Почему ты так жесток?

Pov: Мескенэтт Фэйт(Судьба, что вас связала) Песня при появлении персонажа - My bubble gum(Rasheeda) Конец осени. Девушка сидела в ненавистном автобусе под номером пятьдесят восемь. Учеба в колледже, который она не любила и была вынуждена посещать из-за матери, одногруппники — недалекие и неинтересные люди — раздражали её. Специальность также не вызывала у неё интереса. Маршрут, по которому Мескенэтт сейчас ехала, был долгим. Учебное заведение находилось почти в центре, и добираться до него с окраины города было не самым приятным занятием. Остановка за остановкой проносились за окном, и Меск облокотилась на дрожащее стекло. Она очень нехотя открывала глаза, когда автобус останавливался. Водитель что-то кричал, разговаривая по телефону, и вот очередной толчок — автобус тронулся с места. Глаза девушки опустились, голова уже лежала на дрожащем стекле, но в этот момент в транспорт влетел человек. Черное пальто, светлые волосы до плеч, падающие на лицо, руки в перчатках без пальцев — он оплатил проезд и встал спиной к окну. Девушка заинтересовалась этим человеком, пытаясь определить его пол; ведь если бы он был девушкой, то ей бы он не был нужен. Русые волосы, которые как назло спадали на лицо, мешали рассмотреть, кем является этот человек, но даже когда он собрал волосы в хвост, Меск продолжала смотреть. Лицо было усталым, сильные синяки под глазами, безупречные черты лица. Она вглядывалась в него и наконец начала замечать мужские черты: грубые руки, крупный размер ноги и усы с бородой. Парень либо не замечал её пристального взгляда, либо просто делал вид, что не замечает. Ведь не заметить, как девушка разглядывает его, мог только слепой. Мескенэтт отвернулась от парня, но её не покидала мысль познакомиться с ним; в конце концов, он её заинтересовал. Автобус запускал новых людей, а мысли всё равно крутились вокруг него. Сидя на месте, ей очень хотелось поговорить с ним, но что-то внутри не давало, говорило: "не надо, постой, не время". Но девушка всё равно очень хотела. И вот. Время подошло, автобус остановился на остановке, водитель опять что-то кричит, парень и Меск собираются выходить, девушка уже думает, что ему скажет. Двери открываются, и они выходят. Как... Юноша выбегает из автобуса, оставляя Мескенэтт одну. Мысль о том, что от неё только что сбежал парень, пронзает её. Причём действительно сбежал, будто его сейчас сожгут. Девушка посмотреля в след уносящимуся парню и обидно топнула ногой. Тяжело вздохнув она пошла в сторону своего "прекрасного" колледжа, попутно жалуясь в голосовом сообщении своей подруге и парню, что от неё только что, сверкая пятками, убежал человек. Если говорить о друзьях и близких людях, то Меск всегда упомянет Дакарэя и Мерт. Они прошли с ней огонь и воду, и кто бы что не говорил, Рэй и Мерт навсегда засели в сердце и голове девушки. Лучшие друзья? Конечно. Дакарэй — это парень, который стал для Мескенэтт настоящей опорой и защитой. За три года их отношений он не только поддерживал, но и оберегал от её родителей, которые были далеки от идеала. Он вытягивал Меск с того света, не раз вытаскивал и выкидывал таблетки из сумки девушки. Поддерживал в мометы, когда мысли Мескенэтт атаковывали ее, избавляя от всего негативного, что могло угнетать. Он был светом, тем, ради кого она продолжала бороться и жить. Пусть силы часто и заканчивались и желания существовать больше не было. Дакарэй был лучшим во всем — в поддержке, в помощи с учёбой, в готовности прийти на выручку. Он провожал Мескенэтт домой, проявляя заботу и беспокойство, как в школьные годы, так и после выпуска девушки из этого ада на земле. И это создавало между ними особую связь. Рэй никогда не смотрел на других девушек; его внимание и чувства были полностью сосредоточены на Мескенэтт. Однако ревность, особенно зная её ориентацию, иногда брала верх. Он замечал, как Меск могла флиртовать с другими, что порой вызывало у него внутреннюю злость. Рэй никогда не волновался из-за того, что девушка могла уйти, он бы просто не отпустил, а скорее запер бы дома, привязав к батарее. Парень часто на досуге поискивал людей, с кем общалась Мескенэтт и с разных аккаунтов угрожал. Нет, ни в коем случае не расправой, компромат в виде переписок, находился и у девушек, и у парней, поэтому те больше не смели подходить к его ненаглядной. Девушка в свою очередь совершенно не замечала этого или не хотела замечать? При ней Дакарэй всегда был пушистым лисенком — нежным и заботливым. Но за этой мягкостью скрывалось желание защитить то, что он считал своим. Его любовь к Мескенэтт была такой глубокой, сильной, больной, что он готов был на всё ради её счастья. Рэй считал, что принадлежит ему, должно оставаться только с ним. Его преданность была безгранична, и он всегда