Есть ли что там, за облаками?

- Аня! - окрикнул девушку кто-то знакомый. Её сердце сжалось от воспоминаний о прошлом вечере, подаривший ей сладкую утеху и гнетущую совесть ошибку. Она корила себя за свой вчерашний порыв, введший в обман её близкого человека, в обман, в который она верила, хоть и не хотела этого признавать. Аня остановилась и развернулась к парню, чья улыбка заставляла его лицо засиять в радости от встречи с любимой, оттого ей стало ещё хуже. - Привет, Лёша. - она поздоровалась с особой холодностью, за которой скрывалась вина за вчерашнее. Он опешил от сменившегося тона подруги и в недоумении поднял бровь. - Что случилось? - Ничего, пошли в класс. И так продолжалось два дня. Она продолжала ненавидеть свою слабость, а он в неведении этого не понимал, что произошло с той лучезарной девушкой, к которой его любовь всё крепчала. Сказать, что Лёша не страдал, значит соврать: он мучился в раздумьях, стараясь найти объяснения смены поведения Ани. Каждую перемену они держались вместе, при этом молчали, тем самым давя друг на друга с такой силой, что даже если и находилось, что сказать, то они просто вздыхали и продолжали в тишине своей пары. - Лёша, я отойду. - предупредила парня Аня и вышла из школы на задний двор, где собрались шальные подростки, прикуривавшие свои лёгкие, в числе которых была и девушка. Облокотившись спиной о железо изгороди, холодящей кожу под тонкой блузкой, она зажала меж зуб сигарету и подожгла её, скрывая за ладонью исходящий из зажигалки огонёк. Она нервно вдыхала в себя никотин и обесиленнно выдыхала дым, чуть ли не заливаясь потоком переживаний, скатывающихся по щекам. - Привет, Анька, Море не стрельнишь? - спросила подошедшая к ней в приподнятом настроении Настя. Аня отдала в распоряжение девушки пачку. Они затянулись, и Настя повторила позу подруги. - Что с тобой? - Расставание со мной. - Аня, но ты же сама непостоянна, так почему ждёшь этого от других? - Что ты имеешь ввиду? - спросила возмущённая словами подруги Аня. - Я имею ввиду то, что ты то хотела быть рядом с Сашей, то хотела, чтобы он перестал быть с тобой, при этом принимая приглашения других парней на свидание. - разъяснение Насти вызвало вспышку негодования внутри девушки, что она, повернувшись к ней лицо, врезалась плечом в ворота и начала оправдывать себя, стиснув зубы от гнева. - Но, по крайне мере, я никогда с ними не трахалась. - Да-да. - от такого нарочито притворного ответа, Аня пылающим взглядом вцепилась в щёку подруги, тем самым побуждая её повернуться к ней. - Тогда скажи, что я неправа. - Ты неправа. - сказала растерянно Аня с пониманием того, что Настя наполовину всё же была права: она никогда не ложилась в кровать к другим парням, но бывало, что после свидания она проводила вечер в их объятиях. - Ладно, Аня, проехали. - сказала она, затянувшись. - Кстати, ты же дружишь с Лёшей? Этот вопрос взбудоражил девушку: - Какой Лёша? - Подруга, не играй в дурака, не умеешь врать. - Да, дружу, наверное. - не могла она не выразить неуверенность в их дружбе в ответе, так как действия, которые они совершили два дня назад дружескими язык не поворачивается назвать. - Знаешь, мы с ним так поговорили на вечеринке и… о господи, он мне так понравился. - она в удивлении раскрыла глаза и уставилась на Настю, позабыв о сигарете, с которой осыпался на землю пепел. - Да, конечно, небогатый как твой Панфилов, но мне деньги и не особо нужны. - Ты хочешь, что бы я своего друга положила под тебя? - губы дрогнули в горькой усмешке. - Аня, это твой Саня подкладывается под остальных, а прошу просто помочь мне с ним начать разговор, а то он меня избегает. - Ладно. - согласилась, не хотя, Аня и ушла в школу. После урока химии Лёша и Аня шли в тишине, пока к ним не подошла Настя. Блондинка спускалась по ступенькам к ним навстречу, скользя руководим сиреневого свитера по перилам. - Привет. - Настя, ты очень хорошо выглядишь, как и всегда. - сказал зардевшийся