тебя с длинноухим? Броуддика фыркнула. — С чего ты взял, что... — Броуддика. — терпеливо посмотрел на неë брат. — Как ты могла лечь с... — А ну хватит. — поднялась со своего места она. — Ты мне указывать будешь с кем мне спать, а с кем нет? Я не попрекала тебя никогда, когда ты резвился с Лайетой, при живом еë муже! Броуддика вернулась в свои покои.

***

Дверь в её покои была идеально выточенным куском дуба. Смазанно оглядев дверь сверху донизу, он не нашёл никаких доказательств соглашения на его предложение. Что ж, он это предусмотрел. Тук-тук. Тук-тук-тук. Он постучал. Согласна она или нет, ему нужно увидеть её. Броуддика открыла ему, отворив дверь лишь чуть-чуть. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы тут же заметить её припухшие глаза. Она не спешила что-то спрашивать. Интересно, что у неё в голове. О чём она думает прямо сейчас. — Я знаю твой ответ, валькирия, я пришёл сюда за другим. — сообщил ей эльф. — Я хотел бы кое-что отдать тебе. В знак моего уважения к тебе. Валькирия звонко рассмеялась, чуть пошатнувшись на месте. Она звучала... даже немного истерично. — Знак уважения? Ты пришёл сюда , чтобы рассмешить меня? — продолжая хохотать, спросила Броуддика. Беллариан смотрел ей в глаза не мигая. — Ты красивая даже когда зарëванная. — отметил он утвердительным тоном, и валькирия тут же перестала смеяться. Она сжала губы. Она разозлилась. Потому что ощутила как ей стало приятно. — Я иду спать, Беллариан. Доброй ночи. — отчеканила каждое слово она, и когда она попыталась захлопнуть дверь, он не дал ей этого сделать, уперевшись в дверь рукой. Броуддика гневно перевела взгляд на его руку. — Ты слов не понимаешь, да, бесстыжий? — рявкнула на него Броуддика, теперь смотря ему уже в глаза. Охотник равнодушно моргнул, а она всё свирепела. — Как я и сказал, я пришёл чтобы кое-что тебе дать. Хочу чтобы это было у тебя. — невозмутимо продолжил мужчина, доставая красивый кинжал из Обессидской стали. Внимание Броуддики тут же упало на подарок. Она озадаченно рассматривала предмет перед ней. — Обессидская сталь. Лучшая из лучших, если не считать мечи Гоибну, разумеется. — подметил эльф. Броуддика покачала головой. — Мне это не нужно. — Я другого мнения. — спокойно возразил эльф. Броуддика цокнула языком, а следом стервозно повела глазами в сторону. — Знаешь, длинноухий, а ты и правда меня достал. Знаешь что мне нужно. Знаешь что мне нужно... Да с чего ты вообще решил, что знаешь это? Кто ты такой? — Есть ещё кое-что. — продолжил эльф, будто не заметил её недовольства. Он молча взял её за руку, всучил подарок, а затем достал из кармана пузырëк с хрустально чистой водой. — Это для твоего брата. Пусть он выпьет это на ночь, и на завтрашнее утро он проснётся полностью исцелëнным от своей раны. Валькирия лихорадочно облизала свои пухлые губы, подозрительно смотря на пузырëк с водой. Она боролась сама с собой. — Понятно. — наконец нарушила молчание она спустя долгую паузу, будто собралась с мыслями. Момент, и она взяла второй подарок. — Ну ладно, спасибо. Доброй ночи.

