Читер

      Лёд под ногами Сюин выглядел невообразимо хрупко, и она шла вперёд с величайшей осторожностью, с недоумением, граничащим с шоком, посматривая на Дану, которую, казалось, ничего не брало. — Должно быть где-то здесь… — бурчала она одно и то же третий час, ходя по кругу с видом чрезмерно задумчивым и важным.       Драконий Хребет оказался именно таким, каким представлялся Сюин — холодным, вымершим и мрачным. Протоптанная тропа с указателями и остановками для отдыха была где-то позади, а вдалеке белело что-то пугающее и неизведанное, ведь разглядеть что-то в подобную метель было невозможным.       Сяо Сюин поражалась своей доверчивости — мало того, что отправилась на сомнительную авантюру с без году неделя знакомой, так ещё и отправилась туда налегке, ведь по словам Даны «всё нужное у меня есть». Сюин мало представляла, как во «всём нужном» находятся зелья тепла, палатка, верхние вещи, одеяла, продукты, посуда… Учитывая, какой безответственной по отношению к себе была приятельница, Сюин с содроганием представляла, как ночью будет искать обратную дорогу. А начиналось всё так безобидно! — Мы бродим тут уже два часа! — справедливо вскричала Сюин, когда особенно сильный порыв ветра сдул копюшон с её головы. — Здесь пусто! Совершенно! Что ты собираешься найти? — Детка, если бы здесь ничего не было, задание бы надо мной не повисло! — крикнули бодро в ответ. — Меня не волнуют твои… «Задания»! — фыркнула Сюин, подходя ближе к счищающей снег со льда Дане. — Я устала, хочу есть и…       Лёгкий треск заставил её прерваться на полуслове, и стоило Сюин моргнуть и переступить с ноги на ногу, как лёд под её ногами обломился, и она с коротким вскриком ушла под воду. Ужас ещё не успел укоренить в ней, как верёвка, которой Дана обмотала Сюин, потянула её наверх, и уже через пару минут она дрожала на морозе, испуганно дыша. — Ты нашла вход! — восторженно прыгала вокруг лунки Дана. — Так и знала, что волны сделают лёд более хрупким. Там такая концентрация должна быть, у-у-ух! Интересно, со временем она могла уменьшиться?..       Мало обращая внимания на причитания Даны, Сюин приложила руку к заполошно бьющемуся сердцу — она почти… почти… — Эй, ты чё зависла? — пощёлкала перед её глазами Дана столь неожиданно, что Сюин вздрогнула. — Замёрзла? Говори, если чё, я вчера зелья навалом наварила.       Сморгнув, Сюин прислушалась к себе, с удивлением обнаружив, что не чувствует холода, о чём с растерянностью и поспешила сообщить. — Ещё бы, это тебе не тот лох, что пытался впарить нам трёшку за бешенные бабки! — покивала Дана, подбоченившись. — Мои зелья тебе не хухры-мухры, а ка-а-ачество. Чистая пятёрка! — Тимей сказал, что его сделал мастер Альбедо, — по привычке одёрнула Дана Сюин, приходя в себя. — Э-э, кто? — поморгала Дана, снимая с неё верхнюю одежду. — Мастер Альбедо, — повторила Сюин, со вздохом позволяя себя раздевать. — Знаменитый алхимик. Появился пару лет назад из неоткуда и прославился на весь континент… Кажется, он совершил с десяток открытий, перевернувших понимание об алхимии… Не знаю конкретно. Я не столь сильно этим интересуюсь… — Он живёт в Мондштадте и при этом совершает открытия в алхимии? — с такой насмешкой сказала Дана, будто место жительство определяет гениальность. — Боюсь, ты что-то попутала! — Вовсе нет! — фыркнула Сюин, принимая новую куртку. — О нём говорит весь мир! — Альбедо-Тупедо, — через пару мгновений пробурчала недовольно Дана, застёгивая невольно хихикнувшей Сюин молнию. — Ворюга он, зуб даю. — Да почему? — возмутилась Сюин за незнакомого ей юношу. — Хорошего человека «Альбедо» не назовут! — значительно подняли палец ей. — Явно же двинутый! Мамка его, по крайней мере, точно. Спорим, у него есть братья Нигредо, Рубедо и сестра Цитриниатас? Ха-ха, хотела создать камень вечности, а сил хватило только на камни на шею!       Сюин непонимающе нахмурила брови — Дана вздохнула. — Ну, типа… «Альбедо» — это вторая стадия Великого деяния. — А Великое деяние?.. — Да ладно, детка! Тебе что, в детстве сказок про философский камень не читали? — Это глупая и малоизвестная легенда! — возмутилась Сюин. — Легенда?! — со священным ужасом воззрилась на неё Дана. — А как же старый-добрый Фламель? — Кто? — скривились ей, и Дана поморгала и удивлённо вздохнула. — Ладно, чёрт с этим камнем… — пробурчала наконец она, потирая переносицу. — Пока мы тут языками чешем, проход опять коркой льда зарастёт. Погоди-ка… На вот, пей.       