В погоне за сердцеедом

      Скорость была её главным наркотиком в жизни, который поглощал полностью. Сейчас она делала её свободной и счастливой, но Ася знала, что одна ошибка и хрупкое тело могло размазать по асфальту. С одной стороны это был выход. Выход сбежать от невыносимого парня, от нотаций родителей и постоянного безденежья. С другой стороны уснуть вечным сном была такая себе прерогатива. Ася не хотела видеть тьму, поэтому на всей скорости стремилась к свету, пока это было возможно.       Мчась по освещённым улочкам маленького городка, она полностью отдалась интуиции. Знала каждую кочку и яму. Затормаживала на давно знакомых поворотах. Под рёв своего железного друга въезжала в родной двор, вспоминая детство и горячо любимую бабушку. Это был единственный близкий человек, принимающий все её недостатки своей открытой доброй душой. Как жаль, что жизнь забирала лучших.       Припарковавшись у подъезда, Ася заметила два силуэта. Посмотрев на наручные часы, она поняла, кто это мог быть. В груди, как странно начало биться сердце. Её сосед — Федя — вызывал противоречивые чувства. Она была благодарна ему за урок, который он преподал Никите, но Федины нотации иногда раздражали. Зачем он лез к ней в душу — она не понимала.       Капитан сидел напротив своего хозяина, склонив голову в бок, и поджав уши. Еле слышно скуля, он хотел, чтобы Федя обратил на него внимание, но тот упорно продолжал изучать землю под ногами. Ася насторожилась. Пыталась, как можно тише подойти к лавочке, но Капитан её услышал. Радостно ей гавкнул и приветственно замахал хвостом.       — Привет, малыш, — она опустилась на колени, почесав его за ухом. — А с другом твоим, что произошло?       — Гав!       К сожалению, понимать собачий язык Ася ещё не научилась. Но это «гав» было каким-то чересчур серьёзным. Предостерегающим. И действительно, даже услышав Асин голос, Фёдор не поднял голову. Не было едких шуточек в её сторону, раскатистого смеха и прищура проницательных глаз. Будто Федю подменили.       — И тебе привет, сосед, — Ася встала напротив, сложив руки на груди. — Что же ты не весел? Зачем голову повесил?       Медленно поднимая голову, Федя смотрел на неё снизу вверх. Пристальное изучение фигуры, смущало Асю, тем более, когда одета она была в кожаную экипировку, облегающую всё тело. Нередко за подобный внешний вид она получала от Никиты, который терпеть не мог сальных взглядов друзей в её сторону. Будь он сейчас здесь, то Федя бы давно валялся на земле. Или наоборот.       Ася до сих пор не могла поверить в то, что кому-то удалось повалить её сильного Никиту. Все его боялись. Приклоняли голову, когда он заходил в клуб. Но Федя был иным. Казалось, что чувство страха у него напрочь отсутствует. Слишком самоуверенный — это подкупало Асю.       — Устал… — Федя поднял на неё заспанный взгляд, точнее так сперва показалось. Рассмотрев его осунувшееся лицо, она поняла — что-то произошло. — Иди домой, поздно уже.       Уходить вот так, она не собиралась. Федя её не бросил, когда она сидела полураздетая на лестничной клетке, значит пришло время платить по счетам. Сев рядом, она коснулась его плеча и тут же, как ошпаренная убрала руку. Непозволительная близость с соседом разозлила бы Никиту, который должен был вернуться в скором времени. Разбитое состояние Феди сыграло бы не в его пользу. Почему-то за него она боялась больше, чем за своего возлюбленного.       — Что-то случилось?       — Сказал же, устал! — грубо ответил Фёдор, поднимая напряженное лицо. — Чего пристала? Других дел нет?       Первым делом Ася хотела уйти от греха подальше. Когда Никита был зол, она старалась его лишний раз не трогать. Забивалась в угол и могла просидеть так всю ночь. Но с Федей была уверенность, что он на ней не сорвётся. Не мог человек, защитивший её от нападок парня, принять его же роль. Поэтому она продолжала упорно сидеть с намерением не бросить соседа в трудный период.       — Тебя жизнь ничему не учит?       — Не понимаю твоей злости, — спокойно ответила Ася, поглаживая по макушке испуганного Капитана. Тот тоже не ожидал крика от хозяина. — Ладно, я, но Капитана, зачем пугать?       Глубокий вдох и Федя расслабился. Поднял уже спокойные глаза и подозвал друга. Ася поражалась тому, как быстро он пришёл в себя. И вот около неё сидел давно знакомый сосед. Капитан тут же ожил и стал ластиться, облизывая руки. Федя улыбался, хоть улыбка была какой-то грустной. Он действительно устал.       — Прости, — произнёс он полушёпотом. — Иногда на работе выносят мозг и я… В общем мне нужно время, чтобы прийти в себя. Обычно я просто выпиваю и ложусь спать, но сегодня ничего не лезет.       — А ты оказывается тоже не без греха, — Федор косо посмотрел в её сторону. В глазах еще бушевал гнев. — Ладно-ладно. Может в компании одной милой особы тебе станет легче пить?       