***

Да что ж такое? Проклятый эльф! Всё не хочет уходить. Она злилась на него и она злилась на себя. На него по многим причинам. На себя - за то, что её самообладание слабело от его то и дело проявляющихся голодных взглядов. Она чувствовала, что он хочет приласкать её. Это заставляло что-то внутри обмякать. Что-то внутри хотело выгнуться перед ним как кошка. И эти ощущения были такими странными, приятными и ненавистными одновременно. Никакие подарки мира не заставят её быть с ним милой. Он скотина! Нужно это признать и держать в голове. Нужно концентрироваться на всём том зле, что он причинил ей. И её друзьям. И... вообще всем. Пузырëк с исцеляющим компонентом. Она много слышала об озере в Бросселианде. И о том, что оно охраняется надëжней, чем драконье золото. Кинжал был красивым. И из очень качественного материала. Она в этом разбиралась не хуже любого другого мужика. Она неплохо разбиралась в оружии, но только не в своих чувствах. — Вы скоро возможно покинете Бросселианд. — нарушил молчание мужчина, отведя взгляд в сторону, и Броуддика не могла отказать себе в том, чтобы любоваться его лицом. Такое... серьёзное. Такое свирепое. Жёсткие глаза, полные губы. Она помнила какого это - целовать их. — Я не хочу чтобы ты вспоминала меня с злобой. Броуддика постаралась придать своему лицу равнодушное выражение. — Знаешь, Беллариан, не держу я на тебя зла. Иди с миром. — спокойно солгала ему девушка, не поведя и бровью. — Совокупляешься ты лучше, чем лжëшь. — почти сразу подметил мужчина. Броуддика вспыхнула. Ну нет! Никакого смущения он не получит. Наверное, потому что смущения и не было. Что было? Были только обида, гордыня, возмущение и возбуждение. — Мне понравилось там, на озере. — намеренно замедлил свой тон эльф. Броуддика покачала головой. — То, как ты поддавалась моему натиску. — продолжал мужчина беспардонно. — Как ты выгибалась, предлагая себя. Броуддика поняла, что если он продолжит в том же духе, то непременно сделает с ней это вновь. И мысль об этом заставляла что-то внутри чресел нагреваться. Броуддика вновь сконцентрировалась на словах Лусетиуса. — Я не хочу быть сучкой и шлюшкой, Беллариан. Я не шлюха. Не шлюха, понятно? — гневно выплюнула Броуддика, вытянув шею. Беллариан спокойно моргнул. — Я никогда не говорил тебе таких слов. Она фыркнула. — Не притворяйся. Твой друг так назвал меня. Вы ведь обсуждали это, да? Обсуждали? — визгливо закончила она. Сидя за одним костром с мужчинами во время походов, она часто слышала как похабно хвалятся своими подвигами членоносители друг с другом. И ей всегда было от этого не по себе. — Да будет тебе известно, Броуддика, в Бросселианде у меня нет друзей. Соплеменники - да, сослуживцы - да. Друзья - нет. Не враги, но и не друзья. — Ох, не морочь мне голову. — закатила глаза рыжая. — Мне не надо морочить тебе голову, потому что ты сама с этим прекрасно справляешься. — уверенно парировал он, приводя её в состояние дичайшего раздражения. — Кто сказал? Лусетиус? Броуддика махнула рукой. — Вот видишь, ты и не отрицаешь... — Дура. — без смешка подметил Беллариан. Броуддика ошеломлëнно округлила глаза. Она приоткрыла рот. Он обсуждал её со своим другом, называя её шлюхой, а теперь он ещё и назвал её дурой! Хам! Гад! Подонок! — Пошёл нахер, Оберроновская шестëрка. — холодно, но с вызовом понизила тон валькирия. Секунда. И она получила пощëчину. Удар был лёгким. Даже символичным. Можно сказать гладящим. Её голова дёрнулась только от неожиданности. Дагда, как он мог?! Не задумываясь особо... она кинулась на него... Она должна постоять за себя! Даже будучи не на своей территории. Беллариан легко еë скрутил и втолкнул в комнату. — Остынь. — спокойно велел он. А затем слегка хмыкнул, заходя внутрь помещения, закрывая дверь. — Впрочем, если тебе так нравится, давай поборемся.