Ничуть не удивившись материализовавшейся в руке Даны склянке, Сюин взяла её и придирчиво оглядела. — Мне всё ещё не холодно. — А это не от холода. — А? — Будет проблематично находиться под водой без кислорода, не находишь? — А, ну да… Стоп, что?!       Через пару минут уговоров и споров стало ясно, что Сюин не умеет плавать — её пришлось с полыхающими ушами выслушивать смешливые комментарии Даны, после чего смело заявить, что, раз ей надо, то пусть лезет туда одна! — Хорошо, красотка, только не скисни тут без меня! — подмигнула Дана, и Сюин, не ждавшая, что та и вправду нырнёт в лунку, осталась стоять в одиночестве с открытым ртом, не успев как следует возмутиться.       Неуютно оглядываясь, Сюин засекла время и принялась ждать. Прошла минута. Две. Пять… А Дана всё не спешила возвращаться. Через пятнадцать минут Сюин начала думать о том, чтобы бежать в лагерь за помощью (наверняка здесь был лагерь Мондштадта), а через двадцать совершенно смешалась, не зная, что и предпринять.       Вынырнувшая в этот момент рука Даны с выдвинутыми указательным и средним пальцами заставила Сюин подорваться и помочь её вылезти на лёд. — Там такая задница, детка! — делилась впечатлениями с горящими глазами Дана, тяжело дыша. — Там от прохода тайного не осталось ничего! Только камень голый да цитатки мудрые там-сям разбросались. Походила я, значит, ни черта не нашла: там лёд загородил то, что осталось, а я огнемёт с собой не таскаю. Думаю: «Ну, писос, Дана, соси теперь лапу, никакой оружки не получишь, с зубочисткой своей будешь на чувырлов переть». Нырнула обратно, плыву и понимаю, что не туда. Струхнула я, конечно, зелье-то не вечное, и поплыла обратно. Плыву-плыву, ничего не вижу, темно, как в жопе мегачувырла, а потом как раз!.. Башкой об стенку налетела. А она как засветит! Очуметь, думаю, под водой я ещё не махалась, а ничего не случилось, только запись зажглась. «Эту четвёртую фреску я подготовила для тебя. Твой образ будет навсегда запечатлён здесь. Ради этой фрески, ради всех нас я буду ждать тебя и молиться о твоём возвращении…» — И что это значит?.. — осторожно поинтересовалась Сюин, когда молчание Даны затянулось. — Хер знает, — пожала плечами она, тут же получая затрещину и охая. — Да почём мне знать! Какая-то баба расчувствовалась и оставила это на стене. Мужика какого не дождалась? — После стольких лет мы явно не найдём её в живых, — вздохнула Сюин. — Твоя правда. Но я к чему говорю… Задание-то обновилось. — И что оно говорит? — скептично спросила Сюин. — Ща-а… «Любовь не знает ни времени, ни границ. Раскройте тайну двух сердец, что запечатлелась на стенах утерянного царства. Дочь погребённой в снегах столицы и чужеземец, судьбой которого было проложить себе мечом дорогу сквозь льды, обретут друг друга сквозь века». Найдена одна подсказка из трёх и ни одного предмета из двух… Многообещающе. Но награда, сука, вариативна! — Ты уверена в достоверности твоих… заданий? — корректно поинтересовалась Сюин, слишком утомлённая, чтобы ругать Дану за мат. — Не особо, — вдруг пожала плечами Дана, на взгляд Сюин поясняя: — Лагает порой пиз… жутко. Разрабы, конечно, молодцы, но можно было бы постараться и лучше. Особо доставляет эта награда вариативная! В прошлая раз я зачистила три лагеря разбойников, грохнула их главаря, угробила на всё расследование полмесяца, чтобы получить… Ключ. Ключ! Обычный ключ! Я представляла, как купаюсь в реках моры! Не зачищала лагеря! И получила… это.       Вместо долгий объяснений Дана скривилась и протянула Сюин материализовавшийся ключ. Он переливался разными цветами на солнце, имел резную узорчатую ручку и выглядел достаточно дорого, чтобы предположить, что он открывает нечто очень ценное. — Какую же он открывает дверь… — риторически пробормотала себе под нос Сюин, оглядывая предмет. — Дверь в небесный город, не иначе, — съязвила Дана, обнимая колени. — А описание-то какое, закачаешься! «Загадочный ключ»! Это не хухры-мухры! — Не паясничай, — скривилась Сюин, возвращая Дане её находку. — И где он лежал? — У похитителей в сундуке, — буркнули в ответ. — Как башку главарю перерезала, так мне маячок на него и полетел. — Всему своё время, — рассудила Сюин. — Если боги привели тебя к ключу, то имеют надежду, что ты будешь готова и к сокровищу.       Проигнорировав презрительный фырк Даны, Сюин встала на ноги и огляделась. — А теперь возвращаемся. — Куда? — с любопытством подняла голову Дана. — Туда, где есть тепло… И видят боги, Дана, ещё одна твоя выходка сегодня, и сокровище ты не найдёшь никогда!..