Федя развернул голову, вопросительно вскинув бровь. Ася хитро улыбалась. Ей стало интересно, чем занимался её сосед. Что это за работа такая, выбивающая все силы из человека? Именно по этой причине она сама прожигала эту жизнь. Наслаждалась каждым моментом. Но Федя, судя по всему, был снобом, предпочитающим сидеть дома или уделять много времени тренировкам. Да, она не раз наблюдала, как он с Капитаном без устали бегал каждое утро и вечер. Как запыхавшись, они довольные подходили к подъезду, под радостный лай пса. Но сегодня радости у обоих знакомых она не наблюдала.       Наверное, здорово, когда был тот, кто тебя понимал. Считывал настроение и заряжался энергией. Ася тоже бы хотела, чтобы у неё был кто-то подобный. Тот, кто бы сидел с ней рядом, и успокаивал своим присутствием. Пусть Капитан был псом, но он оставался верной поддержкой для Феди. У Аси никого такого и в помине не было.       — И кто эта милая особа?       Ася встрепенулась. Он что не понял её намека? Смотря в его глаза, она не понимала, говорил он серьёзно или шутил. Расплывающаяся по лицу ехидная улыбка ответила на все вопросы. Он снова над ней злобно подшучивал. Но, несмотря на это, Асе стало легче дышать.       — Гад ты, Федя, — Ася закатила глаза, отворачиваясь от Фёдора. Ей не хотелось, чтобы он видел, как она краснеет и улыбается. — Вот и сиди один.       — Да ладно тебе, не злись, — он положил ей руку на плечо, притягивая к себе. — Что ты там предложить хотела?       — Ничего!       Даже через холодную кожаную куртку она чувствовала его теплые руки. Легкое касание пронеслось импульсом по коже, оставляя после себя приятные мурашки. Такого Ася давно не чувствовала.       С Никитой у них все изначально было плохо, но поняла она это только сейчас. Когда он к ней прикасался, Ася чувствовала лишь боль. После близости хотелось отмыться. С Никитой она чувствовала себя, как за каменной стеной лишь тогда, когда они были в одной компании, но стоило им остаться наедине — он превращался в зверя. Оставлял отпечатки на светлой коже, расцветавшие после синими пятнами. С ним было холодно. Бабочки в животе давно замерзли, раня льдом её душу.       — Не дуйся, — обжигая горячим дыханием, прошептал Федя ей в ухо. — Я же не со зла.       Ася оцепенела. Дыхание сбилось, сердце в бешеном темпе пыталось проломить грудную клетку. Его запах — сандал, смешанный с табаком — отравлял, затуманивал сознание. Ася не могла вымолвить и слово, пока Федя был непозволительно рядом.       — Норма… — она прерывисто вздохнула, пытаясь отстраниться. — Всё нормально.       Вскочив с лавочки, она повернулась спиной к Фёдору. Холодными руками пыталась остудить горящие щеки. Не понимала, что с ней происходило. Одно касание, тихий шёпот и этот одурманивающий запах — и она разбилась. Вдребезги. Пыталась себя собрать, но впивающийся взгляд в спину мешал. Смущал. Разгонял кровь по венам, стоило только представить эти глаза. Его глаза.       — Так что насчет компании?       Она уже передумала. Раз сто себя прокляла за это необдуманное предложение. Теперь помощь нужна была ей. Асе нужно было отвлечься, понять, что с ней произошло. Почему она так резко растаяла, стоило Феди стать чуточку ближе? Ей нужны были подруги, но бросить его и молча уйти — не позволяла совесть. Поэтому она решила убить двух зайцев одним выстрелом.       — Сегодня в клубе концерт…       — В понедельник? — перебил Фёдор. — Странные занятия у молодежи.       — Выступает кавер-группа, — продолжила Ася, не обращая внимания на возмущения. — Хочешь составить мне компанию?       Она наконец-то смогла повернуться. Посмотреть на Фёдора трезвым взглядом, но его непринужденная поза, раскинутые руки по спинке лавочки — вновь распаляли её. Он был чересчур уверен в себе для того, кто недавно сидел, повесив голову. Федя был сложным, непонятным, скрытным и Ася хотела его разгадать, чтобы понять, что ничего особенного в нём нет. Чтобы убедить себя в том, что она всё выдумала.       — Что за клуб?       — Плесень.       И тут взгляд Фёдора изменился. За долю секунды он помрачнел, взяв её в капкан своих глаз. Как он это делал? Почему именно сейчас она снова начала терять себя?       Он встал с лавочки, подходя к ней, словно хищник к добыче. Ася приросла к земле, ожидая чего угодно. Вот сейчас. Сейчас он перегрызет ей глотку за то, что она позвала его в притон. Вонзиться зубами в тонкую шею, оставляя истекать кровь. Она боялась и жаждала этой близости. Тугой узел затягивался внизу живота, болезненно сдавливая все органы. Сейчас…       — Поехали, — не отрывая сердитого взгляда, произнёс Федя. — Только Кэпа домой заведу.       Она в ступоре смотрела на его отдаляющуюся спину. Не могла поверить ушам, что он согласился, и не знала, чего ожидать дальше. Ей нужны были подруги. Асе надо было отвлечься.

