«Подождите, у меня 2-ая линия»

***

      В диалогах с Лоне, прошу отметить, человеком эстетичным вне всяких сомнений, стезёй своей Дотторе считал лишённые смысла, однако в то же время забавные и затяжные речи. Краток с ним он никогда не был, любима было ему мысль о том, что подобная личность не прочь провести с ним часок-другой своего времени. В некотором смысле он Панталоне восхищался, такой он в его голове расчудесный и невероятный, упоминать, правда, ему стыдно об этом.       Стесняло его всё напрямую высказать колотящееся в грудной клетке сердце, ощутимо отбивающее одному ему известный ритм. Подобное нередко вводило в ступор Дотторе, начинающего этими моментами ошеломленно пялиться на собственную грудь. В открытую взгляд то и дело метался то на себя, то на непонимающего суть происходящего Панталоне, которому в таких случаях даже не всё равно было. Начинали их взгляды сталкиваться и Дотторе решительно сводил саму мысль о подобных высказываниях на нет, ну и чёрт с ним. Менеджер пытался надумать в своей голове причину поведению коллеги, да только все варианты выглядели настолько по своей сути нелепыми, что и тот пытался их отмести. Так оба к своим изначальным целям никогда не приходили, сводя в итоге их беседы в пре-комичную постановку для детсадовской группы "Ясельки".

Должно всё так быть и в этом случае.

— Молодец, - отбивает ладонями пару раз хлопки, напоследок таки улыбнувшись. Слегка.       Дотторе же, сидящий относительно недалеко, смотря на развернувшуюся картину пред ним в очередной раз ловит себя на мысли о заходящемся сердцебиении. Вновь норовит вылезти наружу сковывающее стеснение, что тот успешно запирает под замок назад. Одни лишь розоватые уши, намеренно прикрытые волосами, могли бы выдать. — Спасибо-спасибо, очень старался, - выражение сменяется привычной для их бесед ухмылкой, - Ну, а у тебя дела как? Так и не ответил.       Панталоне вздыхает, опирая находящейся на столе рукой лицо. Оба, зная его характер, догадывались о содержании ответа. — Да никак, сил ни на что совсем не было, - собеседник качает неодобрительно головой, выдавая: — Это плохо, что сил нет, - и после добавляет, - Тебе бы отпуск взять.       Менеджер не решается перечить, оставив в голове мысль: "Проблема в том, что эта усталость перманентная", ибо представлял, что может услышать в ответ. Волнение. Он не хотел волновать других собственными проблемами, предпочитая отмалчиваться в сторонке. Панталоне не любил жалость к себе. Ни в каком виде, кроме пропитанного ложью "Сочувствую". Ничего они не чувствовали, будем честны. — Да, было бы неплохо, - скрещивает на столе руки и головой ложиться на них. — Кофейку принести, может?, - резко выдвигает предложение Дотторе, внимательно смотря на собеседника, чьё лицо было скрыто в плену его же рук. — Без сахара, - ранее названный усмехается, поднимаясь с нагретого места. — Учту, через минут десять буду тут, жди, - и выходит из кабинета, оставляя Панталоне в водовороте мыслей. И как ему денег, которых у него дай бог на еду хватит, на простого коллегу не жалко?

***

      Когда он открывал дверь в кабинет, то ожидал увидеть хоть что то делающего Панталоне, хоть в телефоне сидящего, хоть по работе бумаги заполняющего, но предстал перед ним он мирно посапывающим, и всё ещё лежащим на руках. Точнее столе. Если ещё точнее, сидя. Потупив взгляд с минуту Дотторе тихо прикрывает дверь, садясь рядом, ставит стаканчик американо на край стола и ничего не предпринимает. Молча рассматривает, даже не пытаясь разбудить его. Голова коллеги располагалась стороной напрямую к пришедшему, что упрощало своеобразное наблюдение. Это расслабленное лицо, без привычного для Дотторе выражения, казалось таким... Успокаивающим, но в то же время волнующим, что ли. Пульс знакомо участился. — Чёрт, - непроизвольно вылетает, тихо настолько, насколько тот мог себя проконтролировать в плане громкости, да медленными шагами уходит прочь из кабинета, оглянувшись назад лишь у двери.       Дотторе прекрасно догадывался о том, что с ним происходит, но принять данный факт было тяжело. Ему не нужны отношения, которые с большой вероятностью будут ограничивать. Он не переносит ограничений и чётко выстроенных рамок.       Вновь тот максимально тихо прикрывает дверь, сквозь которую ещё некоторые мгновенья слышаться шаги, устремлённые всё дальше от помещения.       Панталоне, наконец, вздыхает, отрываясь от "ручной подушки" и парой пальцев протирает глаза. Это было невероятно близко.

***

— Стоп-стоп-стоп, минуточку, то есть, вы ещё не в отношениях?, - тараторит Аякс, пару минут назад вышедший на перерыв. — Нет, и что за "ещё"? Из нас двоих тут только я подобной проблемой страдаю, - Дотторе слегка нахмуривается, на удивление, не переводя свою проблему в шутку. — Да там Колумбина рассказывала, что... Ай, ладно, забыли, - демонстративно махает рукой один раз, будто бросив что то на пол, - Так, то есть ты у нас втрескался в своего, так скажем, приятеля, и знать не знаешь, что с этим делать? — В точку, - кивает, в конец сгорбившись смотря в пол, - Забить вряд ли получится, сразу говорю, себя я уж точно знаю. — Хм, - Аякс задумывается, перебирая в своей черепной коробке возможные варианты, - А он к тебе ничего не чувствует? Может расположен хотя бы. — Неа, на все сто процентов меня не переносит, - головой мотает, всё ещё рассматривая кафельную плитку под собой. — М-да... Ситуация, конечно, не завидная, но идея одна у меня есть, - Аякс хлопает того по плечу, говоря дескать: "Успокойся уже". — Я слушаю, - таки выпрямляется Дотторе, более не изображая креветку. — Короче...