ставил её интересы на первое место, даже если это означало скрывать свои настоящие чувства за доброй улыбкой. Мерт была лучшей подругой Меск с третьего класса, не разлей вода. Девушки помогали друг другу в трудные моменты и никогда не забывали поддержать даже просто так. Мескенэтт любила Мерт, и наоборот. Лучшие подруги не перестали общаться и после того, как перешли в разные учебные заведения. Мерт на юриста, а Меск — строитель, но она не собиралась заканчивать это заведение. Девушка планировала переводиться или отчисляться в восемнадцать лет; ей стоило подождать всего два года до совершеннолетия и уйти с ненавистной специальности. Мескенэтт зашла в здание и пошла дальше нести свою беду одногруппникам. Пусть они её и бесили, вылить кому-то то, что её гложет, хотелось. Например, у неё был один вариант — Саймон. Он всегда слушал Меск или делал вид, что слушает, но это сейчас не важно. Нужно кому-то рассказать, проораться, выбить эмоции. Лицо девушки было полно решимости, она шла жаловаться. Саймон Анной — не самый красивый и лучший персонаж в колледже и группе. Часто раздражающий и много болтающий о какой-то ерунде. Они с Меск были чем-то похожи, но в отличие от Саймона, девушка не врала о трёх квартирах в центре и двух машинах, передающихся по наследству, и многом другом. Парень стоял у кабинета, бурно разговаривая с Эрнестом по поводу лекций. Девушка подошла довольно тихо, раз Сай не заметил её. — Привет, опять уши прожужживаешь своими историями? — девушка кивнула в сторону Эрнеста, тот понял и ушёл. — Эй! Вообще-то, я рассказывал, как важно покупать квартиру сейчас, а не через год или больше — инфляция! — Мескенэтт закатила глаза и перехотела ему что-либо рассказывать или жаловаться, ведь этот "советчик" просто переключит тему на себя. Девушка отошла от парня и продолжила переписываться с Мерт, открыв чат на телефоне. Мескенэтт: Ну ты представь, он опять про инфляцию заладил! Всё желание отбил рассказывать. Мерт: О, Боже. Меск, ты мне на него когда-нибудь перестанешь жаловаться? Что за парень-то? Он интереснее Саймона Анноя? Мескенэтт: Ах, да. Парень классный. Высокий, худой и классно одевается! Жаль, не успела познакомиться, он убежал от меня! Мерт: Ты поняла, что он "клевый" только из-за одежды? Мескенэтт, люди довольно многолики, и от того, что он одевается как идол, не делает его таковым. Может, он маньяк? Девушка заблокировала телефон и бросила его в сумку. Пусть Мерт и была права, но Меск всё равно хотела познакомиться; от того, что она с ним заговорит, никто не умрёт. Кто ж знал, что умрёт — не в прямом смысле этого слова, конечно, но и не в переносном тоже. Пары начались, а Меск даже не слушала преподавателей. Лишь многозначительно смотрела в пустоту или немногословно отвечала на вопросы одногруппников. Мысли крутились вокруг парня и обиды, что не смогла его поймать. Девушка весь день ходила подавленной, будто ей чего-то не хватало. Она знала, чего, вернее, кого. Чёрт её дернул глаза открыть. Вот тебе, пожалуйста. Все беды от мужчин. — Мескенэтт Фэйт, если вы не начнёте слушать лекции, то не сдадите сессию. — Преподаватель обратил внимание на пустой взор студентки и явно был не в восторге, что та летает в облаках. Меск выдохнула и сфокусировалась на паре. Вышло плохо, не только из-за неудачи с утра, но и из-за нежелания что-либо слушать. Предмет был неинтересным, а преподаватель не умел его объяснять, из-за чего становилось ещё хуже. Девушка откинулась на стуле назад и посмотрела на стену. Учёба не нравилась Мескенэтт и в школе, но там хотя бы была Мерт, а сейчас каждый день казался пыткой. День в колледже тянулся бесконечно. Каждая пара казалась вечностью; лекции сливались в одну серую массу, из которой не вырывалось ни единой мысли, способной зацепить. Преподаватели, как всегда, говорили что-то неумолимо скучное, их голоса становились фоном, на который девушка просто перестала обращать внимание. Она наблюдала за одногруппниками, которые, казалось, были погружены в свои миры, и это ещё больше вызывало у неё раздражение. Кто-то сидел, уткнувшись в телефон, кто-то тихо перешептывался, а кто-то вообще спал, не обращая внимания на лектора, который, казалось, сам отчаялся заставить студентов слушать его. Меск чувствовала, как по телу разливается усталость и скука, как будто они сжали её в тиски. Каждый вопрос, который задавали одногруппники, вызывал у неё лишь желание закатить глаза — сколько же можно говорить о том, что не имеет никакого значения? В перерывах она пыталась развлечь себя разговорами с Мерт, но даже их беседы иногда становились обыденными и рутинными. Девушка понимала, что её мысли снова возвращаются к незнакомцу в автобусе, и это лишь добавляло масла в огонь её омут обиды. Почему она не смогла с ним познакомиться? Почему