***

      Зачем он согласился? Спускаясь вниз, Федя пытался найти отговорку, чтобы не ехать. Слишком стремительно все происходило, а затуманенный рассудок не позволял трезво оценивать ситуацию. Он не должен был ехать в этот притон один. Неподготовленным мог разрушить всё. А если там…       Ко всему прочему рационально мыслить мешала Ася. Странная девушка. Стоило ему заговорить с ней в привычной манере, как она тут же стала сбегать. Он не хотел её пугать, срывать на ней злость из-за работы, но что-то пошло не по плану. И вот он согласился поехать с ней, наплевав на собственные планы. Феди необходимо было узнать, насколько эта девчонка близка с людьми из притона. Насколько замешана в грязных делах владельца. Еще один аргумент на чаше весов, склоняющий его принять предложение. Никаких аргументов против он найти так и не смог.       — Я готов, — Ася вздрогнула, как от испуга, стоило ему оказаться рядом. — Какой там адрес?       — Поедешь со мной, — она кивнула на мотоцикл. — Довезу с ветерком.       О нет, на ещё один безрассудный поступок Федя был не готов решиться. Когда он в последний раз катался на мотоцикле? В свои студенческие годы, а потом зарёкся, что больше не сядет, стоило его другу разбиться. Слишком цена жизнь, чтобы доверять её незнакомцу. В этом случаи незнакомке, которая с собой-то сладить не смогла, куда ей до этой махины.       Тем более Фёдор не доверял женщинам. В особенности женщинам за рулём.       — Ну, уж нет, — возразил Федя. — Ты меня прости… — и тут же осёкся, зацепившись взглядом за эмблему. — А это что?       На черном корпусе бензобака был выведен рисунок. Красный череп в круге. Откуда растут ноги, Федя сразу догадался, но надеялся, что это шутка. Не могла его соседка быть настолько отбитой.       — Это эмблема моей банды, — самые худшие опасения Феди оправдались. — Смерть вредителям.       Ася была собой довольна, пока Федя сходил с ума от ужаса. Он не ожидал, что она захочет получить математическую степень, нет, даже смотря на неё, не думал, что из Аси выйдет хорошая хранительница очага. Но то, что вылетело сейчас из её рта — словами это трудно назвать — переходило все границы. Маргинальный образ жизни, разбои и нападения, продажа наркотиков — Федя знал о делах её банды не понаслышке.       — И чем ты довольна? — он понизил голос, говоря грубым басом. — Нравиться быть преступницей?       — Не неси ерунды, — она глупо захлопала глазками, будто ничего не понимала. «Врушка», — отметил Федя. У него не было повода ей не доверять, так же как и доверять. — С каких пор состоять в банде незаконно?       «С тех пор, как твоя банда банчит Дельтой», — хотел было ответить Федя, но прикусил язык. Его излишняя осведомлённость и так сулила ему проблемами.       — Ты чё мусор что ли? — Ася отступила на шаг, недоверчиво смотря на него.       — Успокойся, — он смотрел на Асю, но данные слова адресовал себе. — Просто банды ни с чем хорошим не ассоциируются.       Ася выдохнула. Расслабилась. Обстановка снова стала непринуждённой, но Федя… Нет, ему срочно надо было выпить. Пусть даже это будет клоповник, наполненный малолетними преступниками. Пусть ему будет неприятно, зато на утро он все обдумает. Примет единственное верное решение.       — Ладно, поехали, — кивнул он Асе на мотоцикл. Была — не была. — Только не гони. И если будешь пить, то обратно мы поедем на такси.       — Я не собираюсь…       — Это не обсуждается, Ася. Не хочу, чтобы меня от асфальта отскребали из-за твоей безрассудности. У меня так-то еще планы на жизнь имеются.       И они поехали. Жизнь пролетала перед глазами, как фонарные столбы, стоящие вдоль дороги. Ася постоянно ему кричала, чтобы он держался крепче, но Федя боялся, что из-за страха переломит к чертям её позвоночник. Они в принципе смотрелись несуразно: маленькая девочка, управляющая смертоносным транспортом и бугай, боящийся каждого поворота.       Вскоре первая проверка на храбрость закончилась. Началась вторая…       Переступив порог клуба «Плесень», Федя понял, почему не слышал о нём. Он бы предпочёл выпить дома, в более человеческой атмосфере, а не здесь. Клуб соответствовал своему названию.       