Георгина

Тесса просидела за столом до без четверти семи. Офис опустел. Памела ушла в 17:45, Джонс — в 17:52, Лола задержалась до 18:10. В 18:25 в отделе не осталось никого. Она выдохнула. Поправила волосы перед тёмным монитором. Достала из сумки помаду — терракотовую, которую купила месяц назад и ни разу не наносила. Провела ею по губам, глядя в стекло, и сама себя не узнала. Она не переодевалась. Не было никакого смысла даже ехать домой и хоть немного приодеться. Белая блузка, чёрные брюки, туфли-лодочки. Кудрявые волосы в неаккуратном пучке. Вот и весь наряд на первое свидание. В 18:30 пришло сообщение: «Я у парковки. Чёрный "Мерседес". Не спеши». Она выключила компьютер, собрала сумку и вышла из-за стола. Лифт спускался бесконечно долго. Или только Тессе так казалось? На парковке у дальней стены стояла машина. Роберт ждал снаружи — в рубашке с закатанными рукавами, без галстука и без пиджака. Он выглядел иначе. Доступнее. Не начальником, а мужчиной, который волнуется перед свиданием. — Ты не переоделась, — заметил он без тени разочарования. — Не хотела, чтобы кто-то заметил, — ответила Тесса. — Да и смысла нет. Он открыл дверцу. Салон пах кожей и его одеколоном. — Ты волнуешься, — сказала она. — Ужасно, — признался он. — Я очень давно не был на свидании. Ресторан оказался скрыт от посторонних глаз — серая дверь между витринами, никакой вывески. Внутри — шесть столиков, свечи, живые цветы. Вот только помещение пустое. Роберт попросил закрыть зал для частного мероприятия. — Ты не любишь, когда смотрят, — сказал он. Они заказали ужин. Говорили о книгах, о путешествиях, о музыке. Она — детективы и девяностые. Он — классику и джаз. Она пила вино маленькими глотками и чувствовала, как напряжение отпускает плечи и начинает успокаиваться. К концу ужина Роберт достал из кармана тёмно-синюю бархатную коробочку. — Что это? — спросила Тесса с интересом и недоверием. — Открой и узнаешь. Внутри на чёрном бархате лежало колье. Тончайшая цепочка из белого золота и сапфир огранкой «капля» — глубокий синий, переливающийся при свечах. — Боже мой, какая красота... Но это слишком дорого, — выдохнула Тесса. — Ты не знаешь, сколько это стоит, — возразил он. — Это подарок. Не зарплата и не плата за вечер. Просто подарок. Позволь мне надеть его. Она кивнула. Он обошёл стол, и его пальцы — тёплые, чуть шершавые — коснулись её шеи. Щелчок замочка. Холод металла, не согревающийся телом. Всё тело прожгло этим холодом. — Теперь ты носишь меня с собой, — сказал он. — Каждый раз, когда коснёшься камня, вспоминай этот вечер. Она провела пальцем по сапфиру. — Сегодня я не сниму его. ─── Они вышли из ресторана заполночь. Тесса была пьяна не от вина — от воздуха, от его близости, от тяжести сапфира на шее. Ноги заплетались, и Роберт подхватил её под локоть. Они гуляли по набережной. Он не держал её за руку — просто шёл рядом, плечом к плечу. Она смотрела на воду, а он — на неё. — Хватит пялиться, — сказала она. — Не могу. Ты слишком красивая. Она рассмеялась — громко, искренне, запрокинув голову. Он замер. — Вот так, — сказал он тихо. — Я хочу, чтобы ты смеялась чаще. Смех Тессы резко стих. В голову снова пришла мысль, которая, как по щелчку пальцев, перешла на язык: — Отвези меня к себе, — попросила она. — Ты уверена? — Да. — Она не была уверена. Но то, что ей хочется большего, девушка отрицать не стала. ─── Его дом в дорогом и тихом пригороде. Старые дубы вдоль подъездной аллеи, тенистый тоннель, запах мокрой листвы. Двухэтажный особняк из тёмного кирпича, увитый плющом. Внутри было тепло. Камин, в котором потрескивали дрова. Мягкие диваны с пледами. Книги везде. Беспорядок, который он назвал «своим уютом». Тесса сняла туфли. Прошлась босиком по старому паркету. — Роберт, — сказала она, поворачиваясь. Он стоял у двери, прислонившись к косяку, без очков. Смотрел так, будто видел её впервые. — Я боялся, что ты откажешься, — сказал он. — От всего. И от меня. Она подошла сама. Встала на цыпочки и поцеловала первой. Роберт подхватил её на руки и понёс наверх. ─── В спальне было темно — только лунный свет сквозь неплотно задёрнутые шторы. Большая кровать с деревянным изголовьем, много подушек. И тот самый запах. Он опустил её осторожно, как драгоценность. Лёг рядом. Не торопил. — Что ты видишь? — спросила она. — Всю свою жизнь. Ту, которая наконец началась. Настоящая, а не иллюзорная. Тесса села сверху и расстегнула пуговицы на его рубашке. Его руки скользнули под её блузку. Блузка упала на пол, рубашка — следом. Он шептал её имя. Шептал «спасибо». Шептал «пожалуйста, не уходи». А потом были только его руки, его губы, его тело. Громкие стоны, его неловкость. И страсть, сжигающая всё на своём пути. Она уснула раньше него. И не слышала, как он прошептал в темноту: «Я сохраню этот вечер в своей памяти навсегда». ─── Утром Тесса проснулась от того, что кто-то гладил её по голове. Роберт сидел на краю кровати — влажный после душа, в расстёгнутой рубашке, с очками, но взгляд всё ещё тёплый. — Кофе готов. Я подброшу тебя до офиса. Она оделась торопливо — ту же блузку, те же брюки. Перед зеркалом в прихожей замерла. Взгляд зацепился за колье. — Колье… снять? На работе заметят. — Твоё решение, — ответил он. — Но если наденешь — я буду знать, что ты не стыдишься. Меня. Этой ночи. Она провела пальцем по сапфиру. Оставила и мягко сжала в ладони камень, как будто если бы сняла, то отказалась бы от чувства оставаться желанной. Никогда больше такого не произойдёт. Он высадил её за квартал до офиса — по её просьбе. ─── В отделе Тесса вошла и сразу поняла: что-то не так. Тишина. И взгляды. Жадные, которые требуют объяснений. Памела подняла голову от монитора. Перевела взгляд на шею, и её аккуратные брови поползли вверх. — Ого. Это что за красота? — Подарок, — пожала плечами Тесса, подходя к своему столу. — От кого? Это же сапфир? Настоящий? — Не знаю. Бижутерия. — Бижутерия так не блестит, — Джонс уже тянулась через стол, чтобы рассмотреть поближе. Через три минуты возле стола Тессы собралось шесть человек. Колье рассматривали и трогали. Кто-то восхищался, кто-то завидовал. — От тайного поклонника? — прищурилась Линда из бухгалтерии. — От подруги, — сухо ответила Тесса. — Подруги не дарят такие вещи, — отрезала Памела. — Это белое золото и сапфиры. Несколько тысяч долларов как минимум. Мой отец работал в ювелирке. Я знаю, о чём говорю. — Всё! — не выдержала Тесса и отвернулась. — Хватит сплетен. У нас работа и скоро собрание. Женщины разошлись неохотно. Только Памела задержалась и села на край стола. — Ты вчера не ночевала дома, — сказала тихо. — Я звонила. В десять, в двенадцать, в два. Ты не взяла трубку. — Была у подруги и заснула под фильм. — И у какой это подруги? Уж не мужского ли пола твоя новая подружка? — Памела наклонилась ближе. — Тесса, ну я вижу, что ты врёшь. Я же тебя давно знаю. Ну пожалуйста, расскажи: откуда у тебя колье из настоящего сапфира? Тесса поджала губы. Врать Памеле, которая всё равно всё узнает? Памеле, которой даже не смог наврать её бывший муж, когда пытался откупиться встречей с друзьями, а в итоге спалился через минуту, признавшись, что изменил? Милая Пэм увидит ложь всегда, какой бы сладкой она ни была. — Поговорим позже, — прошептала Тесса. Памела посмотрела долгим взглядом и отошла. Но каждые пять минут бросала взгляд в сторону подруги. Тесса включила компьютер. Чувствовала сапфир на ключицах и взгляды за спиной. Где-то в углу перешёптывались — о ней. «Будь что будет», — подумала она. В этот момент дверь кабинета Роберта открылась. Он вышел в общий зал — в идеальном костюме, с непроницаемым лицом. Прошёл мимо её стола. Не остановился. Даже не посмотрел. Но когда проходил — его взгляд скользнул вниз. На её шею. И в этом взгляде она прочитала всё. Он скрылся в конце коридора. Телефон завибрировал. «Тебе идёт. Очень». Она выключила телефон и со вздохом поправила цепочку. Памела снова посмотрела на подругу, и в её глазах Тесса прочитала то, чего боялась: подруга начала догадываться. «Сегодня будет долгий день», — подумала Тесса. Она коснулась сапфира и всё-таки позволила себе улыбнуться. Лёгкой, немного застенчивой улыбкой.