её жизнь снова застряла в этом бесконечном цикле скучной рутины? Когда последний звонок наконец прозвучал, Мескенэтт почувствовала, как тяжесть на душе немного приотпустила. Она собрала свои вещи, потянувшись к выходу, но внутри всё ещё оставалось ощущение пустоты. Она вышла на улицу, и свежий воздух ударил в лицо, но даже он не смог развеять её подавленное настроение. На остановке стояло много людей, и Мескенэтт почувствовала себя частью этой бесконечной толпы. Она с трудом пробивалась сквозь множество лиц, не замечая ни одного из них. Каждый человек был занят своими мыслями, разговорами или погружён в экран телефона. Девушка облокотилась на столб, пытаясь найти комфорт среди этого хаоса. Сквозь шум городского транспорта и разговоров её уныние только усиливалось. Люди толкались, кто-то громко смеялся, кто-то ругался, а кто-то просто молчал, впав в собственные раздумья. Меск наблюдала за ними, как будто это было какое-то представление, где все играли свои роли. Но это представление её не интересовало. Ей хотелось покоя, уединения, но вокруг не было ни того, ни другого. Она вспомнила о том, как вчерашний день оказался таким же скучным. Внутри снова заворчала злая мысль о том, что всё это никогда не изменится. Почему она не могла просто уйти с этой остановки и не возвращаться в колледж? Почему её жизнь так проста и предсказуема? Мысли о незнакомце из автобуса всплывали в голове, но даже они не могли развеять её навязчивые мысли о неудаче. Меск заметила, как очередной автобус прибыл, но толпа людей лишь увеличивалась. Она не спешила садиться, её место в автобусе не вызывало желания. Внутри всё ещё кипело недовольство, и она не знала, как избавиться от этого ощущения. Ожидание казалось бесконечным, и каждый момент, проведённый на остановке, лишь добавлялся к её внутреннему напряжению. Она чувствовала себя в ловушке — между шумом города и собственными мыслями и не знала, как выбраться из этого состояния. Словно время остановилось, а вокруг всё продолжало двигаться, и она была единственной, кто застрял в этом бесконечном ожидании. Стоя и выглядывая свой автобус, который должен был вот-вот прибыть, девушка начала играть в игру "найди более странно одетого студента". Вот прошла девушка в мини-юбке, а на минуточку — на улице конец ноября. Парень в зимней куртке, слишком теплой для такой погоды. И вдалеке появилась знакомая фигура в черном пальто. Он шёл среди этих людей, и на лице Мескенэтт засияла улыбка. Но в душе начали драть кошки. Стеснение и страх быть отвергнутой в предложении дружбы, опозориться... Девушка не начинала разговор с противоположным полом первая уже лет пять, она почти до панической атаки боялась мужчин. И вот она всё-таки перешагнула через себя и повернулась к парню. — Молодой человек! Всё, пути назад нет, к черту. Это судьба. Мескенэтт познакомилась с парнем сама. Боже, почему слова выходят так сдавленно? — Можно с вами познакомиться? — Да. — Краткий ответ и низкий голос для такого парня немного отпугнули девушку. — Я Мескенэтт... А вы? — голос звучал слишком сипло, и казалось, вот-вот сядет, но она стояла на ногах уверенно. — Амен. Краткие односложные ответы пугали Мескенэтт, но это всего лишь стиль общения, верно? Парень, видимо, заметив, что пугает девушку, немного смягчился и стал выглядеть более дружелюбно. Они разговорились, и их диалог шёл в основном о дне, и о том, что Меск увидела юношу ещё в автобусе, и, видимо, это судьба, что они встретились. Судьбоносный вторник и осень. Двадцать второе ноября две тысячи двадцать второго года. Дата, которую девушка никогда не забудет. Вечер, который отпечатается у неё в голове до скончания дней. И новый друг. Которым, кстати, она должна похвастаться Мерт. — Можно я тебя сфотографирую? — странная просьба, но парень кивает, и девушка достаёт телефон. Секунда, и на лице Меск сияет улыбка. Всё раздражение и уныние ушло, как только она увидела Амена. Судьба к ней благосклонна сегодня. Как только фотография сделана, она отправляется в чат с Мерт. Телефон падает в сумку, а девушка возвращается к разговору с парнем, с которым стало так легко, будто всё плохое ушло в тот же момент, как только он подошёл. — Пошли на другую остановку? — предложил Амен. Девушка кивнула, расспрашивая его о всяком, парень же только кивал и кратко отвечал. Но в конце вечера он всё равно дал свою страничку во "ВКонтакте" и "Телеграм". Даже свой "Zenly". Парень выходил раньше Меск, поэтому попрощались они рано. Зато девушка остаток пути хвасталась Мерт и Дакарэю, кого она подцепила и что судьба её сегодня полюбила. Дакарэй, конечно, не оценил, что его девушка была с каким-то Аменом. Но что-то запрещать он не собирался — бесполезно, Меск всё равно сделает по-своему, тем более, может, Амен не такой уж и плохой?