Первое, что он почувствовал — запах сортира. Будто остановился на трассе около бесплатного туалета, но даже там было не так мерзко, как в этом «заведении». Пройдя к бару, Федя с непривычки закашлялся. Дым-машины он видел и раньше, но никогда не чувствовал настолько одурманивающий запах. В голову тут же пришла мысль, а не помешивают ли чего в агрегат, но пытался отогнать эти мысли. Ему просто надо привыкнуть.       Ася посадила его за бар, лукаво подмигнув, а Федя тут же вляпался в какую-то жидкость. Бармены явно не заботились о чистоте. Думать из чего состоит эта жидкость, он не хотел, как и пойти помыть руки в смердящий сортир.       Толпа подростков стояла посреди зала, отплясывая странные танцы. Для полноты картины им не хватало лишь бубна. На приматов они уже были похожи. Девушки с пластиковыми ресницами и перекаченными губами, парни с цветными волосами, обколотые металлом с ног до головы — Федя и представить не мог, что подобное существует в их консервативном городке. Ужас!       Он ждал и надеялся, что пропавшая Ася — его головная боль — скоро появиться. Чувствовал себя старпером, попавшим на вписку к малолеткам. Но прошло десять минут, а соседка так и не пришла. Он уже потерял всякую надежду, как она появилась в компании «юных леди». Сложно было назвать этих девочек леди, по сравнению с ним Ася выглядела ангелом.       «Всё познается в сравнении», — натягивая дружелюбную улыбку, думал Федя.       — А ты оказывается красавчик, — сказала высокая девушка с розовыми волосами. Ася тут же ткнула в неё локтем. — А чё? Ты сказала ему тридцатник. Я надеялась дедулю увидеть, а он ничего…       К сожалению, Федя относительно этой девушки придерживался другого мнения. Ему почему-то захотелось одеть её. Слишком откровенные наряды для юной особы, будто она сбежала из ближайшего стриптиз клуба. Ко всему прочему, Федю смущало чрезмерное внимание розоволосой. Хотел спросить у неё паспорт и в случаи чего отправить домой, но воздержался. Всё-таки он здесь гость и мнения его никто не спрашивал.       — А по-моему насрать, если он платит, — откуда не возьмись, появилась девочка эмо. Федя думал, что они давно вымерли, ан нет, живы здоровы. — Так чё пить будем?       Она смотрела на него своими страшными черными глазами. Панда — не иначе. Федя прислушался, не гремят ли её кости при передвижении. Худая, даже чересчур. Ему хотелось предложить ей еды, а то мало ли, на голодный желудок пьет. И снова поймал себя на старческих мыслях. Нужно было успокоиться.       — Девочки, — возмутилась Ася. Наконец-то голос подала, а то стояла, будто не при делах. — Давайте я вас сначала познакомлю. А то налетели, как коршуны. Это Лиза, — указала она на розоволосую дылду, кидающую на него сальные взгляды. Федя старался улыбнуться. Сам же хотел сбежать. — Это Аня, — девочка эмо. А он-то думал, какая-нибудь Дочь Сатаны — имя Аня ей не шло от слова совсем. — А это мой сосед Федя…       — Хот мужик, — перебила Лиза. — Ну, что за знакомство, — она положила ему руку на плечо, и Федя тут же захотел отмыться. Даже представить боялся, где были эти руки до встречи с ним. Всё заведение кричало об антисанитарии. — Чем угощать будешь?       — Если что мне настойку фирменную, — вклинилась Аня. — От остального не вставляет.       Федя снова изумленно осмотрел девочку эмо. Глумливая улыбка расползалась по лицу. Хотелось едко пошутить, но прищур Аси его остановил. Ладно, будет играть по здешним правилам.       — Тогда я буду секс на пляже, — Лиза откинула волосы назад, демонстрируя свою шею. — Что думаешь, Федь?       «Это без меня!» — мысленно ответил ей Федя. На деле же добродушно произнёс:       — Заказывайте, девушки, я угощаю.       Так попойка с Асей превратилась в вакханалию. Пока девушки заказывали себе напитки покрепче — Ася пила апельсиновый сок, Федя лично проверил, что там ничего не подмешано — он пил пиво, и открывал его лично. Мало ли что!       Лиза без устали делала ему комплименты: про сильные руки, на которых Федя обязан был её почему-то поносить, милую мордашку, приглянувшуюся ей сразу и далее-далее. Было странно и тошно, а от взгляда Аси бросало в дрожь. Ничего хорошего ему это не сулило.       — Моя любимая песня!       На импровизированную сцену вышла та самая группа, ради которой они сюда и приехали. Из колонок донеслись первые аккорды, и вся молодежь потянулась к сцене. Под улюлюканье толпы певица начала произносить странные слова, смысл которых Федя понял не сразу.