парень, чьё смущение не могло ускользнуть мимо Ани. Почему- то она почувствовала невероятное одиночество, которое хотелось предотвратить в то же мгновение, когда она его ощутила, обратив снова всё Лёшино внимание на себя. - А я-то думала, тебя подловить на том, что скажешь сегодня, а не «не как всегда». - сказала в шутливом высокомерии девушка, зажмурив в удовольствии голубые глаза от бархатного смеха парня, а он искренне смеялся, неловко запустив пальцы в смольные пряди. По мере продолжительности воркования этих двоих, Аня вскипала в нежелание делить с кем-то её друга. Она уже хотела было притянуть за небрежно завязанный галстук брюнета и впиться ему в губы, но в эту же секунду она отказалась от этой мысли. - Ребята, я, пожалуй, отойду. - сказала холодно она и ушла на задний двор, там где её никто не потревожит теперь. Она приняла своё излюбленное положение и затянулась, остужая голову. Аня знала, что приняла правильное решение, но её похотливая и жадная натура внутри царапалась, рвала горло, пытаясь высвободится наружи, дабы показать себя, показать то, что в этой девушке есть гниль, которая с каждой секундой всё больше распространяется в душе. Она треслась в ярости, выкуривая уже третью сигарету, которая никак не помогала успокоиться. Уже начался урок, но она не сдвинулась с места, в один момент она скатилась по прутьям изгороди и зарылась в ладони, закрывая глаза из которых брызнули слёзы. Аня плакала от безысходности своего положения: с одной стороны она понимала, что он ей быстро наскучит, от увлечения в скоре не останется ни следа, и это увлечение будет искать в других парнях, чем сделает больно дорогому ей человеку, с другой стороны, она хотела его до невозможности, ревновала, любила, мечтала прижаться к нему, услышать стук сердца. Разум и чувства схлестнулись в битве, вынуждая бедной девушке тихо реветь в руки, глотая воздух ртом, словно рыба на суше. Она вздохнула и присела на скамейку, пробуя остановить эмоции, внезапно обуявшие её. - Аня, ты здесь. - с облегчением во вздохе сказал Лёша, но, когда он заметил покрасневшее, опухшее от соленой воды лицо подруги, его снова одолело беспокойство, и он присел рядом с ней, взяв ту за руку. - Аня, что случилось? Она не отводила таких ярких после слёз глаз от земли под её ноги, что его начинало волновать его ещё больше. - Аня, Анечка… - говорил обессиленного, целуя костяшки пальцем Ани. Её пухлые губы расплылись в мягкой улыбке, и она докоснулась до лица рукой, на которой пылали недавние поцелуи. Тёплота поглаживания успокаивала его, он прикрыл карие глаза в исступлении от такой хрупкой ласки, которая могла исчезнуть в любой момент. - Всё хорошо, Лёша. Их глаза встретились, она не могла всплыть, всё больше погружаясь на глубину его карих глаз. Парень придвинулся ближе. « Я должна его остановить, нам нельзя… ему нельзя больше прикасаться ко мне, ему будет больно…» - но что бы не говорил её разум, тело двигалось само по себе, отвечая движениям парня. Изнемогая от длины их близости, которая никак не может перерасти в поцелуй, чувствуя лишь её сбившееся дыхание, так возбуждающе опаливавшее его губы, он впился ей в губы, жадно терзая их, от чего он издала сладкий стон. Аня зарылась пальцами в его смольные кудри, будто она делает это в последний раз. Они не могли насладится друг другом, продолжая изучать друг друга. Лёша дотронулся до бедра девушки: она хотела поддаться его прикосновению, присесть ему на колени, раствориться в его объятьях. Он усадил её себе бёдра, не отрываясь от её уст. - Нет, Лёша… мы не должны… - с придыханием молила Аня, а парень не мог оторваться от шеи, с которой слетал запах вишни, смешанный с табаком. Она закатила глаза от его движений. Девушка, высвободившись из оков своего желания, нежно толкнула его в плечо. - Почему? - Потому что я не люблю тебя. - соврала она со сталью в голосе, за которой пряталась печаль. Она встала с него и ушла, оставив ошарашенного Лёшу одного.