***

      Идея Аякса была неприятной для обоих сторон; устроить эмоциональные качели, лишь бы усилить привязанность. Её Дотторе тут же отмёл, ибо подобные методы его не устраивали. Хоть какие то моральные рамки у него присутствуют. Он понимал, что Лоне не такого склада человек, тот скорее наоборот постарается отдалиться, если ему не понравится этот психологический аттракцион.       Рыжий же на протяжении всего диалога упрямился, подкидывая всё более ужасные идеи, будто намеренно пытался вывести его из себя.       В итоге перерыв закончился на плохой ноте, Аякс ушёл, а Дотторе остался сидеть в комнате для персонала, решив самостоятельно обдумать всю ситуацию.       Определённого рода чувства к Панталоне он точно не отрицал, с этим разобрались, осталось понять, что с этим делать. Сходу признаваться не вариант, напрямую намекать - тоже, последним же было - вести себя, как обычно, возможно с мелкими изменениями, которые Лоне вряд ли заметит в любом случае.       В этом урагане собственных мыслей он и провёл остаток часа, после чего направился в кабинет коллеги. Если и бездельничать, то в компании нравящегося тебе человека.

***

      Не одному Дотторе, впрочем, было над чем подумать, если точнее - предполагать. Не любил Панталоне конечно суваться в чужую голову, ибо надобности в этом сильно не видел, но в достаточно редких исключениях пренебрегал данной установкой. Если дело касалось его напрямую, естественно.       Тщеславным однако он считал приравнивать поведение Дотторе в его сторону к симпатии. Честно, эта мысль закралась абсолютно незаметно и вызвала полный спектр противоречивых чувств. С одной стороны - действительно, пободное изречение звучит несуразно и отдаёт некоторым лицемерием, точнее быть в его голове сие умозаключение приравнивалось к лицемерию, само по себе оно достаточно тривиально, а с другой... Это тешило его глубоко запрятанное самолюбие, отдавая в груди теплом, пожалуй способным поднять его моральный настрой. Не слишком сильно, но достаточно для заметности отличий в собственном настроении.       Тем не менее, "издержки" поведения так называемого друга можно и вовсе ни к чему не приравнивать, списать на характер и продолжить сидеть на попе ровно, проводя свой скудный рабочий день за ничуть не интеллектуальной беседой. Впрочем, сколько бы это не было похоже на правду, то ни капли не по нраву было Панталоне. На удивление. Никогда тот не замечал за собой эдаких проявлений завышенной самооценки, которая вроде как, даже не была по показаниям выше среднего. Вблизи, возможно, но на том уровне она не была, а её завышенность даже пугала изредка. Страшно представить, какой бы мразью в таком случае он вырос. Хотя, он бы наверняка был очень амбициозен. В самом, что ни на есть плохом смысле этого слова. Его амбиции сто процентов затмили его возможности, а понял бы это он в последний момент, разбиваясь окончательно. Неприятно.

К слову, кофе он уже давно выпил.

***

      На телефон внезапно приходит уведомление, означало это лишь то, что кто то решил написать ему лично, а не через чат. Там уведомления он отключил ещё в момент своего непосредственного прибытия туда. -----16:13 ZxcScaramouche: Ты же тесно общаешься с этим раздолбаем, так? Можешь настойчиво его попросить пройти на рабочее место И СДЕЛАТЬ УЖЕ ХОТЬ ЧТО НИБУДЬ, Я ТАК ЗАЕБАЛСЯ ДЕЛАТЬ ВСЁ ЗА НЕГО, ПРОШУ ТЕБЯ...       Воу. Не этого Панталоне ожидал, конечно. Сам он не особо отличался трудоспособностью. Ответ не заставил себя долго ждать. Pants??: Сделаю всё, что в моих силах ZxcScaramouche: Заранее спасибо, думаю тебя он точно послушает.

И то правда льстило.

***

      С пол часа Панталоне провёл толком ничего не делая. Он знал, что Дотторе придёт. Просто знал и всё тут. Не ошибся ведь.       На исходе этого часа ранее названный с толикой самоуверенности заходит внутрь, сразу сталкиваясь взглядом с Панталоне. Напускная самоуверенность поубавилась, но этот факт никак не помешал ему начать говорить. — И снова здравствуй- Менеджер его речь сиюсекундно прерывает: — Скарамучча настойчиво тебя попросил вернуться на рабочее место и сделать хоть что нибудь. Рекомендую всё таки сходить, до конца рабочего дня не так много осталось, - слегка надменным тоном он говорит, сверля собеседника.       Дотторе замолчал, резко сбился с мысли и, казалось, стал совершенно опустошённым. Словно его резко выдернуло из очень долгого сна в реальность, причём крайне грубо. — А... Ага, хорошо, тогда до встречи, - машинально разворачивается к двери и столь же машинально уходит, оставляя после себя лишь порыв ветерка. И то от двери.

До конца дня они и вовсе не пересекались, даже после работы.

Обоих это выбивало из колеи в худшую сторону.