      Пятна крови, много алкоголя,

      Друг по школе наколол мне брови,

      В синей коме, мне было не больно,

      Смотрится, что просто жесть.

      — Пойдем танцевать, — она схватила Федю за руку, вырывая из объятий неугомонной подруги. Он долго и терпеливо этого ждал, но рассчитывал на другой повод. — Песня сорви голову.       Тут Федя с ней был полностью согласен. Слушая, как надрывно певичка вопит, что есть мочи, он наконец-то уловил смысл песни.

      Запах травки, принимаю ставки,

      Кто сегодня вывезет добавку,

      По угару переспит без справки

      С той, к кому лучше не лезть.

      Именно с этим куплетом и ассоциировался клуб «Плесень» и подруги Аси. Переспать без справки с Лизой означало после оставить крупную сумму у врача. А запах травки? — да это точно был он. С самого начала ведь уловил, стоило только переступить порог притона.       — Да, смотри, я рок-звезда! — закричала вместе с певицей Ася, подпрыгивая на месте. — Я рождена страдать.       «Зачем же страдать, — думал Федя. — Жизнь ведь так прекрасна, если не находиться в подобном месте и в подобной компании».       Ася схватила его за руку. Чисто автоматически — надеялся Федя. И заставила его подпрыгивать, пока из колонок лилось, что-то странное и несуразное в его понимании.

      И мне совсем не больно падать,

      Страшно не летать!

      Вокруг такая грязь,

      Резинка порвалась,

      Я саморазрушению

      На библии клялась.

      Ася пела. Федя думал. По-хорошему нужно было отключить мозг и веселиться. Мотив действительно был заводной. Несмотря на внешность состава группы, они отлично справлялись со своей работой. Люди вокруг пели и танцевали, хлопали, отдавались моменту. Чем бы дитя ни тешилось!       Но грязь действительно была повсюду. И это уже были мысли не об антисанитарии, нет, о том, что происходило во время концерта. Наметанный глаз Феди не обмануть. Он отчетливо видел человека, толкающего дурь какому-то мальчишке. Смотрел в стеклянные — с расширившимися зрачками — глаза девушек, что танцевали рядом. Это было сложно не заметить.

      Сожгу свою одежду,

      Я плюсую, кто меня поддержит?

      Сдохнут все, останется надежда,

      Нас не заберут менты.

      Это был спорный вопрос. Феди хотелось, несмотря на своё положение, чтобы сюда ворвалась группа захвата. Чтобы это место закрыли к чертовой матери! Но червяк сомнений подсказывал: не просто так этот клуб работал до сих пор. Здесь были люди, явно не достигшие совершеннолетия. Их безотказностью пользовался тот парень, что стоял в тени с товаром. Вряд ли администрация Плесени об этом не знала. Все они были в сговоре, как пить дать!

      Так несёт, как будто кто-то помер,

      Кисть в «дерьмо», я в хате на обоях

      Нарисую сатанинский номер,

      Аплодируют кенты.

