Juntos

Эшли сбивается, какой это по счёту коридор; она приказывает себе не останавливаться, несмотря на острое жжение в лёгких и боль в ногах, бежать сломя голову от культистов и не отпускать руку Леона, которая цепко держит её ладонь, тянет на себя, вынуждая прибавить темп. На какое-то время Кеннеди останавливается на развилке, дышит рвано, бегло осматривая каждый из коридоров, манящие путников своим уютным интерьером и по-домашнему тёплыми отблесками свечей, однако времени на раздумья нет: замогильный шёпот молитв с каждым новым шагом всё ближе, слышится лязг серпов по мраморному полу, шорох тёмных, пропитавшихся от крови одеяний; пуль в пистолете катастрофически мало, не хватит и на половину отряда, который преследует их. — Что делать, Леон? — взволнованно шепчет Эшли, поглядывая то на приближающиеся тени позади них, то на длинные коридоры, в конце которых за углом виднеется тёмное пятно, как будто поджидающее их; пот катится ручьём со лба на шею, пропитывает липкой влагой сомкнутые ладони. Из-за угла виднеется лысая голова фанатика, Эшли даже не успевает вскрикнуть, когда Леон резко тянет её вглубь какой-то ниши, аккуратно спрятанной под старинными гобеленами и между колоннами; Грэхэм от возмущения хочет накричать на Кеннеди, пожаловаться на боль в запястье прежде чем она осознаёт, что он сжимает широкой ладонью ей рот, призывая к тишине и коротким кивком указывая на виднеющиеся силуэты позади; страх парализует тело, но она послушно кивает; здесь становится неожиданно жарко, даже душно, от соприкосновения его тела к её голова идёт кругом, а щёки алеют. Разум заполняют сотни тёмных мыслей, которые сейчас так некстати: как она проводит пальцами по его чёлке, теряется пятерней в его волосах, прижимает его к себе ещё ближе, закидывает на сильную шею руки, обвивает ими его и накрывает губы своими, теряясь в тепле чужого тела. Фанатики на удивление обоих быстро покидают их, но Кеннеди не торопится уходить, он лишь вслушивается в отдаляющееся шаги и прикидывает, как и куда целиться, чтобы хотя бы Грэхэм из них двоих смогла сбежать; в нос незаметно бьёт сладкий туман её духов, от которого кружится голова, и Леон неожиданно ясно чувствует биение её сердца, бьющееся в такт своего, отчего-то бешеного, как от бега. — Идём, — вдруг низким шёпотом говорит он, отдаляясь от её фигуры, но не выпуская девичьей ладони из своей, будто боится, что она может убежать или кто схватить; Эшли разочарованно вздыхает, покидая их маленькое временное убежище, и продолжает идти за ним следом, стараясь прогнать неправильные мысли о том, как целуется мужчина и что они могли бы сделать, не будь фанатиков, похищения и нерешённых между ними вопросов.