***

      Снег хрустел и вяз под ногами, пока они шли по горной тропе. Выпившая ещё одну порцию зелья Сюин совсем не ощущала холода, но чувствовала усталость, что медленно наваливалась на тело после целого дня на ногах. Даже Дана перед ней с ощутимым трудом передвигала ногами, жмурила глаза и зевала, когда думала, что Сюин того не видела. Между ними установилась уютная тишина, которую рушил лишь свистящий ветер.       И когда Сюин расслабилась настолько, чтобы не смотреть по сторонам, доверчиво ступая по следам Даны, знакомая внезапно остановилась. Поняла это Сюин, когда врезалась в её спину. — Что случилась? — недоумённо нахмурившись, потёрла глаза Сюин. — Уровень опасности повысился, — растерянно дали ей ответ.       Сюин закатила глаза, собираясь высказать, что думает о её странностях в такое время. Но шелест, слышный даже через свист ветра, заставил промолчать и озадаченно оглядеться. — Слышишь? — шепнула Дана, и Сюин настороженно кивнула.       Звук становился всё сильней и сильней, и когда они подняли головы, то в ужасе застыли. — Бежим! — крикнула Дана, толкая остолбеневшую Сюин. Огромный снежный поток бежал с горы и грозился вот-вот обрушиться им на головы. Сюин молча послушалась.       Они бежали вперёд, не говоря ни слова, чтобы сберечь дыхание. В какой-то момент Дана крикнула «Сюда!», и Сюин, проследив за пальцем, увидела вход в пещеру — она ускорила бег, вырываясь вперёд.       Когда Сюин вбежала внутрь, то облегчённо рассмеялась. — Ха-ха-ха, Дана, получилось! Получилось!.. Ха-ха-ха… Дана?..       Оглянувшись и не увидев знакомую, Сяо Сюин выглянула наружу и увидела потерянную, что сидела в отдалении на снегу и сердито шипела. Гнев поднялся внутри и тут же затух — присмотревшись, Сюин увидела и кровь на снегу, и капкан, сжимающий ногу. — Дана!.. — непослушными губами вскрикнула она. — Стой там, дура! — сердито закричали ей в ответ. В руках Даны появился меч, которым та попыталась разжать тиски. — Н-но… Но как же!.. — Будь там!       Сюин ещё не слышала такого приказного и гневного тона у знакомой и в ответ испуганно кивнула, забегая в пещеру. Шелест стал громче — Сюин закрыла уши и сжалась. В глаза бросился Глаз Бога. Для того ли ей дали его Боги, чтобы она малодушно пряталась? Чтобы бросала друзей в беде? Чтобы порочила имя своё и имя своего отца?..       Сяо Сюин крепко-крепко зажмурилась, сжала дрожащие губы и, кивнув себе, выбежала наружу. — Я иду, Дана, иду!..       Когда Сюин бежала к этой странной девушке, то видела, как она мечом и кинжалом разжимает тиски, как удивлённо расширяются её глаза и кривятся устало губы, бормоча что-то под нос. Рука Даны опустила меч и вытянулась вперёд.       Сюин была на полпути, когда её что-то остановило, дёрнуло изнутри. Мир смазался, поблек, и словно вспять нечто обратилось: мысли старые, уже обдуманные, пронеслись в голове вновь, а тело, ватное и непослушное, побежало назад, повторяя прошедший уже путь. И когда она спиной влетела в пещеру, на жалкое мгновение опережая лавину, неумолимым потоком обрушившуюся на дорогу, туман, объявший её, рассеялся. Ноги подогнулись, и тело рухнуло на камень. Сюин долгое время приходила в себя, не сразу нащупав и мысли, спутанным клубком обитавшие в голове, и чувства, что запоздалым страхом и ужасом наполнили тело.       Сюин не знала, сколько прошло времени прежде, чем она подняла голову и прошептала онемевшими губами: — Дана…