      Да песня явно должна была стать гимном клуба и тех, кто сюда приходил. Подходила под антураж. Несло действительно дерьмом вперемешку с запахом пота. И люди вокруг — если брать девочку эмо Аню, которая уже была явно невменозе — походили на сатанистов.       Песня ему понравилась — в конце концов — был в ней некий смысл. Символизировала образ жизни молодежи и в какой-то мере высмеивала его. Наверное, если бы у Аси была капелька сознательности, она бы тоже поняла, что ничего весёлого в ней нет.       Федя бы также и продолжал составлять компанию Аси, вдумываясь в смысл песни, если бы она не замерла, как вкопанная, отпуская его руку.       — Ты в порядке? — обернулся Федя, всматриваясь в испуганное лицо. — Что-то случилось?       Резкую смену поведения соседки он уже наблюдал, но на то всегда находились причины. И сейчас они нашлись. С того самого угла, где барыжил наркоторговец, на них смотрел Никита. Два плюс два сложилось — тут и семи пядей во лбу быть не надо. Маленький секретик их семьи Федя узнал, осталось проверить насколько замешана в этом Ася. А потом… Действовать по ситуации.       Сейчас же ситуация была такова, что проблемы были у Феди. Никита собрал дружков. Что ж от малолеток он еще не огребал. И судя по кивку соседа в сторону выхода, случиться это ой как скоро. Закатив глаза от бурного представления, Федя размял плечи и с улыбкой на лице стал прорываться сквозь толпу.       — Стой, — схватила его Ася за руку. — Не иди. Я сама разберусь!       — Чего? — он нервно усмехнулся. Не хватало, чтобы за него девчонка впрягалась. — Героя выключи и иди к подругам!       — Ты не понимаешь, — она смотрела на него снизу вверх, как Кот из Шрека. Да этот взгляд Федя бы ни с чем не перепутал. — Он до сих пор на тебя злиться за тот случай. Они же тебя и зарезать могут! Это я виновата! Не надо…       — Ася, — он схватил её за щеки, заставляя замолчать. И она растерялась. Снова застыла и, не моргая, смотрела в его глаза. — Ты. Ни в чем. Не виновата. Повтори! — она пыталась покачать головой, но Федя настаивал. — Повтори!       — Я ни в чем не виновата.       — Вот, умница. А теперь беги к подругам. Я скоро приду!       Подтолкнув её к бару, Федя развернулся на пятках, направляясь в сторону выхода. Он чувствовал, как в спину упирался этот молящий взгляд. Но сделанного не воротишь, а Никиту и его дружков стоило снова проучить. Только как это сделать? Их, по меньшей мере, пятеро или семеро. Федя — один.       «Не из такой жопы вылезали».       Раньше Федя лез в драки без разбора. Чаще всего огребал, но это помогало стать сильнее. И толпа гопников в его жизни уже была. Лихая молодость, когда парни в спортивных костюмах ходили по улицам и щемили лошков. Вот только Федя лошком не был, сопротивлялся, как мог, но телефон всё равно отобрали. Он их потом нашёл с приятелями из секции, тогда-то их и наказали. А сейчас…       Если выживет, то повторит эксперимент. Если нет… то такова судьба. Жаль! — мама будет плакать.       Выйдя на улицу, Федя почувствовал, как кислород — животворящий — заполняет его легкие. После притона дышать стало легче. Он и поверить не мог, что задымленный заводами воздух умеет так возрождать человека. Но перед смертью не надышишься, а по его душу уже явились они.       — Я тебя, обсос, предупреждал, что на ремни пущу, — шипел Никита. Расширившимися ноздрями от злости, забирал весь драгоценный кислород. — А ты сам пришёл. Хули смелый такой?       «Обсос? — скривился Федя. — Кто же меня обсосал? Лиза что ли? Не было такого!»       Собственные мысли смешили. Хитрым прищуром он осматривал Никиту и дружков, и не мог поверить своим глазам. Мелкие червячки — так их можно было описать. Не все конечно. Никита казался еще жирнее на их фоне, а сзади стоял мужик-скала — два на два, если не больше. Остальные маленькие макаки: припрыгивали от радости, гнули пальцы и поддакивали своему вожаку-примату.       — Вот ты вроде не Артур, — решил Федя на свой страх и риск начать с шутки. — А минипутов где-то нашел.       — Чё сказал? — вышел вперед мужик-скала. — А ну повтори!       Тут же за ним начали повторять макаки: «Чё сказал? Чё сказал?». Будто выучили одно единственное предложение. Страшно и стыдно было за это поколение дегенератов, что при удобном случае присаживались «на корты». К слову, в вымирание гопников он не верил. Они были сродни тараканам, даже ядерный взрыв не уничтожил бы этот подвид человечества. Наоборот, еще больше расплодились бы.       — Не обессудь, мужик, — начинать драку с амбалом было плохой идеей. — Камень не в твой огород.       И мужик-скала отступил. По всей видимости, ему эти разборки были не интересны. А вот макаки начали окружать. Достали свои ножички с размером с их мини-члены и подступали.       — Готовь ебало, сука, — Никита стоял в стороне, принимая роль наблюдателя. — Мы тебя щас тут так трахнем, мать родная не узнает.       — Ты, конечно, меня прости, Никита. Но я не пидор, — язык был его врагом. — В отличие от тебя!       Не стоило этого говорить. Федя это понял, как только к нему подлетела одна из шавок Никиты. С другой стороны его длинный язык заслужил уважение со стороны мужика-скалы. Он одобрительно ему кивнул, а на огромном лице появилась еле заметная улыбка. А может ему и вовсе показалось после удара в голову. Там в принципе всё плыло, ведь в отличие от гопоты в его голове было чему сотрясаться.       — Продолжишь вякать или примешь смерть?       Виновник торжества подошёл слишком близко — что взять с пустоголового — так ещё и наклонился. Это был шанс, если не считать минипутов, которые не отставали от своего лидера. Но Федя был бы не Федей, если бы не обострял ситуацию.       — Вякаешь только ты, — резко схватив Никиту за футболку, он силой дернул его на себя. Туша пала на асфальт, не сдержав равновесие. — Ебать я тебя конечно не буду. Но урок преподам.       И перевернув Никиту пузом вверх, Федя сел на него, нанося удары по лицу. Кто-то из товарищей борова решил внести свою лепту в драку. Кидались на спину, Федя не успевал отбиваться. Спину жгло то ли от удара, то ли… В прочем это было не важно. Его разозлили, и эти люди должны были понести наказание.       — А ну отошли, уебки, — прогремел мужик-скала на всю улицу. — За свою телку пусть Ник сам пиздиться.       И это было ошибкой с их стороны. Ярость затуманила мозг Феди. Он хотел, чтобы все обошлось маленькой перепалкой, поэтому начал с шуток. За подобную выходку — ему влетит. Выговор? Отстранение? Точно что-то будет. Но Федя думал об этом в последнюю очередь. Костяшки разбились об жирное лицо Никиты. Перелом носа ему точно был обеспечен. Кто-то должен был остановить Федю, но все вокруг молча наблюдали. А может и, не молча. Может тишина была только в его голове.       А потом что-то щёлкнуло. Слишком сильно начала ныть спина. Слишком долго Никита молчал. Федя встал, разворачиваясь к толпе. Пустыми глазами он смотрел на перепуганных мальчишек и ждал следующего, как и тот, ждал его. Не очень умный, но чересчур смелый мальчик обнажил нож. Побежал со всех ног с воинственным кличем, но нанести удар так и не смог.       Подсечка под колено, удар по локтю — нож упал на землю, а его владелец отлетел в сторону, пища от боли. Это был именно писк, ни крик и ни завывание. Надо было думать на кого и как идешь с холодным оружием.       — Кто следующий? — хриплым, словно потусторонним, голосом поинтересовался Федя.       — Мы поняли, мужик, — подал голос скала. — Ты крут. Претензий нет. Не серчай на Ника, он не любит когда к его телке катят. Да ты вижу и так понял.       Но не успел договорить мужик-скала, как Никита встал. И не просто встал, а подобрал с земли нож. Возможно, этот разговор был обманным маневром, а может они и сами не ожидали такого поворота событий, но Никита играл грязно. Напал со спины.       Единственного чего он не учёл — своего полудохлого состояния. Нож вошёл не под ребра, а в плечо.       — Да, ты охуел, дружочек-пирожочек! — боль образумила Федю. Больше он не нападал. Только положил Никиту на лопатки. — Ты башкой своей понимаешь, что сесть за это можешь? Думаешь крутой? Да тебя на зоне так отпетушат, что жизнь адом на земле покажется. Уебок!       Мужик-скала тут же велел своим макакам забрать Никиту, но пыл Фёдора это не остановило. Хотелось надавить на Никиту да побольней.       — О матери подумай! — Федя о своей думал каждый день. Её молитвами сегодня жив остался. — И так урод, она еще из-за тебя страдать будет!       — Успокойся, мужик, — подошёл скала, протягивая пачку сигарет. — Выдохни.       — Не курю.       — Как знаешь, — пожал он плечами. — Я, кстати, Боря.       Он протянул руку в знак знакомства. Феди пришлось приложить немало усилий, чтобы разжать онемевший кулак. Всё-таки о последствиях для своего тела он не думал. И клял себя, на чем свет видывал.       — Фёдор.       — Ты если чё, цифры мои запиши. Вдруг проблемы будут. С тем же Ником, — Федя исподлобья глянул на Борю, не понимая, пошутил ли он или на полном серьезе это говорил. Но номер взял — на всякий случай. — Ася тебе кто?       — Соседи они мои. Бабушку её хорошо знал, а этот… не важно, — он посмотрел в сторону клуба. — Надо девочек забрать. Баиньки пора.       — Ага, ты только это… раны обработать не забудь. Бывай.       На том они и разошлись. Федя по пути думал, что сказать Асе. Опять он из-за неё в драку влез, но на этот раз не обошлось. Проблемная девчонка! И всё же, её было жалко. Сколько она жила с этим Никитой? Сколько всего терпела? Так еще он и барыгой оказался! Весьма не впечатлительная биография. Рано или поздно попадет в руки правосудия и Асю за собой потащит. Печально!       Подойдя к бару, он сразу поймал сочувствующий взгляд Лизы. Нет, в сочувствие он не нуждался. Да, было больно, но сам виноват. За языком следить надо было.       — Ты в порядке? — подбежала Лиза. От её прикосновений было тошно. — Надо раны обработать.       Федя отошёл от неё, как от чумной. Мало ли чем заразит. Но вместо этого наткнулся на второе пришествие девочки эмо.       — Ого, какой ты разук.разук… ик… разукрашенный, — настойка её явно вставила. Стоило покормить фанатку анорексии. — Кто те… бя так?       Хорошо вставила, раз она вообще была не в курсе происходящего. Но Федю это мало волновало. Лизу он смог быстро поставить на место — игры кончились. С пьяным чучелом тоже не было проблем — загрузил-разгрузил около дома. Оставалась только Ася, которую он в упор не видел.       — Где подруга? — обратился он к самой адекватной. — Концерт закончился.       — Она… — Лиза выискивала глазами подругу. Вот от кого не было толку. Таких друзей врагу не пожелаешь. — Здесь была. Я поищу.       — В темпе вальса!       И Лиза, испуганная такой сменой настроения, побежала не оглядываясь. Федя достал телефон и выругался под нос. Экран был разбит, как и его голова, судя по подступающей тошноте. Приложив усилия, он всё-таки вызвал такси.       — По рюмашке? — пододвигая шот, предложила Аня. — На посошок.       — Бля… — терпение было на исходе, но Федя держался. — Милая, хватит тебе, — говорил он как можно ласковей. — Ты же всё такси заблюёшь.       — Да я никогда…        И вопреки своим словам, она подтвердила Федины опасения. Опустошила желудок около бара.       «Вот и отдохнул, блять!»       И пока Федя расплачивался за порчу имущества, которое и до их прихода было испорчено, в поле зрение появилась Лиза, неся на себе Асю. В стельку пьяную! По крайней мере, Феде так хотелось думать.       — Посмотри на меня, — Ася подняла стеклянные глаза с расширившимися зрачками. — Ебучий случай! Так ты, — отдернул он Лизу, — бери эту алкашку. Я понесу Асю. Что б вас девочки! Какие же вы после этого девочки?       Под сочувствующие взгляды охраны Федя и его жрицы алкоголя покинули Плесень. Он зарекся, что больше — никогда! — не переступит порог этого притона. И сидя в такси то же самое пытался втолковать Лизе. Ане явно было не до этого. Про Асю и говорить не стоило.       Около дома он решал, что делать дальше. Куда деть соседку? Можно было оставить её на милость Никиты и пусть бы они сами разбирались со своей жизнью. Но пораскинув мозгами, понял, что истошные крики — которые обязательно будут — он слушать этой ночью не собирался. Оставался один вариант.       Капитан, услышав звон ключей, бросился к двери, встречать хозяина. Но увидев, в каком состоянии, пришёл его друг, тут же заскулил.       — Не начинай Кэп, — устало ответил Федя. — Надо пациента реанимировать.       Холодный душ привёл Асю в себя. Затуманенным взглядом она пыталась разглядеть ванную комнату, но слух так к ней и не вернулся. На вопросы она упорно не отвечала, лишь глупо улыбалась.       В промывании желудка после алкогольного отравления Федя был спец. Но что делать, когда человек обдолбался? Этого он, к сожалению, не знал и действовал проверенным бабушкиным методом. И когда вся дрянь из организма начала потихоньку выходить, Ася, согнутая над унитазом в три погибели, смогла начать говорить.       — Прости… Сильно же тебе досталось.       — Не отвлекайся, — держа её волосы, отвечал Федя. — Мы утром поговорим ещё. И о твоих вредных привычках и парне твоём. А сейчас ты пойдешь спать без лишних вопросов. Поняла?       Но кивнуть в знак согласия Ася не успела. Природа брала своё.       Уложив бедовую соседку на диване, Федя решил посмотреть на свои ранения. Колотая рана в плечо нуждалась в том, чтобы её зашили. Для этого у него был проверенный человек, который вряд ли бы обрадовался столь позднему звонку. Голова действительно была разбита и адски болела. Лопатку тоже задели ножом, но не глубоко. Такой себе расклад, не считая синяков и ушибов.       «Вот тебе и развеялся», — думал Федя, смотря на себя в зеркало.       А ещё ему утром предстоял серьёзный разговор. Он не знал чего ожидать от Аси. Взъерепениться она или наоборот послушает его? Нотации Федя не любил, сам много чего творил по молодости, но её образ жизни был несравним с теми детскими шалостями.       К сожалению или к счастью — нотации были отложены в долгий ящик. Проснувшись утром, он не обнаружил Асю ни на диване, ни в квартире.       — Сбежала!